Ветви сирени.

Весна. Птицы прилетают с юга. Солнце наконец-то топит снег, а болезни в виде гриппа атакуют многих, и Владимир Давыдов оказался не исключением. Отпуск Володи начался весной, первого мая, и будет он у него месяц. С пробуждения он громко хлюпнул носом, перелезая через Юрку, стараясь не разбудить Конева. Отправился он на кухню, дабы приготовить завтрак для себя и дорогого Конева. Он остановился на макаронах с сыром и свежевыжатом соке со спелых апельсинов. Он достал пачку уже открытых изделий с теста, сыр решил сегодня не натирать, взял в ладони пачку уже натёртого сыра, что был достаточно распространён в Германии. Он налил воды в кастрюлю и поставил на плиту, дожидаясь кипения. Когда вода забурлила, он высыпал любимые Юркины макароны в виде «бантиков». Пока блюдо варилось, Володя достал нужный фрукт, сполостнул под водой, достал соковыжималку, которую Юрчка подарил ему на их годовщину отношений год назад, и, очистив апельсины, начал аккуратно выдавливать из них весь сок для их завтрака. Он и оглянуться не успел, как банка наполнилась соком, а блюдо сварилось и пора было сливать воду. Он засыпал в уже чуть остывшие, слитые макароны, сыр, начиная перемешивать с тёплой улыбкой, хотя она была какой-то уставшей или даже измученной, болезненной. Неожиданно Володю со спины обняли за бёдра, от чего Давыдов чуть вздрогнул и тут же обернувшись, встретившись со взглядом карих глаз. Это был его возлюбленный, Юрка. -Володь, ты чего красный такой? Не заболел? — спросил Юрка у Володи, прижимаясь своими губами ко лбу Володи, что просто пылал, -Боже мой, да у тебя температура! Немедленно в кровать! — он схватил Володю в охапку и понёс в мягкую кровать, отдыхать. -В смысле температура? Как я вообще мог заболеть? — не понимал Володя, утыкаясь в грудь Юры. -Так ты же то в Харьков, то в Германию, ездишь везде, вот и подхватил простуду, — ответил Юрка, мягко целуя его в лоб. -Прямо в отпуск! Ну что за дерьмо! — громко и звонко выругался Володя, злясь, -Все дела по пизде! -Володе очень редко так ярко выражался. -Неужели мой маленький и невинный Володя настолько зол и расстроен, что настолько красноречиво высказываешься? — спросил Юрка у Володи, укладывая на кровать и глядя, как Давыдов сворачивается комочком, начиная бурчать и злиться себе под нос, как таракан, -родной, ты на таракана похож, -посмеялся Юрка. -Почему это? — непонимающе спросил Володя, заглянув в его глаза. -Они когда усиками двигают, мило так, будто сердятся, — хохотнул тот, доставая лекарства для Володи. -Это ты так решил сказать, что я милый? — спросил Володя, поворачиваясь к нему и обнимая за бёдра. -Именно! — улыбнулся Юрка, целуя его лобик. Володя выпил лекарства и завалился спать, а вот Юрка решил приготовить любимому подарок… *** …Вечер. Володя только проснулся и потёр глаза, как ощутил на себе что-то очень приятное. Глянув на свои ноги и увидел огромный, пышный букет из веток сирени. Глянув на пол он увидел лепестки сирени, что вели куда-то за пределы комнаты. Володя поднялся, прижимая к груди букет сиреневых, душистых цветков, отправляясь по дорожке из лепестков сирени. Дорожка вела в ванную. Осторожно заглянув в ванную, он увидел голого Юрку, что расположился в ванной и хитро улыбаясь. Вся ванна была также в лепестках сирени. (Забыл уточнить, в данном фф сирень-любимое растение Володи). Володя раскраснелся и уже хотел выйти, как Юра его перехватил и уволок в ванную, попутно раздевая его от всей одежды. -Боже мой, Юрочка, ты чего? -не понял Володя, жутко краснея и начиная возбуждаться. -Я захотел тебе настроение поднять, — мягко проурчал Юрка, входя в Володю двумя пальцами, вырывая из его уст мягкий и одновременно громкий стон. -Божечки, Юрочка, не надо~.-жарко простонал Володя, наперекор своих действий насаживаясь ещё глубже на пальцы. -Ух какой плохой мальчик, Володя, врёшь и очень хочешь, -сладко проурчал тот на его ушко, добавляя ещё один палец, от чего Володя ещё слаще и громче простонал. Пальцы быстро задвигались во Владимире, заставляя его извиваться в руках композитора и прогинаться от великолепного ощущения двух пальцев. -Замени… Скорее замени их своим членом, Юрочка…-жалобно застонал Володя. Когда его покинули пальцы, он сильнее заскулил и завертел ягодицами. В Володю вошли резко и быстро. Член Юрки тут же обхватили горячие стенки Володи, и мужчина насадился сильнее, выдыхая вместе с жарким стоном, целуя Юркины губы и ласково улыбаясь, млея. Тут же Юрка сделал толчок внутрь и от такого у Володи спёрло дыхание. Член Юрки сильнее раздвигал мышцы и будто входил глубже, хотя входить было уже некуда. Неожиданно, при очередном давлении, член попал по простате, от чего Володя изогнулся, точно змея, и тут же впился в губы Юрки страстным поцелуем. Юрка двигался быстро, размашисто, часто попадая по простате. Он одной рукой схватил Володю за член, быстро двигая ею и сжимая у основания, а после двигая рукой по стволу к головке, начиная массировать её. Чуть позже он спустился головой ниже лица Володи, целуя его шею и ключицу. Давыдов же мягко сжал свои соски, начиная массировать их и жалобно выстанывая в поцелуи Юрки, которые перешли с ключицы и шеи на мягкие и припухлые губы. Володя неожиданно обильно кончил в воду и семя расплылось по воде, смешиваясь с пеной. После и Юра излился, а Володя почувствовал, как в нём разливается горячая, вязкая жидкость. -Ох боже~. Это было… Неожиданно…- с запинками и вздохами ответил Володя, прижимаясь к Юркиному лбу своим. Это был их лучший больничный день…