что я все пишу от лицо бакуго, пора бы и от лица изуку, что ли

–Каччан?– В тишине, в которой они стоят, его голос слишком громкий. Кацуки начинает движение, и теперь стоит к нему лицом. Глаза сияют от света солнца, и даже когда он от него отвернулся, Мидория помнит тот блеск. Кацуки, видя его, слабо улыбается – Гребаный Шигараки знатно меня унизил, – Бакуго проводит рукой по своим волосам, секундно их приглаживая, и те снова встают колом. – он был прав. Мне тебя не догнать, Изуку.

Он сможет сегодня спать.