Знакомьтесь, Джейк Саммерс!

где некоторым нельзя доверять организацию мальчишника… — Алло, Клифф? — Джой позвонил своему ночному кошмару по поводу организации мальчишника для Сэма и остальных приготовлений к свадьбе, необходимых исключительно «для мальчиков». — Привет, мой сахарный, — приглушенный голос с небольшой хрипотцой заставил парня поморщиться. — Я не сахарный. И уж тем более не твой. И было-то всего один раз. И давно. Проехали, извращенец! — Джой вздохнул устало и продолжил, — Я звоню тебе по поводу вечеринки для Сэма. Нам нужно все организовать. Нам будет помогать парень моей сестры Карлы. — А это не тот «пирсингованный хмырь бандитского вида»? — хохотнув, поинтересовались на том конце провода, и Джой невольно улыбнулся. — Родители до сих пор не могут от него отойти. — Да, это он. Замечательный парень, кстати. — Я ревную. Меня ты замечательным никогда не называл, — хмыкнул Клифф таким голосом, словно и вправду ревновал. Это позабавило Джоя и одновременно стало раздражать. — Тебя не за что! И хватит об этом! Если больше тебе нечего сказать, то до встречи, — и парень отключился, не дожидаясь ответа на том конце провода… «Будешь вести себя, как ребенок, поцелую»…Что это еще за угроза была такая? Сэм сидел в свадебном фраке в примерочной, борясь с жарой из-за сломавшегося не вовремя кондиционера. Костюм сидел на нем идеально. Особенно брюки с отливом. Единственной проблемой стала попытка отговорить маму цеплять бутоньерку, как неизменный свадебный атрибут, которая увенчалась успехом. Ни к чему Сэму были эти цветы. — Сэмми! Сэмми! Ты что там уснул? — в спокойное течение мыслей ворвался голос Клэр, и парень невольно, но с удовольствием чертыхнулся. — Посмотри на варианты бутоньерок, что я тебе подобрала! — Твою мать, — в бессилии простонал Сэм, и вышел из примерочной, думая, что ему нужно куда-нибудь сбежать. Желательно — на Луну. Аманда была великолепна в почти готовом длинном платье нежнейшего кремового оттенка, с легким отблеском перламутра на складках подола. Корсаж, расшитый бисером, подчеркивал аппетитные формы. Девушка вертелась у трехстворчатого зеркала с довольным блеском в глазах, пока миссис Притч была в другом отделе и выбирала туфли. Карла сидела на мягком пуфике, просматривая каталоги, и изредка поглядывая на сестру. — Что скажешь, Кэй? — спросила Аманда, поворачиваясь к пуфику. Платье легко и приятно шелестело от каждого движения. — Думаю, сойдет, — девушка не любила все эти походы по магазинам и примерки. — Ладно, тебе очень идет. И чего ты так быстро замуж выходишь… — Я выскакиваю. Так будет правильнее, — призналась Аманда, продолжая рассказывать, — Я ведь понимаю, что не так уж и люблю Сэма. Но он меня боготворит. Он еще с первой встречи ходил за мной со своими щенячьими глазами, виляя хвостом. И вот эта его слепая любовь мне настолько нравится, что я готова выйти за него. Это приятно. Это льстит. Ведь брак — это чистая формальность. А семья Прайсов богата. И отцу нужен деловой партнер. — Так это расчет? — нахмурившись, спросила Карла, откладывая каталоги в сторону, которые в свете таких новостей, потеряли для нее интерес. — Отчасти да. Понимаешь ли, Сэм прекрасный любовник! И это его достоинство, еще один плюс в его пользу. — Ясно… Разговор пришлось прервать, потому что продавец и миссис Притч несли в руках десятки пар обуви, вознамериваясь продержать невесту в бутике до победного. За это время Карла не промолвила ни слова, изредка поддакивая или кивая, думая о том, рассказать ли о том, что сказала Аманда Джейку… Джой раздражался со световой скоростью. Он битый час сидел в этом кафе, выпил уже три чашки крепкого кофе, а Клиффа до сих пор не было. Он простил бы засранцу все, будь он девушкой, и будь у них свидание. Но вместо красотки в обтягивающем платье с огромным