Опасен

Долгая и утомительная поездка в экипаже еще больше обрадовала Хань Е возвращением домой, в собственный дворец. Смыв с себя дорожную грязь, Хань Е отвел Фэйе в их спальню, где слуги оставили Сюй Цзиня привязанным к кровати. Он был обнажен, мускулы привлекательно напрягались под веревкой, которая удерживала его распростертым на кровати. Хань Е почувствовал прилив крови к своему члену, как только увидел Сюй Цзиня, лежащего на кровати, беспомощного и дрожащего от ярости. Это заставило Хань Е желать взять его немедленно. — Что ты о нем думаешь? — Хань Е спросил Фэйе, который стоял поодаль с невозмутимым выражением лица. Хань Е рассмеялся над кислым выражением лица Фэйе. Он подошел к нему и притянул супруга к себе, позволяя ему почувствовать очертания своего твердого члена через одежду. — Не волнуйся, — шептал Хань Е, — у меня всегда будет время трахать тебя столько раз, сколько тебе нужно. Челюсть Фэйе дернулась. — Пока Ваше высочество довольны, это все, что имеет значение, — вежливо ответил он. Хань Е поцеловал его, заставив Фэйе открыть рот и позволить его языку скользнуть внутрь. Когда Хань Е отстранился, струйка слюны повисла между ними, пока Хань Е не обернулся, чтобы обратить внимание на свою новую жену. — Церемония нашего бракосочетания состоится позже на этой неделе, — сказал Хань Е, садясь на кровать и кладя руку на внутреннюю поверхность бедра Сюй Цзиня. Сюй Цзинь вздрагивал и боролся в своих оковах, но он не мог остановить блуждающие руки Хань Е, скользившие у него между ног. — Когда мы поженимся, я подумал, что было бы неплохо выпить чаю с твоей матерью. Мои солдаты нашли ее ранее, когда она пыталась бежать из города. Ты знал об этом? Глаза Сюй Цзиня расширились, и он со страхом уставился на Хань Е. -Пожалуйста, моя мать безобидна —… — Знаю, знаю, — пробормотал Хань Е, поднося руку к щеке Сюй Цзиня и поглаживая его тыльной стороной ладони. — Не волнуйся, мои слуги хорошо заботятся о ней. Сердитые слезы снова навернулись на глаза Сюй Цзиня, катясь по бокам его лица. Хань Е наклонился, чтобы облизать их с его щек. Он задержался над ним, чтобы надавить еще несколькими влажными поцелуями на шею и грудь Сюй Цзиня, позволив будущей жене ощутить свой вес, раздвинув ноги и расположившись между ними. Сюй Цзинь извивался в своих ограничителях, так, что те трещали, страх метался в глазах, когда он видел, как Хань Е отодвинул свои одежды в сторону, чтобы раскрыть свой полутвердый член. — Фэйе, — позвал Хань Е, заставив Фэйе дернуться от неожиданности. Он стоял в углу, тупо глядя, как Хань Е развлекается с Сюй Цзинем. — Принеси мне немного масла и сними одежду. Присоединяйся к нам. Взгляд Фэйе потемнел еще больше, но он исполнил приказ: разделся и принес горшок с маслом, протягивая его Хань Е. Хань Е ухмыльнулся и грубо схватил Фэйе за руку, болезненно скручивая его запястье, пока не заставил его встать на колени, прежде чем Хань Е налил масло в его открытую ладонь и переместил руку на свой член. Хань Е водил рукой Фэйе вверх и вниз по члену, пока он не начал истекать маленькими каплями на живот Сюй Цзиня. Дрожа от ярости, Сюй Цзинь гневно смотрел на них, отчаянно извиваясь в своих ограничениях, пока Хань Е не решил, что готов, и направил член, уперев его в тугой анус Сюй Цзиня. — Не волнуйся, — прошептал Хань Е на ухо своей невесты, ухватив её за бедра и складывая пополам. — Я обещаю, что это не повредит тебе так сильно, как в прошлый раз. Сюй Цзинь выпустил дрожащее дыхание, его глаза плотно закрылись, когда Хань Е втолкнулся в него. Сюй Цзинь был горячим, крепким и чудесно сжимался вокруг него; Хань Е застонал, гоняясь за дальнейшим экстазом с каждым яростным толчком бедер. Сюй Цзинь остался в полном беспорядке к тому времени, когда Хань Е закончил с ним — он был покрыт укусами и синяками, его тело пропитано смесью масел, пота и спермы. Взгляд Сюй Цзиня был стеклянным и рассеянным, когда Хань Е, наконец, решил, что он полностью удовлетворён. — Твоя очередь, — произнёс Хань Е, обратившись к Фэйе, который все еще стоял на коленях на полу рядом с кроватью. Глаза Фэйе расширились на долю секунды, прежде чем его взгляд вернулся к его обычному ледяному безразличию. — Ваше Высочество? Хань Е вышел из Сюй Цзиня с гладким, скользким звуком и наблюдал, как с его конца сочится между бедер Сюй Цзиня смесь спермы и масла. Сюй Цзинь крупно вздрогнул и застонал, судя по тому, как его глаза закатились, Хань Е не был уверен, что он все еще в полном сознании. — Я хочу посмотреть, как ты трахнешь его, — сказал Хань Е, наблюдая за удивленным выражением лица Фэйе. — Привилегии первого супруга означают, что ты можешь трахать мою вторую жену. Фэйе встал и посмотрел на Сюй Цзинь. Он вздохнул, а Хань Е понял, что он пытался и не смог