Второй шанс

Мидория доберается до своего дома достаточно быстро. Он знает Японию как свои пять пальцев! Любые повороты, тайные ходы через здания, закоулки. Но чувство пустоты внутри растет. Первое,из-за чего это происходит, это то, что у него наверняка не осталось причуды. Она передовалась по генам, и значит, осталась в том теле. В любом случае, прошлых носителей он не слышит. Может, из-за скочка и они были задеты? Боже, ну что за ситуация!? Второе, это Бакуго. Мидория уже понял, что с ним будет сложно. Родное тепло под руками было таким желанным, приятным, что Изуку не хотел его отпускать. Он скучал по нему, нет смысла скрывать. Но, наверное, вообще не стоило разговаривать с Кацуки. Если этой ночью он вернется назад, то, больше никогда не увидит его живым. И если так и будет, он сам себе испортил жизнь еще сильнее. Снова начнет страдать по блондину. Снова ощутит то, насколько мир серый без него. Пустота и апатия вернутся, сожрут его изнутри. Мидория не должен был его обнимать его. Точно нет. Изуку пришлось придумать историю для своей мамы о том, почему он ушел со школы, когда просидел всего-то урок. Но, Инко женщина понимающая, так что совсем скоро Мидория закрылся у себя в комнате, и оглядел её. Он её почти и не помнил. Все во Всемогущем, много книг и тетради про героев. Желтый рюкзак падает у двери, а сам Изуку проходит к столу. С утра, похоже, он снова что-то писал, и забыл убрать. Мидория берет в руки тетрадь, и все еще не может принять то, что они такие..гладкие, что ли. Он привык к шершавости. Тетрадь закрывает, и читает её название. "Кацуки Бакуго. Полный разбор причуды и его техники. " Изуку стучит себе по голове этой тетрадью. Только ведь решил, что не должен лезть к нему, а у него буквально все напоминает о Кацуки! – Соберись, Изуку, ты здесь не для этого, – Но внутреннее провотиворечие с ним. Одна сторона кричит, чтоб Изуку провел свои последние минуты здесь с Каччаном, а другая, что это того не стоит, будет еще хуже потом. Он ведь все еще не знает, на сколько здесь застрял! Кудрявый с тяжелым вздохом опускается на стул, и снова смотрит на тетрадь. Она ведь все еще у него есть. Хранит её в тайном месте своего дома, и старается о ней не вспоминать. Но и не выкидывает. Рука не поднимается. Мидория открывает первую страницу, и смотрит на небольшоей вступление, будто кто-то кроме Изуку будет это читать. Перевернув её, он уже читает описание причуды. Следующая - Кацуки в предположительном костюме героя. Еще дальше - описание приёмов, предположительные тренировки, что могли быть, и много чего еще. И зачем он вёл её? Кацуки даже перед смертью не знал, что у Мидории она есть. И не должен. Но даже сейчас, выкинуть её - что-то, что выше его сил. Поэтому он запихивает её по дальше. Пусть потом этот Мидория никогда её не находит. Не нужно. Мидория открывает глаза, и сразу морщится, когда свет бъет в лицо. В воздухе витает запах медикаментов, и если сложить два плюс два, то можно понять, что он в больнице. Но, что случилось? Он же только что был в школе! Изуку резко садится, и оглядывает палату. Его койка единственная здесь, окна открыты на проветривание, а на тумбе лежат фрукты. Мидория не ощущает себя больным, точно нет, но тогда почему он здесь? Он опускает взгляд на свои ладони, и в ужасе открывает рот. Откуда столько шрамов? Почему такие большие ладони? Где его форма школьника? Руки сразу стали ощупывать лицо, тело, и он переходит в настоящую панику. Тело просто огромное. Не его! Он спрыгивает с кровати, и сразу идет к выходу из палаты. Ему нужно зеркало, и как можно быстрее! Но стоит ему открыть дверь, как в него врезается кто-то. – И-Извините, я не хотел, – Мидория опускает взгляд на каштановые волосы, и оглядывает девушку. Та усердно трет лоб, недовольно бурчит, но стоит Изуку заговорить, как она тут же поднимает голову. Кудрявый видит в её глазах удивление, что быстро сменяется радрстью. – Деку, ты вернулся! – На него накидываются с обьятьями, а Изуку только открывает и закрывает рот, как рыбка. Кто она такая вообще?? – Эм..