Пирожки с вишней

Они лежали вместе на кровати, оба чувствовали как в груди расцветает нежность. Гоголь притянул Фёдора за талию к себе — я тебя так люблю. — Федя нежно чмокнул чужую щеку — Иди умойся я занесу тебе одежду позже — Гоголь зарылся в чужую шею и игриво прикусил её. Он знал, что не стоит этого делать, но ужасно хотелось. Хотелось показать всему дому, что Федя его, особенно надоедливому Ване. Гоголя посетило странное чувство страха, словно боялся, что Федьку отнимут. Они были разных слоёв и разного воспитания. Разве мог он его хоть как-то удержать рядом? Матушка всегда говорила, что соседки мужей только детьми и держат. А как он будет держать своего любимого? Кольку из размышлений вырвал тихий вскрик Феденьки, на бледной коже расцвел алый след. Федька вздохнул — Ну Коля. Я же просил. — Достоевский приблизился к чужой шее и сильно укусил сонную артерию. Гоголь простонал, а Федя стал кусать чужие плечи, затем перешёл на тонкие ключицы. Коля всхлипнул, когда на небесных глазах появились слезы. — Федька. — Фёдор отстранился стал разглядывать свою работу. Гоголь тяжело дышал, пухлые губы чуть приоткрыты, хрустальные слезы не то удовольствия, не то боли, шея, плечи и ключицы покрыты яркими пятнами. — Да, дорогой? — Гоголь сглотнул, под кожей прошлась волна мурашек — Знал бы я что ты так любишь кусаться, давно бы это сделал — Федька испустил смешок — Знаю — Гоголь отдышался и легко докоснулся до чужих губ. Он скрылся в ванной, но буквально через пару минут позвал Федю. Тот зашёл — Что такое? — Колька чуть смущенно произнес — Я без понятия, как этим пользоваться — Феденька вздохнул. И правда откуда его Коле об этом знать — Раздевайся, я помогу тебе — Федя включил воду, добавил пену и пару капель парфюма. Он не любил, когда кто-то мешал думать во время мытья, поэтому мылся сам. Ванна была набрана, Гоголь разделся и залез внутрь. Было немного не ловко, но, пенка скрыла его тело, успокаивая — Расплетай косу, помоем твои волосы — Гоголь зарылся в белые нити пальцами, лента, удерживающая косу, оказалась в руках Федьки. — Вот подержи, только аккуратно, мне ее маменька соткала — Колька говорил радостно, для него много значили вещи, созданные грубыми и слегка мозолистыми руками родного человека. — Конечно- Феденька убрал ленту к вещам, Гоголь уже расплел косу и поигрывал с завораживающей внимание пеной. В основном получались небольшие башенки, хотя если присмотреться можно было увидеть новые фигуры. Колька крикнул — Федька смотри корова! — Федор был заворожен, длинные волосы излучали легий блеск и словно одеяло обнимали веснушчатые плечи. Эта картина поднимала из самых глубин тёплые чувства. Он посмотрел на небольшую кучку и увидел рожки — И правда- легкая улыбка посетила холодные губы — Коля, закрой глаза- Колька откинул голову и прикрыл веки. Феденька наполнил ковш, полил чужую голову и достал иностранные отдушки, масла и многое другое. Он медленно втирал средства в чужие волосы, после чего нанес шампунь. Гоголь то и дело норовил сбежать, уж через чур вся эта возня казалась ему нудной. Федор возвращал его на место поцелуем в лоб, на какое-то время Колька успокаивался. Вскоре Федька смыл пену — Вот и всё, скоро придёт Ваня, так что пока вытирайся — Фёдор показал для чего какое полотенце и вышел. Ваня уже ждал в комнате — Господин вы были в ванной? — рукава Федьки все ещё были засучены — Да, Коля не знает как и чем пользоваться. — Ваня удивился — Господин, вы, просто, могли поручить эту работу мне. — Ваня заметил яркий след и побледнел — Это. — Федор кивнул — Да. Вань мы скоро придём. — Феденька вернулся в ванную с вещами и оставил их там — Коль, я все оставил оденешься — Колька оделся, у выхода из ванной его встретил Федька. Он зарылся носом в мокрые волосы — Не простудишься? — Коля лишь хихикнул — Федька, ну разве ты видел, чтобы я болел? У меня знаешь сколько здоровья? На нас двоих хватит! — Федя поцеловал чужой затылок и от этого прикосновения под кожей Гоголя проснулись тысячи мурашек. Феденька прошептал — Пойдём, нас Ваня уже ждёт — Фёдор взял чужую руку в свою и повёл Коленьку по роскошным коридорам. Сам Федька считал, что в них нет ничего особенного, ну висят тут картины знаменитых художников, которые не раз выставлялись в Лувре, ну и что? Разве может хоть одна Мона Лиза затмить красоту улыбающегося Коли? Конечно, нет. А Гоголь крутил головой, пытаясь рассмотреть каждую деталь. Он вбирал в свой светлый ум любую информацию, которую получал. Они дошли до столовой, где для них уже был накрыт стол. Блюда ещё не принесли, но Колька заметил, что две тарелки стоят аж на разных краях стола. Гоголь почесал нос, он не хотел сидеть так далеко от Федьки, желая каждое мгновение проводить рядом — Феденька, я же сяду поближе? — Фёдор кивнул, хотя по правилам этикета рядом с Федькой должна сидеть его жена, но он не мог отказать только не этим голубым глазам. Тем более, что они итак нарушили любые нормы этикета. Дворянин и крестьянин никогда не должны были сидеть в месте, но они уже не раз делили трапезу. Колька переставил свои приборы и сел возле Фёдора, довольно улыбаясь. Тут зашёл Иван оповещая, что скоро всё принесут, он задержал взгляд, на любовных пятнах, которыми была покрыта шея Гоголя — А. Это? — Фёдор вопросительно взглянул на Ваню — Что-то не так? — Иван вздрогнул, и чуть покраснев ответил — Нет, нет. Всё хорошо — Ваня поспешно удалился, а Колька удивлённо спросил — Что с ним? — Федя лишь хитро улыбнулся — Он просто через чур нежная натура — Гоголь задумался и опустив взгляд, заметил на плече пятно — Боже! Точно! — в дверь постучали и зашло несколько горничных, которые несли в руках разные яства. Гоголь сильно покраснел, теперь он осознал, что всё это время ходил как мухомор только наоборот. Он заметил, что у Феденьки так же виднелся след, который он даже не пытался скрыть. Служанки ушли, а Коля вскрикнул — Почему ты мне не сказал! — Фёдор лишь пожал плечами — Я думал ты знаешь, кушай давай — Гоголь хотел ещё повредничать, но он повернул голову к столу и чуть не обронил челюсть.