Дюны

"Один дурак плодит многих" Э. Гофман "Золотой горшок"

Лора чувствует, как кровь с гулом несётся по венам к мозгу, пытающемуся собрать кусочки пазла воедино. Вот только ему никто так и не сказал, что наборы разные, и картинки не выйдет. Кусочки вроде сходятся, но белиберда из отдельных отрывков выглядит картиной, нарисованной эпилептиком в припадке. Блондин напротив выглядит встревоженным и немного нервным. За круглыми безопасными линзами очков блестят широко раскрытые глаза. - Мерил, ты как? - он заглядывает Лоре за спину. Маленькая девушка в белом берете всё ещё не пришла в себя, но активно кивает. - Хорошо. Нет тут ничего хорошего, и Лора это знает. В голове, к несчастью, сейчас пусто и тихо, в отличии от узкого коридора. Где-то всё ещё слышны выстрелы и крики. Лора заворожённо смотрит, как взметаются алые полы плаща с зелёной подкладкой и мелькают подошвы тяжёлых ботинок. До девушки туго доходит, что блондин убегает. - Стой, - произносит она одними губами и срывается с места. Его нельзя упустить, ни в коем случае. Мысли возвращаются на место разом, чуть ли не сбивая с ног. В левом ухе противно звенит. Ощущение, которое испытывает Лора, преследуя парня в алом пальто, граничит с сумасшествием. Она не вписывается в повороты, перепрыгивает валяющихся на полу бандитов и битое стекло, руками цепляется за стены и пытается не пропахать носом пол. Как так? В голове не укладывается. Может быть... Нет! Глупости. Любая теория, выдвинутая сейчас, будет казаться бредом. Поэтому нужно дышать глубже и не отставать от пацана в ярких очках. Если он сбежит, то вопросов станет больше, а ответов не будет вовсе. За спиной слышен частый топот двух пар ног. Лора смотрит через плечо на едва поспевающую за ней парочку. - Эй! - на оклик реагирует девушка в берете, поднимая голову. - Что тут происходит? - Понятия не имею! - дыхание у неё сбившиеся, но, несмотря на это, девушка продолжает бежать вперёд, не теряя темп. - Разве что на пароход напали Плохие парни! Лора бездумно кивает и отворачивается. Плащ красным флагом маячит перед глазами, и внутри рождается желание броситься на него. Слишком заметный и яркий цвет. Лора бы такое никогда не надела. А может и надела, кто знает? - А почему ты с нами бежишь? - спрашивает мужик, едва поспевающий за девушкой. - Понятия не имею! - сухо бросает Лора и замолкает. Она чувствует, как спину в районе лопаток прожигает внимательный взгляд. Флаг ему в руки. Но если он решит что-то выкинуть - пожалеет. В горле стучит сердце, перекрывая доступ к воздуху. Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох и не сбавляй темп! Догнать, остановить, расспросить. Всё просто. Без угроз, криков и испуганных глаз. Можно обойтись и без этого цирка. Тем более если орать на человека, то его уровень симпатии к тебе резко начинает падать. Зачастую это чревато негативными последствиями. А настроить незнакомого человека против себя - не самая лучшая идея. Блондин передвигался быстро, ловко, проскакивая в узких проходах и не задевая стен. Он как будто и не бежал вовсе, а парил в паре сантиметров над полом. Никто на памяти Лоры так не двигался. Люди неуклюжие, не знают, куда деть конечности и как лучше их переставить, а этот... наращивал темп и отрыв. Лора тихо выругалась и сжала зубы крепче. У самой вся одежда потом пропиталась, да дышать становилось труднее. Она никогда не могла похвастаться хорошими результатами в беге на скорость - по крайней мере в те моменты, когда не решался вопрос жизни и смерти - и сейчас это было особенно ощутимо. Красный плащ постепенно удалялся, становился меньше в размерах. Лора расслышала, как за спиной чуть не взвыла девушка в берете. Она её понимала и полностью поддерживала.  Дверь одного из отсеков открылась быстро и почти без скрипа, в коридор вывалилось несколько бандитов. Лора попыталась затормозить, чтобы с размаху не влететь в экстравагантную компашку, но было поздно. - С дороги! - только и успела выкрикнуть она, перед тем как плечом врезаться в одного из членов банды. Человека снесло с ног и приложило о не до конца раскрытую дверь. Лора в лёгкой панике отпрянула от пострадавшего и кинулась на ближайшего бандита. Если ничего с ними не сделать, то они могут открыть огонь, а жертвы в этом рейсе явно никому не нужны. Вцепившись в ворот одного из бандитов, Лора рывком потянула того вниз и ударила коленом в живот, потом локтём - по затылку. Человек со скрежетом и лязгом повалился на пол.  - Стоять! - крикнул третий, поднимая на Лору ствол. Девушка вильнула в сторону, пригибаясь и приближаясь. Схватив дуло автомата рукой, отвела его в сторону и замахнулась для удара. Бандит с изумлённым, но в последствии стихшим воплем, попытался вывернуться, но всё без толку. Лора только крепче сжала дуло. Кулак с размаху впечатался преступнику в район левой скулы. Один из окуляров на маске треснул. Лора ударила снова, на этот раз чуть ниже и бандит повалился к своим товарищам. Автомат выскользнул из чужих рук и Лора почти сразу отшвырнула его в торону. Девушка с бородатым напарником почти догнали Лору, когда она отряхивала руки и отпихивала с дороги бессознательные тела.  - Куда он побежал? - коридор заканчивался развилкой и никто не увидел, куда повернул блондин. - Куда? Дамочка в берете растерянно озиралась. Паника постепенно овладевала ею, тёмные глаза нехорошо блестели в свете мигающих ламп. А вот её компаньон расстроенным или озадаченным не выглядел совсем. Скорее просто уставшим.  Чёрт, не хватало его потерять.  Громко заскрипела открываемая дверь, и все трое обернулись на звук. - Это... - начала было девушка, но сорвавшаяся с места Лора прервала её. - Справа! Костяшки на правой руке болели и чесались. Видимо ободрала кожу, и теперь ссадины заливает потом.  - Быстрее, Роберто! - девушка подгоняла напарника, при том не жалея себя. Лора выскочила за дверь и пошатнулась, кое как тормозя. Свет фонарей, грохот моторов и гусениц, предрассветная прохлада и запах стреляного пороха окружили со всех сторон. Ощущения были сильными, и их было много. Слишком много. Лора чувствовала себя новорожденным птенцом. Слепым и голым. Хотелось свернуться в чёрный колючий комок, забиться в неприметную щель и шипеть на каждого, кто посмеет потревожить покой стрёмной маленькой твари. К запаху пороха добавился ещё один. Чуть пряный, приятный. Жжёная плоть. Ни с чем не спутать. Сколько же ты проторчала в коридоре? Лора огляделась и быстро нашла блондинчика. Вот он, на палубе валяется. С ним были ещё двое парней: чернявый, с едва заметным краешком мятой сигареты в углу рта, и седой в сером пиджаке - с блёклыми жёлтыми глазами. Лора замерла, стараясь не делать резких движений и не привлекать к себе особого внимания.  На палубе "Горбача" тут и там блестели стреляные гильзы, на одежде виднелись брызги крови и дыры от пуль. Понятно, кто устроил тут заварушку. В любом случае, злить их не стоит. Умереть от шальной пули в прекрасные двадцать четыре - плохая идея.  Бочок солнца, выглянувшего из-за горизонта, рассеял холодный свет. Небо понемногу светлело, предвещая возвращение выжигающей лёгкие жары. - Ливио? - подал голос брюнет. Лора невольно поразилась интонациям удивления и надежды в нём.  Седой качнулся пару раз и что-то сказал, едва шевельнув губами.  Из тёмного проёма выскочила парочка опоздавших. Девушка хотела было что-то сказать или может даже крикнуть, но мужчина вовремя зажал ей рот. - Тише, молодняк! - едва слышно выдохнул мужчина. Свободной рукой он стиснул узкое плечо поверх белой куртки. - Не шуми, если не хочешь получить пулю в лоб. Девушка судорожно дёрнулась, белея лицом.  Ей страшно? Конечно страшно. А кто тут не испугается? Лора перевела взгляд на троицу перед собой. Неподалёку от брюнета блеснул чёрный бок железного креста. Краска на нём облупилась, местами выделялись крупные царапины. Не новенькая штучка с интересной историей? Возможно, но Лоре было не до неё. Седой пошатнулся, хватаясь за голову. Парень сгорбился, пальцами цепляя волосы, но не выпуская из рук причудливое оружие. Звук, который он издал, был похож на вой. Тихий отрывистый и до невозможности болезненный. Столько отчаяния и страха в голосе... Лору пробрало до костей. Боже, что с ним?  Он медленно пятился, удаляясь от тянущего к нему руки брюнета. Шаги то маленькие, то большие, парень вертится, как червяк на сковородке и кричит почти в голос. Лора хочет отвернуться, зажать уши и никогда не вспоминать этой картины. Но чужой болезненный вопль въедается в подкорку, как отборные химикаты. Лоре страшно представить, что может довести до агонии убийцу Очей Михаила.  Ливио. Его зовут Ливио.  Лора с ужасом смотрит, как Ливио в панике трясущимися руками наводит ствол сначала на парня перед ним, потом на парочку слева от неё. Сердце замирает и начинает бешено стучать в глотке, когда ещё горячее дуло направлено на неё. Кажется, что на этом всё и закончится. Нить оборвётся и связать шарф уже не получится. Глупо. Как же это глупо и как же от этого погано. Лора чувствует, что в этот момент больше всего на свете ненавидит себя и свою сраную веру в удачу. Нужно было остаться в грузовом отсеке с Арчи и отсидеть там несколько часов. Не так уж это и сложно. Но не-е-е-ет, её потянуло за приключениями и вот она теперь тут, едва чувствует колени и готова молить любую обожествлённую человечеством тварь, лишь бы та уберегла её малодушный зад от смерти. Лора даже руку поднять не успеет, закрываясь от пуль. Но выстрел так и не прозвучал, а Ливио целится уже не в Лору. У него дрожат руки и болезненно морщится лицо. Что же с ним происходит? Что заставляет его так истошно кричать и метаться? Лора не может ответить ни на один вопрос, да и ответа знать не хочет. Слишком страшно, что чужая раскрытая тайна может стать неподъёмным грузом. Она свяжет руки и язык. Свернётся грязным комком и придавит всё внутри. Лора надеялась, что всё обошлось. Почти верила и даже сдавленно выдохнула, когда Ливио поднял руку и приставил ствол к виску. Лора не испугалась. Время для паники просто не хватило. Выстрел грохнул коротко и сухо, а вслед за ним раздался короткий вскрик девушки в берете. Кровь фонтаном брызнула из виска и залила перилла и палубу. Плеснула и застыла. Когда Ливио покачнулся, грозя рухнуть в барханы за бортом, брюнет рванулся к нему. Тело тяжело перевалилось через ограду, протянутые руки не успели схватить лацканы пиджака. В грохоте не прекращающих работу двигателей и гусениц выстрел был что плевок. Смазанный, нереальный, как отголосок, а не целый звук. Будто и не было вовсе. Брюнет вцепился в перила, едва не падая вслед за мёртвым Ливио. Лора сжала кулаки, распрямляясь и щурясь в рассветном солнце. Чуть тёплое и светло-жёлтое, оно осторожно касалось лучами всего, что было на его пути. Ласковое и нежное в насмешку над покойником. Ему-то оно больше светить не будет. За скрежетом металла и воем ветра послышался новый звук. Нет, не новый. Он и раньше был, просто теперь именно он привлекал к себе внимание, а не обезумевший убийца Очей Михаила. Тихий, шуршащий, такой часто можно услышать, подъезжая к крупным городам. Лора быстрым шагом направилась к борту парохода. До перил она почти добежала и так в них врезалась, что железные прутья натяжно заскрипели. Девушка сжала на них пальцы, пристально вглядываясь в клубы пыли, которые поднимали стремительно вращающиеся гусеницы "Горбача". Звук точно исходил оттуда. Но что его издавало? Лора щурилась, смаргивала попавший в глаза песок и развевающиеся на ветру волосы. В клубах пыли мелькало серое пятно транспортного средства. В слабом свете поблёскивали серые бока. Лора различила только крупные колёса, когда очередной порыв ветра на несколько мгновений разогнал пыль. В застеклённой кабине маячило светлое пятно с яркой синей кляксой. Знакомые люди. Лора крепче сжала перила и оттолкнулась от них, когда внедорожник дал заднюю и скрылся из виду.  Понятно, кто тут воду мутит.  