Трудная жизнь следователя Ким

Взгляд Тэёна блуждал по отполированному столу из черного дерева, когда сидящий перед ним коллега и лучший друг в одном лице, невозмутимо сказал: — Я возьмусь за это дело. — Прости? — Я сказал, что возьмусь за дело Накамото Юты. Тэён скептически смотрит на младшего следователя, который так же равнодушно смотрел на него в ответ. — Доён, я всё понимаю, ты хочешь побыстрее подняться по карьерной лестнице, но дело, касающееся не просто какого-то случайного гражданского, а главу одного из кланов Пусана… Это может быть довольно затруднительным. — Тэён, тебе уже доверили службу в оперативном отделе. Я не хочу оставаться на долгие годы в качестве младшего следователя, пока вся наша с наставником общая работа приносит славу лишь ему. Ким встаёт с места с теми самыми злосчастными документами, которые двадцать минут назад принёс Минсон — наставник Доёна — не желавший браться за дело, где были замешаны кланы. — Ему предъявили обвинение в заказном убийстве, но жертва никаким образом не была связана с кланом Накамото. Я это докажу, — упрямо говорит омега, изучая содержимое папки. — Ты что, его личный адвокат? Какая тебе разница, Доён? Сейчас Тэён абсолютно не понимал мотивы друга. Почему он вообще вцепился в это дело? — Ну, если я помогу Накамото, он будет мне должен, не так ли? Кто знает, как мне пригодятся связи по ту сторону Пусана? А тут очень удачный случай. Не каждый день в проблему с законом попадает глава крупного клана. Ли не могу поверить своим ушам. Хотя, почему нет? Перед ним стоял всё тот же Доён, который ещё со времён академии проявлял безмерные меркантильные заскоки, пытаясь улучшить свою жизнь. Неудивительно, что и сейчас он пытался нажиться на подвернувшейся возможности… — Хорошо, я поговорю с начальником о том, чтобы передать это дело под твое управление, но скажу сразу — не увлекайся. Все дела, касающиеся кланов, не приносят ничего дельного. — Я не спрашиваю у тебя разрешение, Ли, но спасибо.

***

Доён поджимает под себя ноги, внимательно изучая папку с содержимым. Это дело показалось ему странным ещё с самого начала, когда Минсон-сонбэ сообщил ему о том, что стоит отказаться от него. Во-первых, было странно, что его наставник вообще отказывался вести весьма перспективное дело, хотя ещё в самом начале своего обучения Ким не раз слышал, что сонбэ брался абсолютно за все расследования… Что ж, как таковой, старший никогда не вызывал особого уважения или доверия, а потому Доён решает, что вместе с расследованием дела о заказном убийстве, стоит проверить и другие вопросы… Внезапно мысли нарушает короткий стук в дверь, на что удивлённый внезапным визитом кого бы то ни было Доён встаёт с места, заранее убрав папку под стол. Омега подходит к двери, и, не особо вглядываясь в глазок, открывает ее. Перед взором открывается вид на лестничную площадку, в середине которой стояла высокая и стройная фигура молодой омеги, чуть выше его ростом, но на вид он казался довольно моложе. — Здравствуйте, здесь проживает младший следователь Ким Донён? — произносит незнакомец мягким голосом, с вежливой улыбкой смотря на него в ответ. — Вам по какому делу? В зависимости от вашего ответа я решу — впустить вас, или же отправить на все четыре стороны. — Меня зовут Ким Чону. Я личный помощник господина Накамото. Когда Доён слышит фамилию, брови невольно вздымаются вверх в удивлении, а глаза уже внимательнее проходятся по силуэту омеги перед ним. — И почему же вы здесь? Я только сегодня взялся за это дело. — Может поговорим внутри? Если вы не против, конечно. Доён ещё пару секунд смотрит на Чону, перед тем как встать в сторону, пропуская гостя в свой обитель. Омега, представившийся помощником Накамото, спокойно проходит в его гостиную, будто знал точно, где она находилась, в то время как опешивший Доён молча садится на кресло, подтягивая ноги под себя. — Так по какому вы вопросу? Ким Чону скрещивает ноги, положив на них руки, а глаза омеги проходятся по всему нему, отчего следователю становится не то, чтобы некомфортно, но если бы тот перестал пялиться на него, он бы был весьма признателен. — Нам стало известно, что дело было передано младшему следователю, а потому мы хотели бы заранее… Доён вскидывает руки, молча прося другого остановиться. — Вы что, пришли сюда, не знаю, подкупить, или угрожать мне? Или вы сомневаетесь в моей компетентности? — следователь вскидывает брови, смотря на сидящего перед собой слишком равнодушным взглядом, будто ему на самом деле наплевать что от него хочет помощник одного из самых опасных людей Пусана. — Что вы, господин Ким. Я просто пришёл убедиться, что мы сможем сплочённо поработать над этим недоразумением. Ведь так? Доён понимал, что хотел от него Чону. Этот омега, источающий удушающее спокойствие, не пугал, но вызывал странную смесь раздражения и напряжения, отчего следователь, слегка призадумавшись, выбирает другую тактику для разговора: — Что ж, господин Ким, я очень щепетильно отношусь к своей работе, так как желаю подняться по карьерной лестнице достаточно быстрым путём. Изучив дело господина Накамото, я заметил некоторые несостыковки в показаниях наёмника, а потому я намерен найти настоящего заказчика, которым, я уверен, господин Накамото не является. Надеюсь, вы понимаете мои мотивы? Наконец-то на лице рыжего омеги проявляется весьма искренняя улыбка, которая сразу же исчезает после короткого: — Мы сработаемся, господин Ким. — Не мы с вами, — обрывает Доён, с ухмылкой смотря на опешившего Кима. — Я желаю лично поговорить и обсудить дело с господином Накамото. И на первый раз — в участке. Но, перед тем как вы возразите, я гарантирую, что наш диалог не будет записываться и останется сугубо личным. Рыжий омега смотрит на него несколько секунд, пребывая в глубоких раздумьях, и, когда он наконец прекращает анализировать — коротко говорит, перед тем как встать: — Я передам ваши слова. — Завтра в одиннадцать утра. Пусть не опаздывает, у меня плотный график.

