хей, а ты в порядке?

Яркий свет, кажется, что ты где-то в неизведаном месте, голова гудит, глаза жутко болят, словно сейчас выпадут, либо самолично будут выцарапаны. Единственный вывод: не засыпайте на больничных койках, при максимальном свете, где всё белым бело. -ааа. я что, умер?..- раздается тихий, несколько хриплый голос, как казалось, в райском и пустом месте, ибо никак описать ту белизну по другому сейчас было сложно, тем более в сонном состоянии. Раздается легкий смешок, немного грубый, но задорный. А позже Ранпо чувствует, как чья-та ладонь очутилась на его голове, а позже и неспеша поглаживала макушку, как ребенку, которому приснился кошмар. -Я бы тебе завидовал, если бы это было действительно так, — раздался вдруг голос будто бы из неоткуда, но до боли знакомый, такой всегда спокойный и озарной. -О боги, который час, Дадзай, сколько я спал? — голос Эдогавы звучал все куда привычнее с каждой секундой, а сам обладатель голоса медленно привставал, неохотно принимая сидячее положение на койке и неприятно зрительно принимая весь мир в его ярких красках. Рука с головы моментально убралась, как только стоило тому привстать. Послышались шаги, которые отдалялись от паренька и резко притихли, как и начались. — Ты спал где-то час, может полтора, а сейчас уже три часа дня! — восторженно сказал Осаму, словно это было каким-то великим достижением не проспать весь рабочий день, хотя для него вполне возможно, — целый день впереди.- менее радостно произнес тот с притворным хныканьем, после чего тот уходя, махнул рукой в знак прощания и наконец скрылся за дверью. Он прекрасно знает, что Ранпо способен сам уйти, может даже произойдет что интересного. В общем, тому было даже несколько все равно, что Великий детектив будет делать с его же другом, непризнаным другом. Как только писатель заглядывал к ним и у него спрашивали, друзья ли они, то тот со смущением и некой злостью отмахивалсся, мол, они заклятые враги, пока в это же время Ранпо с довольной ухмылкой ,как у кота,раскачивался себе на своем кресле и уплетал очередную сладсть, не мешая такому зрелищу. Оно само доставляла детективу невообразимое удовольстивие. Не чтобы тот имел садистские наклонности, просто было достаточно умилительно наблюдать, как По неумело с красным лицом завляет такие сильные вещи. Самодовольно улыбавшись, Ранпо находит в себе силы встать, пускай даже с потимнением в глазах, хватаясь за самую ближнию вещь, чтобы не упасть. Спать всё ещё хотелось и ещё сильнее хотелось остаться с ним — Эдгаром Алланом По. В этом помещении, которое давно пропахло медикаментами и запахом вишни от духов Йосано, и стоял запах чего-то чистого, постироного. Из-за этого и передавалсь такая атмосфера больницы, приятной причем. Потявнушись и немного разомня руки, Эдогава обернулся лицом к Эдгару, чуточку наклонясь и принав стойку «руки в бок», стал его разглядывать. Такой чудный момент, к сожалению, продлился не очень долго, как хотелось бы. «Красивый какой лежит», — пронеслось у него в голове. Как банально. Разве одно слово «красивый» способно описать этого человека? Ранпо так не думал, ему подходило больше «превосходный» или же «неотразимый», да просто что-то в этом духе, он заслужил куда большего, чем «красивый». «Интересно, что ему снится?» — вопрос повис у него в голове. Иногда действительно любопытно узнать какие сны снятся другим людям, сновидения ведь все разные, ни один на другой не похож. Вздохнув, тот просто решил спросить потом, если и то не забудет. Начав тихо напевать какой-то мотив из позитивной музыки, Эдогава направился к шкафчикам, чтобы взять себе еду и на всякий случай и Аллану, мало ли проснется, если что случится, то просто оставит рядышком его любимые сладости, каких у детектива было не так много, но хоть что-то. Шкафчики, где агенты хранили свои вещи был близко к кабинету Йосано, так что это быстро. Наверное.