декольте, в кафе, после часового ожидания, вошел взмыленный мужик, с пиджаком в руках и портфелем под мышкой, оглядываясь по сторонам. Джой помахал ему рукой и заказал у проходящего мимо столика официанта еще две чашечки черного напитка, и мысленно попрощался со своими почками и печенью. И почему Клифф не мог приходить вовремя? Солидный мужчина, всегда в делах и заботах о работе его фирмы, а ведет себя, как ребенок, вечно опаздывая. Да еще и сальные шуточки отпускает! И раздевает взглядом каждый раз, как окажется в зоне видимости Притча. — Прости, сахарный. Дела! — запыхавшееся нечто плюхнулось за столик напротив Джоя и весело ему подмигнуло. — С каких это пор бизнесмены бегают в деловых костюмах по улице, как простые смертные? — язвительно поинтересовался Притч, пропуская мимо ушей слово «сахарный». — С тех самых пор, как совершенно безвкусно одетая блондинка на своем кабриолете помяла мне крыло. Машина в ремонте. Итак, милый, я уже договорился с тем, с кем надо. Все будет сделано по высшему разряду. Остается только арендовать бар на целую ночь. А это не составит труда. — Друзья Сэма хоть уведомлены? — Джою оставалось только удивляться, как эта чертова семейка Прайс все успевает. И при этом успевает наслаждаться жизнью. — Да, два его лучших друга. Коллеги и однокурсники. В общем, человек десять. — А мне-то что остается делать, раз ты уже все спланировал? — возмутился Джой, залпом выпивая успевший остыть кофе. Совершенно неприличная улыбка заиграла в уголках губ Клиффа, что было не к добру. Вот он — верный предвестник какой-нибудь пошлости. — А ты расслабься и получай удовольствие, сахарные губки, — и в него полетело меню. Джой всегда был сдержанным человеком. Но даже ангельскому терпению приходит конец. — Прости-прости! — мужчина поднял руки вверх, сдаваясь, — Но знал бы ты, как я тебя обожаю… Притч моментально поднял взгляд кристально-голубых глаз и Клифф, заметив недоумение и смущение, плескавшееся в них, поспешно добавил: — Доводить. Видел бы ты свое личико в этот момент! — Я тебя ненавижу! — устало пробормотал Джой. — Я знаю, сахарный. А теперь давай обговорим детали… — Джейк, я чертовски устал! — Сэм позировал Саммерсу, находясь без движения уже несколько часов. Рука, поддерживающая голову уже изрядно затекла. Но капризничать парень не собирался. Просто намекнул, что можно и перерыв сделать. Сэм жутко краснел первое время, когда Джейк поглядывал на него из-под полуопущенных черных ресниц, а затем возвращался к холсту, воспроизводя на нем все, что успел сохранить в памяти. Аманда пришла в восторг от идеи с портретом. В слишком неописуемый восторг, чтобы можно было думать, что ей не все равно. Джой редко появлялся дома, забегая только за какими-нибудь вещами. А Карла заходила в комнату только, чтобы поцеловать Джейка, куда могла дотянуться, так, чтобы не отвлекать его от процесса творчества. Он каждый раз улыбался, когда видел девушку. И Сэму всегда было неловко. Словно он третий лишний, еще и смехотворно выглядящий. Но если Саммерс был действительно замечательным художником, то ради результата стоило потерпеть. — Сэм, не будь ребенком! — строго сказал Джейк, но в серых глазах играл веселый огонек. — Я уже почти закончил, так что скоро сможешь разогнуться. — Мучитель! Я не смогу разогнуться, — хныкнул Сэм и прикрыл глаза, стараясь чуть расслабиться. У Саммерса появилась прекрасная возможность смотреть на парня, не притворяясь, что он рисует. Ведь картину он закончил уже полчаса назад. Но зачем говорить, что работа закончена. Ведь тогда не будет официального повода любоваться этим зеленоглазым чудом, так органично смотрящимся в его постели. Так «к месту». С его молочной кожей, изумрудными глазищами и манящим телом. Давно такого с Джейком не случалось. Наверное, еще со времен Питера. Но это