Вместо сердца – пламенный мотор

– Блядские минные поля, блядские турели, блядские батары, – Джейн смачно сплюнула кровью и потрогала языком сломанный зуб. По мнению капитана, весь этот астероид стоило бы взорвать к чертовой матери, не дожидаясь его подлета к Терра Нове, но командование приказало спасти инженеров. Знали, суки, кому приказывать: после миссии на Торфане личные счеты Джейн к батарианским террористам были таковы, что будь они кредитом, хватило бы на несколько циклов пожизненных выплат. Потеряв большую часть своего прежнего отряда в боях с четырехглазыми ублюдками, Шепард взыскивала с них долги особенно тщательно – и, надо сказать, с большим удовольствием. Капитан провела рукой по лицевому щитку, размазывая пыль, и уставилась на бронированную дверь последнего бункера. – Так, финальный рывок на сегодня. Этого урода, Балака, берем живым, хочу с ним лично побеседовать. Рекс, просто ворвись туда и отмудохай по самое не балуйся всех, у кого четыре глаза. Кайден, прикрываешь биотикой и знакомишь со стеной особенных энтузиастов, – Шепард скрипнула зубами. Куда-то под левую лопатку ткнулся инъектор системы жизнеобеспечения и коротко ужалил. Кажется, контузия, полученная с полчаса назад, оказалась все же серьезнее, чем легкомысленно считала сама Джейн: в ушах звенело, а нижние веки начинали противно подергиваться. Оставалось уповать только на то, что коктейль из нейростимуляторов и анестетиков позволит ей продержаться на ногах до конца миссии. – Шепард – Тали, как слышно? – Зора в канале, прием, – немедленно откликнулся девичий голос в шлемофоне. – На тебе дистанционное обезвреживание их турелей и боевых дронов. Будь готова навести эвакуационный челнок по координатам от группы, есть риски. Боковым зрением Шепард успела заметить, как ощутимо напрягся Кайден, и криво ухмыльнулась под шлемом. Иногда ей казалось, что вся команда смотрит как на нее как на неуязвимого супер-бойца – что ж, и для них настало время разочарований. Под последнюю ракету она подставилась неимоверно тупо, и щиты выдержали едва ли не чудом. Сама виновата, нехрен было выпендриваться и швырять батар на контактные мины биотическими импульсами. – Шепард, – коротко громыхнул в динамике кроганский бас, – не лови больше лицом ракеты, шрамы не украсят твою мягкую пыжацкую мордашку. – А то я без тебя не знаю. Подтвердите готовность. – Аленко готов. – Рекс готов. – Зора готова. – Десантная группа – вперед, – коротко скомандовала Шепард и от души саданула биотикой по нежной электронике дверного замка. *** – Я спрашиваю еще раз, почему они прошли минное поле, Чарн?! Неужели так сложно взорвать мины, пока три дебила по ним ходят! – У Балака уже начинало подгорать. Простая миссия сбросить астероид и не дать никому помешать плану, срывалась. Куча техники, варренов, оружия, сраные инженеры и штурмовики, дерущие ценники втридорога. Бесполезная пиратская шваль. В который раз он убеждался, что проще работать одному, чем с ними. Выбора не было. И времени. Когда еще мог появиться шанс так легко превратить Терра Нова в пылающие руины? – Не знаю, с электроникой не разобрались? Балак вспыхнул и в ту же секунду схватил Чарна за шкирку, раздраженно дернув на себя, как провинившегося щенка, испепеляя взглядом немигающих глаз. Он стиснул зубы, глотая чересчур эмоциональные маты, рвущиеся наружу. Не под стать офицеру надрываться перед поганым работорговцем. Лычки Чарна Балак старательно игнорировал. Он уже давно не достоин звания. Сдулся. Его интересуют только нажива и собственная задница. И за последнее он сейчас больше всего трясется. Придушил бы сам, да мараться не хотелось. – Так сходи и помоги им хотя бы разобраться, как попадать по мишеням. Это тебе по силам? – Отбросив от себя помощника, Балак связался со своими солдатами по рации, не доверяя больше ни единого пука наемникам. – Минируйте здание. Работорговец хоть и тупой, но тоже понял, что миссия провалена. Балак нутром чуял, что ждать героических свершений от него точно не стоит. Перед тем как батарианец покинул комплекс, он