Сборник драбблов по лисам

Нил только закончил замешивать тесто для блинчиков, когда почувствовал, как чужой подбородок лег на его плечо, и в любой другой ситуации Нил бы вздрогнул и отшатнулся, но они были в квартире одни и он точно знал, что это Эндрю. Краешки губ Нила невольно приподнялись и он скосил взгляд на растрепанные после сна белокурые волосы своего парня и заспанные трогательно прищуренные глаза, в такие моменты Эндрю был похож на взъерошенного недовольного воробушка и Нила каждый раз это невероятно умиляло. — Уже проснулся? — прошептал Нил, не желая разрушать атмосферу комфорта и уюта. Эндрю в ответ только едва слышно утвердительно промычал. — А я вот готовлю нам блинчики, не сладкие, чтобы я мог их съесть, но для тебя я подготовил безумно вредный клиновый сироп и нутеллу. Эндрю опять только промычал, как всегда, не желая разговаривать в первые минуты после сна, но при этом довольно потерся щекой о чужое плечо и едва ощутимо поцеловал в шею. На что Нил окончательно расплылся в улыбке и едва сдержал порыв развернутся и, бросив своё занятие, поцеловать Эндрю уже по-настоящему. Но Эндрю был не любителем утренних несвежих поцелуев, поэтому Нил только, повернув голову, поцеловал парня в висок и прошептал, чтобы он «шел умываться, блинчики будут готовы уже через десять минут». Эндрю довольно выдохнул, в ответ опять запечатлев легкий поцелуй на чужой шее, и действительно неторопливо зашаркал в сторону ванной. А Нил так и не смог подавить счастливую улыбку всё время пока жарил блинчики, думая о том, что такие ленивые домашние выходные его самые любимые, когда они с Эндрю могут весь день просто нежиться в постели, наслаждаясь просмотром сериалов, вкусной едой и друг другом. И он ни за что не променял бы вид сонного расслабленного Эндрю, похожего на маленького очаровательного птенчика, ни на что на свете. Ведь для Нила, даже после стольких лет, оставалось невероятным чудом то, что Эндрю действительно ему полностью открылся, позволив заглянуть в мягкую сердцевину, и Нил был готов оберегать подобное доверие между ними всю оставшуюся жизнь.