Мальчик из Питера

- Ночью, когда Акутагава уйдет на работу, мы вместе пойдем за вашими вещами. Ключи у вас есть, это я знаю. Осаму смотрел на Ацуши по-дружески нежным и добрым взглядом. Уважение к другу укрепилось ещё сильнее, как только блондин озвучил своё решение расстаться с брюнетом. Игру на своих чувствах нельзя терпеть, домашнее насилие - тем более. Накаджима сделал всё правильно. Нельзя прощать такое отношение к себе и обращение с собой. Ацуши, услышав короткую вибрацию, исходящую от лежащего рядом телефона, открыл мессенджер, с которого пришло сообщение. От: Рю♡, сегодня, 11:29 Где шляешься? Домой бегом. От: Вы, сегодня, 11:30 Акутагава, мы расстаёмся. Я вернусь за вещами и больше мы не увидимся Рюноске не ответил на сообщение, прочитав и выйдя из сети. Ему всё равно и на это, видимо. После завтрака и разговора каждый занялся своими делами. Ацуши попросил полотенце и пошел в душ, получив кроме полотенца еще и сменную одежду, а Дазай, раскрыв книгу, сел на подоконник и продолжил чтение, не завершённое вчера. Погружённость шатена в остросюжетный детектив прервал телефонный звонок. Вздрогнув от неожиданности, Осаму спрыгнул с подоконника, чтобы взять с тумбочки телефон, и взяь трубку. - Слушаю, Одасаку. - Добрый день, Дазай. Я звоню, чтобы сообщить новость, связанную с человеком, действия которого вы просили отслеживать. - Да, я во внимании. Дазай замер в предвкушении. Он, к удивлению, не мог достоверно предположить, что ему хотят сказать. - Только что поступила информация: Огай погиб. Шокированный шатен застыл взглядом на всё так же аккуратно лежащих на стуле голубых носочках Накаджимы. Что могло произойти с этим величественным, важным и влиятельным человеком так внезапно? - Т-то есть как? - Произошла автокатастрофа. Его тело найдено в машине на водительском сидении. Он врезался в соседний автомобиль и отлетел на обочину, машина несколько раз перевернулась, и он скончался от потери крови. Провели обследование: он был пьян. - Есть ещё жертвы? - Водитель второго автомобиля отделался лёгкими ушибами и несильным сотрясением. С ним всё хорошо. По понятной причине отслеживание Мори мы прекращаем. - Благодарю, спасибо. Внутри поселились смешанные чувства. Нехорошо радоваться чужой смерти, но этот человек - угроза безопасности для многих людей, в том числе для Дазая и Чуи. Огай строил грандиозный план мести дуэту "соукоку" за смерть племянника в тот день, когда их поймали с подделкой документов, и местью только их двоих он бы точно не ограничился, а сначала по одному перебил всех близких людей, заставляя страдать - это Дазай знал наверняка. Но теперь угроза для безопасности и жизни не одного десятка людей мертва. Срочно надо сообщить об этом Накахаре. - Давно мы не общались по душам, Дазай. Как жизнь у тебя складывается? Что нового и как на личном фронте? Появился кто-то или, может, на примете? - О, Ода, этот разговор может затянуться надолго, но я обо всём расскажу. Поступил, наконец, в институт - я несколько лет подавал заявку и не проходил, а сейчас прошёл. Я рад, как никогда. Как на личном фронте, спрашиваешь? Ну, на примету людей брать не люблю - нехорошо получается. "На примете" звучит как "на прицеле": навёл мушку на добычу и выжидаешь, прицеливаешься и норовишь попасть в самое сердце - охотишься. Я так делать не люблю. Наблюдаю, размышляю, но никак не беру на примету. Пока у меня партнёра нет, но зато есть замечательный друг, одногруппник мой, но мы с ним подружились еще до поступления. Милый и добрый парнишка, весёлый. Как только его увидел - сразу привлёк он моё внимание и меня в целом. Он стал для меня лучшим другом... - Смотри не влюбись, Дазай. Накаджима сидел в ванне под горячей струёй воды, обжигающей и бьющей о грудь. Расфокусированным взглядом он смотрел перед собой и никак не мог понять: порыв какого чувства, окромя чистой благодарности, заставило его так кинуться в объятия шатена? Что заставило во время объятий чувствовать себя так умиротворенно, но в то же время заставило бабочек вспорхнуть в животе от ответных объятий шатена? Случайные ощущения или то самое сокровенное и неприступное чувство...? Накаджима слышит телефонный разговор и не старается вникнуть в его суть, пока не понял, что шатен кому-то рассказывает о нём, об Ацуши. - "Смотри не влюбись", говоришь? Почему же? Вопрос Дазая заставил