услышал по рации последнее предупреждение, опережающее его собственные трусливые мысли. – Да, Чарн. Вздумаешь сбежать, я лично сдеру с тебя шкуру живьем. Балак не сомневался, что последнее здание тоже падет, а двигатель отключат. И что Чарна он больше не увидит. Главное, чтобы недоумки потянули время, пока готовится оборона и минирование главного комплекса. Если вдруг те трое будут достаточно оснащены расходниками, чтобы сражаться с той же силой и здесь, всегда можно использовать заложников как запасной план. Сообщений от последнего комплекса больше не поступало. Чарн тоже отключился. Значит, пора встречать гостей. Пусть попробуют на вкус батарские ракеты. – Бойцы готовы? Бомбы? Дроны? – Есть одна проблема. У них на дистанционке техник. Взломал управление снарядами, теперь до дронов пытается добраться. Можем потерять преимущество. Заблокирую, но нужно время. – Блахт, – Балак грязно выругался. – На этом гребаном астероиде хоть что-то может пойти ТАК? Работаем как есть. Треть дронов все равно запустить. Как вырубите их хакера, сразу сообщить. Группа 1, на позиции, группа 2 – укрыться до распоряжений. Быстро! И хватит уже жалеть волосатых выродков! Пираты, которых он выставил на первый акт, быстро сдали позиции. Пушечное мясо. Пока их рвали, у солдат Балака была возможность изучить противников. Огромный кроган был больше похож на танк, мощный биотик оказывал ему содействие и показывал себя отличным тактиком, а некая женщина со значком N7, стоила их обоих вместе взятых. Еще и техник, с которым дистанционно вели борьбу инженеры Гегемонии, ощутимо трахал мозг. Балак начинал понимать, почему пираты для них были подобны тряпичным куклам. Как бы горько ни было признать, но этот бой ему было не выиграть. Решение сохранить солдат было правильным. Наконец-то инженеры подали сигнал, что снаряды и дроны снова контролируются батарианцами. Можно было приступать к финалу. Пираты наверняка все передохли, но этот мусор ему был уже не нужен. – Довольно, – наконец он встретил врагов лицом к лицу. И сразу же понял, кто у них главный. Такого яростного взгляда он еще никогда не видел. От нее пахло смертью, а волосы цвета огня подчеркивали образ твари прямиком из глубин ада. Но и Балак из того же теста слеплен. Вид человека не вызывал в нем страха, скорей интерес и невольно даже долю уважения. – Здание заминировано. Если не уйдете с дороги, я убью всех заложников. Взгляд глаза в глаза, напряжение повисло в воздухе. Искра, буря, ненависть, скрип оружия, сжатого в руках. Они оба были готовы к сюрпризам. Но вдруг она пошло подмигнула. Балак опешил, слова застряли в глотке. Пока Шепард выговаривалась, пользуясь его заминкой, моргнул ей ради проверки и получил еще более страстный ответ. Не показалось. Пылкие речи, острый ум, подтянутое шикарное тело и развратные бодрые моргания, выбивали батарианца из колеи. Не оставалось сомнений, на что она намекает. Нельзя винить женщину за то, что она не смогла противиться сексуальной энергии пылкого офицера Гегемонии. Безумие, но его это тоже чертовски возбуждало. Давно всё-таки бабы не было, раз даже раса не смущала. Миссия все равно провалилась, можно извлечь из этого хоть какую-то выгоду. Как говорится, если не можешь «трахнуть» все человечество… Из собственных похотливых мыслей Балака вырвала последняя реплика женщины, произнесенная с отчетливо бескомпромиссной интонацией: – У тебя есть выбор: отпустить людей или начать дышать через дополнительную дыру в черепе. – Хорошо. Я отпущу их. Но взамен требую разговор с глазу на глаз. Только ты и я. Хватит смелости? – батарианец грязно ухмыльнулся, занося палец над омнитулом. Ей стоило только согласиться… – Идет. – по перепачканному кровью и пылью лицу Джейн пробежал едва заметный спазм. – Рекс, Кайден, сопроводите гражданских к выходу и организуйте эвакуацию. Если я не появлюсь через пятнадцать минут –– уходите. – Шепард, – В голосе Аленко слышался явный протест, но коммандер попросту не дала ему договорить. – Это приказ. Выполнять! Несмотря на, казалось бы, удачное разрешение