придумать оправдание, чтобы не исполнять приказ. Хань Е поднял с пола свой брошенный халат и накинул его на плечи, чувствуя прохладу ночного воздуха сейчас, когда он больше не двигался так энергично. Он сел на кровать, устроившись удобнее и краем глаза наблюдая, как Фэйе медленно ползет между ног Сюй Цзиня. — Тебе нужна моя помощь, чтобы стать заинтересованным? — спросил Хань Е, прервав мысли Фэйе, когда он взглянул на него. — Я… — Ты можешь трахнуть его в рот, если хочешь. Он слишком не в себе, чтобы кусаться сейчас. Фэйе нахмурился. — Я справлюсь, — сказал он, взяв немного масла, и позволил ему пролиться на свой член, пока он гладил себя. Хань Е с восторженным любопытством наблюдал, как Фэйе взял член и медленно протолкнулся внутрь Сюй Цзиня. Несмотря на то, что Хань Е трахал Сюй Цзиня в течение нескольких часов, он оставался относительно тугим, и Хань Е видел, как Фэйе закрыл глаза и нахмурился, погрузившись в него, прикусив губу, чтобы не издать ни звука, который мог бы выдать то, что он наслаждается. Сюй Цзинь, со своей стороны, хныкал и вновь боролся с жесткими ограничителями, но его тело было слишком уставшим и неспособным к активному сопротивлению, поэтому, когда Фэйе вошёл в него до конца и замер, его дыхание нормализовалось, и он перестал бороться. Фэйе начал вбиваться медленными, ритмичными движениями, которые заставили Сюй Цзиня дрожать и стонать. Он был таким громким и выразительным по сравнению с Фэйе, подумал Хань Е. Даже когда он был почти без сознания, он, казалось, не мог молчать; его тихие вздохи и стоны, а также влажные звуки Фэйе, вонзающегося в него, были единственными звуками в комнате. Фэйе не потребовалось много времени. Он был тих и скрытен, как всегда; Хань Е смог догадаться только из-за болезненного выражения его лица и краткого содрогания тела, которые выдали его, когда он кончил. Он неподвижно замер над Сюй Цзинем в течение нескольких секунд, прежде чем оглянуться на Хань Е, его глаза были полны вины и отвращения. — Ты выглядишь таким красивым поверх него, — сказал Хань Е, — но уже поздно… Ты устал? Фэйе помедлил, прежде чем опустить голову. — Что бы ни пожелало Ваше Высочество, я… — Да, да, все, что я хочу, — прервал его Хань Е. — Иди сюда и ляг рядом со мной, согрей меня. Фэйе вытащил из Сюй Цзиня, заставив его вновь захныкать. — Набрось на него одеяло, — сказал Хань Е, кивнув головой на край постели, где была аккуратно сложена стопка шерстяных одеял. Фэйе поднял одно из них и накинул ее на пропитанное потом тело Сюй Цзиня. Хань Е откинулся на огромную кровать, достаточно близко, чтобы прикасаться к Сюй Цзиню, не двигаясь при этом, и все же оставив достаточно места для Фэйе с другой стороны. Фэйе переполз через кровать и вытянулся рядом с Хань Е, неподвижно лежа. — Не стесняйся, — сказал Хань Е, глядя на лицо Фэйе. — Ты не сможешь согреть меня, если между нами будет так много места, правда? Фэйе подкатился к нему и навалился сверху на Хань Е, лежа так, что бедро Хань Е оказалось между его ног, а их груди были прижаты друг к другу. Фэйе замёрз, подумал Хань Е. Он потянулся к одеялам и накрыл их двоих, а другой рукой скользнул вниз к спине Фэйе, чтобы схватить и обнять его. Он почувствовал, как Фэйе вновь напрягся, но когда Хань Е продолжал только нежно сжимать его, он медленно начал расслабляться. — Ты будешь присутствовать на моей свадьбе на этой неделе? — спросил Хань Е, улыбаясь, увидев, как глаза Фэйе сузились. — Вы хотите, чтобы я присутствовал, Ваше Высочество? Фэйе ответил вопросом на вопрос, его голос холоден как лёд. — Это заставляет тебя ужасно ревновать? — Хань Е дразнил, его другая рука чертила круги по спине Фэйе. Супруг колебался, прежде чем поднять голову и приблизиться к Хань Е, глядя на него с этим все еще нечитаемым выражением лица. — А ты… Разве ты бы не стал? — спросил он. Хань Е вздрогнул, жар пробежал по его телу и венам от слов Фэйе. В последнее время он был очень раздражительным, сильнее чем обычно, но Хань Е списал это на стресс от войны. Подумать только, это происходило на самом деле потому, что Фэйе ревновал… Хань Е был в восторге. Прежде чем он успел открыть рот, чтобы ответить, Фэйе снова двинулся на него, его руки коснулись запястий Хань Е, прижав их к бокам. Он наклонился над Хань Е и сблизил их лица, его губы задержались всего в нескольких дюймах от собственных. Своим залитым маслом членом Фэйе медленно потерся о бедро Хань Е, прежде чем еще немного раздвинуть ноги Хань Е и устроиться между ними. Хань Е не часто позволял Фэйе трахать себя. С тех пор, как это произошло в первый раз, Фэйе пробовал еще несколько раз, но это обычно заканчивалось тем, что Хань Е переворачивал его на спину и вытрахивал до изнеможения. Однако сегодня вечером Хань Е решил позволить ему всё что он хочет. Он уже пообещал Фэйе награду за его тяжелый труд и верность. А если это заставит его чувствовать себя лучше из-за того, что Хань Е заключает второй брак и берёт новую жену, то так тому и быть. Хань Е раздвинул для него шире ноги и тихо ахнул, когда Фэйе вошел. Он чувствовал себя напряженным, слишком напряженным, а Фэйе был слишком нетерпеливым, возможно, таким же, каким всегда был Хань Е. Он застонал громче, когда Фэйе жестко стал врезаться, на короткое время ускорившись, а затем снова замедлившись, как будто специально, чтобы вынудить больше стонов и вздохов срываться с губ Хань Е.       