Девушка крепче сцепила зубы. Сначала крест с кругом, потом блондинчик, а теперь и Легато. Что привело сюда Очи Михаила? Стоит расспросить брюнета, это ведь он, вроде как, пытался остановить убийцу ордена. С опаской отвернувшись от борта "Горбача", Лора перевела взгляд на горизонт. Чистая и девственно пустая земля. По крайней мере она ожидала это увидеть. Вместо барханов и светлеющего неба перед пароходом с каждым мгновением рос город. - Нет-нет-нет, мы не могли так быстро добраться до города, - пробормотала себе под нос Лора. - Это не Июль! Пароход на полной скорости шёл прямо на город. В плане поездки не было пунктов остановки кроме третьего города. Значит есть обстоятельства, из-за которых нужно сделать остановку. Но какие? Лора перевела взгляд на остальных людей. На палубе вместе с ней их было пятеро. А ещё лужа крови Ливио. От вида красного и ещё блестящего передёрнуло.  - Эй! - на окрик обернулись четверо, и Лора слегка опешила, но почти сразу взяла себя в руки. Не время удивляться. - Кто-нибудь знает, почему пароход движется к городу? - Он движется не к нему, - брюнет выкинул себе за плечо смятый окурок, достал из внутреннего кармана пиджака новую сигарету и, сделав финт зажигалкой, прикурил. И всё одной рукой. Другой он придерживал в вертикальном положении поднятый с пола крест. - А на него. - А есть разница? - Лора чувствовала, как булькнуло внутри раздражение. - "Горбач" врежется в Упование! - голос у блондина был взволнованный и однозначно напуганный. Он выглядел хуже, чем несколько минут назад в узком коридоре, когда просил Лору быть помягче с бандитом.  - Чего!? - воскликнула девушка в берете, придерживая головной убор. - Это шутка такая? - Лора чувствует, как у неё начинает дёргаться веко, а за ним и щека. - Да какая, к чертям собачьим, шутка? - первыми нервы сдают у брюнета. Он со злостью жуёт мятый фильтр, взглядом обшаривая поверхности вокруг. Ещё чуть-чуть и пар из ушей повалит. Раздался скрежет. Громкий и лязгающий. Палубу под ногами тряхнуло и народ начал озираться. - Смотрите! - крикнула девушка, пальцем указывая вверх. Лора послушно уставилась в указанном направлении. Верхняя палуба "Горбача" поднималась. Медленно, моргая огнями смотровой площадки.  - Да это же ионная пушка, - блондин удивлённым не выглядит. Скорее испуганным и от этого становится не по себе. Ветер всё ещё прохладный, и когда он задувает под куртку, Лора ёжится и мелко трясётся.  - Какая? - с ролью удивлённого тома прекрасно справляется Беретик. - Да вы что, издеваетесь? Будто с судном проблем мало было, так ещё эта махина вылезла?! - Роберто (так ведь его назвала Беретик?) наконец подаёт признаки жизни, и от этого становится совсем стрёмно. Голос у него под стать виду. Сразу видно заядлого алкоголика. Но сам факт того, что тихий и апатичный на вид человек начинает повышать голос, заставляет что-то внутри неприятно сжиматься, - Что тут сказать? Пора подымать лапки к верху.  - Да почему? - Беретик возмущена и сжимает кулаки. Она старается смотреть на товарища, но почему-то бросает взгляд в сторону и попадает им точнёхонько в Лору. Та в замешательстве пытается выдавить из себя что-то вразумительное, потому что именно этого от неё хотят два больших тёмных глаза, но получается только пожать плечами. Замечательно. И почему вообще она должна знать ответ на вопрос, к ней никак не относящийся.  - Не знаю, кто всё это устроил, но мы обречены, - слова Роберто звучат как начало похоронного марша. Обычно с этого вся хрень и начинается. Не со свалившейся с потолка люстры или ружья снятого с предохранителя. Нет. Жопа начинается со слов о том, что всё пропало. Лора морщится и хочет открыть рот, но не успевает. - Короче мы сейчас и пушку и пароход остановим, - брюнет грохочет крестом о палубу, как бы подтверждая серьёзность своих слов. Роберто и Беретик закидывают его вопросами, представляя из себя смесь старческого отчаяния и юношеской надежды. Лора уже знает, на чьей стороне её симпатии. Голоса смешиваются в один поток звуков. Либо Лора не слушает, либо у неё галлюцинации. Точно не ясно, но это и не важно. Она смотрит, как до того бледное лицо блондина трогает живой румянец, и это, наверное, самое трогательное, что она видела за последние полгода.  - Каким же образом? - А мне откуда, чёрт подери, знать? - брюнет орёт так, что все невольно делают шаг назад. Раздражения в его голосе хватит на всё Упование, да ещё останется. - Пойдём и порешаем всё на энтузиазме! Лора чувствует, как горло распирает, и она просто не может удержаться. Смех выходит тонким, надрывным, ненастоящим. Чтобы не шататься и не грохнуться на зад или спину, больно приложившись выпирающими костями, приходится упереться руками в колени. Звук мерзкий и каркающий со временем сменяется сухим кашлем, от которого начинает болеть грудь. На неё точно смотрят четыре пары охуевших глаз. Но их можно простить. Не их хозяева ведь переживают вторую истерику за сегодня. Это точно нервное, и это вроде как даже надо лечить, а то одними седыми волосами не отделаться. Но сейчас, на пороге окончательного и бесповоротного помешательства, после случайной встречи с Ливио и его несправедливой смерти, Лора чувствует, что наконец вынырнула из зыбучих песков и полной грудью вдыхает ещё холодный рассветный воздух. Страх, стылыми пальцами ворошивший ленту кишечника, наконец убрал загребущие конечности и забился в угол. Его придавило что-то большое, лёгкое, как гелий. Это точно что-то нервное, если Лора, находясь на несущемся на Упование пароходе с готовящейся к выстрелу ионной пушкой, готова хоть сейчас перевернуть мир с ног на голову. - Извините, - сдавленно хрипит Лора, пару раз ударяя себя в грудь и прочищая горло. Роберто и девчонка прожигают её неодобрительными взглядами, блондин - растерянным, а брюнет смотрит так, будто планирует освежевать здесь и сейчас. Лора однозначно против такого исхода событий и потому делает небольшой шаг назад. - Но одного энтузиазма маловато будет. Возьмёте механика в команду? Мешать не буду, честно. Вопрос встречают несколько пар округлённых в удивлении глаз и хищная и острая как нож ухмылка брюнета. Доволен, чертяка.  - Это безумие! - никто уже не слушает, как Беретик пытается вразумить кучку оболтусов, к которым Лора твёрдой рукой приписала себя. Этот день будет чертовски длинным и утомительным, но запоминающимся. - Давайте за мной! - блондинчик приходит в движение легко и быстро, как заводная кукла. Каждая деталь идеально подогнана, почищена, смазана. Движения лёгкие, правильные, без единого изъяна. Такие, какими задуманы изначально. Только один минус в этом торжестве силы и грации. Парень слегка припадает на правую ногу. Едва заметно, но Лора впивается взглядом в эту деталь и запоминает, кажется, до конца жизни. Когда парень срывается с места, Лора давит стон, полный усталости и негодования. Зачем опять бежать? Нет, она понимает, что стоит поторопиться и остановить пароход, прежде чем он со всей доступной скоростью врежется в Упование. Такие мероприятия чреваты смертью большого количества людей. Эта мысль пока не успела окончательно уместиться в голове и потому Лора продолжала причетать про себя. Возможно, осознай она до конца масштаб проблемы, дурацких вопросов было бы меньше. Но она не осознала. Пыталась не задохнуться от смеха и прилива паники. Этот день явно идёт по конкретному месту. Поспевать за красным плащом сложно и почти больно - лёгкие горят огнём, а ноги гудят с непривычки. Лора старается держать темп и быть второй в колонне, но безнадёжно уступает брюнету. Чёртов Энтузиаст несётся вперёд, грохоча подошвами по железному полу и периодически подкидывая на плече сползающий крест. Он тёмным глазом из-за дужки очков косится на Лору и вдруг ухмыляется. Недобро так, с явным намёком на грядущее потрошение. Лора безумно хочет случайно ударить его кулаком по лицу. Возможно это желание взаимное. Было бы не плохо. Пролёты лестниц сменяются маршами и коридорами, в которых приходится выстраиваться в чёткую линию, замыкает которую Роберто.  - Но откуда здесь ионная пушка? - Беретик спрашивает за всех, а Лора делает в голове пометку на меловой доске. Девчонка явно знает, о чём спрашивает. - Она создана, чтобы расчищать путь космолётам, - дыхание у блондинчика остаётся ровным, чистым. - А пароход строили из обломков космической эры. Лоре хочется оторвать горе-инженерам руки и запихать поглубже в задницу. Оставлять оружие такой мощности на транспортном средстве - крайняя степень кретинизма.  - Ну и вот тут... у нас, - под конец пути голос у блондинчика всё таки сдаёт. На очередном марше ведущий немного замедляется и с грохотом и лязгом вышибает кое-как опечатанную дверь в отсек. Та с ещё большим шумом падает на пол, поднимая клубы пыли. Воздух в небольшом отсеке затхлый, сухой и пахнет песком. Если судить по слою накопившейся грязи, то здесь давно никто не бывал. Что это вообще за место? Пока Лора активно вертела головой и махала ладонью перед лицом, отгоняя пыль, блондин подошёл к панели управления у противоположной стены. - Командный мостик? - голос у Беретика высокий, но приятный. Лора внимательно слушает, как он эхом отражается от пустых стен. - Будь я проклят. Это ж реально космический корабль, - удивление в голосе Роберто однозначно слышать приятней, чем безнадёгу.  - Дедуль, на планете и не такие развалюхи есть, - Лору буквально ничто не удерживает от подколки, за что и получает не суровый, но красноречивый взгляд. Блондин быстро проводит пальцами по пыльной панели. По стеклу тихо клацает, и Лора заглядывает ему за плечо. Левая рука протезированная, блестит зелёным в свете панелей. Клавиши загораются под быстрыми пальцами, набирающими различные комбинации. Лора переводит взгляд и замечает, как на лбу у блондина проступает бисер пота. Он тихо шепчет мольбы и от этого становится почти жутко.  У него прямой нос, брови тёмные, как и короткий ёжик волос на бритом затылке. От него ощутимо пышет жаром и тонко пахнет потом. Он живой. Живой и до зубного скрежета и сведённых пальцев человечный. Уверенность в этом стопроцентная.  Ой ли? Про того ты так же думала. Лора помнит, что думала. Холод, блеск, что режет глаза, острая боль и тепло. В тот день всё пошло не так, как хотелось. Сегодня - тоже. Сраная родинка. Загудела, замигала и появилась голографическая панель во всю стену. На ней возникло несколько изображений "Горбача" с разных ракурсов и пара схем.  Невероятно. Древняя аппаратура, всеми брошенная и забытая на долгие годы, заработала, повинуясь чутким ловким пальцам. Лора мельком подумала, что, возможно, они не только с древними агрегатами хороши. - Получилось? - Беретик с надеждой взглянула на блондина, но тот только свёл вместе тёмные брови. - Нет, если бы, - пальцы снова забарабанили по стеклу, зажигая клавиши. Кажется, Лора начинала понимать, как это работает. На голографической панели замигали оповещения об отказе в выполнении команд, предупреждения и запреты. Красные надписи наслаивались уголками друг на друга, закрывали изображения судна. - Зараза, она меня не слушается. - Значит нам её не отключить? - Её можно развернуть, в противоположную от города сторону, - Лора пригляделась к одной из схем, которую не успела закрыть красная иконка предупреждения. Переплетение проводов складывалось в чёткий узор, симметричный и просчитанный. У неё получится. - Настраивать, правда, надо вручную. Я возьмусь за это. Но нужно чтобы кто-то остался здесь и проконтролировал процесс.  - Чего? Вон ту громадину? - Роберто махнул рукой на центральное изображение, с которого успели исчезнуть почти все оповещения. По помещению разнёсся его напряженный смех. Кажется не одной Лоре пора ко врачу. - Ну вы и шутники. Сказать, что Лора в тот момент обиделась, не сказать ничего. Скепсис, с которым были брошены эти слова, быстро выводил из себя. Лора уже сейчас могла сказать, почему у Роберто нет друзей, и по какой конкретно причине его не зовут пить чай после пяти.  - Да мы в жизни не сможем... - Я тебя понял, - брюнета мелко трясло от напряжения. Короткие ногти с силой впивались в кожу ладони. - Развернём. - Э? - Роберто выглядел огорошенным, и Лора с глумливой радостью запомнила этот момент торжества юношеской отбитости над старческим скепсисом. Долой старпёров, даёшь молодую кровь! - По-другому ведь никак?! - когда парень повысил голос до крика Лора уже была готова снова волчком нестись к выходу из отсека.

