Глава 5. The past is like a broken mirror. Trying to put the pieces back together can cut yourself.
20 мая 2023 г., 04:40
— Сынок, дорогой мой, к тебе там пришли.
— Кто? — я поморгал, стараясь сделать как можно более невозмутимое лицо, и посмотрел на мать.
— Рэй. Сказал, что он твой друг.
Я резко сел на кровати.
— Сейчас спущусь.
Мама кивнула, закрыв за собой дверь. Я уставился в стену, пытаясь обработать всю эту информацию. С Рэем Торо я был знаком, мы учились в одной школе, да и он был один из лучших друзей Фрэнка. Вторым его другом был Боб, он был на год старше. И я знал про группу, которую собрали втроём Фрэнк, Рэй и Боб, один раз я даже был на их репетиции в гараже, арендованным старшим братом Рэя, но, как бы грубо это не звучало, ничего серьёзного у них пока что не выходило. И уже не выйдет, но думать об этом я не хотел. Сейчас меня интересовало то, зачем Торо сюда пришёл. Да и не удивлюсь, если где-то на улице ждёт и Боб, ибо они практически всегда тусовались вместе. Нас связывал только Фрэнк, они решили выразить мне соболезнования? Если так, то я уверен, я их пошлю.
Интерес к этому кудрявому парню, ожидающему меня внизу, пересилил желание скурить ещё одну сигарету, поэтому я лишь встал с кровати и, сменив футболку на более чистую, вышел из комнаты. Быстро посетив ванную и наспех сполоснув лицо, я спустился вниз, прикрывшись за углом, когда услышал разговоры с кухни.
— Да, Piece of mind однозначно неплох, но Powerslave мне больше нравится, у меня даже диск есть, — услышал я голос… Майки? Чёрт, вечно он всё и везде успевает вперёд меня.
— Ну, мне оба альбома одинаково зашли, — это уже сказал Рэй, его необычный тембр я запомню навсегда, этот голос ему одновременно и так сильно не подходил, как и одновременно безумно шёл, что в итоге просто оставалось поражаться тому, как в таком мощном внешне человеке живёт такой прекрасный тенор.
— В целом, все их альбомы всегда круты, — я услышал несколько шагов и тихий стук чашки о стол. — Ладно, я пошёл. Приятно было познакомиться.
— Ага, взаимно, — судя по небольшой паузе, они пожали друг другу руки, а после из кухни вышел Майки. Он вздрогнул, заметив меня, но ничего не сказал, лишь смерив меня взглядом, мол, «ты настолько пидор, что ещё и подслушиваешь чужие разговоры», и двинулся по лестнице в свою комнату. Видимо, он всё ещё злится после нашей ночной перепалки. В подсознании промелькнула мысль о том, что надо будет извиниться перед ним, но она быстро улетела на задний план, как только я вошёл на кухню.
Мы с Рэем в последний раз виделись около месяца назад, но он сильно изменился. Мне показалось, что он стал ещё выше, чем был, но, наверное, это просто я каким-то чудом уменьшился. Но больше всего меня пугало то, что он не улыбался. Чёрт возьми, да я иногда начинал считать, что эту его улыбку просто-напросто приклеили к его лицу, я даже не знал, что он умеет не улыбаться. И в целом о выглядел как-то… побито что-ли. Но это было ожидаемо, всё-таки, его лучший друг две недели назад покончил с собой. Не будь я парнем этого самого друга, я б ему посочувствовал сейчас.
— Привет, — тихо произнёс я, садясь на стул напротив Рэя, где, видимо, несколько секунд назад сидел мой брат. Перед Торо стояла наполовину пустая чашка с чаем, ну, мама всегда была очень гостеприимной. А сам парень поднял на меня хмурый взгляд, видимо, пытаясь определиться, как на меня реагировать. Должно быть, он осуждал меня за тот наш с Фрэнком поступок, и я не имею права злиться на него за это, но если сейчас он решит отчитать меня, то я пошлю его. Только нотаций от него мне не хватало.
