Love dies at the beginning of March

«Никогда не хватает времени, чтобы сделать это правильно, но всегда есть достаточно времени, чтобы сделать это заново».

Джек Бергман

Миньярды ненавидят всё, что связанно с прошлым. Даже хорошее. Аарон не любит вспоминать детство из-за матери. Эндрю — из-за насильников. Ники, ненавидит детство за всё, что в нём происходило. Всё было не по его воле. У него не было права голоса в доме Лютера Хэммика. Не было права выбора. Чем ему заниматься, как жить, и даже, чем питаться, до 16 лет. После 16, его судьбой управляли воспитатели лагеря. В этом же возрасте близнецы уже были чем то вроде центра осуждения. Они не были под прицелом у копов, но у местных отродий их района, очень даже. В 16, случилось то, ради чего можно было бы и поволноваться: умерла Тильда. Аарону плохо, Эндрю плевать хотел на смерть «матери», а Ники, в приделах разумного, пытается казаться примерным ребёнком. Лишь бы его снова не хлестали по спине и ногам лёгкими прутьями, что оставляли шрамы. Никому из них не легко. Ники выживал последние 4 месяца с родителя, а после забрал близнецов под опеку. Переехал в дом, что ему помог купить его парень и… Всё нормально. Аарон и Эндрю почти не разговаривают, а если и говорят, то это скорее ссоры и скандалы, чем братский разговор. Ники рядом, он терпит. Он многое терпит. Но в один из дней нервов не хватает. Близнецы снова начали перепалку, при которой, наверняка вновь покалечат друг друга. Ники смотрел со стороны и молчал. В следующую минуту Хэммик ударил по стене со всей силы, привлекая внимание братьев. Его глаза красные и уставшие, скорее всего он много плакал и мало спал. Кожа, хоть и была от рождения смуглой, сейчас будто пожелтела и казалась до ужаса не здоровой. Взгляд затуманенный и своеобразно грубый. Близнецы переглянулись, вновь смотря на Ники, который уже спустился на лестницу и подошёл к входной двери. Хэммик открыл несколько замков, раскрыл двери на распашку впуская в дом прохладный весенний ветер, и выставил руку, пальцем указывая на улицу. Немного хриплый голос Ники слышался слишком грубо. Тихое: «Вышли, немедленно» звучало злее обычного. Близнецам 18, они знают толк в вещах, и их уже выгоняли из дома. Но что бы это сделал их добродушный кузен… Да нет. Бред полный. Таким образом братья молча простояли на крыльце дома, как минимум 2 часа. Вернувшись, под пристальный взгляд Ники, оба разошлись по разным комнатам, намеренно игнорируя кузена и друг друга. Никто никогда не вспоминал этот случай. Подобное произошло всего единожды. Всё остальное время Ники как ни в чём не бывало пытался успокоить братьев, часто попадая под горячую руку. Он заботился о них. А они думали, что это продолжение выживания, а не начало жизни.

***

Матч был назначен ровно на 11 часов, а Анро уже с утра пораньше кружился по всему поместью. Эндрю всегда был его кумиром, и теперь, когда выдалась возможность увидеться с ним, младший Хэтворд просто не мог этого упустить. Он был бы рад встретиться и с Ристерами, но знаете, то что ближе, то и роднее. А Эндрю, как никогда был близок. Не к самому Анро, конечно, а скорее к его кузену, но суть оставалась сутью, даже при исполнении её через вполне выдуманные законы. Хэтворд расхаживал из стороны в сторону по всему периметру гостевого зала, иногда весело подпрыгивая и размахивая руками. Он говорил быстро, запинался, путался в словах, как маленький ребенок, но выражал эмоции столь же ярко. Рассказывать полу спящему Нилу свои планы во всех подробностях, было чем то из привычного и давно приевшегося. — Я понимаю, что тебе может не спаться в 8 утра, но давай мы будем уважать хотя бы дядю Стюарта, — возмутился наконец Абрам, укутываясь сильнее в плед. Он только проснулся, и то, не по своей воле, а перед ним уже скакал счастливый брат. Глубоко зевнув, Нил свернулся калачиком, а после переворачиваясь на живот и с головой залезая под мягкую ткань, возмущённо выдохнул, ощущая тяжесть сверху. Анро опустился на спинку дивана, выгибаясь в позвоночнике и соскальзывая сверху на Нила чуть ли не всем туловищем. — Ты скуууучный, — начал было ныть младший Хэтворд. Где-то выше, пронеслось эхо и раздался грубый мужской голос: — Анроум Кристиан Хэтворд, веди себя прилично и не наваливается на брата. Нил недовольно метнул взгляд к кузену толкая его локтем в бок, от чего тот взвыл, падая на пол. Стюарт, шедший на кухню лишь усмехнулся и изнеможённо покачал головой. — Скажи спасибо, что я вообще согласился сопровождать тебя, — Нил вздохнул. — Знаешь ли, экси для меня тоже самое, что старая зависимость, от которой я до сих пор ловлю припадки. — Знаю. Поэтому, беру именно тебя! — весело прогудел Анро, уклоняясь от подушки, любезно посланной ему братом.