***

Когда они втроём выбежали на воздух, солнце висело всё так же низко над горизонтом, но утренняя прохлада больше не вызывала дрожи, табуна мурашек и вставших дыбом волос на руках. Напряжение, тяжёлое, горячее, с запахом железа, повисло между ними  и смешалось с молчанием. Вот сейчас Лора готова была принять и понять тот факт, что если не поторопиться, то они, вместе с со всеми пассажирами, бандитами и глупым Арчи врежутся в многолюдный город. Ну, это в том случае, если пушка не пальнёт по Упованию раньше. Так что времени на страх и тряску нет.  Когда на это намекнули, брюнет огрызнулся. Лора не особо слушала, взглядом пытаясь найти подходящий путь для подъёма.  Нет, не тут - слишком высоко, не дотянемся. А здесь слишком круто, с крестом не протиснется. Думай, думай, думай. Должны же как-то туда забираться рабочие. Не по воздуху же они туда поднимаются. А это что? Тёмный силуэт мигал в рассветном солнце. Синие, густые тени двигались. Они дрожали каждый раз, стоило гусеницам "Горбача" наехать на очередную неровность. Лора различила перила и решётку, натянутую на узкие железные рамы, вделанные в стену. - Займитесь пушкой! - крикнул блондин и, развернувшись, направился к корме корабля. Энтузиаст подкинул крест на плече, удобней перехватывая его, и уже направился было обратно ко входу в отсеки судна, как Лора позвала его: - Эй, Энтузиаст, здесь есть лестница, - брюнет дёрнулся, что-то недовольно прорычал, но поспешил в след за Лорой.  Ступени оказались хлипкими и невероятно скрипучими. Первые десятка четыре они преодолели без каких-либо препятствий и сложностей. Железо скрипело, сетка под ногами прогибалась, но хрупкая даже на вид конструкция стойко держалась и держала. Лора шла впереди, руками хватаясь за стену, точнее - вделанные в неё перила. Они казались самым надёжным, что эта лестница могла предложить, и отпускать их было немного страшно. С каждым торопливым шагом Лора ощущала, что понемногу сбрасывает темп. Причём не она одна. Ветер набрал силу и теперь ощутимо бил в спину или бок, подгоняя и путаясь в ногах и местами драной сетке. Пальцы медленно сводило от холода и напряжения, поселившегося где-то в лёгких. Не хватало только застыть истуканом на полпути и похерить всё дело. Лора осторожно опустила глаза вниз и почти сразу запнулась о высокую ступеньку. Та натужно скрипнула, качнулась, но осталась на месте. Под ногами не разверзлась пустота, но даже этих нескольких десятков метров до палубы Лоре хватило, чтобы задержать дыхание и крепче сжать руки на перилах. - Что, высоты боишься? - Лора обернулась на голос и попыталась выдавить из себя самый суровый взгляд, но видимо у неё не получилось, раз тёмные глаза за стёклами очков сощурились от усмешки. - Смотри не споткнись, неж... Очередная ступенька заскрипела особенно громко. Она просто вывалилась из паза и полетела вниз, а вслед за ней - не закончивший фразу парень. Он как в замедленной съёмку просто начал уходить вниз, постепенно исчезая из поля зрения. Лора рванула следом, всё так же сжимая пальцы одной руки на перилах. Вот она падает на колени, больно ударяясь о железную раму, тянет к падающему руку. Энтузиаст с искажённым от напряжения, удивления и страха лицом, вытягивает руку в ответ, и Лора чувствует, как горячие пальцы сжимаются на её запястье. Она в одно мгновение ощущает такой коктейль эмоций, что от неосторожно брошенной сейчас фразы у неё взорвётся голова. Страх, ликование, облегчение, беспокойство, вина, злость и радость накатывают с такой силой, что отдаёт в груди. Но уже мгновение спустя Лора чувствует, как её тянет вниз. Боль отдаётся в плечо и колени, когда девушка сгибается над обрывом, сжимая пальцами запястье Энтузиаста. Где-то внизу со звоном о палубу бьётся отвалившаяся ступень. Не хотелось бы оказаться на её месте. Они загнанно дышат и смотрят друг другу в глаза. У Энтузиаста за скошенными очками в остаточном удивлении распахнуты глаза и Лоре кажется, что она выглядит точно так же. Глупо, напуганно и совсем не смешно. Он крепко держит свой крест, который сейчас, кажется, весит тонну, не меньше. Её шарахнуло, как лопатой по голове, а теперь она сгибается дугой, лишь бы не разбиться вдвоём при падении. Будь они возлюбленными, Лора бы сказала, что это романтичная смерть. Но Лора не романтик, и они не возлюбленные. А ещё смерть - хуйня, и романтизировать её как минимум глупо. Когда они оба приходят в себя, Лора видит в чужих глазах раздражение и на уровне ментальной связи, возникающей между давно знакомыми людьми, понимает, что они никому и никогда об этом не расскажут. Даже под пытками. Она осторожно тянет Энтузиаста вверх и едва не скулит от натуги. Больно и тяжело - самые подходящие в этой ситуации слова. - Да почему же такой здоровый? - Лоре кажется, что седина и больные колени после сегодняшнего дня ей обеспечены. Девушка запрокидывает голову, выдыхая сквозь стиснутые зубы. - Что, великоват размерчик? - тон, с которым это сказано, не оставляет никакой возможности помечтать. Довольную ухмылку хочется затолкать подальше в зад засранцу, повисшему в нескольких десятках метров над землёй. Этот парень любит рубить с горяча. Лора смотрит на него сверху вниз. Лицо у неё красное, взгляд поплывший. Что ж, отплатить той же монетой в такой ситуации будет честно. - Поверь, я и не с таким справлялась, - и Лора подтверждает. Мышцы во всём теле напрягаются, скручиваются узлами и девушка одним движением вытягивает Энтузиаста на целую ступень.  *** На верхней палубе гуляют такие ветры, что Лора подумывает заправить куртку в штаны. Нет, ну а что? Простудиться и греметь соплями в лютую жару? Так себе затея. Пушка уже почти перпендикулярна земле и у Лоры нехорошо сосёт под ложечкой. Они успеют? Воодушевление, посетившее Лору ранее, теперь сходило на нет, уступая место напряжению и волнению.  Облажаешься - погибнут люди. - Берегись! - только и успевает крикнуть Лора, когда над головами проносится клешня подъёмника. Тросы со скрипом оплетают ствол орудия. Раздается скрежет металла о металл и скрип старых конструкций. Пушка всё ещё поднимается, но уже заметно медленней. - Чёрт, убить нас хочешь?! - в никуда орёт Энтузиаст, попутно оглядывая происходящее. - На долго этого не хватит. - Попробуй заклинить подъёмный механизм! - Лоре почти приходится кричать, чтобы её слова можно было различить за лязгом и скрежетом.  - Это ты назвалась механиком, помнишь? Лора уже не слушает. Она перелезает ограждения и снова осматривается.  Нужно всего лишь найти откидную панель. За ней - переплетение проводов. Она не снизу. С боку. С этого. Лезь. Правая рука, теперь нога. Держись левой. Вот здесь можно зацепиться. Осторожней, тут острый скол. Осторожней! Ну вот, порезалась, а я говорила. Не ной, ползи дальше. Снизу раздаются звуки выстрелов и Лора хочет оглянуться. Только бы не жандармы или бандиты. Пусть это будет неудачная попытка Энтузиаста. Лора знает, что у него не выйдет даже поцарапать обшивку судна, но бросить его, ни сказав при этом ничего толкового было бы... похожим на побег. Ползи, а не думай. Тебе сейчас нужно не об Энтузиасте думать, а о панели. Вот она, кстати. Лора чуть отстраняется от железного бока чудовища и, щурясь, находит прямоугольный лист железа. Его края чуть отходят от обшивки, они погнуты и потёрты. Видимо сюда кто-то лазал, раз железка выглядит такой потрёпанной.  