***

— Ты сделал что?! Доён спокойно разливает кофе в свой стакан, чуть ли не обжигая пальцы кипятком, пока стоящий над душой Тэён смотрел на него яростным взглядом. — Доён, ты же понимаешь, что не получится запросто допросить главу преступного клана?! На такие вещи надо получать разрешение главы отдела! — То есть, твоего наставника? Ты же мне его добудешь, Ён? — буднично спрашивает Ким, делая глоток горячего кофе. Омега ещё раз проверяет документы, в очередной раз убеждаясь, что всё идеально и разговор пойдет как по маслу. Хотя, Тэён в какой-то мере прав: просто так, глав кланов нельзя было вызывать на допрос, ибо последствия могли оказаться не самыми лучшими. Но Доён не думал о них, прекрасно зная, что не ему за это отвечать. — Боже, почему я вообще с тобой дружу? — Потому что я единственный, кто дружит с тобой по доброй воле. Да брось, ничего такого не случится. Я просто поговорю с ним. Наверное, — задумчиво добавляет Доён. — Наверное? Что ты имеешь в виду? — Ну, я слышал, что Накамото Юта весьма привлекательный… — Дои, ты серьезно? Тебя могут уволить за нелегальный допрос не абы кого, а ты ещё думаешь о том, горяч ли альфа? — Ли качает головой, не веря словам друга, но за все годы дружбы от Кима исходили слова и похуже, а потому ему остаётся лишь смириться и попытаться отвлечь других. — Ко скольки он должен подойти? — Ну, я назначил на одиннадцать, а потому осталось минут десять. Если он опоздает, то станет для меня на один балл ниже… Почему бы тебе не прикрыть меня? Тэён ещё раз смотрит на друга, а затем на стопку документов, и, в конце концов, кивает, скрипя сердцем. Только когда коллега уходит прочь с его кабинета, который так удачно находился почти в самой отдаленной части департамента, Доён замечает, что у него слегка трясутся руки. Он лишь сейчас осознает как и кого позвал на личный допрос. Но следователь не успевает пожалеть о принятом решении, когда со стороны двери доносится короткий стук, а уже через пару секунд он остаётся наедине с человеком, которого позвал на допрос без свидетелей и адвокатов, и, признаться, Доён совершенно не ожидал такого… Конечно, он много слышал о Накамото Юте. Иногда мельком даже видел его фотографии на различных новостных сайтах, но никогда не заострял на нём внимание. Даже для интереса сегодняшнего разговора, Доён не стал искать информацию или же фотографию об этом альфе, и сейчас он понимает, что всё это стоило того, чтобы впервые увидеть его вживую. Черные, слегка кучерявые волосы приличной длины были собраны в небрежный хвост, а на явно подтянутом теле альфы идеально сидела черная рубашка с брюками такого же цвета. Из-под подвёрнутых рукавов рубашки до локтя виднелись сильные руки Накамото, отчего Доён мысленно отметил, что под языком у него невольно скопилась слюна… — Господин Накамото? — Господин Ким Донён? И после короткого то ли приветствия, то ли знакомства, оба замолкают, не говоря ничего другого, и в этот момент они понимают: это изучение другого. Двое мужчин смотрят друг на друга, даже не пытаясь скрыть факт того, что они исследуют стоящего перед собой человека. Взгляд омеги проходятся