Большая разница

Джонни некоторое время просто смотрел на потухший экран смартфона без единой мысли в голове. Просто смотрел и пытался хоть как-то отреагировать. Внезапно рука с телефоном сжалась, и сознание затопила яростная злость. Только что какой-то юнец кинул ему вызов! Он сказал, что заберёт у него Донхёка! Донхёка! У него! Нет, как же это так? Что значит — заберёт? Срочно перезвонить. Джонни набрал номер Хёка ещё раз, но трубку тут же сбросили. А ведь он даже не знает, где они выпивали... Точно, джипиэс! Он открыл нужное приложение (давно привязал телефон младшего к своему после их тусовок с Ренджуном) и нажал на опцию «Определение местоположения». Нарисованная антенна на экране зашевелилась, начиная искать. Через минуту на экране высветилось «Телефон абонента выключен или вне зоны действия сети». Отлично! Он ещё и мобильник вырубил. Наверняка, это дело рук Марка. Тогда Джонни открыл мессенджер и быстро набрал: «Перезвони мне, я заберу тебя». Вдруг Донхёк протрезвеет и включит телефон. Было уже заполночь, и Джонни почти спал, когда позвонил Марк, так что теперь он пошёл и лёг обратно, но заснуть уже не получилось: он ждал ответа. Провертевшись в одного бока на другой почти час, он не выдержал и снова открыл мессенджер. «Позвони, когда проснёшься». Ещё полчаса ушло на то, чтобы прогнать от себя мысли о том, как Марк сейчас прижимает Донхёка к себе. Может, даже целует. А вдруг... Нет! Он должен доверять Донхёку во что бы то ни стало. Он верит ему. Джонни снова открыл мессенджер, веля себе успокоиться. «Позвони, когда доберёшься до дома, пожалуйста. Я волнуюсь и скучаю». *** Поздним утром, в половину одиннадцатого, он с трудом соскрёб себя с кровати, умылся и сварил крепкий кофе: сон был муторным, прерывистым и совсем не восполнил силы, а только, кажется, забрал ещё больше. Чувствуя себя изрядно помятым, мужчина принялся собирать и сортировать документы, разложенные на рабочем столе: нужно было отвезти их в аэропорт коллегам, которые улетали сегодня в командировку. За одним и немного прибрался дома, возвращая на место разбросанные по квартире вещи — на неделе было слишком много работы, а вчера он совсем вымотался. Мало того, что в презентацию продукта внесли внезапные правки, так ещё и Съюзан попросила встретиться. Как же всё надоело! За руль он решил не садиться, слишком тяжёлой была неделя, слишком плохо спал. Лучше взять такси. Всю дорогу до аэропорта Джонни проверял телефон, но, успокоившись и понял, что не стоит ничего ждать и накручивать на себя, взял себя в руки, словно бы вспомнив, что, вообще-то, взрослый. Положил телефон в карман и достал вместо него документы: ещё раз пересмотреть, не забыл ли какую-то страницу. Флешку с электронной версией он тоже взял на всякий случай. Коллеги уже ждали его. Саманта, новенькая пиарщица в их отделе, постоянно проверяла спортивную сумку и оглядывала себя на предмет складок или случайно пропущенных пятен. Это была её первая выездная презентация, так она сильно нервничала, и Джонни прекрасно её понимал. – Отлично выглядишь, Саманта! — пытаясь выглядеть бодро и дружелюбно, отметил Джонни. — Если им не понравится твоя презентация, мы с ними точно не сработаемся. – Это ещё почему, — засмеялась девушка немного нервно. – Потому что я буду знать: у них совсем нет вкуса. – Ага, конечно, — Саманта прыснула в кулак, смущаясь, но выглядела уже более расслабленно. — Если мы с ними не сработаемся, меня уволят, ха-ха! – Нет