Соберись, тряпка. Тебе просто нужно ослабить замки. Должно же быть что-то, что удерживает орудие при выстреле в строго горизонтальном положении. Отдача у этой малышки явно не слабая, так что она должна быть закреплена самым надёжным образом, чтобы башню не сорвало. Тебе просто нужно сделать так, чтобы орудие можно было легко развернуть. Верно, Беретик и Роберто остались в пункте управления, следить за процессом. Лора запустила пальцы под отогнутый уголок, тот сразу становится красным от крови. У девчонки всё получится, она пусть и похожа чем-то на Роберто, всё же поактивней будет. А вот старик. Лора почти срывает панель с петель, и одна из них всё же ломается. Руки привычно цепляют стянутые в пучки провода, разматывают стягивающую их проволоку. Старик явно устал от этой херни и больше остальных хочет умыть руки. Если он помешает Беретику, то всё пойдёт на смарку. Порез горит от каждого прикосновения и заливает всё кровью. Она течёт неохотно и медленно, марая старые и новые провода.  Поторопись, у тебя опора уходит из-под ног.  Ствол орудия почти опустился, и Лора цеплялась за всё, что хоть немного выступало из стены. Локти больно упирались в края проёма; крупные железные браслеты на запястьях цепляют провода. Пользы от них сейчас нет, кроме рассеивающегося голубого свечения, отбрасываемого полоской уровня заряда. Провода скользили в окровавленных пальцах. Те начинали мелко подрагивать. Карманный нож норовил выскользнуть и разрезать не провода, а пальцы. Лора тихо захныкала, когда из рук выскочил конец проволоки. Не ной, а дело делай. Немного осталось. Или что, бросишь всё и свернёшься калачиком в тёмном углу? Скинешь с себя ответственность?  Лора с остервенением резала провода, и, натянув на руку плотный рукав куртки, скручивала вместе оголённые концы. Только бы током не хуйнуло, только бы не хуйнуло. Когда последние два конца становятся на своё место, Лора с грохотом захлопывает дверцу. Та со скрежетом встаёт на место и почти сразу косит в бок. - Готово! - Лора почти орёт, сползая ниже по выступам. Руку сводит судорогой и девушка разжимает пальцы. Биться спиной о палубу больно, но к счастью не смертельно. Воздух из лёгких вышибает моментом, и Лора лежит какое-то время, тупо глядя в светлеющее небо.  - Ты там спать собралась? - Энтузиаст буквально на плечах держит ствол орудия. Лора, едва дыша, садится и показывает ему средний палец. - Тебе бы сон не помешал, - девушка поднялась на ноги. Её шатает из стороны в сторону, и правую руку сводит судорогой - всё же шарахнуло током - но это ничего. Пройдёт. - Оказать добровольную поддержку? - Лора мерзотно хихикает, становясь рядом с Энтузиастом и поднимая руки вверх. - Да пофиг, я сегодня добрая. - Да чёрта с два что выйдет, - парень буквально опускает руки, отходя в сторону. Смотрит на Лору. Она хочет, чтобы он вернулся на место. Так хотя бы создаётся иллюзия возможного успешного окончания предприятия. За его плечом маячит приближающийся блондинчик. - Тут к гадалке не ходи. Гиблое дело. Небо за бортом желтеет, на нём появляются тёплые оранжевые пятна. Жарко уже сейчас. Лора вытирает со лба холодную росу пота. - Надо выиграть время! - блондин почти зол и Лоре это не нравится.  - Дамочки, хватит языками чесать, сделайте уже что-нибудь! - у Лоры горит левая ладонь и, кажется, потекло за рукав. 

***

Напряжение в теле растёт с каждым мгновением и хочется выть от натуги. Ствол орудия всё сильнее прижимает к палубе. Лора чувствует, как с потом её покидает надежда. - Напомни, чего мы ждём? - выдавить из себя слова оказывается куда сложнее, чем хотелось бы. Но нужно занять голову хоть какими-то мыслями. Только бы не думать о провале и его последствиях.  - Мерил должна дождаться полной зарядки орудия и выстрелить, - у блондина голос хрипит от напряжения, а рядом с ним что-то цедит сквозь зубы Энтузиаст. - А, ладно, - Лора обещает себе, что по окончании этого дня напьётся до отключки. Тело гудит от усталости. Хочется пить и есть. В голове собственный голос вопит о бессмысленности затеи. Желание сдаться здесь и сейчас велико как никогда. Я не могу. Колени постепенно сгибаются и начинают трястись. Пальцы на ногах поджимаются. Можешь. Порезанная ладонь горит, чешется, кожу тянет. Я не выдержу. Ногти скребут искусственные доски, оставляя на них бороздки. Выдержишь. Лора хочет головой приложиться о стену, лишь бы не слышать мерзкого звука. Как на зло, перед глазами возникает лицо Мориса. Он улыбается, а взгляд такой тёплый и нежный, что наворачиваются слёзы. Перестань так улыбаться. Улыбайся кому-нибудь, кто заслужил это. Не мне. Не человеку, загнавшему тебя в могилу. Слёзы наворачиваются на глаза в мгновение ока и так же быстро катятся из них, высыхают. Боже, да почему я всё это делаю?! Идея сбежать как никогда привлекательна. Лора хочет жить и сейчас понимает это как никогда хорошо. Жизнь вообще штучный товар, а в условиях дефицита всего ещё и дохера ценный. Лора не хочет отдавать свою. Из этого ведь ничего не выйдет. Ни один альтруист, отдавший жизнь за человечество, не возымел ничего хорошего. Потому что умер. Потому что иначе погибнут люди. Раздаётся тонкий, стеклянный треск и Лора в неверии озирается. На зелёном материале протеза расползаются тонкие сеточки трещин. - Ты уж прости, Вульфвуд. - Ты чего это вдруг? - Лора пропускает момент, когда эти двое начинают задушевную беседу, но старается не лезть. Не её дело.  Да не, кому она врёт? Сил хватает разве что стоять на месте и подпирать пушку. Ошалеть. Рассказать кому - не поверят. - Оказывается и у тебя было желание любой ценой защитить дорогое. - Заткнись, а! Сейчас не время. Скрипят и рвутся тросы подъёмников, до сих пор удерживавшие орудие. Лора смотрит, как на протезе появляются всё новые трещинки. Материал блестит на сколах, походя на стекло. Но разве это оно?  Оповещение об уровне заряда орудий орёт, кажется, на всю пустыню. Лора не удивится, если на следующий день в газетах Июля появится колонка, в которой один из пострадавших будет рассказывать о мужском голосе, сообщившем на всю округу о приближении пиздеца.  - Придержи на потом. Разберёмся со всеми проблемами, и тогда скажешь. - Да вы задрали базарить! - Лора уже не знает, орёт она от злости или отчаяния. Она жмурится и кричит во всю силу лёгких. Ей просто хочется. Но это помогает. Орудие, до того вдавливавшее всех троих в палубу, дрожит и поднимается. Откидывается. Лора успевает распахнуть глаза и увидеть, как полыхает неоном дуло пушки, распрямляются чужие и её собственные руки, горят ярко-голубым полосы на браслетах и почти сразу гаснут.  Под слаженное и почти отчаянное "Давай!" парней, Лора падает на колени. Орудие всё поднимается и поднимается и даёт залп. Глаза слепит от яркости лазера и потому Лора почти сразу жмурится и прячет голову за руками. Что-то внутри опасно сжимается, заставляя свернуться калачиком, стать меньше. В ушах звенит от звука всё ещё продолжающегося выстрела. Лора зажимает их ладонями. Руки трясутся мелко, как у алкоголика, и останавливаться не собираются. Открывать глаза страшно.  Раздаётся взрыв и Лора крупно вздрагивает, вскидывается. Это орудие дало сбой и самоустранилось. Девушка в панике пытается вспомнить, какие именно провода соединяла и резала. Да за такую "лапшу" ей бы руки оторвать. Подняться получается с трудом. Ноги мелко дрожат и потому Лора решает, что просто постоит. Пусть хоть солнце и луна местами поменяются, она с места не сдвинется. - Некогда нам отдыхать, - слова Энтузиаста звучат как приговор. Хочется гаркнуть на него, чтоб сидел тихо или лучше пошёл спать, но в голове червячком вертится мысль. Это ведь ещё не всё.  - Я разнесу корабль, но остановлю его, - вот оно. Лора сжимает левый локоть. Пальцы всё ещё сводит судорогой, но, кажется, начинает отпускать.  - А как же пассажиры?  "А как же Арчи?" - хочет спросить Лора, но голос не слушается и поэтому она стоит и слушает. - Ты что, не видишь, куда мы несёмся? - Вульфвуд хватает блондинчика за ворот куртки и Лора честно пугается, что сейчас начнётся драка. - Я и город и судно спасу! - Да ты даже убить не можешь! Куда тебе спасать? - Вульфвуд рычит, злится, и Лоре почти его жаль. Он точно привык рубить с горяча, а сейчас страдает. "Любой ценой защитить дорогое" - да? А что насчёт тех, кто на судне? Может они и есть чьё-то самое "дорогое"? - Потому и спасёт, - голос у Лоры слабый, как не свой. Парни оборачиваются и смотрят на неё. Лора уже почти жалеет, что открыла рот, но видит, как блестят голубые глаза за жёлто-оранжевыми линзами и не может остановиться. - Ведь в этом и смысл, да? Защить то, что дорого? У блондина глаза голубые, почти синие. Ясные как небо, с крошечными морщинками в уголках. Она смотрит в эти глаза и вдруг чувствует себя жалкой и невероятно уставшей. Ветер, теперь тёплый, раздувает волосы и бросает их в глаза. Лора знает, что помята, перемазана в грязи и крови, но впервые ощущает такую уверенность. Уверенность в ком-то другом. Не может человек с такими глазами сделать кому-то плохо. Переводить взгляд на Вульфвуда почти страшно. Лора знает, что он зол, и не знает, что он сделает. Но позволить ему погубить столько людей, пусть и ради спасения других... Она никогда не простит себе бездействие. Знать о преступлении и не остановить его - это ли не преступление? Лора готова сейчас упасть на колени, лишь бы парень не натворил глупостей. Давай, дурак. У тебя же есть сердце, и оно не даст тебе спокойно жить после такого. - Ладно, будь по твоему. Один лишь раз! - Вульфвуд отталкивает от себя блондина, сжимая руки в кулаки. Сегодня обливающееся кровью сердце победило. - Тем более я тебе должен. Но учти, если приют всё же пострадает, я тебя так переломаю, что молить будешь о смерти, а потом убью. Приют. Так в этом всё дело. Лора невольно отступает назад. Не хотелось бы попасть под горячую руку. Особенно после того, как она наорала на обоих.  - Вульфвуд, - у блондинчика голос такой, что сердце разрывается. Лору начинает мутить от этого цирка.  - Заткнись! Меня зовут Каратель, и я не такой как ты, - блондин улыбается. Совсем нежно и немного печально. - Я Николас Каратель, - Вульфвуд закидывает на плечо крест, а блондинчик смотрит на Лору через плечо и мельком улыбается.

***

Лора ненавидит бегать. Ненавидит горящие огнём лёгкие. Ненавидит отнимающиеся от слабости ноги. Где ты, Арчи, когда так нужен? Он так же себя чувствует после суточного марафона в пустыне? Стоит побольше ценить его старания. Как только это мракобесье с "Горбачом" закончится, Лора купит ему мешок лучшего корма и галлон чистейшей воды. А ещё дурачка стоит почистить. - Идите в машинное! - у блондинчика немного сбивается дыхание и волосы липнут к мокрым вискам. Он тоже устал. Они все невероятно устали за этот бесконечный день. Подумать только, небо полчаса как светлое, а пережитых событий хватит на год вперёд минимум. Лора хочет залихвацки присвистнуть, но из горла доносится только невразумительный хрип. - А ты куда? - Живо в машинное! - блондин орёт почти зло, и Лора послушно сворачивает в коридор за шипящим сквозь зубы Вульфвудом. - Что может быть в машинном? - теперь орут на Лору, и она хочет, чтобы наконец пришёл её черёд повышать голос. Они ведь по кругу, да? - Не знаю. Может котлы, но скорее всего стоп-кран. - И им ещё никто не воспользовался? - Да откуда мне знать?! - крик выходит истеричным и тонким. Вот оно.  В машинном жарко и парит, как в кастрюле. Пар клубами валит от пола и стен.  - Мы точно туда попали? - Вульфвуд смотрит, как дюжина рабочих возится у стоп-крана, и недовольно хмурит брови.  - К сожалению, да, - Лора видит всё то же самое, и картина её не радует. "Г" образный рычаг раскалён до красна. Пот уже рекой течёт за воротник. Что делать? Коснёшься этой штуки и прощайся с руками. Нужно срочно что-то придумать. - Вы кто такие? - один из рабочих оборачивается на них с Вульфвудом. Лора замечает, как он баюкает у груди обожжённые ладони. Что же делать? - С дороги! - в руки Лоре летит железный крест и она буквально в последний момент ловит его. Оружие, а это без сомнений оно, весит минимум пару пудов. - Дурень, без рук останешься! - кричит ему в спину Лора, перехватывая крест и делая несколько шагов вперёд. Вульфвуд зажимает в зубах горлышко стеклянной ампулы. В ней дразняще плещется что-то голубое.  Вряд ли это вода. Энтузиаст замедляется только возле рычага. Приближается осторожно, как к зверю. Лора слышит шипение, а за ним сдавленный хрип, грозящий перерасти в крик. Помещение заполняет запах палёного и Лора изо всех сил сжимает крест, чтобы не кричать вместе с Николасом.  - Поворачивайся! - в который раз за сегодня кричит парень. Крик точно придаёт людям сил, раз они постоянно повышают голос.  Лора неотрывно следит, как напрягаются спина и руки Энтузиаста. Он крепче сжимает ладони на стоп-кране, шипение становится громче. Слышен треск стекла и пустая ампула падает на пол. Соприкоснувшись с поверхностью, разбивается. Рычаг скрипит и почти не поддаётся. Лора визжать готова от напряжения. Может даже стоит встать на колени и молиться. А если молитвы не помогут, то она готова совершить то же безумие, что и Николас. Рычаг поддаётся и без скрипа проворачивается.  - Что он творит? - один из рабочих трогается с места и тянет руки к Энтузиасту, и Лора не находит ничего лучше, чем встать между ними. - Он нас спасает. Так что сиди и не рыпайся, - голос дрожит. Как стены, и пол, и сплетения труб на стенах. Рычаг нужно провернуть ещё на две четверти, и Лора не представляет, как Энтузиаст собирается это делать.  Больно ли ему? Да. Страшно ли? Ну, если учитывать, что "Горбач" несётся на Упование, в котором находится его приют - странно об этом думать - то скорее всего да. Но он всё ещё здесь, стоит за спиной Лоры и проворачивает адски горячий рычаг. Люди, которым нечего терять, так не поступают. - Всё! - победно оповещает Николас, отталкиваясь от красного железа. Из котлов валит обжигающий пар. Судно трясёт, но Лора знает, что оно всё ещё движется на город. Тряска постепенно усиливается и пароход тряхнуло в последний раз. Лора качнулась, чуть не падая и упираясь крестом в пол. Котлы и трубы шипят, но больше звуков работающих механизмов нет.  Быть не может. - Получилось? - Лоре волнительно даже открывать рот. Она не знает, хорошая это тишина или нет. Может они всё таки врезались в Упование и погибли, а то, что она видит сейчас - игра умирающего разума? - Кажется, да, - Вульфвуд выглядит удивлённым не меньше, чем сама Лора. Парень без сил падает на зад. Лора не знает, что делать, и куда себя деть, поэтому опускается рядом. Крест мешается, оттягивает руки, но в общем-то своей монументальностью и тяжестью придаёт уверенности. Рабочие готовы начать праздник хоть сейчас. Они смеются, плачут, молятся и бросаются на шеи друг другу. Сегодняшний день они запомнят на всю жизнь. Лора их радости не разделяет, но она однозначно довольна остановкой судна. Честно.