***

Время шло быстро. Эндрю приехал на стадион примерно в то же время, что и остальные игроки Ягуаров. Поздоровавшись с Жаном и Кевином лёгким кивком, Миньярд намеренно скрылся в гостевом зале. Поздоровавшись таким же кивком с ничего не понимающим тренером, Эндрю сел за компьютерное кресло, проезжая на нем почти два метра вдоль стены. — Миньярд! — возмутился Данкер, прожигая Эндрю взглядом, — ты должен быть на трибунах. У нас после игры интервью, и если ты сегодня не играешь, то сделай доброе дело, займись хотя бы репортёрами. Эндрю прыснул: — И как это должно выглядеть? Вы ставите передо мной задачу, которую мне не доверяли со времён университета. Немного помолчав, Данкер развернулась к тонированному окну, открывая его на проветривание. — Мне плевать, отвечай только на то, что связано с игрой и командой. Насчёт личной жизни сам решай. — Ладно. Но гарантий не выписываю, — закатив глаза ответил Эндрю. Телефон в руках издал короткую вибрацию уведомления. Новое сообщение от ранее неизвестного номера. «— Братик Нила, что же тебе нужно» — подумал Миньярд с усмешкой открывая чат. «После матча я встречу вас в фойе» — Вас? Как мило, — на лице Эндрю вырисовывался предвкушающий оскал, а в глазах уже блестели огни азарта, пускай ничего азартного в этой встрече быть и не могло. Гул со стадиона стоял неимоверный и слышался даже через жесточайшую звукоизоляцию здания фойе. Эндрю был здесь чуть ли не каждый день, но на удивление почти никогда не осматривался. Фойе было небольшим, с 2 длинными коридорами и главным выходам к стадиону и трибунам. Стены светлые, но с желтоватым оттенком. Полы плиточные, серые скучные и ничем не примечательные. Единственным местом, где было хоть что-то более интересное, кроме тишины и высоких навесных потолков, стал выставочный зал. Он тоже был небольшим, но более уютным. Холодный свет падал на экспонаты и кубки, переливая золото в лучах былой славы. Миньярд заходил в этот зал буквально единожды, при первой экскурсии, после присоединения к Ягуарам. Сейчас здесь конечно же ничего не изменилось, но зато, был вывешен стенд с именами нынешнего состава команды. Капитан — Майлз Колет, сущая язва для поджелудочной Эндрю. Его попытки найти контакт, а иногда даже подкатить, вызывали скорее рвотные позывы, чем интерес. Парень чуть ли не на 2 головы выше самого Миньярда, перескакивая даже Кевина с его ростом в 74,6 дюймов Широкоплечий, накачанный, в меру загорелый шатен, имеющий фан базу размерами, как у Райана Гослинга. Смешило и то, что сам он буквально плавился, как сливочное масло, только от одного упоминания Эндрю. Характером был до жути добрый и тут даже было не удивительно, что его лучший друг это Джереми Нокс. По зданию раздался приглушённый вой сигнальной сирены оповещающий, что до начала игры осталось по большей мере минут 15. Появляться на трибунах, Эндрю в принципе то и не хотелось, но слушать потом выговоры от тренера и Кевина, было ещё хуже. Почти весь первый тайм шёл на удивление спокойной. Пару раз Ристеры начинали вспылять, словесно унижая Ягуаров, но это было буквально ничем, по сравнению со вторым таймом. Поле по всей площади пропиталось напряжением и яростью обеих сторон. Трибуны то утихали, то начинали выкрикивать в моменты жестоких столкновений нападающих и защитников. Борьба начинала набирать обороты и никто уже не мог сказать, что интерес к матчу приутих. Редкие комментарии людей с соседних рядов знатно били по вискам и нервам и так не совсем спокойного Эндрю. Почти весь верхний ряд, на котором расположился Эндрю, был свободен, чему он был неимоверно рад. Немного выдохнул и устремив своё внимание на поле, Миньярд заметил некоторое движение с левого бока. — Боооже, — раздался протяжный вздох, — а ты говорил не успеем! Второй тайм только