Опасен

ЛУН ФЭЙЕ

Фэйе вытянулся в постели, зевая, а затем повернулся, чтобы снова свернуться калачиком рядом с Сюй Цзинем. Сюй Цзинь пошевелился и перекатился на бок, открыв глаза и нежно поцеловав Фэйе в губы. — Доброе утро, — сказал Фэйе, целуя Сюй Цзиня в ответ. — Еще рано, — сонно пробормотал Сюй Цзинь. — Почему ты не спишь? — Этим утром я собираюсь посетить алхимическую лабораторию, — сказал Фэйе, — чтобы увидеть Юньтяня. — Хм, — ответил Сюй Цзинь, на мгновение замерев при звуке имени Пэй Юньтяня, а затем нахмурившись. Фэйе улыбнулся. — Я передам ему от тебя привет. — Ты этого не сделаешь! — Сюй Цзинь зарычал. — Мне нечего ему сказать —… — Я не идиот, — перебил Фэйе. — У тебя проблемы со сном с тех пор, как он съехал, ты иногда пропадаешь на целые вечера или после обеда, и мы даже застали вас двоих вместе несколько недель назад. Сюй Цзинь сморщил лицо, а затем спрятал его на груди Фэйе. — Я не хочу об этом говорить. Фэйе рассмеялся. — Я не понимаю, почему ты не можешь просто дружить с ним. — Потому что он груб и раздражает, — сказал Сюй Цзинь, его голос был приглушен грудью Фэйе. Фэйе вздохнул и погладил Сюй Цзиня по затылку. — Ну, мне все равно нужно уйти сейчас, так что тебе придется меня отпустить. Сюй Цзинь застонал и перевернулся, отпуская Фэйе и заворачиваясь в одеяла, пока не превратился просто в кокон с парой больших карих глаз, моргающих на него. — Как взрослый мужчина может быть таким милым? — Недоверчиво спросил Фэйе, легонько щелкнув Сюй Цзиня по лбу. — Увидимся позже. — Подожди, — сказал Сюй Цзинь, садясь и хватая Фэйе за руку. Он притянул его к себе и поцеловал, тихо вздохнув в губы Фэйе. — Увидимся позже. Фэйе быстро развернулся и вышел из комнаты, прежде чем Сюй Цзинь смог увидеть, как он покраснел. Он шел по коридорам, обращая внимание на то, куда идет, чтобы не заблудиться. Алхимические лаборатории находились не в той части дворца, которую он часто посещал, а с таким количеством комнат было очень легко оказаться не в том месте. Фэйе был почти уверен, что никто не причинит ему вреда, пока Хань Е был императором, но он знал, что некоторые дворяне и генералы смотрели на него не просто из любопытства или дружелюбия. От их пристальных взглядов ему становилось не по себе, но, по крайней мере, теперь у него было оружие. Фэйе почувствовал запах алхимических лабораторий еще до того, как нашел их, запах горелых трав и вонь чего-то, чего он не определил, но от чего волосы у него на затылке встали дыбом. Он последовал за запахом через тяжелые двери и оказался в огромной комнате, полной кипящих горшков, котлов и высушенных растений, со странными предметами в банках и мертвыми животными, свисающими с потолка. Это почти походило на логово ведьмы, подумал Фэйе. Он заметил Пэй Юньтяня, склонившегося над столом и торопливо строчащего в блокноте. Фэйе некоторое время наблюдал за тем, как он пишет, находя забавным, что Пэй Юньтянь даже не заметил его, и наслаждаясь тем, как мило сморщился его носик, прежде чем он поспешно зачеркнул все, что только что написал, и начал снова. Пэй Юньтянь испустил громкий разочарованный вздох и поднял глаза. Он чуть не упал со своего стула, когда заметил Фэйе, наблюдающего за ним с другого конца комнаты. — Ф—Фэй-да-ге! Как долго ты там находишься? — что случилось? — возмущенно спросил он, вставая и захлопывая свой блокнот. Фэйе подошел к нему. — Не очень долго, — сказал он. — Просто за тобой было довольно интересно наблюдать. Пэй Юньтянь прищурился и скрестил руки на груди, что только придало ему привлекательности, Фэйе вздохнул и сделал еще несколько шагов к Пэй Юньтяню, желая протянуть руку и обнять его, но переживая, что ему, возможно, больше не будет предоставлена такая привилегия. — Итак, ты здесь, чтобы помочь мне придумать несколько ядов, которые мы можем использовать в предстоящих боях, — сказал Пэй Юньтянь, мягко прочищая горло. Фэйе показалось, что он покраснел, но при тусклом освещении это было трудно определить. — Насчет этого, — немного застенчиво сказал Фэйе. — Я… пришлось сказать Хань Е, что знаю больше, чем на самом деле, просто чтобы у нас был шанс поговорить наедине. Моя покойная жена Юньси — она знала о ядах. На самом деле я ничего не знаю. Пэй Юньтянь уставился на него. — Ты солгал? Ты?.. врал Хань Е? Фэйе усмехнулся. — Что? Неужели я не способен? Это безвредная ложь, и это означает, что я смогу ненадолго увидеть тебя. И еще могу помочь тебе: я могу измельчить травы или вскипятить воду, любая помощь. Пэй Юньтянь подозрительно посмотрел на него. — Почему ты так хочешь меня видеть? — Я скучаю по тебе, — сказал Фэйе, рискнув всем и протянув руку, чтобы коснуться руки Пэй Юньтяня. — И я чувствую себя