Хань Е задавался вопросом, представляет ли Фэйе когда-нибудь, что он император, трахающий свою супругу, когда они спали вместе вот так, меняясь ролями. Неужели Фэйе закрыл глаза и представил, что Хань Е был его дрожащей женой? Он — мягкий и податливый для него одного, послушный своему императору? Муж наблюдал за лицом Фэйе с каждым последующим толчком, наблюдал, как его брови и рот напряглись от удовольствия, когда он забирал себе тело Хань Е. — Ваше Высочество… — прошептал Хань Е на ухо Фэйе и почувствовал, как Фэйе напрягся. Он внезапно врезался в Хань Е с удивленным стоном, не оставив Хань Е никаких сомнений относительно того, о чем фантазировал в такие ночи. Как и в прошлый раз, Хань Е чувствовал себя немного странно после того, как Фэйе трахал его. Он чувствовал, что по-настоящему наслаждается острыми ощущениями от подчинения другому мужчине гораздо сильнее, чем следовало бы, и было что-то очень приятное в том, как Фэйе оставался внутри него. Это оставалось таким же приятным и несколько часов спустя, когда они просыпались в объятиях друг друга, в мокром и липком месиве спутанных рук и ног.

***

      На следующее утро Хань Е проснулся и увидел, что Фэйе уже полностью одет и сидит на полу, медитируя с закрытыми глазами. Хань Е сел и положил руку на бедро Сюй Цзиня, чувствуя, как он вздрогнул, подтвердив подозрение Хань Е о том, что тоже вполне проснулся. — Доброе утро, — тихо сказал Хань Е, наклоняясь к Сюй Цзиню и оставляя поцелуй на его лбу. Сюй Цзинь держал глаза закрытыми, притворяясь спящим. Хань Е ухмыльнулся и забрался на него, позволив Сюй Цзиню принять всю тяжесть его тела. Он чувствовал, как тот напрягается, но все же продолжает держать глаза закрытыми, стараясь делать вид, что спит. Хань Е опустил голову и потянулся губами к ключице Сюй Цзиня. Он пометит его где-нибудь на виду, решил он. Его право. Хань Е жадно сосал, слизывая соль с кожи Сюй Цзиня, запахи пота прошлой ночи. Затем он сильно его укусил, заставив Сюй Цзиня издать звук, не совсем похожий всхлип, а больше похожий на звук удивления, и этого было достаточно, чтобы заставить Хань Е остановиться и посмотреть ему в лицо, столкнувшись с молчаливым взглядом Сюй Цзиня. — Не смотри на меня так, — сказал Хань Е, склонив голову на бок с забавной улыбкой, играющей на губах. Он опустил рот к челюсти Сюй Цзиня и поцеловал. — Разве ты не должен быть более взволнован, чтобы быть взятым вашим новым мужем? Сюй Цзинь молчал. Его взгляд был полон ярости, но страх, казалось, заставил его придержать язык. — Фэйе, — сказал Хань Е, глядя на него. — Разве ты не думаешь, что Сюй Цзинь должен быть более взволнован, чтобы принять меня? — Да, Ваше Высочество, — сказал Фэйе с другого конца комнаты, не открывая глаз. — Видишь? — сказал Хань Е, скользя рукой вниз к члену Сюй Цзиня и лаская его. Он дернулся и вздрогнул, вынужденный принять руки Хань Е, когда его собственные руки напряглись в ограничителях. Член Сюй Цзиня все еще был скользким от масла, и рука Хань Е легко двигалась по нему. — Хм, ты грязный, — сказал Хань Е, крепче сжимая Сюй Цзиня. — Тебе нужна ванна. Сюй Цзинь все еще молчал, его зубы впивались в нижнюю губу, когда он сдерживал стон от ощущения руки Хань Е на своем члене. — Я ожидаю ответов, когда говорю с тобой, — сказал Хань Е, его рука все еще лежала на члене Сюй Цзиня. — Ты понимаешь меня? Сюй Цзинь демонстративно посмотрел на него с вызовом. — Было бы обидно наказывать твою мать за то, что она не научила тебя элементарным манерам, — сказал Хань Е, наблюдая, как выражение лица Сюй Цзиня изменилось с гнева на страх. — Я ее очень люблю, но… — Прошу прощения, Ваше Высочество, — быстро сказал Сюй Цзинь. Хань Е улыбнулся и протянул руку, чтобы расстегнуть путы на руках Сюй Цзиня. Веревки на его запястьях врезались в кожу, и теперь она была повреждена, покраснела и намокла. Хань Е поднес запястье Сюй Цзиня к губам и поцеловал нежную раненую плоть. — Это было больно? — спросил он. — Немного, Ваше Высочество, — ответил Сюй Цзинь. Хань Е сочувственно щелкнул языком, протягивая руку, чтобы развязать фиксаторы на лодыжках Сюй Цзиня. — Я больше