***

Избавиться от общества назойливых механиков помогает острый язык Вульфвуда. Они вдвоём проделывают путь до развилки, на которой разошлись с блондинчиком. - Как думаешь, зачем он отделился? - Лора знает, что стоит ей остановиться, как она заснёт стоя. - Встретишь - спросишь, - Энтузиаст не выглядит злым, но наконец и его пробирает усталость от бесконечной беготни и борьбы за жизнь. Лора слышит голос Беретика в коридоре напротив и чуть не влетает в неё с разбегу. Приходится придержать девушку за плечо, чтобы та не упала. - Куда подевался Лохматый? - Туда, - Лора указывает пальцем на дверь в конце коридора и хмурится.  - Что там? - Беретик бежит рядом, стараясь не отставать. - Остальные отсеки мы уже проверили. - Станционная, - Лора вспоминает схемы судна, прокручивает их в голове и ёжится от мысли, что парень мог что-то сделать со станцией. Замок на двери безнадёжно сломан. Прострелен, если быть точным. Заходить в помещение, залитое мягким голубым светом, почти страшно. В нём прохладно, и у Лоры мгновенно стынет спина. Воздух жжёт лёгкие и глотку.  - Нашёлся! - кричит Беретик и почти сразу застывает, как вкопанная. Лора снова врезается в неё и держит за плечо, отстраняясь. Блондинчик стоит перед колбой, положив на стекло ладони. За ним, в супе из полезных элементов и прочей сжиженной дряни, раскрыв белые лепестки, покрытые сияющим орнаментом, плавает станция. Она прижимает длинные тонкие пальцы к стеклу в ответ. Красиво. Лора осторожно делает несколько шагов вперёд, стараясь никого не задеть.  Станция поднимает голову и окидывает взглядом присутствующих. Глаза у неё большие, светлые, широко посаженные. Она смотрит, если не в душу, то явно куда-то вглубь. Это почти пугает. Будь у Лоры возможность, она бы не смотрела в эти холодные глаза инопланетного создания.  Блондин опускает ладони и оборачивается. Движения его скованные, будто мышцы не слушаются или вовсе окаменели. В голубом свете он выглядит болезненно и измождённо. - Вэш? - Беретик удивлена. Лора удивлена не меньше. На бледном лице, подсвеченном голубым, сияет узор. Он проявляется от краёв к центру, медленно загораясь. Зрачок у парня сияет белым. Губы чуть приоткрыты, как в удивлении, но Лоре жутко и почти холодно. Он не выглядит здоровым. Ощущение такое, будто он в трансе. Взгляд слишком рассеян. - Это же узоры... Как у станции!  Блондинчик легко покачивается и, кажется, пытается сделать шаг вперёд.  - Вэш! - Беретик протягивает руку, когда парень начинает заваливаться.  Лора ближе, быстрее. Шаг, второй, почти прыжок. Блондинчик падает в раскрытые руки Лоры и лицом утыкается ей в шею. Холодный. Девушка осторожно сжимает его и опускается на колено, укладывая головой на другое. Для своих габаритов он слишком лёгкий.  - Как он? - Беретик падает рядом и неловко мечется, пытаясь понять, куда себя деть. Кожа парня ощущается как стекло из морозильника. Лора подносит ладонь к носу и ощущает холодное дыхание. Беретик крупно вздрагивает, когда Лора ухом прислоняется к груди. В клетке рёбер тихо и нечётко бьётся сердце.  - Едва бьётся, - Лора прижимает тёплую ладонь к щеке. Рисунок под ней всё такой же яркий.  - Слава господу, - с заметным облегчением выдыхает Беретик. Кажется она тут волновалась больше всех. - И что это, чёрт возьми, было? - Роберто достаёт из внутреннего кармана пиджака флягу и делает несколько глотков. - Забавно, - Лора прикладывает ладонь внешней стороной и морщится. Парень ни на йоту не становится теплее. - Это я хотела у вас спросить. - А нам откуда о таком было знать? - Вульфвуд приближается медленно, перехватывая крест. Лора не знает, что он собрался делать, но явно не на партейку в шахматы решился. - Вы явно знакомы достаточно, чтобы он мог безнаказанно орать на тебя, - Лора смотрит из-под бровей, ближе к груди прижимая тело. Энтузиаст останавливается, смотрит в ответ и скалится. - Вот я и решила, что вы сможете объяснить, какого хера этих чертей двое?! Трое смотрят на неё, как на умалишённую. Лоре холодно и тяжело, но она продолжает обнимать блондинчика. Хоть немного тепла ему должно достаться. Ну хоть капля. Если они не начнут отвечать, то Лоре тут ловить нечего. Придётся уходить и, не дай бог, прорываться с боем. Хотя опасность тут представляет только Каратель. Какое пафосное имя для человека, так пекущегося о своём доме. - Сначала назовись, - Беретик касается пальцами лба блондина, и на её лице застывает выражение растерянности. - Мы работали вместе, но так и не узнали твоего имени. За головой Лоры в растворе пустила пузыри станция и отпустила наконец стекло, свернулась обратно в бутон и затихла. Девушка осторожно отняла ладонь от чужого лица и, положив два пальца в рот, пронзительно свистнула. Звук эхом отразился от стен станционной и ушёл в коридор за открытую дверь. - Меня зовут Лора Лейн, - вытерев пальцы о штанину, Лора протянула руку Беретику. - Я механик и безработная.