— Привет, — всё же ответил Рэй, даже слегка приулыбнувшись. Видимо, он всё же понял, что пытаться вправить мне мозги — бесполезно. Это было правильное решение с его стороны. — Не буду долго тебя отвлекать и говорить лишнее, все соболезнования и прочее ты уже наверняка слышал раз сто от других людей, перейду сразу к делу. Мне нужно кое-куда тебя свозить и кое-что рассказать. У тебя есть время сейчас?
— Что, куда? — недоумённо проговорил я, глядя на Торо. Слишком быстро он грузил меня какой-то информацией, я ожидал вообще другого от него сейчас.
— Надо съездить к дому Фрэнка.
Я опешил, продолжая смотреть на Рэя. Резко закружилась голова, я опёрся руками о столешницу, чтобы не упасть. Так, Джерард, соберись. На секунду я зажмурился, пытаясь сосредоточиться и не позволить мыслям о Фрэнке снова вогнать меня в истерику.
— М... Сколько сейчас времени? Рэй посмотрел по сторонам, в поисках настенных часов у нас на кухне, и, обнаружив их возле холодильника, вновь перевёл взгляд на меня.
— Полпервого.
— Ага... — задумчиво протянул я, вспомнив слова врача о том, что к трём мне необходимо на уколы. — Думаю, раньше пяти я не смогу.
— Окей, — с готовностью кивнул Рэй, вставая со стула и быстро допивая чай. — Тогда в пять заеду за тобой, — он поставил кружку рядом с той, что несколько минут назад оставил Майки, и пошёл к выходу, по пути легонько хлопнув меня по плечу. — Передай матери от меня спасибо за чай. Милая женщина.
А я так и остался сидеть на месте, облокотившись о столешницу. Наверное, стоило покушать, но голод я не чувствовал, поэтому от этой идеи быстро отказался, однако мама, вдруг явившаяся сюда, явно была настроена иначе.
— А, Рэй уже ушёл? — меня бесила эта её наигранность, она и без меня знала, что он уехал, более того, она не пришла бы сюда, если б не наблюдала за ним из окна в гостиной, но огрызаться я не стал.
— Ага, просил поблагодарить за чай, — тихо бросил я, на что мама лишь улыбнулась в ответ, махнув рукой.
— Мелочи, — она забрала пустые чашки и двинулась к раковине. — Будешь кушать?
— Я не голоден.
Я услышал её тихий вздох, но спорить она не стала.
— Ладно. Ты же помнишь, что в три часа тебе в больницу надо? К сожалению, ни я, ни отец не сможем тебя отвести, но я вызову для тебя такси.
— Мам, я хочу прогуляться, я пойду пешком.
Она закончила с мытьём чашек, выключила воду и развернулась, одарив меня встревоженным взглядом.
— Ты уверен? Ты точн...
— Да, мам, — перебил её я, тут же ощутив за это слабый укол вины.
— Ладно. Ещё я оставлю на столе рецепты и деньги, на обратной пути зайди в аптеку и купи все эти лекарства, хорошо?
Я кивнул и ушёл из кухни к себе. Я не мог найти себе места. Неожиданный приход Рэя с таким предложением, ссора с братом, врачи — всё это перемешалось в голове, а воспоминания о Фрэнке ещё сильнее добивали меня. Я не был уверен в том, что действительно хочу ехать к дому Айеро. Боюсь, это закончится ещё одной истерикой. Что Рэй хочет мне показать? Он явно знает больше, чем я… И как мы вообще туда попадём? После смерти Миссис Айеро и Фрэнка дом, по идее, должен был достаться её бывшему мужу, но он не жил с ними уже года два, этот конченный алкаш бросил семью и уехал в Калифорнию, чтобы продолжить спиваться, на кой чёрт ему дом сына и жены? Или Рэй хочет каким-то образом взломать дверь? Сука, всё слишком сложно.