по ногам, медленно поднимаясь всё выше и выше, пока они не встречаются с чёрными глазами альфы, который тоже явно начал с низа… — Пожалуйста, присядьте, господин Накамото, — собирая всю выдержку, ровно произносит Доён, указывая на кресло перед собой, пока сам он садится на стул. Альфа молча следует его просьбе, садясь на мягкую поверхность. — Что ж, думаю, мы можем оставить все формальности, так? Я изучил дело вдоль и поперек, и могу с уверенностью сказать, что кто-то просто пытается подставить вас. — Я удивлен, что вы просто не воспользовались случаем и арестовали весьма крупную рыбу… — Я амбициозный, а не тупой, мистер Накамото. После слов Доёна, губы альфа слегка изгибаются в наподобие ухмылки, который быстро стирается, стоило омеге встать с места, дабы подобрать некоторые документы со стола. И Доён чувствует прожигающий взгляд на своей спине, но не сразу оборачивается. — Я просмотрел базу данных, чтобы определить вашу связь с жертвой, но не нашёл ничего дельного. Да и показания киллера… Он сказал, что это вы, но не смог принести никаких доводов. Я опрашивал достаточно людей, чтобы определить их ложь. — Думаю, мне надо провести и собственное расследование? — Будет лучше, если вам помощник также включится в это дело. Всё же речь идёт о вашем авторитете… Омега замолкает, поднимая глаза на альфу, который всё так же смотрел на него в ответ, и последующие слова заставляют Кима удовлетворительно улыбнуться. — Что вы хотите взамен на такое тесное сотрудничество, господин Ким? Конечно, я мог запросто замять это дело, но мне ещё с начала стало интересно, когда узнал, что за него взялся один из младших следователей. Обычно молодых пугают такие расследования, нет? Альфа встаёт с места, делая пару шагов в сторону Доёна, что он непроизвольно пятится назад на один шаг, чем вызывает улыбку на лице Накамото. — Ну, я уже говорил, что я амбициозный человек, так что… И слова дальше не вылезают из уст омеги. Мысли начинают вращаться ураганом в голове, сменяясь один за другим. Доён прекрасно знал, чего он хотел добиться от дела Накамото — связи. Связи, которые обеспечили бы ему достаточно быстрый подъем по карьерной лестнице. Нет, он не сомневался, что добился бы высот и без помощи одного из самых влиятельных людей, но сам процесс занимал слишком долгий период, а ждать Ким любил меньше всего. Так что да, связь… Изначально. Омега сам не замечает, как из его рта доносятся совершенно другие слова, не имеющие никакого отношения к его изначальной цели: — Сводите поужинать в ресторан, достойный меня. Как только слова выходят наружу, Доён замолкает, не успевая пожалеть о сказанном, так как на лице альфы отражается удивление, которое сразу же сменяется лукавой, понимающей улыбкой. — Что ж. Было приятно с вами встретиться. Всего доброго, господин… Донён. Я свяжусь с вами, — просто говорит Накамото, одаривая его лёгкой улыбкой. Когда альфа подходит к двери, он внезапно останавливается, и, простояв несколько секунд, не оборачиваясь произносит: — За вами заедут завтра после работы. Донён не помнит, чтобы его сердце когда-либо билось так сильно из-за какого-либо альфы…