начался. Опоздание в 4 минуты ничего не изменит, тем более, ты и так не особо хотел ехать. Эндрю прислушался, разгибая ранее наклонённую спину, складывая руки на груди. — За 4 минуты могло произойти что угодно. И ты на самом деле такая заноза в заднице, что не передать словами. Кто вообще додумается брать билеты на нижние ряды, а потом уходить от туда, — голос второго человека был бархатистый, с небольшой хрипотой. Знакомый, но давно затуманенный голос ласкающий слух и сердце, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Эндрю легко развернул голову немного в сторону, всматриваясь в двух сидящих на соседних местах людей. Это не ошибка. Пил Эндрю задолго до матча, и то, не особо много. Нил сидел прямо здесь, в 2 метрах от Эндрю и как будто специально игнорировал присутствие Миньярда. — Не будь занудой, мне ещё после матча надо взять автограф у Миньярда, только вот, я чёт не вижу его на поле, — вскинув брови парень наклонился немного вперёд сильнее вглядываясь в поле, на котором сейчас было полное пекло. Эндрю нахмурился и демонстративно покашлял. Нил, ранее увлёкшийся таким же наблюдением за полем, как и его спутник, обернулся в сторону звука. Дыхание резко перехватило, а в груди что-то заболело. Эндрю, смотрел резко, с диким укором. Парень рядом с Нилом тоже развернулся, и в момент его глаза засияли ярче звёзд, а на лице появилась солнечная улыбка. — Эндрю Миньярд, как я рад увидеть вас в живую, — радостно заверещал парень, намереваясь ухватить Миньярда за руку, но Нил резко дёрнул того за плечо. — Анро, ты, — Нил пытался подобрать слова, обращаясь к брату, одновременно с этим, продолжая, рассматривать немного хмурое лицо Эндрю. — Нет. Ты не мог. Анро резко выпрямился скидывая руку Абрама со своего плеча и вновь ещё ярче заулыбался, встречаясь взглядом с Миньярдом. — Простите за моё неуважение, меня зовут Анро, но вы наверное и так знаете. Я рассчитывал встретиться с вами после матча, но раз уж мы здесь, — грохот со стороны поля, ярый крик и аханье зрителей вновь забрало внимание, от чего все трое обернулись рассматривая поле и игроков. Один из нападающих Ягуаров стоял чуть ли не на коленях на паркете, пока над ним возмущённо возвышался игрок Ристеров. Клюшка соперника стремительно влетела в воздухе, в момент ударяя Ягуара в голову со всей силы. Сирены взвыли, судья выбежал на поле, а медики с носилками поспевали за ним. Нападающий Ягуаров повалился без сознания на пол, противно ударяясь шлемом об паркет. Команды так и застыли на местах, пока один из Ристеров, похоже капитан, не встрепенулся подлетая и начиная орать на французском, на виновника. Трибуны тихо переговаривались, пока судья выставил красную карточку Ристерам и одновременно с этим распоряжался медиками. — Подобного исхода можно было ожидать, — резко разрывая тишину проговорил Нил. Анро взглянул на брата, после, на Эндрю, и снова на поле. Миньярд вобрал воздух в лёгкие, не выпуская его. Пока защитник Ристеров уходил с поля, а пострадавшего уносили на носилках, трибуны взвыли, недовольно выкрикивая ругательства. Проверяя всё оставшееся поле, Миньярд усмехнулся. Вайлет Карстин, 8 номер, нападающий. Схематично подмечая, что девушка, имеющая неплохую выносливость, так легко сдалась в начале 2 тайма, Эндрю вновь посмотрел на соседние места. Анро встревоженно оглядывал поле, иногда поглядывая на брата. Нил с тем же комичным спокойствием, что и у Эндрю, неуверенно нахмурил брови искоса поглядывая на Миньярда. В таких периглядках прошла еще минута, после чего, Анро резко повернулся к Эндрю и как ни в чём не бывало продолжил свой монолог. Нил, намеренно игнорирующий всё, кроме игры, обвил плечи руками мелко подрагивая. Одетый в одну лишь рубашку, Нил стиснул зубы сильнее. В следующее мгновение, со стороны послышалось