уж, извини, — ответил Джонни серьёзно. – Что? – Я пока не готов к новой волне собеседований, так что придётся тебе ещё немного нас потерпеть. Девушка благодарно улыбнулась. – Может, тебе стоило поехать самому? Вместо меня, — сказал Кейв. Он летел в командировку вместе с Самантой и отвечал за техническую и документационную часть проекта. — Ты бы лучше нашёл с ними общий язык, чем я. – Последними правками были твои, Кейв, так что не пытайся слиться. Сейчас ты лучше всего понимаешь суть нашего продукта. Я, конечно, тоже теперь увидел, что ты был прав, когда настаивал вчера на переделке — понял сегодня утром, перебирая листы, но у тебя в голове идея в собранном виде, понимаешь. Если начнут задавать много вопросов, ты с ними справишься лучше всех. – Надеюсь, ты меня не просто успокаиваешь, — хмыкнул мужчина. – Разве я часто ошибался, распределяя роли в команде? — парировал Джонни. – Да нет, почти никогда. Джонни достал документы и флешку из портфеля и протянул Кейву. – Держи. На всякий случай сохранил электронную копию. Там должна быть последняя версия правок. Вы уже зарегистрировались? – Да, ещё до твоего прихода, пока очередь маленькая. — Кейв принял файлы и положил к себе, кидая флешку во внутренний кармашек. — Кстати! — воскликнул он, протягивая что-то Джонни в ответ. — Ты на машине? – Тот отрицательно помотал головой. — Кроме тебя мне попросить некого, прости уж... — М? Ты о чём? — Джонни удивлённо вздёрнул брови, пытаясь высмотреть, что протягивает ему коллега. Это был ключ от автомобиля. – Это ты к чему? – Слушай, Джон... Знаю, это немного запарно, но... — мужчина неловко провёл ладонью по шее, будто галстук ему сильно жал, — ты не мог бы завезти мою машину на стоянку у офиса? Не хочу оставлять её тут. – Ага, а когда прилетишь, подогнать обратно в аэропорт? — Нет, конечно, — он натянуто рассмеялся. — Я на такси уеду. – А сюда чего не такси доехал? – Да блин! Не подумал я. Ну, подумал, но уже поздно было, я почти доехал. – Мда... Тебе повезло, что я на такси сюда добрался. — Джонни взял ключ из рук Кейва и сунул в карман джинсов. — И что бы вы делали без такого начальника, как я... – Привезу всё, что захочешь. Любой сувенир! Джонни усмехнулся. – Привези мне подписанный контракт — лучший сувенир будет для меня. Кейв облегчённо засмеялся. *** Когда Джонни уже подъезжал к основной черте города, зазвонил телефон. Он достал гаджет из кармана и посмотрел на экран: это был Донхёк. Мужчина тут же взял трубку. – Хёк, привет! Как ты? Всё хорошо? – Привет, Джонни! — голос на том конце провода звучал оживлённо, но как-то помято. — Да, всё нормально, не беспокойся. Голова только ужасно болит, — парень рассмеялся. — Видимо, я всё-таки перепил. – Ты поздно. Только что встал? — он быстро взглянул на экран: 14:37. – Нет, конечно! Но не так давно, да. Тётушка Хуан заставила прибраться в комнате. Мужчина улыбнулся. – Вот как, какое совпадение: я тоже сегодня утром прибирался. Рад, что с тобой всё в порядке. Как ты добрался до дома вчера? – О... Я... я у друга ночевал. Поэтому проснулся рано, и сразу домой. — Неловкость говорящего чувствовалась даже с этой стороны телефона. — А ты чем занимался вчера? Ну, помимо работы. Джонни задумался, вспоминая. – Сначала, конечно же, работал. Много и долго работал, потому что в проект пришлось вносить срочные правки. Потом забрал Эми из школы и довёз до её дома. У них там какое-то мероприятие было, и она очень хотела, чтобы я на неё посмотрел. Она танцевала. Ты