Знакомьтесь, Джейк Саммерс!

где Джою больше никогда не захочется спорить с лучшим другом… Джой обожал спорить. Всегда. По любому поводу. Даже, если знал, что не прав. Просто азарт в крови и желание совершить безумство досталось ему точно не от родителей. Те всегда варились в собственном соку, считая самой экстремальной ситуацией — уронить в пунш запонку за тысячу долларов. Джой же мог на спор пробежать голым по кабинету, где шло заседание Конгресса, если результат спора того стоил. Но ведь не всегда самоуверенные личности выходят сухими из воды. А иногда и не всегда сухими из мотеля… — Джой, ты мужик или нет? — подначивал Джейкоб, лучший друг Притча еще со школьной скамьи. — Именно потому, что мужик, я и не сунусь туда ни за какие коврижки! — бурчал Джой, подумывая, не пришибить ли друга детства, чтоб не мучался. И не болтал ерунды. — Хотя да, я поспорить готов на тысячу пятьсот баксов, что ты, девчонка, которая там и минуты не продержится! А уж тем более никого не снимет! — Джей произнес заветные слова, с ухмылкой наблюдая, как протест медленно испаряется с лица Притча. — Думаю, тебе слабо. — Значит, слабо!? Готовь пятьсот баксов, мой друг! — победно улыбнулся Джой и стал собираться … в гей-бар… Джой Притч стоял у дверей «Райского острова» и собирался с духом. Этот бар внешне был очень эстетичен и даже чем-то располагал к себе, если не знать, что там гомосексуалисты собираются. Парень поправил самые узкие джинсы, которые смог отыскать у себя в гардеробе и расстегнул еще одну пуговицу на светло-синей рубашке. Перекинув пиджак через плечо, он резко выдохнул и вошел внутрь. Помещение было наполнено слабым табачным дымом, слабо освещалось, выхватывая из приятной полутьмы барную стойку и небольшой островок столиков в дальнем углу зала. Играла мелодичная и в то же время заводная музыка, под которую, даже если при смерти будешь, танцевать захочется. Людей было много. Если быть точнее, мужчин было много. И Джой буквально чувствовал на себе плотоядные взгляды некоторых, пробираясь к бару, как к спасительной бухте. Он с любопытством посмотрел по сторонам. Некоторые парочки обжимались прямо на танцполе под одобрительный свист остальных. Другие сидели за столиками, словно отделенные своими неторопливыми разговорами от насущной жизни. Они были разные. Все. От жеманных женоподобных парнишек, у которых на лице было написано «Трахни меня!», представителей различных молодежных субкультур, до солидных мужчин, с первого взгляда на которых, никогда не придет в голову слово «педик». Джой заказал коктейль, оглядываясь, скользя взглядом по толпе, осматривая контингент. Все-таки, ему еще объект выбрать нужно. Однако желание не увеличивать количество алкоголя в крови таяло с каждым подходящим к нему мужчиной, чтобы познакомиться и продолжить вечер в более приятной обстановке. Уверенность в собственной невозмутимости испарялась со световой скоростью. Поэтому, когда на плечо раз в десятый за вечер легла рука и чуть его сжала, у Джоя уже мало было сил и желания отшивать кого бы то ни было. Разве, что треснуть нахалу по роже и отдать Джейкобу деньги. Но, обернувшись, Джой передумал. Высокий брюнет улыбался, глядя на него с долей иронии и снисходительности, сверкая в полумраке зала своими темными глазами. Насыщенного зеленого цвета, кажется. Он был в светлом костюме, галстук ослаблен, словно после тяжелого трудового дня. А темные волосы находились в беспорядке. Мужчина был едва ли на много старше самого Джоя, но выглядел мужественнее и взрослее, чем «ходячее двадцатипятилетнее недоразумение в обтягивающих задницу джинсах». Хотя, его затуманенное несчетным количеством коктейлей сознание могло и приукрасить внешность этого красавчика. — Я все наблюдаю за тобой весь вечер, — начал мужчина, пока Джой соображал, стоит ли на нем остановить