Накаджиму напрячься и прислушаться. Длительная пауза, во время которой, скорее всего, вел речь собеседник Осаму, была прервана искренним, сладким и громким смехом кареглазого. - Ха-ха, Одасаку, думаешь, меня можно этим напугать? Будь что будет, я не знаю, что ещё сказать. Всему свое время, друг... А, тебе уже пора? Ну, до встречи, если таковая в скором времени случится. Ацуши так ничего и не понял. Занимать так много времени в чужой ванной не хочется, поэтому блондин через двадцать минут общего времени вышел из ванной комнаты в полотенце, повязанном на поясе. - Читаете книгу? - поинтересовался Ацуши, войдя в комнату. - Да. Я люблю читать старые бумажные книги, чувствовать их запах, осязать шероховатые страницы руками, пропускать каждую страницу через руки и сердце... Книги сделали меня таким, какой я есть: научили обращать внимание на мелочи и запоминать их, размышлять, слушать голос сердца. Без книг я был бы другим и, возможно, многих значимых событий в моей жиизни бы не произошло. Шатен говорил эти слова, отвлекшись от чтения и смотря в окно. Ацуши с радостью бы слушал его и поддерживал беседу, да только вот... Полотенце предательски потихоньку сползает вдоль тела к бедрам, а Накаджима держит в руках большое количество вещей, что не позволяет ему поправить полотенце. "Ч-чёрт..." - Д-Дазай, простите.. Блондин пулей вылетел из комнаты. - Ацуши? - отвлёкшись от вида в окно, шатен вопросительно посмотрел на то место, где прежде стоял друг. Закрывшись в ванной, Накаджима быстро оделся в сменную одежду - трико и футболку серого цвета, повесил полотенце и вернулся обратно. - Извините, п-просто.. полотенце чуть не упало. Осаму коротко, но звонко посмеялся. - Ха-ха, вот как. Ну, с кем не бывает. - Мне скоро нужно идти на смену в кофейню. - Хорошо. Только, как я понял, одежда для работы осталась у вас дома? - Да... Блондин виновато опустил голову вниз. - Ну, не унывайте же. Сейчас присмотрим что-нибудь из моей одежды. Так-с, - кареглазый открыл свой шкаф с одеждой, - Есть чёрные брюки, примерьте-ка. Ацуши, сидя на кровати, снял трико и надел данные шатеном брюки. По талии они оказались лишь слегка широкими, по длине - довольно длинными. - Ну, это не проблема, - Осаму сел на пол перед блондином и заботливо подвернул штанины так, чтобы длина стала удобной, - А по талии как? Накаджима не слышит. В животе снова взрывная волна бабочек, лёгкие не дают сделать спокойный вздох. Дазай сидит у его ног и так нежно, осторожно подворачивает штаны.. Снова то же самое чувство в груди, что и во время объятий - что это? - Ацушиии. Осаму легонько похлопал друга по плечу. - А? - О чем это вы так задумались?? - Н-нет, ни о чём. - Вижу, по талии брюки великоваты. Но это не страшно, у меня есть ремень. Привстаньте-ка. На ватных ногах блондин встал. Осаму приблизился и стал продевать ремень в специальные петли на брюках. Лица оказались близко друг к другу. Обладатель жёлто-фиолетовых глаз покрылся лёгким румянцем, глаза широко распахнулись, сердце пропустило удар. Дазай в свою очередь выглядел невозмутимо, но столь заметное изменение в эмоциях друга заметил. Хоть внешне шатен и не менялся, но бабочки вспорхнули и в его животе тоже. Близко. Слишком близко... Шатен продел ремень во все петельки и застегнул его посередине. - Осталась рубашка. Осаму достал из шкафа белую рубашку. Она сидела на блондине довольно пышно, но шикарно и эстетично. - Ну же, взгляните на себя. Дазай подвёл блондина к зеркалу. Восторг отразился на его лице. - Это.. очень красиво. - Я и не сомневался, что вам понравится. - Только.. обуви у меня никакой нет. - Упс. А вот с обувью всё уже не так просто. На ваш размер ноги обуви у меня нет. - И что делать? Осаму задумался. Только смерти нельзя избежать, только её нельзя предотвратить. Остальные вопросы можно решить. - Вот что. Я дам вам более-менее подходящую обувь, и сейчас мы пойдем к вам и заберём все ваши вещи. - Но там Акутагава... - Ацуши, не бойтесь. С вами буду я, он не посмеет вас тронуть. Достав из шкафа какие-то чистые кеды, он поставил их перед Накаджимой. - Попробуйте обуть их. Ацуши надел эти кеды. - Они немного великоваты, но ходить можно. - У себя дома переобуетесь в свою обувь. Пошлите. У блондина появился страх перед возвращением в эту квартиру. Нахождение рядом Осаму гарантировало безопасность, однако всё равно