Так в попытках отключить мозг и не думать прошло часа два, я успел за это время закинуть наволочку в стирку и скурить две сигареты, мысленно оставить себе заметку о том, что надо бы зайти за новой пачкой. Хотя, честно говоря, единственное, чего бы мне сейчас хотелось, это вскрыть себе вены, а не тащиться в центр в больницу. Но выбора не было, я собрался, вставил наушники в уши и вышел на улицу, зашагав по тротуару к ближайшей автобусной остановке. Всё-таки я явно переоценил свои возможности, заявив матери, что смогу пешком добраться до места назначения, поэтому лучше воспользуюсь услугами общественного транспорта.
…— Здравствуй, Джерард, как ты?
Меня привели в какой-то кабинет и усадили на кушетку, напротив висели какие-то схемы строения скелета и грудной клетки человека, прям как плакаты нашего биолога, которые он доставал когда-то очень давно. Рядом висел календарь, но число там, видимо, забыли поменять, ибо он показывал, что сегодня было второе октября, хотя на самом деле было… А какое сегодня число? Я прикусил губу. Позавчера приходил Майки, было третье, значит, сегодня пятое. Сердце сжалось. Прошло уже двенадцать дней…
— Джерард, — уже более настойчиво произнёс Роберт, сидящий напротив меня. Судя по всему, это был его кабинет. — Я спросил, как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — я поднял на него взгляд, говорить правду и распинаться тут перед ним мне не хотелось. На мой ответ он лишь натянуто улыбнулся.
— Надеюсь, что ты не лжёшь, — надейся. — Так, тогда расскажу тебе наши планы на ближайшие две недели. Я назначил тебе курс уколов, они поддержат твоё состояние и помогут быстрее восстановиться после травмы. Лекарства тебе назначены, пей их согласно инструкциям, они у твоей матери.
Дальше он рассказывал о том, какие препараты содержатся в лекарствах, но я не вникал в это, мне было как-то похуй. Я смотрел в пол, разглядывая этот стрёмный зелёно-синий больничный линолеум, пока он снова меня не назвал по имени.
— Ещё дважды в неделю, Джерард, ты будешь посещать психотерапевта, ты с ним уже знаком, — он развернулся к календарю и, увидев, что там стоит неправильная дата, перетащил пластиковый квадратик на пятое октября. — Так, сегодня вторник, а Дэймон... кхм, то есть, мистер Уилс назначил тебе приёмы на четверг и понедельник. Значит, седьмого октября к шестнадцати часам пойдёшь в соседнюю клинику, тут буквально через дорогу, сразу после уколов туда в двадцать шестой кабинет, это на втором этаже.
Я кивнул, молясь на то, чтоб он уже поскорее перестал пиздеть и отпустил меня. И это в кое-то веке свершилось.
— Ладно, не смею больше тебя задерживать, — он протянул мне какую-то бумажку, когда я встал. — Это дашь медсестре, поднимайся на третий этаж, там тридцать шестой кабинет.
Я вновь кивнул и быстро вышел из кабинета, пытаясь вспомнить, где здесь лестница. К счастью, идти далеко не пришлось, да и тут было не многолюдно, лишь какой-то старичок сидел на скамейке в другом конце коридора. Поднявшись, я отыскал нужный кабинет и остановился напротив него, пытаясь собраться с мыслями и войти. Уколы. Я боялся этой херни с детства, чёртов панический страх игл. Даже странно, что в больнице, где мне ежедневно ставили капельницы и уколы, я не так сильно ощущал этот ужас, видимо, тогда я был в состоянии слишком сильного шока. И вообще, возможно, если б не эта боязнь игл, то я б забил всё тело татуировками, ибо на Фрэнке они смотрелись очень даже неплохо.
Я потянулся к ручке двери, но резко замер. Я сказал о нём в прошедшем времени. К горлу подкатил ком, я снова захотел плакать. Но я не успел сделать вообще ничего. Дверь резко распахнулась (слава Богу, что открывалась она внутрь), и оттуда выглянула какая-то девушка. Увидев меня она вздрогнула, отпрянув назад.
— О Господи… Молодой человек, проходите быстрее, чего вы в проходе встряли!
Делать было нечего. Собрав всю волю и силу в кулак, я вошёл в кабинет и молча протянул медсестре бумажку от Роберта, глядя куда-то в пол.