***

-Ранпо! Я так рад, что ты меня позвал сегодня прогуляться, есть какой-то повод? — Эдгар звучит весьма счастливо, ну а как же, его позвал сам Ранпо Эдогава Великий Детектив на встречу! Походу даже по делу, а не просто мило пообщаться походить вместе. Враги так же делают? Ну конечно, что за вопросы. — Есть кое-что, что я хотел показать и рассказать тебе. Личное и очень секретное, — после слов, насквозь пропитаными безразличием, последовало подмигивание и легкая, натянутая улыбка. Но По это лишь немного смущало, может, он так себя ведет из-за того самого дела? Эдогава просто взял и пошел, как бы намекая, что надо следовать за ним. Тот так и сделал. Как послушный и покладистый пёс проследовал за своим возлюбленным врагом, какой был ему приятен. Уже наступала ночь, показывался на небе самый яркий и выраженный закат уходящего солнца куда-то вниз, в самую черную дыру и бездну этого мира, которая потихоньку начала съедать каждый кусочек неба, оставляя лишь черное нечто, что следит за тобой по ночам, без глаз, но оторваться от тебя не может, ты принадлежишь этой тени, ты уже эта тень, она пожирает тебя изнутри, оставляя за собой только тяжесть на душе и ущанное дыхание. Страх. Он сейчас и съедал до каждого кусочка плоти, до хруста костей. Полное отсутсвие людей на улицах ещё сильнее напрягало, даже машины не ездили. Ни духа, ни слуха. Слышны были только стуки небольших кабулов на обуви у обоих об асфальт и изредка было слышно вздохи Ранпо. Зверинные, голодные вздохи, что жаждят вкусной плоти и крови, какие жаждят найти хоть какую-то пищу, чтобы выжить. Из-за того, что они шли вместе, По отлично это слышал, а когда смотрел на Эдогаву, то видел лишь темное размытое пятно, ничего не было видно, фонарных столбов просто не было на улицах, ни на одной. Лишь луна слабо освещала этим обоям путь, словно они остались единственные на этой планете. Аллан поджал губы и больше старался не смотреть на собеседника в этой тишине, хотелось убежать, но ноги просто шли вперед, шли просто за Эдогавой, как за последним лучом света. Но сейчас это был не луч, а пугающий незнакомец. — Кто ты? — вырвалось из уст Эдгара. Совершенно случайно. Это так нарушало тишину, что Ранпо просто остановился. Повисла еще более нагнятающая тишина. Обычно Эдогава болтает без остановки, как-то контактирует, вечно указывает на что-то и задорно кричит " О, о, смотри!» Куда же это всё делось? Как все это странно. Детектив тихо похихикал, до боли в ушах противно и мерзко, а позже выдал: " А ты как думаешь?» […] Аллан застыл. Онемел. Откуда, а главное зачем эти вопросы? Его глаза округлились, а рот был немного приоткрыт в шоке .Появился ком в горле. Тело слегка затрясло. Стало трудно дышать. -Ранпо? — на одном дыхании выдавливает из себя писатель, прежде чем его тело пробил холодок по спине, какой в ту же секунду распространился по всему телу. Эдогава повернул свою голову к оппоненту. Его лицо было полностью черными, не было глаз, бровей, ничего, кроме ели заметной полоски на все лицо. Все конечности оказались такого же темного окраса, на вид выглядело так, словно он весь из чего-то тягучего, липкого и мерзко пахнущего. Это не R@mп0??? Б0/\ш3 Ne Qн. Казалось так, будто зрачки Аллана вообще изчесли, ибо удивление не передать, его рот полностью открылся, а сам он упал назад, приземлившись с грохотом на пыльный асфальт. Черное нечто приблизилось к По, роняя полностью с себя всю одежду, какая принадлежала Ранпо, разирая свою пасть, в которой множество, несусветное число клыков и дальнейших таких рядов с осколенными зубами. Парень попятился назад, стараясь пинать это существо своими ногами, пока оно не начало их заглатывать и поглощать в себя, увеличиваясь в размерах по мере того, что оно съело. «Нет-нет-нет!» — закричал тот, осознавая, что ему конец. Он умрет здесь и сейчас. Не увидит, что будет с миром через год, месяц, неделю,день.Он ещё не успел пригласить Эдогаву к себе, признаться и наконец поцеловать.