лишние воспоминания. Никому не нужные. Никуда не исчезнувшие. Просто лежащие мертвым грузом и гниющие в архиве памяти. Через двадцать минут абсолютно пошлого сканирования тела Сэма, Саммерс, боясь подавиться слюной, воскликнул: — Готово, Сэм! — и услышал в ответ тихий недовольный стон. — Я ведь говорил, что не смогу разогнуться. У меня все тело затекло! — Значит, Аманде сегодня не обломится! — заключил Саммерс, придавая голосу шутливые нотки, — ты же онемел весь! — Это было бы смешно, если бы не было так грустно, — буркнул Сэм, и попытался перевернуться и лечь на живот. — У меня спина болит. Через пару секунд кровать прогнулась под тяжестью еще одного тела, и парень напрягся. — Джейк? — Расслабься, у тебя же спина болит. Сейчас перестанет, — и теплые шершавые ладони коснулись кожи Прайса. Саммерс умело массажировал каждый участок спины, заставляя смущенного Сэма постанывать в подушку от удовольствия. Он разминал затекшие мышцы. Сильные ласковые пальцы проводили, слегка нажимая, вдоль позвоночника, пуская по телу Сэма толпы мурашек удовольствия и заставляя вздрагивать. И Джейк, и Сэм отчаянно пытались думать о чем угодно, только не об этом сеансе массажа. Получалось плохо, и после пятнадцати минут пыток, Сэм покраснел, как рак, уткнувшись носом в подушку, потому что у него встал. Нормальная реакция на лучший массаж в жизни, но слабое оправдание, ведь думал все это время Сэм о руках Джейка, к которым потом добавилась эротическая фантазия совершенно непристойного характера. И вот это уже беспокоило. Саммерс тоже своего возбуждения не скрывал. Он даже забыл, что полусидит на парне и может случайно «выдать» свой интерес к нему одним неловким движением. Что и произошло в конечном итоге, но они оба не успели смутиться, потому что Карла позвала Саммерса прогуляться по саду, чем тот не преминул воспользоваться. — Сэм, все. Теперь, как новенький, — сказал мужчина, выходя из комнаты, и оставляя за спиной растерянного, смущенного и заинтересовавшегося Сэма…. Недели летели, словно подгоняемые кем-то или чем-то невидимым. Все приготовления к свадьбе были закончены. Оставалось два дня до знакового события, и всем уже удалось прочувствовать всю важность предстоящего события. Но не всем было так радужно. Сэм и Джейк старательно избегали встречаться взглядами, упорно отрицая факт обоюдного возбуждения, реакции на случайные прикосновения, имевшие место быть в течение дня. Прайс видел свой портрет каждый Божий день в комнате Аманды, и ему становилось плохо оттого, что эти плавные линии, прорисованные черты, и идеальная цветовая гамма так завораживают его. Он никогда не страдал нарциссизмом. Но на это свое изображение он мог смотреть часто, словно видя в нем отражение восприятия и чувств Саммерса, его отпечаток. Его эмоции по отношению к себе. И от этого становилось жарко. И не менее страшно от осознания того факта, что в нем просыпаются забытые еще в колледже чувства, никому не нужные. Джейк познакомился с Клиффом уже за неделю до свадьбы. Оба обменялись хитрыми, все объясняющими улыбками, лишь только встретившись взглядами. Их «гей-радары» были в отличном состоянии, поэтому они уже без слов все друг про друга узнали. Так, как подготовка сюрприза для Сэма уже завершилась, отпала необходимость встреч у Клиффа с Джоем, что огорчало обоих несказанно. С той лишь разницей, что Притч бы в этом никогда не признался. Вечером у Сэма было стойкое ощущение дежавю, потому что он так же сидел в саду, когда к нему подсел Саммерс. Они просто молчали, но было и так уютно. Но тишина не могла длиться вечно. И Саммерсу пришлось ее разорвать. Пойти ва-банк. Просто он много думал и понял, что не может просто так отпустить Сэма и отдать его какой-то самовлюбленной бабенке, видя какую реакцию он вызывает у Прайса. Его эта реакция