— Так, что тут у нас… — задумчиво протянула та, быстро пробегая глазами по моей справке. — Отлично, мне как раз полчаса назад занесли необходимые растворы. К слову, тебе повезло, эти уколы ставятся в плечо. Присаживайся на кушетку и снимай кофту.
С этими словами она зашагала к специальному столику, где лежало множество упаковок со шприцами, а на полочке под ней были различные колбочки с разными жидкостями. У меня пересохло во рту, на ватных ногах я уселся на край койки, чувствуя, как голова начинает кружиться. А мне ещё даже ничего не сделали, класс.
— Так, отлично, — пробормотала девушка, когда я стянул с себя худи, и подошла ко мне со шприцом в руке. Я отвернулся, пока она обработала мне плечо ваточкой со специальным средством, от запаха этого спирта меня начало тошнить. — Не волнуйся, это как комарик укусит, это быстро… — и она аккуратно вколола мне шприц в руку, улыбнувшись. — Молодец, Джерард! Ты справилс... Эй, всё в порядке?
Я не понял, как, но всё изображение стало горизонтальным и будто с каким-то тёмным фильтром. Казалось, будто солнце, светившее в окно кабинета, резко исчезло. Затылком я почувствовал что-то твёрдое, это стена? Веки стали слишком тяжёлыми, стало очень тяжело концентрировать свой взгляд на мельтешившей передо мной встревоженной медсестре. Я знал, что она что-то говорила, но мои уши будто залили каким-то суперплотным маслом. До меня с трудом дошло, что я, судя по всему, упал. Через несколько секунд медсестра вышла, я этому даже обрадовался, я хотел побыть в тишине и одиночестве. Но через минуту она вернулась и уже не одна. Следом за ней в кабинет вошёл какой-то мужчина, я его не знал, видимо, тоже какой-то медбрат. И если до этого я опирался спиной о стену, то он перевернул меня и уложил на кушетку, и я увидел потолок, который показался мне очень забавным. И это была моя последняя мысль до отключки.
***
Открыв глаза, я понял, что меня снова каким-то чудом закинуло в то светлое облачное место, где я видел Фрэнка… Фрэнк! Я вскочил с дивана, на котором я лежал, мысленно отметив, что от этого у меня не закружилась голова и в целом я чувствовал себя довольно неплохо, но тут я увидел его. Фрэнк сидел возле этого дивана на полу, который выглядел очень мягким и пушистым. Заметив шевеление с моей стороны, он повернул голову ко мне и улыбнулся, поднимаясь на ноги. — Джи, привет, — он сел рядом со мной, беря меня за руку. — Я так рад тебя видеть!.. Стоп, ты чего, ты плачешь? — Он поднял руку, смахивая слезу с моей щеки. А я даже и не понял, как заревел, оно произошло само по себе. Мягко улыбаясь, он притянул меня в объятия. — Ты большой молодец, Джи, что держишься. Я так тобой горжусь! Ты очень сильный. Боже, знал бы ты, как я тебя люблю, Джи! Я прижимался к нему, сотрясаясь в тихих рыданиях. Я не хотел уходить отсюда, не хотел оставлять его! Вот он, мой любимый и дорогой Фрэнк, я чувствовал его, я мог его обнять, сука, какого хера мы не умерли вместе?! — Ладно, Джерард, — он аккуратно отстранился, но я впился руками в рукава его белой рубашки, на что он грустно улыбнулся. — Тебе пора. Помни, что я люблю тебя, будь сильным, Джи.***