Этого не будет. Черная дыра в буквальном смысле пожирала его, пока тот отчаянно кричал имя возлюбленного и мольбы, по всей улице раздовались его крики от боли, словно тебя прокручивают сквозь мясорубку, делят самым мелким ножиком на тысячи мелких кусочков, пытают и ждут от тебя этих криков, питаясь ими, кровь сочилась у него из-под пояса, ведь другой части не было, её съели, а органы проглотили как самые вкусные и мягкие спагетти с мясом, а сверху закусили мелом, который со звонким хрустом приятно ломался во рту, такое сладкое ощущение железа у себя на зубах. Кровь. Это чудище уже добралось до туловища, он больше не мог ничего сделать, кроме того как безутешно рыдать и ждать, пока тебя не заткнут, съев тебя заживо, прокручивая твои внутрености на толстом, но одновременно остром языке, жадно поглощая их. Он уже чувствует его учащенное дыхание около своей шеи, теплое и влажное, от которого несет ещё и гнилью и запахом протухшего мяса, оно медленно обволакиет своим языком шею, стараясь сломать её, в то время как Аллан все ещё чувствует эту боль, ужасную и адскую боль, чувствует как его слезы стекают по щекам рекою, что никогда не остановится. Почему он ещё не умер? Разве он не должен был умереть на первом же мире? Теперь он этого просто желает и как можно быстрее. Теперь он сам жаждит, чтобы это разобралось с ним побыстрее, все что По может сейчас — рыдать и кричать от боли и то скоро не сможет даже этого сделать, что и произошло, он вошел к его пасть, прокручиваясь между острыми клыками, сейчас не было больно, было абсолютно никак. Эдгар уже умер, но могз продолжал работать, запечетлять весь этот ужас, пока тот ели дыша просыпается весь в холодном поту, а глаза жутко слезятся и появляются мокрые капли в уголках глаз, не только от света, но и из-за очередного кошмара. Тот садится на койку, продолжая тихо плакать и пытаться ровно дышать. Что ж, видимо бессоные ночи опять его ожидают в теплых обьятиях на следующие пару дней, ведь после такого спать он навряд ли ляжет. Берясь своей ладонью об голову, темноволосый попутно вытирает слезы, утешая себя тем, что это всё просто страшный сон, все это не наяву.

***

-Так.Кислый мармелад, леденцы, сода.А, ну и лакрица! Всё взял, можно идти-и! — Ранпо с энтузиазмом приговоривал, представляя, как По будет рад, что он принес ему мармеладок и соду! Вместе посидят, покушают, пообщаются! «Интересно, а он проснулся то? С часу дня лежит», — спрашивал Эдогава у себя и своей интуиции. Сейчас придем — увидим. Взяв всё в обнимку свои любимые сласти, тот широко и весело шагая ,направился обратно в палату. Быстро добравшись до пункта назначения и ели как открыв дверь, присев и дернув ручку, он вошел внутрь и поставил все на ближайший миниатюрный столик, который так похож на какие возят стюардессы в самолетах. Когда дверь хлопнула, По немного испугался, вздрогнув, но зато теперь знает, что он теперь не один.Правда, а что Эдгар может с этой информацией сделать? Ждать он не намерен того, кто пришел, и так слишком на много задержался здесь. Слезы всё ещё немного текли, уж больно поразил его разум тот сон. «Даже сном не назовешь.Кошмар какой-то.» — говорит про себя писатель, вытирая уже заполнившие соленой водой глаза. Напевая строчку из песни, Ранпо шёл к "еноту", чтобы оставить там все сласти, посидеть с ним чуток, а позже уйти. В тишине стуков обови раздался второстепенный шум — хлюпающее хныканье и шуршание одеяла. «Проснулся!» — резко щёлкнуло в голове детектива, прежде чем он побежал к больничной кровати его изумительного соперника. Подбежав с улыбкой на всё лицо, Ранпо приостановился, когда лицезрел всю картину: Эдгар утирал свои слезы, какие даже не думали останавливаться, а самого парня трясло, как осиновый лист на ветру, щеки, носик, глаза, да и в целом лицо, были немного опухшими и красноваты. Такое зрелище было не самым из приятных. Эдогава поджав губы, стараясь не издавать лишний звуков, приблизился к брюнету. -По?..- осторожно позвал младший того, в это время кладя на тумбочку рядом всё, что он притащил с собой, — всё хо., — не успел тот договорить, как Аллан повернул голову в его сторону, позже чего молнийносно отпрыгнул к другой части кровати, прикрывая лицо руками, делая своебразнй крест и почти беззшумно приговаривая «нет» каждую секунду, а голос выдовал то, что старший продолжал плакать, кажется даже, что гораздо сильнее. Ранпо, мягко говоря, удивился с такого, почему он так резко реагирует и таким образом? Подойдя чуть ближе и медленно, максимульно бережно начав протягивать свою руку к нему, чтобы разорвать этот крест Аллан и решил взглянуть «страху» в глаза, о чем скоро пожалел, ведь воображение вырисовывало ту самую сцену из сновидения, не давая забыть ни одной детальки. — Не