виноватым из-за того, как все вышло. Пэй Юньтянь пожал плечами. — Все нормально. Сюй Цзинь нравится тебе больше, чем я. Я ведь знал это. — Все не так просто, — запротестовал Фэйе. — Хань Е позволил Сюй Цзиню и мне снова держать оружие, и после испытания с убийцами ранее, а затем похищения — дважды для Сюй Цзиня — я должен был принять меры, чтобы у нас был какой-то способ защитить себя. Пэй Юньтянь снова пожал плечами. — Я же сказал тебе, все в порядке. В любом случае, сейчас я счастливее. Цзи Фа добр ко мне и не запугивает меня, как Сюй Цзинь. — Ах. — Фэйе улыбнулся, но он не был уверен, что улыбка достигла его глаз. — Я… Я рад, что ты сейчас счастливее. Пэй Юньтянь вздохнул. — Ну, если ты ничего не знаешь о ядах, я полагаю, тогда это все на моей совести. Фэйе виновато опустил взгляд. — У тебя есть какие-нибудь идеи? — он спросил. — На самом деле много, — ответил Пэй Юньтянь. — Но я не хочу делиться ими с Хань Е. Больной ублюдок, вероятно, в какой-то момент попытается использовать их против меня. Обычно Фэйе отчитал бы Пэй Юньтяня за такие слова, но он не хотел продолжать отталкивать его дальше, поэтому он просто вздохнул. — Мы должны попытаться что-то создать; мы тоже боремся за себя, а не только за его высочество. Пэй Юньтянь в третий раз пожал плечами. — Что ты пишешь в своем блокноте? — Спросил Фэйе. — Это книга рецептов вина Цзи Фа? Пэй Юньтянь впился в него взглядом. — Не твое дело, — пробормотал он в ответ. — Я собираюсь пойти и найти немного аконита, вероятно, мы сможем изготовить какой-нибудь яд, чтобы покрыть им мечи солдат. Фэйе заметил, что Пэй Юньтянь забрал с собой свой блокнот, когда уходил. Он не знал, что такое аконит, и чувствовал, что будет скорее помехой, таскаясь за Пэй Юньтянем, пока тот обыскивал лабораторию, поэтому он остался там, где был, двигаясь только для того, чтобы осмотреть различные банки со странными ингредиентами вокруг него. Через некоторое время Пэй Юньтянь вернулся с горстью ингредиентов, флаконов, бутылочек и колб и высыпал все это на стол. — Если мы все это измельчим, добавим в воду и прокипятим, получится липкий яд. Любой, кого ранят мечом, покрытым им, умрет, как только он попадет в их кровоток, — сказал Пэй Юньтянь. — Это также вызывает неукротимую рвоту. Фэйе сморщил нос. — Очаровательно, — сказал он. — Что я могу сделать, чтобы помочь? — Сними свою одежду и встань перед моим столом, — сказал Пэй Юньтянь, садясь и начиная измельчать травы в миске. — Что? — Фэйе спросил. — Снять с себя одежду? Но зачем? — Чтобы развлекать меня, пока я работаю, — с усмешкой ответил Пэй Юньтянь. Фэйе громко усмехнулся и, подойдя, игриво хлопнул Пэй Юньтяня по плечу. Пэй Юньтянь поймал его за руку и остановил, и они боролись друг с другом несколько секунд, прежде чем Фэйе сдался и попытался отпустить. Пэй Юньтянь продолжал удерживать его за руки и притянул Фэйе ближе, пока их лица не оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. Фэйе не захотел ждать, он сократил расстояние между ними и нетерпеливо поцеловал Пэй Юньтяня, вздохнув, когда почувствовал его руки в своих волосах. Пэй Юньтянь встал и крепко прижался к нему, притянув Фэйе так близко, как только мог. — Юньтянь, — сказал Фэйе, слегка задыхаясь, когда они оторвались друг от друга через несколько минут. — Если мы закончим здесь быстро, я знаю тихую комнату, мы могли бы —… Пэй Юньтянь снова поцеловал его в ответ, обхватив Фэйе через его одежду и улыбнувшись ему в губы, когда Фэйе одобрительно застонал ему в рот. Когда Пэй Юньтянь неохотно отстранился, чтобы продолжить измельчать травы в высокотоксичный яд, Фэйе встал позади него, нежно массируя его плечи во время работы и покрывая нежными поцелуями заднюю часть шеи Пэй Юньтяня. — Я тоже по тебе скучал, — пробормотал Пэй Юньтянь, покончив с травами. — Сильно. Фэйе крепко обнял его сзади, закрыв глаза и стоя там, обняв Пэй Юньтяня, не желая отпускать. — Давай больше не будем отдаляться друг от друга, пожалуйста, — пробормотал Фэйе в плечо Пэй Юньтяня. Пэй Юньтянь тихо промычал в знак согласия и потянулся, чтобы взять Фэйе за руки. — О, — сказал он, скривившись. — Вообще-то, тебе следует вымыть руки, на всякий случай. Ты же не хочешь умирать! Фэйе отпустил его, подойдя к раковине, чтобы отмыть руки от оставшихся токсичных веществ. Пэй Юньтянь высыпал остатки измельченных трав в маленькую кастрюлю с водой, а затем перелил ее в горшок на плите, прежде чем присоединиться к Фэйе и вымыть руки. — Теперь мы можем оставить травы на плите на несколько часов, — небрежно сказал Пэй Юньтянь, хотя его глаза продолжали быть прикованы к лицу Фэйе. — Итак, если бы ты хотел —… Фэйе схватил его и выволок из лаборатории, не оглядываясь.