страшно. Поднимаясь по лестнице, Ацуши ещё больше занервничал. - Ацуши, - Дазай обнял друга и погладил по голове, - Он вас не обидит, пока рядом я. А если попытается - я дам ему кулаком в лицо. - Спасибо, - Накаджима обхватил руками талию Дазая и посмотрел на него. Он не мог представить, за что эта жизнь подарила ему такого хорошего друга. Чем он заслужил такое тёплое и бережное отношение к себе? Шатен делает для него всё, а Ацуши так ничего и не сделал для него. Войдя в квартиру, они никого там не увидели. Акутагавы дома не было. Странно, ведь обычно он приходит домой и спит до часов пяти вечера. Впрочем, это даже лучше. Друзья стали быстро собирать вещи по чемоданам. - Ацуши, он превращается в алкоголика. Дазай показал на лежащие на диване бутылки от водки. - Пьяные люди способны на самые кошмарные вещи. Я это знаю, как никто другой. Хорошо, что вы вовремя сбежали. Никогда не возвращайтесь сюда. Накаджима печально вздохнул и, закончив сборы, закрыл чемодан. - Вроде всё собрали. - Да. Переобувайтесь, и мы уходим. Из подъезда послышались приближающиеся шаги, звонкий женский смех и хриплый мужской кашель. Ручка незапертой двери повернулась, и в дверях появился пьяный в стельку Акутагава и не менее пьяная девушка с поплывшим макияжем и растрёпанными волосами, которая хваталась за шею брюнета и звонко хохотала. - А вы, - расширенными зрачками Рюноске посмотрел сначала на испуганного Накаджиму, потом на Дазая, стоявшего рядом, - Что ещё тут делаете? Кхм, да угомонись же! - он шлёпнул по бедру пристающую девушку, после чего та пошло охнула и, продолжив пьяно ухмыляться, посмотрела на Ацуши. - И что ещё за чемоданы? Закончив шнуровать кроссовки, Ацуши встал, перекинув через плечо чехол с укулеле. - Мы расстались. Я пришёл за вещами. - А один ссыкуешь? Своего хахаля с собой приволок. Боже, как ты убого сейчас выглядишь с моими засосами на шее, ты бы знал. - Это не хахаль, а друг. Хватит так относиться к Дазаю, он тебе ничего не сделал, как и я. - Ха-ха-ха-ха! Ну котик, пусть эти уже уйдут, пошли в спальню! Девушка так и норовила чмокнуть Акутагаву в щёку или губы. - Я сказал, молчи! Девушке прилетела пощёчина от брюнета. Она ахнула и улыбнулась своей пошлой улыбкой. - Полегче, - Осаму взял чемодан, - мы пойдем, а вы идите занимайтесь своими делами. И советую тебе не обращаться так с девушкой. - Че? Ты вообще молчи. Ацуши, если тебе и вправду будет лучше с каким-то соседом по купе, чем со своим любимым, то можешь идти. - Ха-ха-ха! Боже, и это говорит человек, который стоит здесь с любовницей и хочет скорее удовлетвориться. Знал бы ты, как это смешно выглядит, "любимый", - шатен не смог сдержать искренний смех. - Ну правда же, с кем будет лучше: с любимым, который изменяет, играет с чувствами и чуть не изнасиловал, или с другом, которому можно довериться и получить помощь? В общем, с тобой у нас будет отдельный разговор, а сейчас все мы торопимся. Ацуши нужно на работу, мне - по делам, а вам - в спальню. Всего доброго. Когда Дазай и Ацуши уже вышли из квартиры, то, не зная, что сказать, Рюноске выкрикнул: - Он трахается плохо, имей ввиду! - Вымещаешь свои комплексы на оскорблениях других? Как низко, - Осаму улыбнулся, выйдя из этой бессмысленной перепалки победителем. - Да пошли уже, Аку, ну их в баню, - девушка провела рукой по груди брюнета и, закрыв входную дверь, они оба со звонктм смехом направились в спальню. - Обидно с его стороны, - Накаджима был заметно тронут словами бывшего, в особенности последними, - учитывая то, что у нас даже ни разу не было интима. Ещё и перед вами это сказал... Осаму погладил друга по спине. - Не переживайте. Он просто подонок. Видите, как быстро он нашел любовницу. Он глуп и безрассуден, не принимайте близко к сердцу его слова. Сейчас идите на работу, а я занесу вещи, потом схожу в одно место, а к концу смены приду в кофейню за вами. Придём домой и разложим вещи, я помогу. - Хорошо. Дазай, спасибо за всё. Блондин обнял друга и был обнят в ответ. - Я побежал. - Счастливо. Без меня из кофейни ни ногой! - Хорошо! Ацуши направился в сторону кофейни, снова размышляя над чувствами к Осаму. Не мог он понять, что чувствует. Улыбка кареглазого пробирала насквозь, а прикосновения плавили сердце, которое таяло ароматным кусочком шоколада. Неужто это и есть то чувство, самое тёплое и сокровенное...?