***

— Ты обязан мне помочь! Тэён скептично смотрит на то, как его друг и коллега в одном лице пытается натянуть на себя узкие брюки. Конечно, он бы мог ему помочь, если бы не нюанс, кроющийся в том, что сам он лежал дома и смотрел на то, как Доён истерично собирался через видеозвонок. — Помочь тебе приготовиться к ужину с преступником? Не смеши, — Ли откусывает яблоко, смотря на надевшего наконец низ друга. — Ты не понимаешь! Я что-то почувство… — «Доён» и «почувствовал»? Интересно… — Ли, я серьёзно! Ким подбирает телефон с тумбочки у кровати, выпрямляя ракурс и перед глазами Тэёна встаёт картина, которую ранее он никогда не имел чести узреть: неуверенный в себе Донён. Его друг прикусывает губу, не желая смотреть на него, отчего Тэёну становится немного совестно. — Хорошо. Почему ты так подумал? — Просто… Я сперва думал, что дело в том, что я смогу воспользоваться его бесконечными связями. А потом… Он красивый, конечно. И горяч! Но после нашего короткого разговора днём я уже чувствовал что-то другое… А потом наш разговор вечером… — Вы с ним встречались и вчера? — Тэён поднимает бровь, с удивлением смотря на стушевавшегося Доёна. — Нет же! Мы просто переговаривались через телефон. Я нашел несколько зацепок, а потому передал его помощнику для выяснения. А затем Накамото сам лично позвонил мне… И Ли становится свидетелем того, как его друг, бывший однокашник со стоном зарывается в подушку, стараясь не издавать вопли страданий на всю квартиру. — Впервые вижу, чтобы ты так увлёкся кем-то… — Ён, ты не понимаешь… Мне кажется, это не увлечение. Я впервые почувствовал такое рядом с альфой. Хотя, я понимаю твои опасения. Он глава преступного клана, да и вряд ли из тех, кто свяжется с лега… — Стоп, Доён, прекращай свои доводы! Омега поднимает руку, дабы остановить тираду друга, но по ту сторону телефона закатывают глаза, хоть и замолкают. — Раз ты так жаждешь ужин с этим альфой — иди. Только, пожалуйста, не вляпывайся. Это всего лишь один ужин. — Всего лишь один ужин… Хорошо, Ён, я тебя понял. Когда друг сбрасывает трубку, Доёну кажется, что он у него началась мигрень. Омега никогда не думал, что будет волноваться перед одним несчастным ужином с альфой, которых у него за эти годы было не счесть. Ладно, следовало успокоиться, ибо он был свято уверен, что после одного ужина и скорого доказательства о непричастности Накамото к этому делу, их дороги разойдутся. Они были из несовместимых слоёв и кругов, где такие как Доён всю жизнь гонялись за такими как Накамото, чтобы усадить их за решётку и получить бонусы к своей карьере… Но сердце билось по-другому. Лёгкий стук в дверь будит омегу из своих мыслей и готовый Доён в последний раз бросает взгляд на зеркало, где на него смотрело отражение с идеальной причёской и одеждой, но он всё равно впервые чувствовал себя скованно… За дверью оказывается уже знакомый человек. Рыжий омега уважительно кланяется, без слов прося следовать за ним, и когда они доходят до припаркованной чёрной иномарки у подъезда, Ким Чону внезапно поворачивается в его сторону. — Я не знаю о чем вы двое говорили, но я могу сказать, что господин Юта впечатлён, — и, не дав Доёну ответить, он быстро добавляет: — Садитесь, господин Ким. И Доён замолкает, не желая ничего спрашивать, или же отвечать.