ХАНЬ Е

      Хань Е шел в казарму, где тренировались солдаты, и совершенно случайно наткнулся на Сюй Цзиня, без рубашки и потеющего под полуденным солнцем, когда он тренировался с другими солдатами. День был обжигающе жарким, поэтому Хань Е понимал, почему Сюй Цзинь разделся, но он все равно почувствовал укол ревности, когда увидел, что другие солдаты пялятся на его супругу. Взяв меч, Хань Е вернулся на тренировочное поле и подошел к Сюй Цзиню, который еще не заметил его. Другие солдаты, когда они увидели приближающегося Хань Е, все широко раскрыли глаза от страха и сделали уважительный шаг назад, прежде чем упасть на колени. Сюй Цзинь оглядел их всех, нахмурившись, прежде чем развернуться как раз вовремя, чтобы перехватить руку Хань Е, которая направлялась к его заднице. — Ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь сквозь стиснутые зубы, когда Хань Е ухмыльнулся ему. — Чему мы обязаны удовольствием от вашего визита? — Естественно, я здесь, чтобы попрактиковаться в бою на мечах, — сказал Хань Е, отступая назад и поднимая свой меч. — Я давно не был на войне, Сюй Цзинь, возможно, ты помнишь, когда я был там в последний раз, мы были по разные стороны баррикад. Хотя, я действительно победил, не так ли? Странная улыбка скользнула по лицу Сюй Цзиня, и в его глазах вспыхнули те же эмоции, когда он вытащил свой собственный меч и посмотрел поверх острия в лицо Хань Е. — Действительно, Ваше высочество. Возможно, я не смогу предложить вам вызов, которого требует ваш уровень мастерства. — Не нужно скромничать, Сюй Цзинь, — сказал Хань Е, кружа вокруг него, легко держа меч в правой руке. — Если бы мы сражались один на один, возможно, все было бы по-другому. Сюй Цзинь не ответил, но сделал выпад вперед, взмахнув клинком и нанес удар такой силы, что Хань Е едва не выронил меч при парировании. Хань Е ухмыльнулся и отскочил назад, чтобы сменить позицию, только для того, чтобы обнаружить, что Сюй Цзинь снова наносит ему удар. Находясь на задворках, Хань Е было трудно делать что-либо, кроме как отражать атаки Сюй Цзиня, и с каждым шагом он все больше терял равновесие. Видя забор позади себя боковым зрением, Хань Е знал, что всего через несколько секунд он будет прижат к нему, что даст Сюй Цзиню легкую победу и поставит его в неловкое положение перед всеми его солдатами. Быстро подумав, Хань Е заглянул Сюй Цзиню через плечо. — Фэйе! — позвал он с улыбкой. Сюй Цзинь повернулся, чтобы посмотреть на Фэйе, и в этот момент Хань Е бросился вперед и повалил его на землю, приставив меч к его горлу. — О, Сюй Цзинь, — сказал Хань Е, не в силах удержаться от небольшого злорадства. — Это оказалось слишком просто. Сюй Цзинь оскалил зубы на Хань Е в рычании, выкатываясь из-под его меча и вскакивая обратно на ноги. — Давайте еще раз, Ваше высочество. Мне явно есть чему у тебя поучиться. Хань Е ухмыльнулся и поднял свой меч. — Тогда пойдем. На этот раз Сюй Цзинь не смог вывести Хань Е из равновесия, и их клинки громко столкнулись друг с другом, звук удара металла о металл разнесся по всему тренировочному двору. Сюй Цзинь кряхтел от напряжения каждый раз, когда с силой опускал свой меч, и Хань Е начинал подозревать, что он делает это нарочно, чтобы отвлечь его. Пот стекал по ключице Сюй Цзиня, и дальше вниз по его груди — Хань Е едва успел вовремя отскочить назад, чтобы избежать меча Сюй Цзиня. — Ваше высочество, оскорбительно, что вы даже не обращаете внимания во время нашего боя, — сказал Сюй Цзинь, неумолимо продвигаясь вперед и заставляя Хань Е поворачиваться вбок, чтобы уклониться от его ударов. — Я всего лишь человек, — сказал Хань Е, встретившись с ним взглядом, прежде чем он с силой опустил свой меч на меч Сюй Цзиня. — Моя супруга, одевающаяся так вызывающе —… Сюй Цзинь парировал его удар и бросился вперед, выставив локоть так, что Хань Е едва удалось увернуться от него. — Обвиняешь меня в использовании нечестной тактики после нашего последнего раунда? — Спросил Сюй Цзинь, слегка задыхаясь. — Позорище! Хань Е смеялся, когда он продвигался вперед, нанося удары Сюй Цзиню и отбивая все его встречные удары, отталкивая его назад. — Ты поймал меня, — сказал он, когда спина Сюй Цзиня врезалась в забор позади него. Он приставил свой клинок к горлу Сюй Цзиня и ухмыльнулся, снова одержав победу. — Брось свое оружие. Глаза Сюй Цзиня сузились, и он двинулся вперед, кончик меча Хань Е уперся ему в шею. Хань Е быстро отдернул руку, боясь действительно проткнуть горло Сюй Цзиня, и уставился на него. — Используешь меня в своих интересах, сейчас? — сказал он, в то время как Сюй Цзинь продолжал идти к нему. Сюй Цзинь поднял свой меч и отбил клинок Хань Е в сторону, прежде чем броситься на него так агрессивно, что у Хань Е не было времени уклониться и он почувствовал, как металл прорезал его руку. — Бля… — Это всего лишь царапина, — сказал Сюй Цзинь, поднимая свой меч. Край лезвия был красным. — И Ваше высочество быстро выздоравливает. Хань Е хмуро смотрел на него и поднес руку ко рту, посасывая рану. Больно было, но, как и сказал Сюй Цзинь, Хань Е быстро исцелился. Хань Е нырнул вперед, набрасываясь на Сюй Цзиня с яростью, которую он обычно не проявлял на тренировках, но Сюй Цзинь сам навлек это на себя. Он увидел, что его супруга пошатнулась от силы его удара, и двинулся на него, не давая Сюй Цзиню шанса восстановить равновесие. Вокруг них раздавался лязг металла, и Хань Е мог видеть только клинок Сюй Цзиня перед собой, чувствовал только вкус крови на губах, когда он продвигался вперед. Сюй Цзинь снова споткнулся, непривыкший к таким яростным нападениям, и Хань Е отбил его ногой, сильно ударив по колену. Сюй Цзинь зашипел и едва успел вовремя отшатнуться назад, чтобы избежать следующего удара Хань Е. Они стояли друг