не буду связывать тебя так надолго, если ты научишься вести себя хорошо. Это ясно? Сюй Цзинь сглотнул и медленно кивнул. — Я понимаю, Ваше Высочество. Хань Е снова улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать его в губы. Он наполовину ожидал, что Сюй Цзинь отстранится, но вместо этого он остался неподвижным, даже позволив Хань Е просунуть язык ему в рот. Хань Е углубил поцелуй еще больше, облизывая губы Сюй Цзиня и ощущая теплую влажность его языка на своем собственном. Хань Е почувствовал, как Сюй Цзинь задрожал, и он снова положил руку на член Сюй Цзиня. — Я знаю, у тебя все будет хорошо, — сказал Хань Е, его губы коснулись открытого, тяжело дышащего рта Сюй Цзиня. — Потому что ты бы не хотел, чтобы с близкими случилось что-то плохое. Сюй Цзинь напрягся. Хань Е встал и стащил его с кровати, прежде чем повернуться, чтобы позвать Фэйе, который все еще медитировал на полу. — Пойдем, искупаемся с нами, Фэйе, — сказал Хань Е. — Я хочу, чтобы ты показал Сюй Цзиню, как правильно себя вести. — Фэйе очень любит мыться, — сказал Хань Е, ведя Сюй Цзиня в купальни. В центре был огромный мраморный бассейн, постоянно наполненный ароматной подогретой водой; слуги добавляли свежие цветочные лепестки каждое утро, днем и вечером после замены воды. С одной стороны большого бассейна был искусственный водопад, который использовался как душ, чтобы помыться перед использованием большого бассейна. С другой стороны были два бассейна поменьше, один из которых был очень, очень горячим, а другой — очень, очень холодным. Хань Е отвел Сюй Цзиня к водопаду и взял мочалку. — Вымойся здесь, — сказал Хань Е, — а потом мы сможем искупаться в бассейне побольше. Сюй Цзинь не сводил глаз с Хань Е, как будто был загнанной в угол добычей, а Хань Е — голодным волком, но после некоторой первоначальной апатии он шагнул под водопад. Хань Е шагнул к нему, и Сюй Цзинь немедленно отшатнулся. — Я всего лишь собираюсь помочь тебе вымыться, — сказал Хань Е, поднимая мочалку. — Обещаю. — Я могу сделать это сам, — сказал Сюй Цзинь. — Но я настаиваю, — сказал Хань Е, угрожающе улыбаясь Сюй Цзиню. Он увидел, как руки Сюй Цзиня сжались в кулаки, и подумал, может ли его новая супруга попытаться напасть на него. Прежде чем что-то еще смогло произойти, Фэйе вошёл в комнату, и Хань Е увидел, как руки Сюй Цзиня разжались. Он воспользовался этим и шагнул вперед, схватив Сюй Цзиня за запястье, а другой рукой прижал мочалку к его плечам. Сюй Цзинь стоял неподвижно, застыв, как ледышка, а Хань Е медленно провёл мочалкой по плечам. — У тебя так много болезненных шрамов, — мягко сказал Хань Е, отпуская запястье Сюй Цзиня и протягивая руку, чтобы провести кончиками пальцев по красной, приподнятой плоти. — Бедняжка. Сюй Цзинь нахмурился, но никак иначе не отреагировал на Хань Е. — Откуда у тебя все эти шрамы? — спросил Хань Е, когда Фэйе присоединился к ним под водопадом. Сюй Цзинь колебался, выражение его лица омрачилось. — Это следы борьбы с тигром, — сказал он, оглядываясь через плечо и указывая на шрамы на своей спине. — Тигром? — Хань Е переспросил, положив руку на плечо Сюй Цзиня, чтобы заставить его обернуться. — Ты очень впечатляющий, не так ли? Сюй Цзинь пожал плечами. Хань Е ухмыльнулся и посмотрел вниз на оставшуюся часть тела Сюй Цзиня перед ним. Как и у Фэйе, у него было сильное, мускулистое тело с мягкими, плавными изгибами, которые вызывали у Хань Е желание провести руками, касаясь его всего. Хань Е медленно развернул его обратно. — А откуда это? — спросил он, протягивая руку, чтобы провести пальцами по другому неприятно выглядящему шраму на животе Сюй Цзиня. Сюй Цзинь слегка вздрогнул, когда Хань Е прикоснулся к нему, а затем дернулся. — Меня проткнули вилами. — Вау, — произнёс Хань Е, проводя руками по тонкой талии Сюй Цзиня. — У тебя, видимо, была очень яркая и насыщенная жизнь. Сюй Цзинь ничего не сказал в ответ. Хань Е терпеливо обтёр оставшуюся часть груди Сюй Цзиня мочалкой. — Вот так, — удовлетворённо сказал Хань Е. — Теперь наклонись. Глаза Сюй Цзиня сузились. — Что? Хань Е улыбнулся и наклонился ближе к нему. — Фэйе и я устроили такой беспорядок внутри тебя прошлой ночью, разве ты не помнишь? Сюй Цзинь мельком взглянул на Фэйе, прежде чем снова посмотреть на Хань Е. — Я —… — Делай, то, что я тебе говорю, Сюй Цзинь, — сказал Хань Е, его улыбка становилась все более угрожающей. — Ты не ведь не хочешь видеть, что происходит, когда я злюсь? Сюй Цзинь пристально посмотрел на Хань Е и развернулся, упершись руками в бортик бассейна и наклонившись, прогнулся перед Хань Е. — Фэйе, — сказал Хань Е, оглядываясь через плечо. — Приди и помоги мне. Фэйе подошел и бросил на Хань Е укоризненный взгляд, который Хань Е предпочел проигнорировать. — Раскрой