***

Когда Ким ставил свои абсурдные условия, он ожидал приехать в лучший ресторан Пусана. Действительно. Но когда помощник Накамото привозит его к окраине города ближе к порту, где вокруг водились одни случайные прохожие — омега просто напросто молчит, стараясь не выдать своего разочарования. — Господин Накамото ждёт вас у причала. Приятного вечера, — спокойно говорит Чону, но ему кажется, будто этот рыжий омега мысленно насмехается над ним. А для чего надо было наряжаться два часа? Однако, Доён, собрав всю свою гордость, выходит с машины, который сразу же отъезжает. Омега издалека видит силуэт, который уже ни с кем не спутает, и быстрыми шагами оказывается рядом с Накамото, чей взгляд был устремлён на океан… — Прекрасно выглядите, господин Донён, — вместо приветствия мягко произносит альфа, отчего Ким невольно задерживает дыхание. — Вы тоже выглядите приемлемо, господин…Юта. Слова омеги, похоже, находят отклик в японце, что его губы изгибаются в широкой улыбке, обнажая идеальные зубы. Накамото наконец полностью оборачивается к нему, являя себя во всей красе, и Доён в уме отмечает то, насколько же ему идут эти светлые брюки и голубая рубашка, но, конечно же, мысли остаются мыслями. — Пошлите, я покажу вам одно место. И двое идут вдоль пляжа, на котором было не так много народу. Доён отставал на пару шагов, не желая сравняться с шедшим впереди, направляя их до места назначения. Широкая спина альфы не оставалась без внимания, и Ким поздно отмечает то, что он неприлично долго осматривал человека перед ним. Смущение проявлялось в его жизни редко, но сейчас Доён чувствовал, что слегка дрожит и волна предвкушения охватывает все его внутренности. Он впервые ощущал подобное рядом с альфой, хотя, в жизни повстречался со многими из них. Оба останавливаются напротив неприметной забегаловки, который был наполовину пуст, но даже так, интерьер места оставлял приятные впечатления. Юта подходит к официанту, сказав пару слов на японском, а затем приглашает Доёна сесть за столик, чему последний и следует. — Так как я вчера начал тщательное изучение дела, думаю, что смогу найти доказательства повесомее в течение неде… — Вы пришли, чтобы поговорить о работе? Мягкий голос альфы осаждает следователя, отчего он замолкает, с изумлением смотря на мужчину перед собой. — Нас ничего не связывает кроме работы, так что почему бы и нет? Или хотите узнать мой любимый цвет, книгу, или что-то в этом роде? — Абсолютно. — Серый и «Гордость и Предубеждение». Ответы звучат так резко, что альфа вскидывает бровь, но губы так же изгибаются в изящной улыбке. — Вам нравятся романы? — Не только. А вам? Вы выглядите как человек, который зачитывается мангами. — Что ж, сказать по секрету, — альфа слегка наклоняется к Доёну, проникая в границы личного пространства, но на удивление он не отшатывается, вместо этого подходя ближе, словно к маленькому ребенку, который хочет рассказать тебе чужой секрет. — Я каждые выходные читаю новые главы своей любимой манги, — шёпотом произносит Юта, словно он рассказывает ему главную тайну двадцать первого века, отчего на лице омеги впервые за долгое время появляется искренняя улыбка и уверенность в том, что вечер пройдёт лучше, чем он ожидал. После того как им приносят блюда, Доён уже почти забывает о том, что ещё пару часов назад желал оказаться в дорогом ресторане Пусана, и доедает самый вкусный рыбной суп, который