перед другом, запыхавшись и задыхаясь. Хань Е слышал, как его собственное сердце колотится в груди, адреналин струился по его телу, и было еще труднее мыслить здраво, когда перед ним стоял Сюй Цзинь без рубашки, лоснящийся и слегка покрытый синяками. Хань Е знал, что ничто так не доставит ему удовольствия, как одолеть Сюй Цзиня, повалить его на землю и трахать его, пока они оба не выдохнутся. Но все солдаты, которые тренировались, теперь наблюдали за их поединком со стороны, широко раскрыв глаза и с нетерпением ожидая, кто одержит победу. Не так давно Хань Е, вероятно, сделал бы это в любом случае, несмотря на эту аудиторию. Но когда он посмотрел на лицо Сюй Цзиня, даже несмотря на то, что его супруга в данный момент смотрела на него в ответ со стиснутыми зубами, он почувствовал, как его сердце смягчается от привязанности, и любое желание унизить его исчезло вместе с этим чувством. Хань Е поднял руку и осмотрел порез, который уже почти полностью зажил. — Для неудачника, Сюй Цзинь, ты неплохо держишься. Сюй Цзинь усмехнулся. — Получить такой комплимент от моего любимого императора. Поистине, вы оказываете мне честь такими словами, Ваше Высочество. Хань Е усмехнулся, чувствуя, как жар пробежал у него по коже от ответа Сюй Цзиня. — Почему бы тебе не закончить свою тренировку здесь на сегодня, а? У меня есть меч другого типа, который я хотел бы показать тебе во дворце. Некоторые из наблюдавших за происходящим солдат захихикали. Сюй Цзинь закатил глаза и снова поднял свой клинок, направив его на Хань Е. — Победите меня еще раз, ваше высочество, и тогда я буду счастлив вернуться с вами. Хань Е почувствовал, как его губы скривились в ухмылке, и он поднял свой собственный меч, направив его обратно на Сюй Цзиня. — Тогда приготовься сдаться. Их мечи снова столкнулись, металлический лязг разнесся по двору и заставил Хань Е сжать зубы. Каждую успешную атаку Сюй Цзинь каким-то образом умудрялся отразить, и это приводило к тому, что они оказывались в ловушке, казалось бы, бесконечного круга атак, уклонений и контратак, пока оба не были измотаны, но оба оказались слишком упрямы, чтобы сдаться. Хань Е надеялся, что после целого утра тренировок Сюй Цзинь, возможно, начнет уставать настолько, чтобы начать совершать глупые ошибки, но вместо этого он казался более сосредоточенным, чем когда-либо. Каждый раз, когда Хань Е совершал оплошность, Сюй Цзинь пользовался полным преимуществом и чуть не выводил его из себя. Если бы Хань Е сам не был таким превосходным фехтовальщиком, он бы уже проиграл несколько раз. Когда меч Сюй Цзиня метнулся к нему, Хань Е уклонился назад, а затем посмотрел вниз и увидел, что его одежды разрезаны на груди. Они начали развеваться на ветру и от движений Хань Е, что было слишком отвлекающим, поэтому Хань Е быстро сорвал их, отбросив в сторону. Он стоял перед Сюй Цзинем с обнаженной грудью, на нем остались только нижние части одежды. Сюй Цзинь на мгновение замер, его взгляд остановился на груди Хань Е, затем скользнул по мышечным линиям его пресса и плеч, вплоть до рук. Хань Е ухмыльнулся, когда увидел, что Сюй Цзинь разглядывает его, и согнул руку с мечом. — Если ты сдашься, Сюй Цзинь, вместо этого тебя могли бы обнять эти руки —… Сюй Цзинь закатил глаза и покачал головой, но Хань Е мог видеть легкую улыбку на его губах. — Снова пытаетесь обмануть, ваше высочество? Если ты не можешь победить с честью —… Хань Е проигнорировал его и вместо этого потянулся, наблюдая, как Сюй Цзинь облизывает губы и сглатывает, когда капелька пота стекла по груди Хань Е. Хань Е внезапно схватил свой меч и бросился вперед. Он ударил мечом Сюй Цзиня под неудобным углом, отводя руку Сюй Цзиня в сторону и позволяя Хань Е ударить его по руке рукоятью. Сюй Цзинь выронил свой меч и с болезненным стоном схватился за руку. Хань Е увидел по его лицу, что он понял, что только что проиграл. Он с силой прижал Сюй Цзиня к земле, приземлившись на него сверху. Хань Е громко застонал, когда он, наконец, прижал Сюй Цзиня к земле, облегчение пробежало по его уставшим мышцам. — Ты проиграл, Сюй Цзинь. — Ты сражаешься бесчестно, — пробормотал Сюй Цзинь, искоса взглянув на свой меч, который лежал вне досягаемости. Руки Хань Е крепче сжали оба запястья Сюй Цзиня, убедившись, что он не может пошевелиться. — Честь не спасет тебя на поле боя, и она не спасет тебя, когда вражеский король захочет отрубить тебе голову, — сказал ему Хань Е, быстро взглянув вверх, чтобы убедиться, что солдаты все еще их слушают. — Если мне приходится симулировать травму, бросать песок в глаза врагу или откусывать ему нос, мне насрать, считается ли это благородными приемами. Я нацелен не только выжить, я жажду только победы. — Что ж, спасибо, что не откусил мне нос, — сухо ответил Сюй Цзинь. Хань Е улыбнулся и наклонился, чтобы нежно поцеловать Сюй Цзиня в нос. Он снова встал, протягивая Сюй Цзиню руку, чтобы тот взял ее, помогая встать на ноги. Хань Е притянул Сюй Цзиня к своей груди и поцеловал его, чувствуя, как возбуждение разливается по его телу. — Давай вернемся во дворец, чтобы я мог забрать свой приз, — прошептал он на ухо Сюй Цзиню, затем потащил его прочь от казарм по направлению к дворцу. Как только они вошли во дворец, Хань Е решил, что ждать больше уже невозможно. Он схватил Сюй Цзиня и затащил его в пустую комнату, радуясь, что тот уже был без рубашки, когда покрывал его шею и грудь поцелуями. Иногда ему казалось, что тело Сюй Цзиня было намеренно создано, чтобы сводить его с ума: его тонкая, изящная талия, которая, казалось, так идеально помещалась в руках Хань Е, его сильное, мускулистое тело, которое казалось таким твердым, когда они сражались, но становилось таким мягким, когда раскрывалось под ним. Хань Е почувствовал