Я почувствовал слабый шлепок по щеке и резкий запах аммиака. Повернув голову и поморщившись, я открыл глаза, увидев перед собой того же мужчину, что положил меня. Он держал какую-то ватку перед моим носом, которая, судя по запаху, была пропитана нашатырём. — О, очнулся наконец-таки. Ты минут пятнадцать в обмороке пролежал и порядком напугал Кэтрин. Я моргнул, но изображение всё ещё было размытым. В голове эхом звучал голос Фрэнка, приказывающий мне быть сильным. По щеке потекли слёзы, хотя реветь перед этим дядькой мне не особо хотелось. — Хэй, не расстраивайся ты так, она тебя простила уже, просто отошла на перерыв, — посмеялся он, заметив мои слёзы. Блять. — Одевайся и можешь идти. Но советую вызвать такси, мало ли, снова в обморок захочешь грохнуться. Я снова ничего не ответил. Наверное, эти двое уже думают, что я немой. Ну и ладно, их проблемы. Я встал и быстро надел кофту, после чего молча пошёл к двери, чувствуя накатывающий приступ кашля. Только не здесь, только не при нём. — О, собрался уже. До завтра, — махнул мне рукой мужчина, повернувшись ко мне. Я проигнорировал его. Оказавшись в коридоре, я быстрым шагом пошёл прямо, глазами пытаясь найти туалет и молясь, чтоб там никого не было. И молитва сработала: тут действительно было пусто. Я закрылся на защёлку, и в этот же момент сдерживать кашель стало невозможно. Я согнулся напополам, закрывая руками рот, я снова плакал, но уже от физической боли в груди. Мне казалось, что где-то внутри моей трахеи поселился какой-то недобарабашка, который ножом медленно резал меня изнутри. На моих ладонях уже была кровь, я добрался до раковины, сплёвывая её туда. Я не знал, сколько прошло времени, прежде чем меня отпустило. Затем ещё где-то минуту я просто стоял и пытался отдышаться. В конце концов я сумел умыться холодной водой, стараясь не глядеть на своё отражение в зеркале, дабы лишний раз не испытывать отвращение. И всё-таки я вышел на улицу. Я чувствовал себя так, будто меня перекрутило в бетономешалке. Но даже несмотря на это я пренебрёг советом медбрата и даже решил не использовать автобус, а просто пойти пешком. Самый дебильный мой поступок, как мне казалось, но мне было похуй. Всю эту супердлинную дорогу я не запомнил. Я не помнил, как меня чуть не сбили на перекрёстке, не помнил громких гудков и разъярённого крика водителя легковушки, не помнил, как зашёл в аптеку, не помнил очень грустно-сочувствующего взгляда аптекарши, когда я вывалил ей все свои рецепты. Всю дорогу я думал только о Фрэнке, прокручивая в голове все те три сна в том светло-облачном помещении. Я не понимал, что это. Я не понимал, что там делал Фрэнк. Но я отчётливо помнил все его слова. И то, как он в самый первый раз сказал мне быть хорошим мальчиком, и то, как он попросил меня жить вместо него. И слова о том, что мы встретимся с ним потом на Чёрном параде, когда я проживу долгую и счастливую жизнь. Я встал посреди улицы, подняв голову к небу и посмотрев на солнце сквозь призму слёз. Как ты не понимаешь, Фрэнк, что с твоей смертью из моей жизни исчезло счастье? Тут уже не будет ничего хорошего. Я не смогу быть счастливым без тебя, Фрэнк. Очнулся я уже на своей кровати от того, что у меня разрывался мобильник. Я взял его и поглядел на определитель номера. Рэй. Я перевёл взгляд на время. 16:54. Я взял трубку. — Ну что, ты готов? — раздался оттуда голос Торо. Мне казалось, что он на меня злится, но голос был вполне спокойным. — Сейчас выйду. Я поднялся на ноги, сунув телефон в карман джинс. С того момента, как я вернулся из больницы, я даже не переоделся, но это не было слишком удивительно. И сейчас я всего лишь накинул поверх худи чёрную джинсовку. Я спустился вниз, но уйти незамеченным не вышло. — Ты куда? Я остановился, повернувшись к матери, которая выглянула из кухни, услышав мою попытку уйти. — Мне надо сходить кое-куда. — Куда? — в её голосе читалось явное беспокойство и недоверие. Но судить её за это нельзя было, ведь ещё пару недель назад у нас состоялся похожий диалог, после которого я чуть было