он когда-либо ел в своей жизни. Время неумолимо протекает при беседе с альфой, что он не сразу отмечает, что время перевалило за десять ночи, но они вдвоем так и не переставали говорить на любые темы, приходившие в голову. Мышцы на лице уже болели от сильной улыбки, которую было трудно контролировать из-за историй из молодых годов японца, а последний и вовсе оказался весьма разговорчивым, не позволяя им сидеть в тишине. — Взамен за моё дело вы попросили меня отвести поужинать в место, достойное вас… — Да, я ожидал тот ресторан в центре Пусана и собирался было бросить в вас песок на этом пляже, когда ваш помощник привез меня сюда. — А не боялись ли вы последствий этого действия? Вы здесь один, а все вокруг этого района – мои подчинённые, готовые выполнить всё по одному приказу… — Юта смотрит на него выжидательно, но и улыбка не стирается с красивого лица. Доён невольно любуется красотой человека перед собой. Его всегда окружали слишком грубые и жёсткие альфы, которые никогда не пробуждали какого-либо интереса в эстете внутри него, но Накамото Юта был действительно альфой, красоту которого хотелось воспевать, в чем Ким никогда бы не признался вслух… — Я тебя не боюсь, Накамото. Твёрдый голос Доёна разрезает тишину. Слышно становится лишь волны, бьющиеся о берег, да мягкий смех альфы… — Это я и хотел услышать, — с лукавой улыбкой говорит Юта, смотря на омегу, казалось, с нежностью. — Я привёл вас сюда, потому что это мое сокровенное место, куда я не звал даже своих друзей. Я водил в дорогие рестораны много других омег, так что их ценность давно была утеряна для меня. Слушая слова альфы, Ким подавляет улыбку, кидая в его сторону нарочито равнодушный взгляд. И вечер мог бы продолжаться и дальше, ибо следователь чувствовал, что его тело стало ватным, а разум слегка затуманился от местного спиртного, но отчёт своим действиям он всё же отдавал. Двое шли обратно тем же путем, которым и пришли, и на этот раз даже тишина была такой же уютной. На горизонте Доён замечает машину помощника Накамото и слегка подавляет своё разочарование…только для того, чтобы разочароваться вдвойне спустя пару минут… — Что ж, господин Донён… — начинает Юта, вдруг останавливаясь посреди тропинки. — Это был хороший вечер. Благо… — А теперь, после того, как я выполнил своё условие — жду ответного от вас. В то же мгновение, как слова альфы выходят наружу, Доёну кажется, что его окатили ушатом холодной воды. Он резко поднимает взгляд на альфу, который смотрел на него тем же взглядом, каким сопровождал весь вечер. Омега горько усмехается, но не показывает виду, хотя и чувствует себя так, будто ему выжгли внутренности… Похоже, только он наивно полагал, что искра, замеченный им в их первую встречу, может к чему-то привести, хотя альфа и не обещал ему ничего кроме одного ужина… — Да, конечно, — сквозь зубы проговаривает Доён, пытаясь не выдать своего разочарования, но, похоже, в какой-то мере он терпит крах, ибо альфа удивлённо поднимает бровь, с лёгким беспокойством, смотря на него. — С вами, всё… — Всё отлично. А теперь мне надо уйти. Следователь обходит его, не оборачиваясь и даже не прощаясь с ничего не понимающим Накамото. Следователь проходит мимо машины помощника, который так же удивлённо смотрел на то, как он отдалялся от пляжа… Доён на мгновение подумал, что Юта его остановит, но в таком же одиночестве он доходит до парковки…

