Пирожки с вишней

Федя читал главу за главой, пока солнце не начало сильно напекать. Текст перед глазами поплыл, так, что больше читать было невозможно. Коля в это время стоял на берегу, он уже снял рубашку и собирался искупаться. Тогда Федя понял, что им срочно нужно домой, иначе потом он может и не дойти. Фёдор произнёс слабое — Пошли домой — Он встал и почти дошёл до Гоголя, когда осознал, что книгу он оставил на пирсе. Федя вернулся, но стоило наклониться, как мир перед глазами стал искажаться. Достоевский сделал шаг вперед, чтобы удержать равновесие, но, когда осознал, что падает было уже слишком поздно. Холодная вода сковала тело, он не смог заставить себя пошевелиться. Перед глазами он видел лишь, как солнце пробирается сквозь гущу воды, но чем дальше он провалился, тем меньше видел. Вдруг он осознал, что тьма, окутала его лишь из-за того, что глаза закрылись. Лёгкие начали жутко болеть, а голова опустела, когда Федор перестал чувствовать тело. Гоголь увидел, как Федя падает и тут же побежал к нему, сломя голову. Он знал, что там, где заканчивается пирс, можно легко утонуть. Коля кричал во всё горло — Федька! Федька! — но Федя не отзывался и не выныривал, стоило Коле добежать, как он, ни минуты не думая, нырнул в воду . Гоголь видел Федю, видел его умиротворение, словно тот этого ждал. Ждал, когда, наконец, судьба решит отправить его на тот свет. Колька чувствовал, что воздух заканчивается, но он упорно плыл дальше. Он боялся потерять то немногое, что приобрёл. Коля сумел схватить чужую руку и тут же ринулся наверх. Стоило им выплыть, как Гоголь одной рукой схватился за пирс, а второй, держал Федю за талию, так, чтобы чужая голова находилась над водой. Коля отдышался и стал звать Фёдора охрипшим голосом— Федя? Федька! Феденька? — но сколько бы Колька не звал, Достоевский не отзывался. Гоголь приплыл к берегу и вытащил холодное тело друга на песок. Колька проверил пульс и дыхание Федора. Совсем слабый, но пульс был. Коля, наконец то, облегченно вздохнул. Дыхание Феди было затруднëнным. Но к счастью, вскоре Достоевский закашлялся и задышал спокойнее. Глаза Федор всё ещё не открывал, сил не было, всё тело было ватным и таким холодным. Коля одел рубаху и взял книгу. Рыбу и удочки пришлось оставить, всё же Гоголь понимал, что не донесёт всё. Он поднял Федю и полностью облокотил на себя, придерживая за спину. Он шёл так быстро, как только мог, иногда срываясь на бег. Коля понимал, что Федя легко может заболеть. Фёдор в это время чувствовал холод, холод заставляющий дрожать самую суть души. Но в какой-то момент, Фёдора окутало что то невероятно тёплое, словно одеяло. Будто что невероятно горячее было совсем близко. Федя прижался ближе, а Гоголь от этого действия немного смутился. Он бежал и всё приговаривал —Федя, мои Федька, мы скоро придем, ты потерпи! - Гоголь добежал до дома, снял с Феди мокрую одежду и обтер полотенцем. Он закутал Федора в одеяло и с трудом уложил на печь. Достоевский почувствовал себя намного лучше так хорошо, как никогда не было. Возможно это и был рай,который описывали в книгах. Федя задремал, в этот раз глаза не были тяжелыми, их приятно окутывал туман. Такой мягкий и нежный. Гоголь развесил одежду сушиться и затопил печь, чтобы Феде было теплее. Он всё без конца проверял дыхание Феди, сильно переживая, как бы оно не пропало. Вдруг к Гоголю зашёл сосед- Сережа, у которого он и брал удочку. Стоило Коле всё объяснить, причём шёпотом, как Серёжка ушёл, вернулся он уже с удочкой, рыбой и другими вещами, брошенными Колей. Гоголь поблагодарил Серёжку, отвалив ему добрую половину рыбы. Сосед ушёл, а Колька принялся варить уху, часто проверяя чужое дыхание. Он прошептал Федьке на ухо — Федя. Мои Федя. Пожалуйста, просыпайся. — Коля, наконец, поставил уху в печь вариться и залез к Феде. Он стал перебирать чужие волосы — Феденька. Ну что же ты так со мной? Что же ты так спишь? А если не проснёшься..? — Коле было так страшно, что в горле появлялся ком. Ещё никогда конечности Фёдора не были такими тёплыми, он почувствовал, как чужая рука поправила одеяло и заправила его под ноги. Федя пробубнил — Ваня? - Но кажется Иван никогда не пытался поправлять одеяло, да и вообще никогда лишний раз не касался Фёдора. Колька вздохнул, он задавался вопросом. Кто же этот Ваня? Мог ли этот человек быть другом Фёдора? Мог ли он быть чем то большим? В сердце появился укол ревности. Коля, пытаясь себя успокоить, стал плести маленькие косички из чужих волос. Когда наконец Федя понял, что это точно не его дом. Он потянулся вслед за рукой, ласкающей его. — Коль? - Колька почувствовал, как на душе резко стало радостно и светло. Тут Федя тихо чихнул и приоткрыл глаза — И правда ты.. - губы тронула мягкая улыбка, Федя только сильнее закутался в тяжёлое одеяло. Гоголь неловко убрал свои руки и робко почесал нос, чуть смутившись. Федя казался необычайно милым, вот так: мягко зевая и чуть улыбаясь. Он казался таким нежным и уютным. — Феденька! Я так рад! С тобой всё хорошо! - Федя каким то образом уже привык к этому крику, он стал родным. Достоевский снова чихнул —Конечно, хорошо.. Ведь там был ты. - Федя не любил признавать, что ему кто то был нужен, а точнее раньше никогда не приходилось. Но он был так рад, что Гоголь был там, был рядом. Колька залился густой краской и обнял, закутанную в одеяло, гусеницу — Будь здоров! Ты такой милый, Федька! - Федя не знал, что ответить. Он прикрыл глаза, уши тронул лёгкий румянец — Ничего подобного, Коль. - Колька поцеловал чужую щеку, пока глаза Феди были закрыты. Ведь если никто ничего не видел, значит ничего и не было. Ведь так? — Милый, милый) - Но Федя всё чувствовал и все слышал. От чего-то на душе все чаще появлялось тёплое и такое незнакомое чувство.. По коже бежали мурашки, он задавался вопросом не об этом ли чувстве писал Пушкин? Мог ли он любить? Чувство, что Фёдор так долго презирал и считал абсолютно бесполезным, неужели оно его настигло? Словно волна, оно поглотило его полностью. Федя приоткрыл глаза, Коля смотрел прямо на него. Обоих обжигало дыхание друг друга, оба краснели, Федя чуть меньше, а Гоголь чуть больше, они никогда не пытались смотреть друг другу в глаза дольше трёх секунд. Коля не выдержал первым и отвёл взгляд — Ну что ты, Федька, так смотришь? У меня на лице что-то? - Федя кивнул — Да, есть кое что - Коля удивился и вновь посмотрел на Федьку так, словно тот его разыгрывал. — И что же это? - Достоевский дотронулся своими губами до чужих и робко поцеловал — Я.. Наверное