не представляешь, какая она милаха, когда танцует в этом своём воздушном платьишке! Похожа на большую зефирку. Может, у нас это семейное? — Джонни понизил голос и продолжил. — Хотел бы посмотреть, как я танцую? Если напишешь мне музыку, я тебе покажу, на что способен. Донхёк, кажется, немного смутился. – Ты сейчас о каких танцах говоришь? О приватных? Ты мне сначала покажи, что умеешь, а я напишу тебе подходящую мелодию. – Хо-хо! Слышу голос профессионала, — мужчина рассмеялся. —Ради такого даже возьму пару мастер-классов! — ОН немного помолчал и добавил: — Представляешь, Сьюзан вчера предлагала сойтись обратно. Мол, бросит своего парня, и всё будет по-старому. Не понимаю, что на неё нашло? Тут Донхёка будто бы переключили, и лёгкий тон разговора резко помрачнел. – Ого, ничего себе! — проговорил парень с начинающимся раздражением. — И что ты ей ответил? Поехал домой паковать вещички? – Что за вопросы, Донхёк! — Джонни тут же разозлился. — Ты в своём уме — спрашивать у меня такое? Ты мне не доверяешь? – Отвечай на вопрос!!! — прокричал младший. Кажется, начиналась истерика. — Отвечай: где ты сейчас!? Джонни начал искать глазами придорожную парковку: в такой состоянии он не может вести машину, а она ведь даже не его. – Во-первых, прекрати истерить. Во-вторых, сейчас я еду из аэропорта к офису: провожал свою рабочую группу в командировку, я уже рассказывал тебе, что вчера мы доделывали проект. В-третьих, — Джонни шумно и глубоко вздохнул, наконец выруливая на парковку у какого-то магазинчика и глуша мотор, — ты правда так думаешь? Что я тут же побегу к своей бывшей при первой возможности? Мы встречаемся уже больше трёх лет, а ты всё ещё настолько ты в меня не веришь? — Он снова вздохнул и прислушался, но в трубке была абсолютная тишина, будто Донхёк даже дыхание задержал. — Я не понимаю, чем заслужил такое, но скажу: конечно же, нет. Я люблю свою дочь, Эми, но Сьюзан теперь для меня просто знакомая, приятель, у меня не осталось к неё даже дружеских чувств, ты знаешь, наше расставание было не самым лучшим. Вчера я это прямо и однозначно ей и сказал. Если она снова поссорилась со своим парнем, это её проблемы, а не мои, я уже нашёл того, с кем хотел бы провести остаток своей жизни, как бы напыщенно это ни звучало. – Джон- – Если захочешь поплакаться кому-то, иди к своему Марку. Он наверняка встретит тебя с распростёртыми объятиями! — ну зачем он, чёрт возьми, вспомнил об этом Марке. Обещал же себе не говорить о нём. — Вчера ведь тоже он тебя утешал. Ему-то ты доверяешь, да? Я не хочу тебя больше слышать. Джонни резко нажал на «отбой» и кинул смартфон на соседнее сиденье. Чёрт, чёрт, чёрт! Зачем он так? Он должен был успокоиться, повести себя как взрослый и понимающий, а не кидаться ненужными именами в отместку. Ну и зачем?! Теперь Донхёк уж точно на него обижен. И как они теперь помирятся? И помирятся ли они вообще? Или это конец? Джонни просидел, положив руки на руль и опустив на них голову, больше десяти минут, и лишь когда почувствовал, что немного успокоился, завёл мотор. Доехав до офиса, он поставил машину Кейва на стоянку и пикнул сигнализацией. Поняв, что возвращаться в пустую квартиру ему сейчас совершенно не хочется, он решил пройтись пешком: может, заглянет по пути в какое-нибудь кафе или магазин, чтобы убить время. Может быть, где-то в городе найдётся место, где его по-настоящему ждут. Может быть, дойдя наконец до дома, ему захочется поплакать. Может быть.