его для меня, — приказал Хань Е, стоя в стороне и с улыбкой наблюдая за Фэйе. Фэйе сделал, как ему сказали, и положил руки на ягодицы Сюй Цзинь, раздвинув их, чтобы показать розовую, слегка воспаленную дырочку Сюй Цзиня. Хань Е взял мочалку и провел ею сначала по яйцам Сюй Цзиня, затем провел ею между ягодиц, пока не добрался до дырочки Сюй Цзиня. — Хм, здесь не так много беспорядка, как я ожидал, — задумчиво произнёс Хань Е. — Или, возможно, он просто немного глубже, внутри. Хань Е уронил мочалку на пол и быстро обслюнил палец, прежде чем без предупреждения засунуть его внутрь Сюй Цзиня. Сюй Цзинь взвизгнул и выпрямился, оборачиваясь, чтобы впиться взглядом в Хань Е. Хань Е вздохнул, глядя на него. — Не драматизируй так, — сказал он, — это был всего лишь один палец. Наклонись снова. Сюй Цзинь бросил на него несчастный взгляд, прежде чем выполнить приказ. — Хорошо, — сказал Хань Е, протягивая руку и поглаживая талию и бедра Сюй Цзиня. — Намного лучше, когда ты послушен. — Я собираюсь залезть в ванну, — быстро сказал Фэйе, оставляя Хань Е с Сюй Цзинем, прежде чем Хань Е успел попросить его остаться. Хань Е решил отпустить его и не трогать, особенно потому, что Фэйе, казалось, ревновал к вниманию, которое получал Сюй Цзинь; а он не хотел, чтобы тот чувствовал себя слишком обиженным. На этот раз немного медленнее, Хань Е толкнул пальцем в Сюй Цзиня и почувствовал, как тот напрягся и сжался вокруг его пальца. — Тебе больно? — Что случилось? — спросил Хань Е, наклоняясь к нему. — Немного, — пробормотал Сюй Цзинь. — Это помогает? — Что случилось? — спросил Хань Е, нежно потирая его внутренние стенки, согнув палец, чтобы слегка растянуть Сюй Цзиня. Сюй Цзинь покачал головой. — Мм, я так и думал, что ты это скажешь, — сказал Хань Е. — Но ты кажешься чистым. Хань Е убрал палец и нежно сжал яйца Сюй Цзиня. — Давай залезем в ванну вместе. Сюй Цзинь дрожал, несмотря на то, что находился под теплой водой водопада. Хань Е взял его за руку и повел вниз по ступенькам к бассейну, от которого сегодня утром шел пар и слегка пахло лилиями. Фэйе был на другой стороне бассейна, расслабляясь на одном из сидений, вырезанных в мраморе под водой. — Это поможет тебе справиться с болезненностью, — сказал Хань Е, обнимая Сюй Цзиня, когда они залезли в ванну, и прижимая его к себе. Сюй Цзинь чувствовал себя крайне напряженным, но Хань Е был уверен, что через некоторое время он научится расслабляться в его объятиях. — Если ты будешь хорошо себя вести, я позволю тебе приходить в бани самостоятельно, — продолжил Хань Е, наклоняясь к Сюй Цзиню, чтобы говорить в его шею, нежно целуя его между словами. — Ты взволнован тем, что выйдешь за меня замуж на этой неделе? — спросил Хань Е после еще нескольких неторопливых поцелуев. Сюй Цзинь не ответил, и Хань Е крепче обхватил его за талию. — Ах! — Сюй Цзинь зашипел, когда ногти Хань Е впились в его кожу. — Я—да… — Хорошо, — сказал Хань Е с улыбкой, целуя его в щеку и снова поглаживая его талию. — Ты будешь прекрасно выглядеть в своих свадебных одеждах. — Я собираюсь одеться и пойти тренироваться в казармы, — сказал Фэйе, прерывая их, когда он подплыл и начал выбираться. Хань Е уставился на его задницу, когда Фэйе направился к двери, и почувствовал, как его член затвердел. — Давай теперь вернемся в спальню, — сказал Хань Е, вытаскивая Сюй Цзиня из ванны вместе с ним и идя позади Фэйе. Сюй Цзинь не протестовал; он просто позволил вывести себя из ванной и вернуть в спальню. Хань Е быстро вытер Сюй Цзиня полотенцем, прежде чем вытереться самому, затем отнес Сюй Цзиня обратно к их кровати. Он взял металлическую цепь, которая крепилась к лодыжке Сюй Цзиня, и снова защелкнул ее, заработав презрительный взгляд с его стороны. — У меня сегодня днем встречи, — сказал Хан Е. — Я не могу просто оставить тебя свободно бродить по дворцу, не так ли? — А ты не можешь? — Сюй Цзинь пробормотал. Хань Е с силой толкнул его на кровать и схватил Сюй Цзиня за подбородок. — Так и трахать тебя тоже становится легче, — прорычал он, чувствуя, как Сюй Цзинь напрягся под ним. — У меня такое чувство, что ты мог бы попытаться бороться со мной, если бы я не приковал тебя цепью. Сюй Цзинь молча посмотрел на него, его глаза сузились. Хань Е тихо выдохнул от удовольствия и улыбнулся Сюй Цзиню сверху вниз. — Мне нравится так, — сказал он, наклоняясь и позволяя своим губам коснуться рта Сюй Цзиня. — Это похоже на завоевание империи. Это весело, только если перед подчинением немного подраться. Сюй Цзинь сердито посмотрел на него. — Дело в том, — сказал Хань Е, прижимаясь бедрами к бедру Сюй Цзиня, позволяя ему почувствовать свой все твердый член. — Ты не можешь слишком сильно сопротивляться мне, правда? Потому что, если ты меня разозлишь, я могу