Jouer avec la mort

      — Дорогая, ты должна выглядеть безупречно, даже если на душе скребут кошки — с улыбкой на лице щебетала вокруг нее тетя, поправляя черную ленточку на ее волосах. — Перестань плакать! Твои прекрасные глазки будут опухшими и красными, нельзя же в таком виде выходить в общество       Девочка смотрела на нее заплаканными глазами и не понимала, как можно улыбаться и думать о внешности, когда у тебя вырвали кусок души.       — Милая, ты выглядишь изумительно — отвлекла ее от воспоминаний Нарцисса.       — Всегда нужно выглядеть безупречно, — безэмоционально ответила Аморет, продолжая укладывать свои черные волосы в блестящие локоны.       — Это правда, — со спины к Аморет подошла Нарцисса, — Ты как фарфоровая кукла: блестящие локоны, розовые губки… Любой потеряет голову. Даже без приданого ты выйдешь замуж одним только взмахом ресниц.       — Спасибо, Цисси, — натянуто улыбнулась Аморет.       Нарцисса льстила часто. Наверное, так выражалась привязанность.       За те пару недель, что они жили вместе, девушки сблизились. Аморет уже не терялась в подземельях, почти не пугалась двигающихся лестниц, и начинала узнавать преподавателей. Профессора Флитвик всегда хвалил её заклинания. Некоторые предметы давались трудно, например, зельеварение. Но тут ее выручила Цисси, она познакомила ее с тем самым юношей, которого она заметила на пиру в честь начала учебного года. Северус Снейп. Замкнутый, но необычайно способный.       На уроках Аморет иногда замечала того самого парня — "Бродягу" — всегда в компании, всегда в центре суматохи. Она не решалась спросить у Нарциссы его имя: лицо той неизменно кривилось при его виде.       Сегодня они шли на завтрак, а затем — на тренировку по квиддичу. Люциус, жених Нарциссы, был охотником в сборной Слизерина.       — Цисси, ты видела новый выпуск Ведьминого досуга? — щебетала Констанция Кэрроу. — Голубые мантии — хит следующего сезона! Я уже написала матери, чтобы заказать такую мантию у нашей швеи к началу рождественских ужинов.       — Голубой — мой цвет, — отрезала Нарцисса. — Не смей приходить в таком на званый ужин к Малфоям. Аморет, а ты поедешь куда-то на Рождество?       — Думаю, останусь в Хогвартсе… Хочу изучить замок получше, — солгала Аморет.       Правда была проще: ей некуда было ехать. Ни мантии, ни дома, ни права на светские разговоры.       — До Рождества еще много времени, я думаю, что ты успеешь передумать. Все-таки, чтобы найти выгодную партию, необходимо посещать светские мероприятия. Подумай об этом, дорогая.       Уже подойдя к дверям Большого зала, они услышали насмешливый голос:       — Ненаглядная кузина и её миниатюрная свита. Добрейшего утра!       Слова ударили по Аморет неожиданно. Она узнала голос, тот самый — с платформы. Голос юноши, что открыто флиртовал с ней на станции в первый день. Всё такой же красивый — черные волосы, серые глаза, улыбка, обволакивающая и жестокая. Даже мятая рубашка и алый галстук, болтающийся, как верёвка, будто нарочно подчёркивали: ему всё позволено.       — Сириус, какая встреча! — протянула Нарцисса с театральным восторгом. — Моя компания состоит из благородных ведьм, в отличие от твоих безродных выродков.       — Бонжур, мадемуазель, — оскалился он, глядя прямо на Аморет. — Как жаль. Мы могли бы развлечься. Но вы теперь под крылышком нашей прелестной Цисси — а ей чуждо развлечение с «выродками».       Аморет почувствовала, как вспыхнули щеки — от наглости и недвусмысленного тона его слов.       — Сириус, ты Блэк. Ты принадлежишь к нашему роду. Мы все ждем, когда ты наконец-то одумаешься и встанешь на истинный путь, ты разбиваешь сердце своей матери своим поведением и своей компанией.       — Я не хочу быть одним из вас. Никогда, — рявкнул он и ушёл в сторону гриффиндорского стола.       — Не обращай внимания, милая. Мой ненаглядный братец всегда ведет себя как полный идиот. Но… вы знакомы?       — Мы столкнулись с ним в моей первый день на станции. Кажется, я ему чем-то не понравилась, — девушка не понимала, как реагировать на поведение молодого человека.       — Не переживай, Аморет. Ты понравилась ему, даже очень. Он просто взбешен тем, что его античистокровный радар перестал работать.       Девушки подошли ко столу своего факультета. Аморет заняла место рядом с Нарциссой. Это место стало традиционно ее, за те пару недель, что она провела в Хогвартсе. Периодически, во время приемов пищи, Аморет ловила на себе недовольные взгляды Констанции Кэрроу и Джозефины Флинт, которым пришлось сдвинуться со своих мест.       — Девочки, вы же понимаете, что у вас не получится пойти со мной и Аморет на тренировку Слизерина. Вам необходимо написать сочинения по Зельеварению. К сожалению, я не смогла договориться с Северусом на четыре работы, только на две.       Если бы слизеринки могли испепелять взглядом, то Аморет бы сгорела на месте. Но, к счастью, они не умели, а до остального юной волшебнице не было дела. Позавтракав овсянкой, девушки разошлись: недовольные — в библиотеку, а Нарцисса с Аморет — на тренировку.       Погода этим субботним сентябрьским утром радовала всех обитателей Хогвартса теплым солнышком и ясным небом, поэтому большинство студентов гуляли по прилежащей к Хогвартсу территории, наслаждаясь такими редкими теплыми деньками. Девочки подошли к спортивному полю, где на уровне колец быстро летали зеленые пятна. Они заняли нижнюю скамейку трибун и продолжили свой разговор о светских Рождественских мероприятиях.       — Дорогая, ты обязана уехать из Хогвартса на Рождество. Тут останутся только старшекурсники и грязнокровки, которым некуда поехать.       — Не переживай, Цисси, я буду рада провести время в Хогвартсе, смогу ходить в библиотеку и позаниматься, не до конца школы же Снейпу делать за меня работы.       — Милая, если бы я не узнала тебя за эти две недели, то поверила бы, что ты правда хочешь проторчать две недели праздников в пыльной библиотеке. Кстати, со следующего месяца начинаются посещения Хогсмида. Это лучшее место, чтобы начать отношения с кем-нибудь. Конечно, без благословления родителей не обойтись, но ты так миловидна и благородна, что я уверена, любые родители пожелают себе такую прекрасную невестку.       — К сожалению, я не знала, о том, что необходимо разрешение о посещении деревни. Профессор Дамблдор в письме о моем зачислении ничего не писал об этом. Аморет снова соврала. Конечно, она получила бланк разрешения на посещение деревушки, но не смогла застать тетушку в хорошем или хотя бы адекватном состоянии. Та все время либо развлекалась в компании молодых любовников, либо в компании нескольких бутылок крепкого спиртного.       — Ох, как жаль…       В этот момент к ним подлетел юноша.       — О чем жалеет такое прекрасное создание, Нарцисса?       — Мариус, ты неисправим! Благодари Мерлина, что Люциус тебя не слышит, ты же знаешь как он ревнив, — наиграно возмутилась Нарцисса, но было видно, что ей приятны знаки внимания от молодого человека.       — А что за милая девушка сидит рядом с тобой?       — Ах, я совсем забыла вас представить. Мариус, это Аморет Бланкар, наша жемчужина из Франции. Аморет, это Мариус Лестрейндж, младший из трех братьев Лестрейндж и капитан нашей сборной по квиддичу.       — Бонжур, месье — сказала девушка, очаровательно улыбнувшись, новому знакомому. — Я рада нашему знакомству.