не покончил с собой. — Мам, я с Рэем, — во мне начинало вскипать раздражение. Я и без того чувствовал себя дерьмово хотя бы из-за того, что я сейчас поеду к дому своего мёртвого парня, а тут ещё и мать, которую необходимо убедить в том, что я не планирую там вскрыть себе вены. Но, видимо, слова о моей компании её более-менее успокоили, должно быть, Рэй ей понравился. — Ну ладно, иди. Только постарайся не задерживаться допоздна. Я кивнул и вышел на улицу, где меня уже поджидал красный потрёпанный автомобиль. Кажется, он достался Торо от какого-то из старших братьев, по крайней мере, мне когда-то об этом рассказывал Фрэнк, но это было не столь важно. На переднем сиденье рядом с водителем-Рэем я увидел Боба, это было ожидаемо, куда ж без него. Вздохнув, я открыл дверцу и запрыгнул на заднее сиденье. — Привет, — я поймал взгляд Рэя через зеркало заднего вида, он тут же нажал на газ, разгоняясь до явно запрещённой скорости. — Советую пристегнуться. — Давно не виделись, — Боб повернулся ко мне, махнув рукой, пока я трясущимися руками пытался застегнуть ремень безопасности. Всю дорогу парни развлекали меня разговорами о всякой ерунде, и не думал, что скажу нечто подобное, но я был им за это благодарен. Если б мы молчали, то я б погрузился в свои мысли и, с вероятностью в девяносто девять процентов, впал бы в очередную истерику. Но момент, которого я так хотел и боялся одновременно, всё же наступил. Рэй припарковал машину возле дома Айеро, и все мы вышли на улицу. И даже не договариваясь, мы замерли на каменистой дорожке, ведущей к дому, молча глядя на тёмные окна.***
— А ты уверен, что твоя мама не будет против? — Мне было страшно даже просто смотреть на входную дверь. — Джи, вы уже встречались, она вела себя как-то агрессивно или неприятно? — Нет. — Ну так и в чëм проблема? — Он развёл руками. — Давай, хватит бояться хер пойми чего. — Ты первый, — я встал за Фрэнком, игнорируя его вынуждающий взгляд, и схватил за плечи, вжимаясь в него. Фрэнк тяжело вздохнул, открывая дверь и проходя внутрь, пока я застенчиво плëлся за ним. — Ну и как? — Он самодовольно улыбнулся. — Гроб заказывать? — Да тихо ты, — мне было стыдно за свой страх, а если о нём ещё и узнаёт мисс Айеро, меня можно будет собирать по полу. — Ужас, — он тихо рассмеялся, принимаясь снимать верхнюю одежду. Мы сидели в гостиной, когда мисс Айеро решила поздороваться с нами и пригласить за стол. — Привет, ребят, вы будете есть или пить? — Женщина выглядывала из прохода. — Я буду чай, — Фрэнк повернулся ко мне. — Ты есть хочешь? Я помотал головой, глядя на него, после чего решился произнести. — Кофе. Мисс Айеро кивнула, отправляясь обратно на кухню, я же чувствовал себя самым нервным человеком на свете. — Да ладно тебе, всё нормально, — Фрэнк взял меня за руку, а я лишь слабо кивнул, желая скрыться в объятиях. Фрэнк же, видимо, читал мысли, притягивая меня к себе и утыкая лицом в грудь. — Не бойся, я всегда за тебя постою.***
— Хээ-й, ты в порядке? — Рэй тряс меня за плечо, хмуро глядя в мои глаза. — Ты что, ты плачешь? Я вздрогнул, резко опуская голову вниз и стирая слёзы рукавом джинсовки. — Нет, всё хорошо, извините. — Слушай, мы можем не ходить сегодня, если ты не в состоянии, — подал голос Боб, стоявший за Торо. — Нет, всё в порядке. Тем более, что мы уже приехали, — я одарил решительным взглядом обоих парней по очереди, после чего Рэй кивнул, тряхнув своими кудряшками, и достал из кармана какой-то ключ. Моё сердце дрогнуло. — Хорошо, тогда пошли, — Торо подошёл к двери и ловко провернул ключ в замке, открывая перед нами дверь.