***

Ближе к полуночи, лёжа в кровати, омега перекручивает сегодняшний вечер, вспоминая их бессмысленные, и одновременно важные разговоры. Юта был необычным: альфа умел поддерживать любую тему, умел находить общий язык с человеком подобным ему, чей характер совершенно не импонировал многим его ухажёрам. Внезапно ему вспоминается, что один из альф другого отдела, являвшегося племянником его начальника, звал на ужин на следующих выходных, и на который он хотел ответить тотальным отказом, но после сегодняшнего вечера, Доён открывает чат с Дживоном, коротко написав, что готов сходить на свидание в эту субботу. А до этого…предстояла работа — услуга Накамото, которую он обещал выполнить в течение недели…

***

— Не знаю что произошло в тот вторник, но, Доён, тебе надо хотя бы немного остыть и отдохнуть. Слова коллеги проносятся мимо ушей сидящего у компьютера омеги, который, по словам того же коллеги, сидит уже несколько дней, не отрываясь. — Господин Накамото выполнил своё обещание, так что и я был обязан выполнить условие до конца недели. Киллер уже признался в том, что лишь хотел подставить другого, чтобы прикрыть настоящего заказчика, которого, кстати, уже идёт брать Джонни. Победа, я считаю, — флегматично произносит Ким, наконец-то обращая внимание на сидящего напротив Тэёна. — Что-то точно произошло в ваш ужин, но ты не хочешь мне говорить… — Правильно, Ён, я не хочу вспоминать тот вечер. Пошли, лучше сходим в столовую. Обеденный перерыв начался несколько минут назад. Двое омег выходят с душного кабинета, служивший убежищем Кима в эти несколько дней. Когда они доходят до холла, Тэён резко останавливается из-за тяжёлой руки, вцепившегося в рукава его костюма, и лишь когда он поднимает взгляд, кажется, понимает причину нервов коллеги. Посреди холла у регистрации стояла делегация из нескольких людей, среди которых оба следователя сразу же узнают рыжую макушку помощника Накамото. А самого главу клана можно было увидеть рядом с их начальником у стойки, который поклонился, в качестве извинения, ибо все нужные бумаги, доказывающие невиновность Накамото были подписаны… Доён мысленно молился, чтобы его не заметили, ибо все дни игнорировал звонки с того самого личного номера, отвечая лишь Чону… — Господин Ким! Тэён слышит, как стоящий рядом Доён, что-то пробубнив, подходит к начальнику с натянутой улыбкой, который с ходу начинает хвалить его за проделанную работу, не позабыв добавить и то, что и сам принимал непосредственное участие в расследовании. Ага, как же. — Отрадно знать, что в вашем отделе работают такие следователи, — мягко произносит Накамото, в ответ же получая полное игнорирование со стороны омеги, который смотрел только на Ким Чону с поджатыми губами. — Конечно. Такого омегу отхватить — это само чудо. А ведь, возможно, что он станет и частью моей семьи. Ты ведь идёшь завтра на ужин с Дживоном, так? На лице омеги мгновенно отражается смесь недоверия и какого-то непонятного чувства, когда он слышит слова начальника. Серьёзно? Он решил побахвалиться перед Накамото тем, что он согласился на простой ужин с его племянником? Но Доён ничего не отвечает, вместо этого впервые посмотрев в сторону Накамото, одетого в серый костюм, который так идеально сидел на нём... Когда глаза омеги встречаются с чёрными глазами Юты, первому кажется, что ноги начинают дрожать от того взгляда, которым одаривает его альфа. Но, вспомнив тот злосчастный вечер, следователь глубоко вздыхает, снова натянув на себя флегматичное выражение. — Что ж, всё благодаря господину Чону. С его тесным сотрудничеством я смог быстрее расследовать это дело. Вам следует как положено наградить его, господин Накамото, — холодно произносит Доён. Омега хотел было извинившись уйти сам, но не успевает, ибо как только он отступает, сзади его обнимают крепкие руки, а вокруг чувствуется знакомый запах. — Ах вот ты где! Доён-и, тебя там Тэён заждался и уже заказал тарелку мисо. Пошли! Начальник, прошу нас извинить, но у нас заслуженный обед. И все годы службы и учебы в академии с этим шумным альфой окупаются, ибо сейчас Киму хотелось расцеловать Джонни, который так удачно отмазал его от разговора. Оба следователя коротко кланяются и уходят в сторону выхода, но Доён всё ещё чувствует тот же взгляд на своей спине.

***

Лишь когда он выходит с душа, Доён понимает, насколько измотал себя за эту неделю, пытаясь побыстрее закончить с делом Накамото, и, признаться, разочарование за тот вечер послужил основой причиной… Омега напяливает на себя свободные брюки и майку, желая продолжить вечер в одиночестве, но в компании бутылки вина. А завтра придётся пойти на ужин с Дживоном… Внезапный стук в дверь прерывает его тогда, когда он кидает полотенце в сушилку. С мокрыми волосами, Доён подходит к двери, мысленно перебирая тех, кто мог прийти к нему в такое время, ибо ни с кем он не договаривался встретиться. Когда он открывает входную дверь, увидев нарушителя спокойствия, первые несколько секунд омега не может проронить и слова, глупо приоткрыв рот. Перед взором стоял Накамото, но не в том виде, в котором он привык его видеть. На альфе, стоящем в расслабленной позе, была светлая свободная рубашка и простые льняные брюки, в то время как волосы в покоились в беспорядке. Омега молчит, не зная что сказать, но ничего и не требовалось делать, ибо в следующую же секунду его проталкивают обратно внутрь квартиры. И как только слышится короткий звук захлопывающейся двери, Доёна грубо целуют, прижимая к стене, а шею собственнически охватывает мягкая ладонь. Ким ни о чём не думает, когда отвечает так же пылко, со всей страстью, прижимая к себе сильное тело альфы, который улыбался сквозь поцелуй. И когда они отрываются друг от друга, тяжело дыша, Юта произносит чётким низким голосом: — Ты мой. И если кто-либо посмеет посмотреть в твою сторону впредь, станет одним из товаров моего весьма близкого друга... Доён лишь усмехается словам — угрозам — другого, и, обхватив того за волосы, игриво отвечает: — Нет, это ты — мой, Юта. Последнее, что видит Доён перед тем, как альфа несёт его в сторону спальни — это искренняя улыбка.