свой выбор. — Почему ты ни с кем не знакомишься? — Я привередливый…Выбираю…, — Джой сверкнул глазами и улыбнулся в ответ незнакомцу. — И как тебе я? — Вполне сойдешь, — честно признался парень, чуть не вздрогнув под раскатистым смехом мужчины. — Отлично. А я уже волновался. Не хочешь продолжить знакомство в более интимной обстановке? — и дураку ж ясно было, на что намекают, но Джой был не просто дураком, а самоуверенным пьяным дураком, поэтому кивнул, расплатился с барменом, и они вышли из бара. Притч решил, что Джейкобу не составит труда увидеть их у выхода и проиграть этот спор, но он не учел, что друг не побежит прерывать короткое знакомство Джоя с мужчиной, а просто уснет за рулем машины, сдавшись Морфею после трехчасового сопротивления… В машине было уютно и тепло, поэтому Джой с чистой совестью задремал на сидении, а потом и крепко уснул, уже не замечая изучающих взглядов брюнета на своем лице и теле. Мужчина действительно весь вечер не сводил глаз с этого светловолосого красавчика, то и дело, поглядывая на его напряженную широкую спину или изучая профиль, когда тот поворачивался. Не возможно было, чтобы этот парень был один. Но его надежды оправдались и к концу вечера, он все-таки решил подойти. А голубые глаза парня только обострили к нему интерес. И потом эта манера закусывать губу, когда подбирает слова…Дальше можно было не думать… Джой открыл глаза, смутно припоминая, что его куда-то везли, потом куда-то несли, а под конец и положили куда-то. А еще ему было странным образом горячо и приятно. Он решился открыть глаза, чтобы посмотреть, где находится. И увидел черноволосую макушку, продвигающуюся вниз от его груди, прокладывая себе путь поцелуями и горячим дыханием. — Какого черта? — смог выдавить охрипшим голосом Джой, непроизвольно выгибая тело навстречу губам мужчины. И ему даже в голову не пришло возмутиться, что его раздели! — Ааа, сахарный, ты наконец проснулся, — незнакомец из бара с горевшими дьявольским пламенем зелеными глазами, дотронулся губами губ Джоя в теплом мягком поцелуе, постепенно захватывая их в плен, пресекая попытки Притча освободиться и врезать ему, чтоб даже искры из глаз посыпались. — Не вырывайся. Я сделаю тебе приятно. И Джой потерялся в ощущениях. Новых, но приятных. Беспрекословно следуя за чужими губами своим телом, поддаваясь навстречу, выгибаясь и вцепляясь пальцами в простыни, ощущая сладостную боль, он больше ни о чем не хотел думать… Утро встретило его похмельем и тяжелой рукой, перекинутой через его живот. Чужой рукой. Мужской рукой. Притч вскочил с постели, не заботясь о собственной головной боли, хватая сложенные на прикроватной тумбе вещи, и направляясь в душ. Мужчина спал крепко, словно уставший играми младенец, и даже рев сирен не смог бы разбудить его сейчас. Джой провел взглядом по его умиротворенному довольному лицу, опускаясь по спине со светлой кожей и длинным сильным рукам, останавливая взгляд на последнем позвонке, и в ужасе отворачиваясь, понимая, что они делали ночью. Наспех приняв душ, он даже не удосужившись вытереться, натянул одежду, неприятно захолодившую влажную кожу, и ретировался с места преступления. «Один раз — не водолаз!»…Ведь так? Он стряс свои законные пятьсот баксов с Джейкоба и думать забыл о той ночи. Или убеждал себя, что забыл. Его как и прежде интересовали пышногрудые девушки-секретарши с работы отца. Он продолжал носиться на свидания с ними, доставляя тем неимоверное удовольствие в постели… А через три недели после того глупого спора, Сэм и Аманда привели семью Прайс на барбекю. И два, готовившихся объединиться семейства были представлены друг другу. Но Джою было не до смеха, потому что Клифф Прайс, старший брат Сэма, проходя мимо него, совершенно случайно наклонившись к его уху, соблазняюще прошептал: — Ну здравствуй, сахарный…