приближайся! — придерживая тот самый испуганный и жалобный голос, как во сне, По вскрикнул так резко, что сам не ожидал. Детектив в свою очередь руку отпустил, походу сейчас единственное ,что он может сделать, использовать физический контакт. Пытаясь опять что-то возразить, По выкрикнул: «Я не хочу умирать!», а после полились слезы так, словно он опять переживает этот сон. Всего его опять затрясло, а сам он всхлипывал, ждя своей участи. Тут брюнет чувствует, как что-то достаточно сильное сжимает его за запястья, раздвигая руки по разные стороны, не давая поднять. От боязни чего-то неизведаного сейчас, он зажмуривается, но не прошло и секунды, как ему дуют прямо в лицо холодным ветерком. — Аллан! Ты в порядке? — раздался голос шатена, который был немного раздражен и насторожен состоянием своего любимого чудного соперника. Эдгар же приоткрыл глаза, чтобы взглянуть, на яву всё это или нет. Перед собой он видит Рампо. Обычного, немного настороженного, все еще обоятельного Рампо, никого монстра из сна и в помине нет. Тут уже и сам Аллан потихоньку начинает трезветь и осозновать, как глупо он сейчас перед самым важным и значимым человеком в его мире он сейчас предстал. - Я.. я.. - не находя слов, По немного облизывает губы от сухости, заодно и подбирая слова, чтобы объяснить всё это, - если кратко..то.. [...] -извини- -Как стыдно писателю не найти слов, -начинает в своем стиле отчитывать детектив своего соперника, не зря же он его так называет, - и после этого ты хочешь бросить мне вызов, если сам не можешь подобрать слова?- Рампо звучит холодно, во всех смыслах. Сейчас он звучит строго как никогда, никогда он не обращался так с людьми, особенно ему догорими. От таких слов писатель окончательно отрезвел и погрузился из мира сновидений в настоящий, не столь пугающей, но и не столь милый. Чувство неприятного груза становилось всё больше и больше на душе, почти не давая нормализовать дыхание. Брюнет отвернул свою голову в сторону, стыдясь смотреть в глаза своего кумира. Некомфортно ощущение давало и то, что Эдогава сжимал его запястья где-то над ним, при этом немного нависая, хотя об одной лишь мысли, что его так держат, заставляли По взъерошиться от непонятных чувств. Почувствовав дыхание прямо над ухом, совершенно спокойное, умеренное, не как во сне, писатель вздрогнул, понимая, что именно сейчас его соперник полностью надвисает над ним, пользуясь сидячим положением старшего. - я ведь знаю, чего ты хочешь, - прошептал Рампо, достаточно нежно, нежели ранее сказанные слова, - валяй. Аллан сглотнул. Оба понимают, о чем идет речь. Пока детектив все сохранял образ безразличного, писателя получилось тронуть и залить алой краской все лицо. Парень снова задышал неровно, хаотично и прерывисто, пока вовсе как-будто не перестал дышать. Он вернул голову на обратную позицию, прямо перед глазами Эдогавы, опущенной вниз головой, По смотрел наверх, точно в глаза оппонента, всё ещё весь смущенный. Рампо улыбнулся по своему хитро, чуть приоткрыв яркие,как отполированный изумруд, глаза, что словно светились. Он ждал момента, когда Эдгар наберется сил. И вот губы снизу резко направились на губы сверху. Хоть и неожиданно, но сам поцелуй был нежным и бархатным, просто прикасались к губам друг друга, но этого хватило, чтобы вызвать приятное тягучее ощущение в животе. К сожалению, данный поцелуй продлился не долго, а совсем наоборот, будто один миг. - П-прости ради всего святого господи, я не знаю, что на меня нашло!-, начал оправдывать свои чувства и действия Эдгар Аллан По, пока Ранпо Эдогава хихикав, уже не сжимал запястья, а держал парня напротив за руки. - Не стоит стесняться своих чувств, енотик, - задорно ответил шатен в своем стиле, как и всегда. Эдгар только рад был сейчас услышать опять этот беззаботный голос вместо устрашающего, - я хочу ещё! Пока возлюбленный старший не успел опомниться, его снова поцеловали, более настойчиво, просясь неопытно проникнуть внутрь рта По, пробивая барьер из зубов. Ахнув, тот только успел приоткрыть челюсть, что и дало возможность проникнуть. Всплетая языки словно в неопытном и крайне неловком вальсе, их руки соединились в замочек, а Эдогава тяжко надвиснув над вторым, повалил его обратно на койку. Тихо простанывая в слияние губами и языками процесс, По изгибал спину, полностью отдавая себя в руки и действия Эдогавы, доверяя ему всего себя.