несказанно радовала. — Сэм, думаю, надо поговорить, — начал было Джейк, но был прерван: — Я знаю, что ты хочешь сказать. Но не надо. Ничего не будет. Даже если между нами и возникает притяжение. — Почему? — и Сэм уставился на мужчину, как на душевнобольного. — Разве не очевидно? Это ненормально! И я женюсь послезавтра. И я люблю ее. — Хм. — Что? — Может не так уж и любишь, если «между нами возникает притяжение»? — Не надо, пожалуйста, делать вид, что все понимаешь. И давай перестанем говорить об этом, — Сэм поднялся и пошел по направлению к дому. — Я тебе нравлюсь. Ты мне тоже. В чем проблема? — В том, что ты мне нравишься. А я — тебе, — и Сэм скрылся в доме… Мальчишник должен был начаться через несколько часов, когда Саммерс и Карл — коллега Сэма по работе и хороший приятель, завязав звезде вечера глаза, должны были доставить его по адресу, продиктованному Джоем еще утром удивительно рассеянному Саммерсу. Но как говорится, в каждом, даже идеальном плане, есть свои загвоздки. В данном случае загвоздку звали Клифф Прайс… — Ты чертов идиот! — орал Джой, пока Клифф пытался проковырять в замке служебного выхода бара «Фламинго» подобие дыры. Делал он это скрепкой. И все это выглядело бы очень забавно, если бы не разъяренный Джой, подпрыгивающий рядом от негодования.— Только ты мог умудрится все испортить! Дубина ты великовозрастная! — Сахарный, хватит закатывать истерики, как припадочная дамочка при ПМС! — Клифф краем глаза любовался этим злющим котом и улыбался от умиления. — Я был уверен, что брал ключи, когда выходил! — Ты всегда такой! Слишком во всем уверен! Слишком себя любишь! Слишком самонадеянный! — распалялся Джой еще больше. — Ты наглый и безответственный! И пошлый! — Что-что, прости? — удивлялся Клифф, даже забросив такое неблагодарное дело, как ковыряние в замочной скважине металлической канцелярской скрепкой. — Да! И ты, ты похотливый кобель! — как говорится «Не говори «Гоп!», пока не увидишь, во что впрыгнул». Но Джой этого не знал. — Милый, что на тебя нашло? И потом почему похотливый? — Потому что ты слюнями изошел на задницу Саммерса, извращенец старый! Весь вечер на него смотрел! — А ты, значит, ревнуешь? — Черта с два! Просто удивительно, если ты такой любвеобильный, почему ты постоянно напоминаешь мне про наше первое знакомство, которое было сплошной ошибкой, хотя я прошу тебя забыть об этом! А ты все говоришь и говоришь… — Заткнись уже, Джой, черт тебя дери! — прикрикнул Клифф, который никогда не любил повышать голос, но ситуация была из ряда вон выходящая. — Не забыл, потому что нечего забывать! — Что? — Да. Не было ничего тогда между нами. Ну почти ничего. Я просто сделал тебе самый крышесносный минет в твоей жизни! И ты вырубился, как младенец! — И ты…даже ..не …ты… — Трахать бессознательное тело я как-то не горю желанием. Я некрофилией не страдаю! — вздохнул Клифф, проводя рукой по и без того взлохмаченным волосам. — Хочешь правду? Я подошел к тебе, потому что ты меня наповал сразил с первого взгляда. Знаешь ли, педики тоже люди. И люди чувственные. Ты чертовски привлекателен, Джой, и не как подстилка на одну ночь. Совсем не так. Притч слушал с открытым ртом, боясь даже моргнуть и спугнуть такие-то откровения от этого лохматого чудака. А Клифф говорил, и смотрел по сторонам в поисках чего-то, что поможет попасть внутрь этого чертового бара, пока время не начало поджимать. — И я был разочарован тем, что тогда не проснулся и не перехватил тебя. Не узнал твое имя. Но, как видишь, мне тоже кое-что перепало от старушки Фортуны, — взгляд мужчины зацепился за небольшое окно, находящееся очевидно в туалетной комнате, так как было сделано на приличном расстоянии от земли. — Подними меня! — Что прости? — опешил Джой, «заслушавшись». — Поднимай меня! И кстати, булыжник найди где-нибудь…