головокружение от желания, когда он толкнул Сюй Цзиня на стол спиной и забрался на него сверху, пробежавшись руками по всему его телу и вонзив зубы в натянутую кожу между шеей и плечом. Сюй Цзинь застонал, когда Хань Е придвинулся к нему, его пальцы запутались в волосах Хань Е, направляя и приглашая его к самым чувствительным местам. Хань Е позволил своему дыханию коснуться темно-коричневого бугорка соска Сюй Цзиня, почувствовав, как у Сюй Цзиня перехватило дыхание в ответ, когда его руки сжались в волосах Хань Е. Он позволил Сюй Цзиню прижать его к своей груди и жадно сосал его, чувствуя, как реагирует его собственное тело каждый раз, когда Сюй Цзинь стонал и его бедра приподнимались в поисках прикосновения Хань Е. Хань Е переместился так, что его бедро прижалось к паху Сюй Цзиня, и он почувствовал, как его супруга извивается и дрожит, прижимаясь к нему, запустив руки в его волосы и цепляясь за остатки его одежд. — Ха—Хань Е, — ахнул Сюй Цзинь, его щеки вспыхнули, а губы порозовели. Хань Е провел языком по чувствительному соску Сюй Цзиня и услышал, как тот заскулил, и почувствовал, как он дрожит. — Попроси, — сказал Хань Е мягким и глубоким голосом, — и я оттрахаю тебя до экстаза. Сюй Цзинь засмеялся, тяжело и хрипло, его голова откинулась назад, к столу под ним. — Как будто ты мог остановить себя, — сказал он, тяжело дыша, а затем застонал, когда Хань Е стал двигать бедрами, покачивая их вместе. Хань Е поцеловал шею Сюй Цзиня, мягко и дразняще, когда его рука скользнула между ними, потянувшись к члену Сюй Цзиня. Он нашел его твердым и влажным, тяжелым на бедре, и Сюй Цзинь вздрогнул, когда Хань Е начал его наглаживать. — Мой супруг такой непослушный, — сказал Хань Е, дыша в шею Сюй Цзиня. — Всегда такой упрямый, даже когда я пытаюсь доставить тебе удовольствие. Сюй Цзинь вздохнул, ритмично толкаясь в руку Хань Е. — Вам нравится, когда вам бросают вызов, ваше высочество, я всего лишь даю вам то, что вы хотите. Хань Е ухмыльнулся и убрал руку с промежности Сюй Цзиня, поднеся влажные, липкие пальцы ко рту и слизывая с них остатки спермы, поддерживая зрительный контакт с Сюй Цзинем, когда он это делал. — Возможно, мне действительно нравится бросать вызов, — согласился Хань Е, медленно облизывая губы. — Мне понравилось, что я смог победить тебя в нашей сегодняшней дуэли. Я хотел трахнуть тебя в грязи там, перед всеми этими солдатами, заставить тебя громко кричать подо мной перед всеми —… Сюй Цзинь забился, извиваясь в объятиях Хань Е, его глаза закрылись. Хань Е склонился над ним, его губы прошлись по шее и челюсти Сюй Цзиня. — Тебя это возбуждает, Сюй Цзинь? — Хань Е поднял ноги Сюй Цзиня вверх, раздвигая их. — Может быть, это то, чего ты все-таки хотел. Сюй Цзинь задрожал, качая головой и бормоча отрицания. Хань Е продолжал поглаживать его, пока он втирал масло в свой член, затем прижал головку прямо к дырочке Сюй Цзиня. — Все бы видели, как сильно тебе нравится, когда я тебя трахаю, — прорычал Хань Е, толкаясь внутрь Сюй Цзиня, пока он говорил. Сюй Цзинь тихо застонал, еще шире раздвигая ноги и обхватывая лодыжками заднюю часть бедер Хань Е. Хань Е выругался в губы Сюй Цзиня, агрессивно двигаясь вперед и раскачивая бедрами взад-вперед в быстром темпе. Какая-то часть его взбесилась, когда Сюй Цзинь использовал свои ноги, чтобы завести Хань Е глубже, и он обнаружил, что не может сосредоточиться ни на чем, кроме своего желания быть внутри него, вонзаясь всё глубже. Стоны Сюй Цзиня становились все громче и чаще, пока каждый толчок не заставлял его умолять Хань Е о большем. Хань Е наклонился вперед и захватил рот Сюй Цзиня поцелуем, посасывая его нижнюю губу и толкаясь несколько последних раз, прежде чем кончить, убедившись, что Сюй Цзинь чувствует, как его член пульсирует в его растянутой дырочке, когда он изливался в него. Сюй Цзинь продолжал жаться к Хань Е, нанося удары, вонзаясь в его руку. Он вздрогнул, когда наконец кончил, пролившись через пальцы Хань Е. Как только Сюй Цзинь кончил, Хань Е заставил его дочиста облизать пальцы, прежде чем слезть с него и поднять с пола одежду Сюй Цзиня. — Вот, — сказал Хань Е, протягивая их ему, и остановился, удивленный, потому что Сюй Цзинь остался лежать на столе неподвижно. — Я слишком измотан, — сказал он. — Отнеси меня обратно в нашу комнату. Хань Е поколебался, затем сел на край стола рядом с Сюй Цзинем. Его красивое, мускулистое тело было украшено несколькими различными шрамами, но в остальном он был безупречен. Хань Е почувствовал внезапное желание изменить это, поэтому он наклонился над ним, грубо посасывая шею Сюй Цзиня, затем прокладывая свой путь вниз по его плечу к груди. Сюй Цзинь немного поежился, когда поцелуи Хань Е стали более голодными, но он, казалось, был доволен лежать и отдыхать, пока Хань Е украшал его тело следами своих укусов. В конце концов Хань Е перестал сосать и покусывать и вместо этого использовал свой язык, осторожно облизывая поврежденную плоть по всему телу Сюй Цзиня. Измученный тренировками и вниманием Хань Е, Сюй Цзинь вскоре погрузился в сон; лишь ненадолго проснувшись снова, когда Хань Е завернул его в одежду и поднял на руки. Хань Е решил, что сделает так, как просил супруг, и отнес его обратно через весь дворец в их спальню. Хань Е вернулся в их комнату, прижимая Сюй Цзиня к своей груди. Вся его грудь и шея были покрыты красными и фиолетовыми отметинами, как будто его растерзал дикий зверь. Хань Е вошел в дверь и направился к ваннам, где он обнаружил Фэйе, расслабляющегося в горячем источнике. — Ваше высочество? — Сказал Фэйе, его глаза расширились, когда он увидел тело Сюй Цзиня в его руках. — Что случилось? Он —… — Я немного увлекся, — сказал Хань Е, — но с ним все будет в порядке, как только он немного отдохнет. Фэйе