С миру по нитке

Когда Стас создавал своё рекламное агентство, главным условием при приеме на работу было нестандартное мышление и способность к креативу. Казалось, что ещё нужно для успешной слаженной работы? Коллективчик в итоге собрался убойный: два юных, но чрезвычайно творческих паренька, Гоша и Лёша — вчерашние выпускники, но потенциал — до небес. Что ни день, наперебой генерировали по сотне идей, точно соревновались — кто больше. Натусю отбили у конкурентов. Она из любой самой бредовой мысли могла за пару часов сформировать что-то более-менее удобоваримое. Боря был бесценен тем, что мог срифмовать что угодно, хоть слона с крокодилом, и вообще, он чаще говорил стихами, чем прозой. Самой колоритной была Вероника Степановна — унизанная бусами и браслетами, с неизменной сигаретой в уголке ярко накрашенного оранжевой помадой рта, она после недолгих раздумий и чашки крепчайшего кофе выдавала нагора уникальные рекламные слоганы, неизменно приводившие в восторг заказчиков. Остальные сотрудники были столь же самобытны и уникальны. И думал ли Стас, что именно эта неординарность и креативность выйдет ему боком. Собственно, все началось с того, что новогодний корпоратив решено было проводить не в застенках родного агентства, а в ресторане. Всем хотелось повеселиться, а прибыль, полученная за год, вполне позволяла гульнуть на широкую ногу. Кроме того, тусить банально в цивильном — тухляк и не по статусу. Посему Гоша с Лёшей, хихикая и перемигиваясь, предложили костюмироваться. Но выбор наряда предоставить не самим участникам банкета, а жребию. Коллектив живо поддержал идею. Причем изображать предстояло отнюдь не людей — это было бы слишком просто. Креативщики они или кто? Из случайно сгенерированных знаковых образов выбрали первые пятнадцать, завели в программу, а она уже раскидала, кому что достанется. В качестве дополнительного условия оговорили, что костюм должен быть сделан своими руками из подручных средств. И так, чтобы сразу можно было догадаться, что именно олицетворяет собой его носитель. Стасу досталось маленькое черное платье. Первой мыслью, конечно же, было купить отрез, обмотаться им поверх костюма, и все дела. Но по заговорщицким лицам сотрудников стало понятно, что такая халтура не прокатит. Эти паршивцы ещё и огласили приз за первое место и ужасный штраф в виде исполнения любых желаний тем пятерым, чьи костюмы будут общим голосованием признаны самыми отстойными. Ну не может же шеф быть хуже подчиненных? Всё, за что брался, Стас привык делать на отлично. Поэтому в субботу плотненько засел с ноутбуком на диване и изучил историю этого бессмертного творения мадемуазель Коко. По всему выходило, что придётся рядиться в платьишко. Да вот только сшить его самому всё же не под силу — рученьки вставлены не то чтоб не в то место, но явно не тем концом. Далее в ход пошли фото с последних показов ведущих модельеров, и Стас порадовался, что трудится не в модной индустрии. От кутюр являла миру совершеннейший трэш — пальто-одеяла с пришпиленной сбоку шляпкой-подушкой, двусторонние шузы тяни-толкай, многослойные луки, напоминающие стул в спальне к концу недели, когда на нём сгрудилось всё то, что было ношено. Но кое-что радовало. Например, известный модный дом Баленсиага. Похоже, их дизайнеры открыли для себя мусорные мешки. Вся коллекция была изготовлена из чего-то чёрного, блестящего и до жути напоминающего полиэтилен. Стас сделал себе заметочку и дал идее отстояться. В ближайшем к дому супермаркете ничего подходящего не нашлось, посему пришлось тащиться в магазин товаров для строительства и ремонта. Вот там-то было раздолье! Черные мешки любой плотности и размера, какие угодно виды клея и металлической фурнитуры, заклёпки, скобы, в общем, все то, из чего баленсиаговцы явно лепили свои шедевры. Стас купил несколько разных видов мешков, полтора метра цепи с крупными звеньями, пенопластовый упаковочный наполнитель, леску для штор и широкий скотч. На создание платья ушла неделя, гора испорченных мешков, два мотка скотча и куча нервов. В итоге шедевр был создан. Поскольку к туалету явно не подходили никакие имеющиеся ботинки, встал вопрос обуви. Если б не зима, можно было бы приспособить какие-нибудь шлепанцы, но сезон не позволял. Элегантные туфли сорок четвертого размера тоже в первом попавшемся магазине не купишь, но лаковые лодочки при некотором воображении можно сделать и из калош! Вечером 30 декабря, когда человечество настроено на что угодно, лишь бы не работать, сотрудники рекламного агентства «Любой каприз» собрались в отдельном зале довольно известного ресторана. Ржали так, что суровый метрдотель пару раз заглянул проверить, всё ли в порядке. Обмотанный пищевой пленкой поверх детских хула-хупов Гоша изображал бутылку Столичной, причём этикетка красовалась ровнехонько пониже спины. Вероника Степановна в виртуозно изготовленных из папиросной бумаги перьях и висюльках от хрустальной люстры являла собой не иначе как воплощение бразильского карнавала. Боря в накидке, расшитой одёжными щетками, с палочкой и узелком был вполне себе ёжик в тумане. Для пущей ясности образ дополняли замазанные чем-то мутным очки. Все уже устали хохотать, когда в гостеприимно распахнутые двери ресторана вплыла роскошная женщина в струящемся чёрном плаще. Стройные ноги в колготках в крупную сетку, шёлковая косынка, тёмные очки, на шее — нитка жемчуга (вот куда пошли пенопластовые шарики), горжетка из плюшевой диванной подушки, но самое главное — блестящее и шуршащее, почти как настоящий шёлк, маленькое чёрное платье. В загадочной красотке не сразу признали шефа, а когда сообразили, то первый приз безоговорочно присудили ему. Помимо приза Стасу достался бонус — в их отдельный зал весь вечер пытался прорваться смуглый господин из определённо южных регионов. Сначала он деликатно заглядывал, затем настойчиво приглашал, а под конец уже воинственно ломился, влекомый внезапно разгоревшейся страстью к «самой прэкрасной жэнщине в этом уважаэмом рэсторане». Кстати, он был не единственным, кто оценил тонкие лодыжки и горделивую осанку. Совладелец одного не очень крупного, но достойного банка был не так прямолинеен, но куда более находчив, поэтому просто передал с официантом свою визитку, записку и тёмно-красную розу. Благодаря острому зрению и намётанному глазу он заметил и кадык, и пусть и тщательно выбритые, но всё же мужские щеки, и не самую женственную походку. Поэтому и встречу назначил так, что адресат мог прийти на неё в своем обычном обличье. А вот маленькое чёрное платье, только уже настоящее, как и туфли на каблуке, он приготовит для него сам.