ситуации, Джейн не торопилась убирать “Фалангу”. Дождавшись, пока стихли шаги и голоса удаляющихся людей, она с усилием разомкнула челюсти и снова повернулась лицом к батарианцу, за которым до этого следила краем глаза: – Слушаю. Шепард явно ожидала чего угодно. Выстрела, активации бомб, начала драки врукопашную. Но батарианец сумел удивить даже ее. Балак резко сократил дистанцию. вторгаясь в личное пространство в полной уверенности, что понял ее, как нужно. Нагло схватив женщину за упругое бедро, склонился ближе с предложением, от которого, – он был уверен, – она не сможет отказаться. – Сильные женщины в форме моя слабость, признаюсь. А ты, я смотрю, та еще горячая сучка. Можем сделать это быстро и тихо. Никто ничего не узнает. *** Джейн не успела даже сообразить, что происходит – тело среагировало быстрее. В целом, дистанция позволяла нанести смертельный удар: банальнее некуда – включить омни-клинок и пробить наглого четырехглазого насквозь в районе солнечного сплетения. Но, поскольку ситуация повернулась абсолютно неожиданной стороной, включились совершенно другие рефлексы. Те, которые тогда еще тринадцатилетняя Джейн Шепард приобрела в грязных занюханных барах где-то в глубине мегаполиса Лондон-сити. Закованная в адаптивную броню ладонь встретилась с физиономией батарианца со смачнейшим шлепком. Человеку такой удар мог бы сломать челюсть – все же, силой природа Джейн не обделила, а встроенные в боевой костюм сервоприводы удваивали убийственный импульс. Но, исходя из личного опыта самой Шепард, батары были все-таки покрепче соплеменников, и это только подтвердилось. Голова Балака мотнулась из стороны в сторону, а на скуле расцвел алый, наливающийся кровью синяк в форме пятипалой ладони. – С-с-с-стерва! – батарианец отпрянул, заливаясь кровью из разбитого носа. Веки Джейн снова дернулись, ладони свело судорогой, в ушах зашумело. Мир постепенно сходился в точку, в центре которой маячило ярко-алое кровавое пятно. Уже не вполне соображая, что делает, она схватила Балака за ворот, притягивая ближе к себе. Интересно, размышляла Шепард, какова их кровь на вкус? Солено-металлическая, как у людей, или иная? Вопреки ожиданиям, в черных зрачках четырехглазого читался не страх. Он все еще смотрит на меня с восхищением, вдруг поняла Джейн. Откуда-то из глубин затуманенного рассудка вдруг накатила волна нездорового веселья, смешанного с азартом. – Стерва… но божественно сексуальная. Нестерпимо захотелось стереть с чужой физиономии это сопливое обожание, и под влиянием момента Шепард буквально вгрызлась в губы напротив жестким, грубым, не несущим в себе ни малейшего оттенка любви поцелуем. Вопрос “какого хуя происходит” занимал ее сознание буквально несколько секунд, после чего рот наполнился горько-сладким привкусом чужой крови и чего-то гадкого, мир мигнул яркой какофонией цветов и запахов… ...и Джейн проснулась. Голова нестерпимо болела. С трудом разлепив отекшие веки, Шепард повела вокруг мутным взглядом, обозревая окружение. Обстановка больше напоминала побоище – с той лишь разницей, что вокруг были похмельные тела, художественно разложенные по предметам интерьера в разных позах. – Блядь, – с чувством резюмировала коммандер, отодвигая от себя наполовину полный бокал, от которого исходил стойкий запах сивухи и ринкола. – Приснится же такое. Импланты работали быстро. Спустя примерно минуту в голове прояснилось, и похмельное видение мгновенно перешло из разряда “только что было почти реальным” в разряд “забавный глюк пьяного мозга”. Тихо фыркнув, Джейн поднялась на ноги и направилась было на кухню в поисках достаточного количества холодной воды, но примерно на середине пути ее отвлекло входящее сообщение. “Шепард, это офицер Ноулз, СБЦ. Если вы сегодня продолжите расследование по поводу батарианских кодов, мы будем вам весьма благодарны. Есть подозреваемый по данному делу – некий Балак…” Дочитывать Джейн не стала, раздраженно выключив омнитул. На секунду на губах снова возник тошнотворный горько-сладкий кровавый привкус. – Чертовы батары.