поджал губы, но ничего не сказал, выбираясь из горячего бассейна, чтобы помочь Хань Е уложить Сюй Цзиня на теплые камни. Сюй Цзинь сонно открыл глаза и увидел Фэйе, он улыбнулся ему. — Фэй-ге, — сказал он, протягивая руку, чтобы коснуться его лица. Фэйе наклонился поближе к Сюй Цзиню, нежно обхватив его лицо одной рукой. — Ты ранен? — спросил он тихим голосом, который, как предположил Хань Е, он не должен был услышать. Взгляд Сюй Цзиня метнулся к Хань Е, прежде чем он снова посмотрел на Фэйе и покачал головой. — Я в порядке, — сказал он, — просто… больно. Хань Е громко вздохнул. — Ты действительно считаешь меня таким монстром, Фэйе? Что я причинил бы вред своей драгоценной супруге? Фэйе слегка нахмурился, затем покачал головой. — Нет, Ваше высочество, вы бы никогда не причинили нам вреда. Хань Е кивнул и присел на корточки рядом с Фэйе, обнимая его. — Совершенно верно, — сказал он, целуя Фэйе в плечо. — Я груб только тогда, когда вам нужна более твердая рука, и если вы будете вести себя должным образом, мне никогда не понадобится этого делать, правда? — Нет, ваше высочество, — ответил Фэйе. Внезапно раздался громкий стук в дверь. — Ваше высочество? Хань Е узнал голос, это была Цзыюань. — Чего ты хочешь? — Хань Е отозвался. — Я принимаю ванну. — У меня есть новости, касающиеся короля Чжоу и войны, — сказала Цзыюань. — Я подожду тебя снаружи; пожалуйста, не трать слишком много времени. Хань Е оглянулся на Фэйе и вздохнул. — Присмотри за Сюй Цзинем, пока меня не будет, — сказал он, снова целуя его в плечо, затем наклоняясь, чтобы поцеловать в щеку. — Я скоро вернусь. Фэйе кивнул, глядя сверху вниз на Сюй Цзиня, а затем наблюдая за Хань Е, когда тот шел к двери. — Фэйе, — сказал Хань Е, поворачиваясь перед уходом, чтобы обнаружить, что Фэйе уже смотрит на него. — Да, ваше высочество? — Я люблю тебя, — сказал Хань Е мягким голосом. Фэйе закусил губу. — Я тоже тебя люблю, — сказал он, прежде чем опустить взгляд на лицо Сюй Цзиня. Хань Е плотнее запахнул халат и вышел в соседнюю комнату, где обнаружил Цзыюань, сидящую за столом и чистящую апельсин. — Какие у тебя новости? — Что случилось? — спросил ее Хань Е, чувствуя себя немного раздраженным после того, как его общение с Фэйе было прервано. — Мои шпионы в Чжаогэ сообщают, что король Чжоу уже планирует отправить свои войска, — сказала Цзыюань, отправляя в рот дольку апельсина. — Но, что более важно, он также отправляет делегации к нашим соседям, намереваясь предложить правителям совместный альянс, если они встанут на его сторону против нас. Среди прочего, обещания будущей защиты и более благоприятных будущих торговых сделок. Хань Е внутренне выругался. — Я понимаю, — сказал он. — Тогда я тоже должен послать делегации, хотя бы для того, чтобы запугать их и заставить отказаться. — Я могу отправить Вэнь Шо с почетной охраной, — предложила Цзыюань, — это окажет большее влияние, если он поедет. Хань Е нахмурился. — Я не хочу, чтобы Вэнь Шо ехал, — сказал он. — Он и так слишком занят управлением безопасностью и подготовкой солдат к боям у наших границ. Хань Е наблюдал, как Цзыюань медленно пережевывает дольку апельсина, прежде чем его осенила идея. — Что, если я сам поеду вместо него? — предложил он, — Я мог бы отправиться со своими супругами. Нам не понадобился бы такой большой почетный караул, и Вэнь Шо мог бы продолжать свою работу, обеспечивая защиту наших границ. Цзыюань, нахмурившись, обдумала его предложение. — По общей логике, они с меньшей вероятностью откажут тебе в глаза, — сказала она, — но посылать тебя со всеми твоими супругами и всего лишь небольшой охраной слишком рискованно. Я бы не советовала этого. — Если я не поеду сам, этот альянс уже можно считать заключенным, — сказал Хань Е. — Король Чжоу будет очаровывать их и угрожать им, и если я не напомню им, почему они боятся меня в первую очередь, они все встанут на его сторону. Цзыюань выглядела так, как будто не хотела соглашаться, но она знала, что их время и возможности были сильно ограничены. — Тогда… если ты настроен на это, тебе следует немедленно выезжать, — сказала она, вставая. — Я скажу Вэнь Шо, чтобы он организовал тебе почетный караул, а затем дам знать на конюшнях. — Я соберу своих супругов и мы встретимся там, — сказал Хань Е, поворачиваясь, чтобы вернуться в бани, чтобы поговорить с Фэйе и Сюй Цзинем. Когда Хань Е вошел в дверь, он увидел, что Сюй Цзинь лежит, положив голову на колени Фэйе, а Фэйе нежно гладит его по волосам. Они оба подняли глаза, когда он вошел в комнату. — Вы вернулись, ваше высочество, — сказал Фэйе, не звуча ни довольным, ни разочарованным. Сюй Цзинь сел и забрался на колени Фэйе, обхватив его руками за талию. — Мы отправляемся в восточные районы меньше чем через час, — сказал Хань Е. — Собирайтесь, я прикажу слугам упаковать вашу одежду и все остальное, что вам может понадобиться. — Почему? — Спросил Фэйе. — Что случилось? — Мы собираемся нанести визит паре наших ближайших соседей, чтобы напомнить им, почему для них было бы хорошей идеей не становиться на сторону короля Чжоу против нас, — сказал Хань Е. — Я не силен в лести, поэтому мы отправимся туда, чтобы угрожать им. Я хочу, чтобы вы оба были в доспехах. — И мы только угрожаем им? — Спросил Фэйе, его рука мягко двигалась вверх и вниз по талии Сюй Цзиня. — И ничего кроме? Хань Е кивнул. — Да. Таков план. — Ты поможешь мне надеть доспехи, Фэй-ге? — спросил Сюй Цзинь, целуя Фэйе в грудь. — Я помогу тебе с твоими. Взгляд Фэйе вернулся к Сюй Цзиню, и он что-то пробормотал Сюй Цзиню, что Хань Е не смог расслышать. — Мы возьмем экипаж, — сказал Хань Е, неохотно отрывая взгляд от своих супругов и направляясь к двери. — Просто убедитесь, что вы готовы, встретимся в конюшнях. Не опаздывайте.