мисс, кто вы? Можете отпустить меня? Я..не знаю вас. И почему вы зовете меня Деку? – А после он заглядывает ей за спину, будто ищет за ней спасение. – И, эм, где Каччан? – Не ясно, почему он спрашивает сначала про блондина, а не про родителей. Похоже, на подсознательном уровне, Кацуки ему дороже. Блондин едмнственный, кому Мидория может доверять в такой ситуации, да? Всё же, не просто так она знает эту кличку. Урарака уже не так радуется. Она неловко отпускает Изуку, и складывает руки в замок. Ясно, Деку не вернулся. А она ведь надеялась! – Та-ак, – Она тянет, опуская взгляд. А что будет, если она расскажет? Запомнит ли это все Изуку? – Только не переживай. Обстоятельства сложились так, что ты - Изуку Мидория из прошлого - попал в будущее. Но этого хватило, чтоб паренька одалел ужас. Его глаза стали еще больше, взгляд заметался снова по его телу, а он сам отходит назад. Он не верит. Такое же не могло случится, да? Это просто жуткий сон, и он вот-вот проснется? – Тише, – Она поднимает руки в успокоительном жесте, и жует губу. Как ей обьяснить, что, как бы, Бакуго к нему уже не придет? Что они были вместе в одной академии? Что у него есть причуда? – я понимаю, что ты напуган, но сядь на койку, пожалуйста. Мы сейчас как раз разговаривали с твоей мамой, позвать её? Мидория, находясь в отчаяние, кивает, а сам снова ощупывает лицо пальцами. Он все чувствует, все понимает, все видит. Какого здесь вообще происходит? – Подождите, – Он останавливает Урараку, когда ты уже хочет выйти обратно, и немного мнется. – я..могли бы вы дать зеркало? Или, отвести меня в туалет? Я не верю, что это все правда. Он всю жизнь был беспричудным мальчиком, тогда почему сейчас он чувчтвует себя так, будто в нем кипит сила и мощь? Почему стал таким большим? Откуда эти шрамы на руках? Очако тут же заглядывает в свою сумочку, проверяя, есть ли у неё нужный предмет. Но найдя лишь маленько зеркальце, она закрывае сумку обратно, и пожимает плечами. – Не думаю, что ты захочешь видеть только свое лицо. Пойдем, я тебя провожу до туалета, и тогда потом вместе пойдем до тётушки. Изуку не хочет думать, кто ему эта девушка, насколько они близки, что та даже называет его маму так. Он просто бредит, опять задумался и уснул. Это же просто воображение, да? Вот-вот он проснется, и все будет как раньше. – Это я?! – Мидория, опираясь на край раковины, двигается к зеркалу еще ближе. Всматривается в лицо как никогда раньше. Пигмент веснушек стал максимально слабым, почти не видным. Глаза стали меньше, и детская выпуклость щек почти пропала. Подбородок, если провести, имеет слабую щетину, которой нет только на тонком шраме, что спускается с него на шею. Кудри на голове все так же вьются, но бока и затылок сбриты под тройку. Плечи широкие, будто даже не его. Ключицы острые, выглядывают из под футболки. Да он весь какой-то сложенный. – Я..– Парень замечает цепочку на шее, и достав, замечает на ней детское кольцо. Даже не так, декоративное будто. Само оно серое, будто из серебра, и черные буквы выстроены как-то не понятно. – "moob"? Только через пару секунд до него доходит. Ну конечно! Изуку, похоже, не сильно отошел от шока, вот и не понял сразу. Он поворачивает кольцо как надо, и теперь становится ясно, что там за слово. – Бум, – Он проводит пальцем по поверхности, ощущая слабые царапины на нем. Но после, он цепляется взглядом за свою руку, на которой такое же кольцо. Только там другая надпись. А с кем он мог носить такие? Да они же детские! Взрослые в здравом уме бы не стали. Но бум дня него, могло принадлежать только одному человку. – Извните, но вы знаете Ка-Бакуго? Он знаком с моей мамой, мне нужно его увидить. – Очако хоть и стояла все это время на входе в туалет, но молчала. И сейчас отвечать не хочет, если честно. – Давай с ней встретимся, и ты у неё спросишь, ладно? – В голове сразу прокрутилась мысль, что нужно врать. Изуку не готов к такой новости, наверное. Он ведь, дорожил Кацуки как никто другой, а в детстве так точно. Девушке больно понимать, что Изуку ждет встречи только с мертвецом.