Задержанные мгновения

– Разве сторож я этим людям? Голос демона прозвучал необычно отрешенно и даже холодно. Через толстые стекла оранжереи пробивались тусклые лунные лучи, и Мефистофель подставил под них лицо, довольно прикрыв глаза. – Меня поражает, как легко род человеческий расстается с тем, о чем многим живым существам остается только мечтать. В звенящей тишине летней ночи только журчание пруда намекало на то, что время вокруг не застыло. Цветы стояли недвижно, не было слышно ни сверчков, ни птиц. Да и откуда им взяться под стеклянным куполом. – Человеку был дан как разум, так и свобода воли, – хоть голос демона и был негромким, в окружающем умиротворении он прозвучал слишком уж резко, – у человека есть возможность даже в самый последний момент изменить свою жизнь. Просто поразительно, как при всем этом многие добровольно сковывают себя своими же мыслями. Вдалеке послышались тяжелые, шаркающие шаги и едва различимое бормотание. Лунного света было недостаточно, чтобы разглядеть, кому это все принадлежало. Однако Мефистофель вдруг заулыбался. Так, как будто в очередной раз доказал свою правоту. – Упрямство творит удивительные вещи. Можно зациклиться на чем-то одном и раз за разом идти к цели. В особо запущенных случаях преградой не станет даже смерть. Французские двери со скрипом открылись, пропуская сгорбленную фигуру в особняк. За ним следом с приглушенным бряцаньем колокольчика шмыгнуло что-то маленькое и темное. Демон открыл глаза и с подозрительным прищуром проследил за тем, как двери закрываются снова. – Можете поверить мне на слово, некоторых так называемых пленников мне хотелось бы видеть как можно дальше отсюда. А лучше и не видеть вообще. Но, к сожалению, не мне дано выбирать, кому ходить по этим коридорам. Теперь откуда-то из дома можно было расслышать игру на пианино – впрочем, не самую умелую. Одна и та же мелодия повторялась, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Как будто кто-то пытался заучить ее так, чтобы от пальцев отлетало. – Человека не нужно приглашать трижды, он зайдет сам. Хочешь ты этого или нет. Живой или мертвый, любопытный ко всему или одержимый лишь одной навязчивой идеей. В этом месте хватает самых разных обитателей. Не буду скрывать, что некоторые их желания… пришли к ним по подсказке, – демон гордо улыбнулся, поднимаясь, – но удержать кого-либо против воли, без веских на то причин, я не в силах. Так что возникает совершенно другой вопрос – кто тут еще пленник.