просто обезглавить того, кого ты любишь. — Если ты причинишь вред кому-нибудь из них… — начал Сюй Цзинь, прежде чем Хань Е зарычал ему в рот. — Ты ничего не сможешь с этим поделать, — сказал Хань Е. — Я могу трахнуть тебя перед их трупами, если захочу. Помни об этом. Взгляд Сюй Цзиня был яростным, и Хань Е чувствовал, что у него чесались руки напасть на него, сдерживал лишь страх возмездия над его семьей. — Итак, — сказал Хань Е, его губы все еще были прижаты ко рту Сюй Цзиня. — Извинись за попытку угрожать мне. Скажи мне, что это больше не повторится. Выражение лица Сюй Цзиня стало холодным, но он опустил взгляд и повторил монотонным голосом: — Я сожалею, ваше высочество, что пытался угрожать вам. Это больше не повторится. Хань Е улыбнулся и кивнул, и еще несколько раз крутнул бедрами, потираясь своим твердым членом о бедро Сюй Цзиня. — Ах, прежде чем я уйду, — сказал Хань Е, продвигаясь вперед, пока не оказался на коленях у груди Сюй Цзиня. Он начал водить рукой по своему члену, поглаживая себя быстрыми, резкими движениями, пока не кончил с тихим стоном, разливаясь по всему лицу Сюй Цзиня. — Когда я вернусь, — сказал Хань Е, наклоняясь над ним, когда Сюй Цзинь скривил лицо в шоке и отвращении. — Лучше бы все это по-прежнему было на месте. Хань Е оставил Сюй Цзиня лежать на кровати и быстро оделся, натянул ботинки и подвязал волосы, прежде чем отправиться на дневные утомительные встречи по торговле и финансам. Когда он вернулся в конце дня, он нашел Фэйе в комнате, медитирующим, и Сюй Цзиня, лежащего на кровати, спящим, и все еще, к большому удовлетворению Хань Е, со спермой по всему лицу. Он хотел смыть это позже, когда они снова примут ванну, но Хань Е был очень рад видеть, что он подчинился ему, несмотря на то, каким униженным он, должно быть, себя чувствовал. — Как прошла твоя тренировка? — Что случилось? — спросил Хань Е у консорта, подходя, чтобы сесть рядом с ним у окна. — Прекрасно, — ответил Фэйе. — Ничего примечательного не произошло. — Ты ведь знаешь, что я все еще люблю тебя, что я все еще дорожу тобой больше чем всем остальным? — внезапно Хань Е произнес эти слова, они вырвавшись из него прежде, чем у него действительно появился шанс подумать над ними. Фэйе на несколько секунд замер, прежде чем опустить голову. — Да, ваше высочество, — сказал он, в конце концов. — Я знаю. Хань Е приблизился к нему, уткнувшись носом в его щеку. — Тебе не обязательно присутствовать на брачной церемонии на этой неделе, — сказал он. — Тебе все равно было бы… скучно. Фейе вздохнул. — Спасибо, — сказал он так, как будто он действительно имел это в виду.

***

Хань Е вошел в тронный зал, одетый в темно-малиновую свадебную одежду. Прохождение всей этой официальной церемонии могло показаться немного чрезмерным, но Хань Е стремился заставить Сюй Цзиня одеться как настоящую невесту, чтобы напомнить ему о его новом положении. Цзыюань и Вэнь Шо оба ждали, чтобы поприветствовать его, когда он подошел к боковой комнате, где должна была состояться церемония. На этой свадьбе должно было присутствовать не так уж много людей — кроме двух ближайших друзей Хань Е, к ним присоединились только мать Сюй Цзиня и друг У Байци, в основном, чтобы напомнить Сюй Цзиню, что Хань Е контролирует каждого оставшегося человека, которым он дорожит. — Ты выглядишь привлекательно, — сказала Цзыюань, протягивая руку, чтобы слегка поправить одежду Хань Е, разглаживая ее на его груди. Хань Е кивнул. — Конечно, ещё бы, — сказал он. — Я самый красивый император, который когда-либо существовал, люди будут рассказывать легенды о моей красоте в последующие столетия. — А ещё они совершенно забудут о твоем полном отсутствии смирения, — сказал Вэнь Шо, пригибаясь, когда Хань Е попытался треснуть его по голове. — Ждет ли уже принц внутри? — спросил Хань Е. — А его мать? И… друг? У — как-там-его… — Да, — сказал Вэнь Шо. — Этим утром я привез У-как-его-там из тюрем, и мать принца присоединилась к ним всего несколько минут назад. — Хорошо, — сказал Хань Е, выпрямляясь во весь рост и сохраняя выражение лица. — Начинаем. Войдя в комнату, Хань Е увидел Сюй Цзиня, стоящего на коленях на полу, одетого в красивые ниспадающие красные одежды, расшитые изысканным золотым шелком. Его мать сидела в нескольких футах от него с озабоченным выражением на лице, а У Байци стоял в задней части комнаты со связанными за спиной руками между двух охранников Хань Е. Император остановился, чтобы взглянуть на У Байци; он никогда раньше не видел этого человека, и ему было любопытно узнать, что сделало его тем, кому Сюй Цзинь доверил попытку выкрасть его мать из города во время осады. Он был довольно красив, подумал Хань Е и с внезапным всплеском ревности задался вопросом, ценил ли Сюй Цзинь