шуршание, и Эндрю, так же игнорируя Анро, снял с себя осеннюю куртку, накидывая ту на плечи Нила. Молчание было удушающим. — Спасибо, — Нил неловко отвёл взгляд, надевая куртку полностью. Эндрю лишь махнул головой в сторону, давая понять, что им нужно отойти. Нил, заглянул в глаза Миньярда и будто обомлел. Ни страх, ни злость, и даже не смятение. Во взгляде Эндрю было слишком много тепла, чистоты и мимолётного счастья, что Нил просто не мог совладать с нарастающим кипятком в груди. В голове одно за другим всплывали воспоминания об их совместной жизни в первый год обучения в Пальметтно. Тогда, перед тем как его забрали, Эндрю тоже иногда смотрел на него подобным образом. Смотрел слишком мягко, словно Нил был именно тем счастьем, коего так не хватало ему. Эндрю понял, как же трудно ему было жить после исчезновения Нила, только сейчас. Сегодня и именно сейчас, когда они наконец встретились. Сейчас когда они смотрят друг другу в глаза и тонут. Анро, сидящий между парнями легонько присвистнул, выводя тех из транса. — Вы сейчас друг друга взглядом трахните, — Хэтворд, усевшись поудобнее, продолжил наблюдать за возобновившимся матчем, пропуская озлобленный взгляд кузена. Эндрю так же недовольно уставился куда-то в даль, а после встав и отходя к лестнице, цыкнул закатив глаза: — Джостен. Эндрю позвал не слишком громко. Стоя в нескольких метрах от самого Нила, можно было бы и не сомневаться, что тот его услышит, но внутри засело явное сомнение. Нил интенсивно теребил край курки, продолжая почти отчаянно смотреть на свои колени. Эндрю позвал снова… и ещё раз. Позвал тихо, чуть громче. — Абрам, — Нил обернулся. Эндрю позвал довольно тихо. За шумом болельщиков была почти 100% вероятность, что его не услышат, но Нил действительно обратил своё внимание на Миньярда. Нахмурившись, Эндрю спустился вниз незаметно проникая к лестнице, что вела на подземную стоянку. Через несколько минут так же тихо прошмыгнул и Нил подходя к Миньярду, что стоял возле давно знакомой Мазерати. — Тебе ведь есть что сказать? — уточнил Эндрю. — Ибо, если нет, то мне следует бросить тебя на этой стоянке, наплевав на общественные принципы и уважение по отношению к другим. О, ты кстати наверное забыл кое-что. — И что же я забыл? — Я не просил тебя уходить, — твёрдо ответил Эндрю, открывая двери машины для Нила. Джостен подавил лёгкую усмешку, исподлобья поглядывая в сторону Миньярда. Было далеко не до смеха, Эндрю хотел чтобы Джостен сел в машину. Хотел поговорить уединённо, чтобы никто другой, кто решит прогуляться по парковке, не услышал их предстоящий диалог. Возможно, раньше это бы и не вызвала бурю эмоций, но сейчас, в голове явно горел красный сигнал опасности и страха. Нил мог прочитать Эндрю по его эмоциям, но уж точно не могу знать, что творится у того в голове. От Эндрю можно было бы ожидать чего угодно, ведь он далеко не ангел и грехи свои в церкви не вымаливает. Именно это и пугало. — Ты ещё долго будешь пялиться? Сядь и не беси меня больше чем есть, — огрызнувшись Эндрю порылся в бардачке, вынимая откуда что-то блестящее, но не давая Нилу возможности разглядеть, засунул вещь в карман брюк. Нил вдохнул, сел в машину стараясь как можно тише закрыть за собой двери. Не задерживаясь ни на секунду, Миньярд завёл мотор, выезжая с парковки. На телефон Нила пришло сообщение, которое тот благополучно проигнорировал, продолжая исподтишка пялится на Эндрю. — Ответь, тебе вообще-то пишут. Телефон скоро взорвётся от патока сообщений. Наверное братишка волнуется, — на последних словах Эндрю пролепетал, как ребёнок, ехидно усмехнувшись. Нил оглянулся и неловко высовывая телефон напечатал пару слов, вновь пряча устройство. Уже было открыв рот, желая задать вопрос о том, куда они направляются, Нил просто смотрит. Эндрю