***

— Ваше высочество! — Что случилось? — прошептал Цзи Фа, как только Хань Е вошел в дверь. Он улыбнулся ему, но не подошел, чтобы поцеловать, как делал обычно. Пэй Юньтянь крепко спал у него на коленях. — Пэй-гэгэ спит, — прошептал Цзи Фа, прижимая палец к его губам. Хань Е улыбнулся Цзи Фа и подошел, чтобы сесть рядом с ним, положив руку на бедро Пэй Юньтяня. — Тяньтянь всегда очень крепко спит, — сказал Хань Е, его пальцы скользнули вверх, пока он не смог обхватить задницу Пэй Юньтяня, лаская ее. Цзи Фа с любопытством наблюдал, как Пэй Юньтянь ничего не делал, только тихо постанывал и глубже прижимался к коленям Цзи Фа. — Когда Фэйе, Сюй Цзинь и я жили с Тяньтянем, мы обычно трахались с ним, пока он спал. Он всегда просыпался в ярости из-за этого, но это было так мило… Цзи Фа нахмурился. — Ты раньше говорил, что ему это нравилось… — Он только притворялся, — заверил его Хань Е. — Если бы он этого не хотел, он бы не стонал, как настоящая шлюха, пока мы это делали. Цзи Фа посмотрел на Пэй Юньтяня сверху вниз и нежно погладил его по волосам. — Ваше высочество, — сказал он, — вы просто пришли повидаться с нами, или у вас есть что-то, что вы хотели бы обсудить …? Хань Е вздохнул и отпустил задницу Пэй Юньтяня, решив, что это будет только отвлекающим маневром. — Нам нужно скоро уезжать, — сказал ему Хань Е. — Мы собираемся в качестве делегации посетить некоторых наших соседей, чтобы напомнить им, почему, если они не встанут на нашу сторону, это плохо закончится для них. — О, — сказал Цзи Фа, явно не ожидавший этого. — Это безопасно? Для тебя — для всех нас пойти? — Я буду защищать тебя, — сказал Хань Е с ухмылкой, наклоняясь, чтобы поцеловать Цзи Фа в лоб. — С нами будут солдаты, но нам нужно напугать этих идиотов, чтобы они боялись нас больше, чем короля Чжоу. Цзи Фа закусил губу. — Это будет нелегко, — сказал он, теребя свою одежду. — Король — ужасный человек, ваше высочество, по сравнению с таким героем, как вы! Конечно, вместо этого ты можешь воззвать к их доброй натуре? Хань Е вздохнул, улыбнулся и нежно погладил Цзи Фа по голове. — Ты слишком милый, не так ли? Цзи Фа нахмурился. — Я не знаю, почему ты это говоришь! Хань Е поцеловал его в нос и встал на ноги. — Если ты захочешь взять что-нибудь с собой, дай знать слугам и разбуди Пэй Юньтяня, чтобы он мог собраться. Мне нужно пойти и подготовиться самому, так что я скоро встречу тебя, чтобы вместе дойти до конюшен. Цзи Фа склонил голову. — Да, ваше высочество, — сказал он, мило улыбаясь Хань Е, пока тот не вышел из комнаты. Для Хань Е поездка в карете оказалась несколько болезненной, когда они выехали из дворца на восток. Сюй Цзинь, в частности, все еще был недоволен Хань Е за то, что он взял с собой Цзи Фа, в то время как Пэй Юньтянь и Сюй Цзинь продолжали неустанно препираться и собачиться, как они всегда делали. Цзи Фа, достаточно наблюдательный, чтобы понимать, что атмосфера в салоне была напряженной, но все еще в основном не обращающий внимания на причины, стоящие за этим, беспомощно переводил взгляд с одного на другого, как будто пытался найти способ это исправить. Некоторое время они сидели в тишине, пока экипаж раскачивался на грунтовых дорогах. В какой-то момент Цзи Фа начал напевать себе под нос. Он уставился в окно, разглядывая проплывающую мимо сельскую местность, тихо напевая себе под нос. — Ваше высочество, — сказал Цзи Фа, когда он, по-видимому, исчерпал все песни, которые знал, и ему наскучила сельская местность, — Сколько времени до нашего прибытия? Хань Е посмотрел на него, готовый сказать Цзи Фа, что путешествие займет столько времени, сколько потребуется, и не задавать таких глупых вопросов, но было что-то в милом и серьезном выражении лица Цзи Фа, которое не давало Хань Е возможности отругать его. —… Это займет пару дней, — сказал он, чувствуя, как его сердце смягчается при виде глаз Цзи Фа, пристально смотрящих на него. — Сегодня вечером мы остановимся в гостинице и отдохнем там, прежде чем завтра отправиться во дворец. Цзи Фа серьезно кивнул в ответ на то, что говорил Хань Е, затем, казалось, ему в голову пришла какая-то мысль, и он поднял брови. — Ваше высочество, будем ли мы все сегодня вечером делить одну комнату в гостинице? Или мы с Пэй-гэгэ будем спать в одной комнате, а вы с императрицей и супругой Сюй в другой, как у нас дома? Хань Е улыбнулся ему и обнял Цзи Фа за плечи. — Ты бы хотел, чтобы мы все были вместе? Уши Цзи Фа порозовели, и он нервно взглянул на Фэйе и Сюй Цзиня, которые оба притворялись, что не слушают этот разговор. — Э-э, — сказал Цзи Фа, колеблясь. — Я счастлив сделать все, что вы больше всего предпочтете, ваше высочество. Хань Е повернулся к Фэйе и Сюй Цзиню и поднял бровь: — Тогда что вы двое думаете? — Я бы предпочел этого не делать, — натянуто ответил Сюй Цзинь, не глядя на Цзи Фа или Хань Е и вместо этого предпочитая смотреть в окно. — Фэйе? — Спросил Хань Е. — Если