его только за его боевые навыки или за… что-то еще. У Байци выдержал его взгляд, но вообще ничего не сказал, когда Хань Е посмотрел на него. Хань Е обнаружил, что ему нечего сказать этому человеку. Бросив на него насмешливый взгляд, он отвернулся и пошел, чтобы опуститься на колени на пол рядом с Сюй Цзинем и подготовиться к началу церемонии. — Ты выглядишь прекрасно, — прошептал Хань Е, опускаясь на колени рядом с Сюй Цзинем и накрывая его руку своей. — Ты будешь мне превосходной женой. Сюй Цзинь выглядел так, как будто хотел отдернуть руку, но вместо этого он сдержался и сказал сквозь стиснутые зубы: — Спасибо, ваше высочество. Хань Е улыбнулся. Как только церемония завершилась, Хань Е сказал Цзыюань и Вэнь Шо сопроводить У Байци обратно в тюрьму. — Подожди, — сказал Сюй Цзинь, поворачиваясь к Хань Е, когда Вэнь Шо схватил У Байци за руку. — Ваше высочество, возможно ли, чтобы моего друга поместили под домашний арест или во что-нибудь другое, более цивилизованное, чем тюрьма? Хань Е поднял руку, чтобы сказать Вэнь Шо и Цзыюань немного подождать. Он положил руку на талию Сюй Цзиня и наклонился ближе к нему, другой рукой нежно обхватив его лицо. — Я знаю, что он важен для тебя, — сказал Хань Е, наблюдая, подыграет ли Сюй Цзинь ради своего друга. — Я был бы очень благодарен, Ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь, кладя свою руку поверх руки Хань Е и позволяя своему взгляду медленно подняться, чтобы посмотреть на него широко раскрытыми, мягкими глазами. Хань Е, возможно, был безжалостным, кровожадным варваром, но даже он был совершенно обезоружен милым, умоляющим взглядом Сюй Цзиня. — Хорошо, — сказал он, задержав взгляд на лице Сюй Цзиня на несколько секунд, прежде чем он отвел взгляд и прочистил горло, поворачиваясь к Цзыюань и Вэнь Шо. — Найдите где-нибудь комнату для У Байци, но он остается под домашним арестом. Не позволяйте ему уходить или кому-либо навещать его без моего разрешения. —… Если таково ваше приказание, ваше высочество, — сказала Цзыюань таким тоном, который, как знала Хань Е, означал, что она не согласна с ним, но не хочет показывать этого перед всеми остальными. Хань Е кивнул. — Я бы не приказал этого, если бы это не было моим желанием, — ответил он, и в этот момент Цзыюань поджала губы, грубо схватила У Байци за руку и вместе с Вэнь Шо выволокла его из комнаты. Хань Е вздохнул и повернулся обратно к Сюй Цзиню, протягивая руку, чтобы снова взять его за руку. -Пойдем, — сказал он, — давай побеседуем с твоей матерью, пока мы выпьем чай. Хань Е вывел Сюй Цзиня и его мать из комнаты в гостиную, где слуги уже внесли различные чайники и пирожные, разложенные на красивых расписных тарелках. Мать Сюй Цзиня села на подушку с одной стороны стола, в то время как Хань Е указал Сюй Цзиню сесть напротив нее, рядом с ним. Хань Е улыбнулся и кивнул головой в вежливом приветствии матери Сюй Цзиня, прежде чем сесть самому. — Мать—... — Цзинь-эр, — сказала его мать, тревожно улыбаясь ему через стол. — Я так благодарна за возможность присутствовать на вашей свадьбе. Ты выглядишь… очень красивым. — Он выглядит прекрасно, — поправил ее Хань Е, с гордостью глядя на Сюй Цзиня и обвивая рукой его тонкую талию. Сюй Цзинь беспомощно оглянулся на свою мать. — Мама, ты в порядке? Они хорошо с тобой обращаются? — Что это за вопрос? — спросил Хань Е с коротким смешком, его рука крепче обхватила талию Сюй Цзиня. — С твоей матерью обращаются так же хорошо, как я отношусь к тебе! Сюй Цзинь побледнел, но ничего не ответил. Мать Сюй Цзиня слабо улыбнулась. — Обо мне очень хорошо заботятся, не волнуйся. — Видишь? — сказал Хань Е, наклоняясь, чтобы потереться носом о щеку Сюй Цзиня. Он почувствовал, как Сюй Цзинь задрожал, и ухмыльнулся, сильнее прижимаясь к Сюй Цзиню и целуя его. Сюй Цзинь сидел неподвижно, когда Хань Е лапал его и целовал в лицо и шею, прежде чем Хань Е наскучило отсутствие реакции, и он отстранился. Затем он повернулся к матери Сюй Цзиня, которая вежливо смотрела в свою чашку с чаем. — Ты, должно быть, очень рада, — сказал ей Хань Е, слегка наклоняясь над столом. — Сюй Цзинь в первый раз женился на недостойной себя особе, но теперь он женат на мне, императоре с армией, вдвое превышающей армию любого из наших соседей, и не менее внушительной казной. Краем глаза Хань Е увидел, как руки Сюй Цзиня сжались в кулаки. Он увидел, что мать Сюй Цзиня тоже заметила это, и она быстро рассмеялась мягким, вежливым смехом и склонила голову в знак согласия. — Да, Ваше высочество, я очень рада, что вы признаете многие превосходные качества Цзинь-эра. Я думаю, я совершенно недостойна быть его матерью. Он вырос прекрасным молодым человеком, несмотря на меня, а не благодаря мне, но я благодарна за то, что мне позволили