Задержанные мгновения

Услышав слово “алхимия”, Мефистофель невольно усмехнулся. – Признаться, вопрос весьма неожиданный. Мне казалось, что теперь больше в моде великий научный прогресс? Демон был непривычно серьезен. Взгляд его был очень сосредоточен, как будто он что-то пытался вспомнить. – Да, в былые времена такие, как мы, вызывали неподдельный интерес. Считалось, что с нашей поддержкой можно достичь вечной юности, несметных богатств и неиссякаемой славы. Кто-то так думает и сейчас, и продолжает играть в сеансы спиритизма. А кто-то… кто-то всегда хотел добиваться своих целей самостоятельно. Даже самых невозможных. В зеркальной комнате было темно, и даже многократно отражавшееся пламя свечи не давало достаточно света. Впрочем, Мефистофелю свет будто бы и не требовался. Он уверенно подошел к одному из больших зеркал и поманил следом, резко махнув рукавом. Пожалуй, сразу стоило бы ожидать чего-то необычного. И не зря – в зеркале Мефистофель был совершенно другим. Вместо привычных пепельных локонов были угольно-черные кудри, доходящие до плеч. Фигура полностью скрывалась за бесформенными черно-золотыми одеждами. Яркими пятнами выделялись разве что красная накидка да бледное лицо и ладони. Глаза горели расплавленным золотом, и взгляд их был усталым. – Разве имеет значение облик? Могу вас клятвенно заверить, что это все еще я. Неважно, какова обложка – важнее ведь содержание, верно? В глубине зеркала виднелись странные склянки, колбы, реторты и другие сосуды. На отдаленной полке едва можно было разглядеть очертания человеческого черепа. В книжных шкафах с толстыми книгами соседствовали банки с очень уж подозрительным содержимым. Удивительно, что в зеркале отражался только демон. – Что же тут удивительного? Вас ведь там не было в то время. Не стоит удивляться, эта история произошла довольно давно. Вы там по всем законам природы находиться не могли. Голос Мефистофеля звучал так спокойно и размеренно. Как будто он собирался читать сказку на ночь. – Давным-давно жил в отдаленной деревушке благородный, юный, не по годам талантливый доктор. Родители у него исчезли при странных обстоятельствах, и они остались с младшей сестрой совсем одни. Им нужно было на что-то жить, и поэтому юноша принял предложение о работе врачом при королевском дворе. Но стоило ему покинуть свой дом, как на его сестру ополчились жители деревни – и казнили ее, как ведьму. Со стороны зеркала – или же из него – послышался едва различимый девичий голосок, беззаботно напевающий детскую песенку. – Что? О нет, вам не послышалось. Девочка выжила после казни. Хотя и весьма… частично. Не думаю, что вы хотите вдаваться в подробности. В полумраке видневшейся в зеркале комнаты показался едва различимый силуэт человека. Яркое красное пятно камзола, длинные темные волосы, усталый и сгорбленный вид. – Конечно, доктор не мог себе позволить лишиться единственного близкого ему существа. Он пробовал все возможные и невозможные способы. Все, что были известны ему. Когда же такие закончились, он обратился к запретной в ту пору алхимии в попытках воссоздать абсолютно новое тело для своей сестры. Демон с сожалением вздохнул, чуть притягивая собеседника к себе и укутывая его в свои невозможно широкие рукава. – Конечно, он мог бы всего лишь попросить меня! Но господин доктор был так упрям. Единственное, что он от меня захотел – это защиту на время проведения своего исследования. До всех остальных вопросов он предпочитал дознаваться самостоятельно. До научных в том числе. Он скорее попросил бы избавить его от потребности спать, чтобы разобраться во всех тонкостях того или иного предмета. “Мефисто! Ты опять прохлаждаешься?!”, – сгорбленная в глубине зеркала фигура неожиданно выпрямилась. В золотистых глазах отразилось почтение и, кажется, страх. Зеркало пошло рябью… и в нем снова отражался лишь уже привычный тонкий фиолетовый силуэт. – Признаться, меня изначально не особо интересовала алхимия. Мне больше по нраву вопросы души и разума, изучение людей и их нравов. Но, скрывать не стану, доводилось на своем пути пересекаться и с алхимиками.