оторвав одну руку от руля снова открывая бардачок. Высунув от туда небольшой леденец на полочке и кинув его на колени Нила, проговаривает: — Заткнись и ешь. Таким образом они едут ещё минут 20. Нил посасывает леденец, а Эндрю лишь изредка поглядывая на него, ведёт машину. Эндрю подъезжает к дома, одновременно с этим открывает через дисплей двери гаража. — Ты серьёзно привёз меня к себе? — Нил приподнимает брови, удивлённо смотря на спокойного Миньярда. — Да. Выходи. И Нил послушно выходит из машины, на этот раз специально громко хлопая дверьми, давая понять Эндрю о своём недовольстве. Как они вдвоём оказываются на кухне Нилу будет трудно сказать. Каким образом они выпили почти целую бутылку коньяка, тоже ответить будет затруднительно. А вот как Нил оказался полуголым, сидящим на барной стойке, пока Эндрю зацеловывал его шрамы на торсе, отвечать в принципе то и не стоит. Обводя уже в который раз чужие бёдра руками, Эндрю поднимается выше. Из уст невольно вырывается короткий и тихий вздох. Нил проводит рукой по блондинистым прядям прижимая голову Миньярда к собственной груди. Нил чувствует, как руки Эндрю оглаживают низ живота, потихоньку спускаясь всё ниже и ниже, начиная массировать пах. — П-подожди, — Нил запинается, разрезая воздух тихим стоном. Эндрю на мгновение останавливается. Смотрит, а после припадая к загорелой шее, проводит дорожку поцелуев от кадыка до левого соска. Продолжая медленно и совсем невесомо поглаживать член Нила через брюки. Эндрю целует, пару раз задевая кожу зубами. Чуть ли не вылизывая слегка покрасневшие и набухшие соски, Эндрю резко припадает к губам Нила. Вырывая из груди более громкий стон, от большего воздействия на пах, Эндрю подхватывает Нила за бёдра, приподнимая и усаживая на себя. Барные стулья конечно не самые удобные, для подобных занятий, но забивая на неприятную твёрдость сидения, Миньярд жадно покусывает чужие губы. Нил отстраняется, пытаясь отдышаться, чувствуя, как внутри всё бурлит. Кровь закипает, щёки и уши давно покраснели, а в районе малого таза приятно показывает от возбуждения. — Стой, — командует Нил чуть более уверенно отодвигая Эндрю за плечи. — Что-то не так? — Эндрю прищуривает глаза, показательно закусывая губу не забыв до этого легонько пройтись по ней юрким кончиком языка. — Да, то есть, нет, я не знаю. Как по твоему это выглядит со стороны? — Чудесно, — отзывается Эндрю, вновь припадая к шее. Нил легко отдёргивает его за волосы. — Я не про это, а про ситуацию в целом. Это несправедливо, неправильно, так не должно быть! — Нил суетится, спрыгивая на пол. Подбирая с пола собственную рубашку, Нил смотрит на Эндрю резко замолкая. Миньярд не зол, скорее разочарован. Нил смотрит ещё пару секунд, находу одеваясь. — И что? — Эндрю хмурится. — Ничего, прости, мне пора, наверное, — Нил неловко, но относительно быстро обувается, выбегая из дома. Эндрю продолжает сидеть прокручивая в голове всё что происходило за последний час. Они посидели, поговорили, обсудили всё накипевшее, даже почти успели поругаться. Выпили и оставляя лояльность на потом, примкнули к ласкам друг друга. Недовольно выругавшись, Эндрю допил последние 40 грамм коньяка, поднимаясь на второй этаж. Возможно стоило бы подумать, что и где сейчас Нил, но он сам ушёл, а гнаться за ним сил особо не было. Да и водить пьяным было бы не слишком безопасно. На телефон пришло новое сообщение. Тот самый не зарегистрированный номер посылал Миньярда далеко в ад, обвиняя, похоже во всех бедах мира. Что ж, раз уж братик Нила уже написал, но волноваться особо уже и не стоило. Но в груди оставался неприятный осадок. То ли от алкоголя, то ли от разговора. Эндрю прикрывая окно и вваливаясь на кровать, усмехается, продолжая безнадёжно пялить в потолок и думать о произошедшем.