проводить с ним время сейчас, в чем мне было отказано, когда он был более юн. Хань Е нравилась мать Сюй Цзиня. Она была дипломатична в своих словах и почти так же красива, как Сюй Цзинь. — Действительно, это ужасно — разлучать мать со своим ребенком, — сочувственно вздохнул Хань Е. — Я могу заверить вас, что у меня нет намерений, делать то же самое. Я только хочу, чтобы Сюй Цзинь был счастлив. Сюй Цзинь хранил молчание до этого комментария, после чего он усмехнулся, достаточно громко, чтобы Хань Е услышал его и снова обратил свое внимание на свою новую супругу. — Да, дорогой? — Хань Е приподнял бровь, проведя пальцем под подбородком Сюй Цзиня. — Ты что-то хотел сказать? Мать Сюй Цзиня, узнав выражение лица своего сына и заметив угрожающий тон голоса Хань Е, быстро вмешалась: — Это хорошо, что мы оба заботимся о счастье Цзинь-ера. Благодарю вас, Ваше Высочество. Возможно, нам следует договориться о более регулярных встречах за чаем, чтобы мы могли лучше узнать друг друга? Хань Е повернулся к матери Сюй Цзиня и улыбнулся ей. — Это было бы для меня удовольствием, — сказал он. — Спасибо за любезное приглашение. — Ты говоришь, что хочешь, чтобы я был счастлив, — внезапно выпалил Сюй Цзинь, его голос слегка дрожал от эмоций. Хань Е протянул руку, чтобы взять его за руку. — Да, любовь моя? — сказал он, наслаждаясь тем, как Сюй Цзинь, казалось, отшатнулся и от его прикосновения, и от ласкательного имени, но не смогла остановить и контролировать ни то, ни другое. — Фу Жун — моя жена, моя бывшая жена, — сказал Сюй Цзинь так, как будто он пытался тщательно подбирать слова. — Если бы я только мог увидеть ее, прежде чем ее отправят в ссылку —… Хань Е увидел, как вытянулось лицо матери Сюй Цзиня, и понял, что она, должно быть, слышала новость о том, что бывшая жена Сюй Цзиня была казнена вместе с остальными детьми императора. Он размышлял, было бы лучше солгать Сюй Цзиню и сказать, что Фу Жун уже была сослана или следовало сказать ему правду. Первое, вероятно, ухудшило бы ситуацию в долгосрочной перспективе, но второе, безусловно, привело бы к сильному эмоциональному всплеску сейчас. — Наложница Шу, — сказал Хань Е, бросив взгляд на мать Сюй Цзиня, надеясь, что она уловит его тон. — Сюй Цзинь совершенно измотан после нашей свадьбы, я думаю, будет лучше, если он отдохнет —… — Я понимаю, — ответила мать Сюй Цзиня, быстро вставая и кланяясь Хань Е и Сюй Цзиню. Сюй Цзинь тоже встал, собираясь взять ее за руку, прежде чем она смогла выйти из комнаты. — Мама, — сказал Сюй Цзинь, сжимая ее руку. — Я приду и увижу тебя позже. Последовала пауза, прежде чем мать Сюй Цзиня кивнула, а затем снова поклонилась Хань Е и вышла из комнаты в сопровождении нескольких охранников Хань Е. — Иди сюда, — приказал Хань Е, подзывая Сюй Цзиня и указывая ему на колени. Сюй Цзинь остался стоять, свирепо глядя на Хань Е сверху вниз, его руки были сжаты в кулаки по бокам. — Я хочу увидеть свою жену — — Бывшую жену, — строго напомнил ему Хань Е. — Теперь подойди сюда и сядь. Не заставляй меня повторять дважды. Сюй Цзинь поколебался, затем смягчился и неохотно сел на колени Хань Е, поморщившись, когда Хань Е крепко обнял его обеими руками, положив подбородок на плечо Сюй Цзиня. — Боюсь, я получил неприятное известие этим утром, — тихо сказал Хань Е на ухо Сюй Цзиню. — На вашу бывшую жену и семью напали бандиты после того, как вчера они были изгнаны. Они все были убиты. Сюй Цзинь на мгновение замер. — Как —убита? — он повторил. — Это… бандиты… — Дороги здесь могут быть довольно опасными, — сказал Хань Е. — К счастью, я всегда буду здесь, чтобы защитить тебя —… — Ты лжешь! — Сюй Цзинь прервал, его тело задрожало в объятиях Хань Е. — Как бандиты могли их убить? Ты —это ты убил их, да? Сюй Цзинь вырвался из рук Хань Е и сердито вскочил на ноги, где его немедленно удержали охранники Хань Е. — Ты ублюдок! — Сюй Цзинь кричал на него, слезы текли из его глаз, когда он боролся с охранниками. Он был потрясающе красив, когда плакал, подумал Хань Е, одетый в свои изысканные свадебные одежды и с тонким макияжем. — Ты можешь обвинять меня сколько угодно, если это поможет тебе смириться, — сказал Хань Е, делая глоток чая. Сюй Цзинь издал звук, который был чем-то средним между криком и рыданием, упав на колени. Его лицо было красным и мокрым, по нему текли слезы и сопли, когда он выл в агонии, прижавшись лбом к полу. Хань Е вздохнул и встал. — Уведите. Оставьте его в моей спальне прикованным, — сказал Хань Е своим солдатам, решив, что он пойдет и найдет Фэйе или Вэнь Шо и будет беспокоить кого-нибудь из них до конца этого дня. Сюй Цзинь, конечно, был прекрасен, когда плакал, но его стенания были довольно неприятны для ушей, и Хань Е понимал, что это продлится какое-то время.