Сюй Цзинь считает это неприемлемым, тогда я согласен с ним, — ответил Фэйе. Хань Е вздохнул. — Хорошо, — сказал он, не желая увязать в этой теме и начинать потенциально бесполезный спор, когда у них были гораздо более насущные проблемы, которыми нужно было заняться. — Тогда отдельные комнаты. Цзи Фа кивнул, явно пытаясь скрыть свое разочарование. Он сложил руки на коленях. Не говоря ни слова, Пэй Юньтянь подошел и прислонился к нему, уткнувшись лицом в изгиб шеи Цзи Фа. Хань Е наблюдал, как унылое выражение лица Цзи Фа мгновенно исчезло, и вместо этого он улыбнулся, прислонившись к Пэй Юньтяню и склонив их головы вместе. — Что ты планируешь сказать королеве этой страны, когда мы прибудем? — Фэйе спросил Хань Е, меняя тему. Он наклонился к нему. — У тебя есть план? Хань Е пожал плечами. — В последнюю нашу встречу она сделала мне предложение, и я рассмеялся ей в лицо, поэтому я ожидаю, что это будет не самый теплый прием. Фэйе вздохнул. — Ты намеренно расстраиваешь всех, с кем сталкиваешься? — Знаешь, — сказал Хань Е, скрестив руки на груди и склонив голову набок, — причина, по которой она мне не понравилась в первую очередь, в том, что она распространяла грубые сплетни о тебе. Глаза Фэйе почти незаметно сузились. — В самом деле? — спросил он тоном, который предполагал, что ему не особенно интересно услышать ответ. Хань Е кивнул. — Очевидно, это было до того, как мы поженились, поэтому я не думаю, что она вполне осознала глубину моего восхищения тобой —… Сюй Цзинь издал звук, который Хань Е, вероятно, счел его насмешкой, но потом он замаскировал его кашлем. — В любом случае, — продолжил Хань Е, на мгновение прищурив глаза на Сюй Цзиня, — после того, как весь вечер слушал, как она унижает тебя, когда она попыталась предложить какие-то отношения между нами, я очень хотел отказать ей. — Но ты все равно позволил ей оскорблять Фэй-ге у тебя на глазах весь вечер? — Спросил Сюй Цзинь. — Похоже, восхищение Вашего высочества было не столь глубоким —… Хань Е хлопнул рукой по стене экипажа с такой силой, что Сюй Цзинь отшатнулся. Несмотря на то, что гнев Хань Е был направлен не на него, Цзи Фа также в тревоге отскочил назад, наблюдая за Хань Е широко раскрытыми глазами. — Тогда все было по-другому, Сюй Цзинь, — сказал Хань Е с рычанием. — Учитывая, что монстр, который был моим отцом, все еще дышал, я был вынужден не высовываться, какие бы отвратительные вещи люди ни говорили в моем присутствии. Сюй Цзинь на мгновение замолчал, затем опустил голову и тихо сказал: — Я никогда не встречал твоего отца. Только слышал слухи —… — Тогда считай, что тебе повезло, — отрезал Хань Е, чувствуя горечь на языке. — Даже слухи не воздали ему должное. Хань Е вздрогнул. Воспоминания о том, как кричала его мать, как умоляла его отца, нахлынули на него, и за ними последовала такая сильная боль, что мир погрузился во тьму. Прошло, наверное, много времени, но внезапно Хань Е почувствовал вкус крови во рту, почувствовал, как ноют кости от старых травм, а руки сжались в кулаки от ужаса, который он испытывал в своем детстве. Несколько дней потом он чувствовал себя полностью сломленным, настолько, что невозможно восстановить. — Хань Е? Император внезапно очнулся от воспоминаний, почувствовав, как нежные руки обхватили его лицо. Он моргнул, чтобы сфокусировать взгляд, и понял, что это Фэйе держит его. Хань Е отмахнулся от рук Фэйе и прочистил горло. — В любом случае, хватит о мертвецах, — пробормотал он, пытаясь не обращать внимания на то, как Фэйе смотрел на него. — Я готов льстить или угрожать этой королеве, чтобы удержать ее на нашей стороне против короля Чжоу. Для нас будет плохо, если она изменит свою преданность, но я позабочусь о том, чтобы это было плохо и для нее. — Мы поддержим вас, Ваше высочество! — Сказал Цзи Фа, неуверенно улыбаясь ему. Хань Е коротко улыбнулся ему в ответ. — Если я не нравлюсь этой королеве, возможно, было бы лучше, если бы я не присутствовал на вашей с ней встрече, — предположил Фэйе, пристально наблюдая за Хань Е. — Я не хочу, чтобы встреча превратилась в дискуссию обо мне, вместо ее союза с королем Чжоу. Хань Е улыбнулся и наклонился вперед, чтобы положить свою руку поверх руки Фэйе. — Я взял тебя с собой не для осмотра достопримечательностей, Фэйе. Возможно, вместо этого ей будет стыдно, когда она увидит тебя и вспомнит, как омерзительно шокирующе она себя вела. — Почему-то я сомневаюсь в этом, — сказал Фэйе, но он коснулся тыльной стороны руки Хань Е большим пальцем и не стал развивать тему дальше. — Я все еще не понимаю, почему мы все должны были поехать, — пожаловался Пэй Юньтянь. Он держал обе руки на коленях Цзи Фа, держа его за кисти, их пальцы были переплетены вместе. Хань Е вздохнул и одарил Пэй Юньтяня снисходительным взглядом. — Это политика, Тяньтянь, поэтому я бы не ожидал, что ты поймешь сложности, стоящие за моим решением собрать вас всех здесь. Но просто верьте, что ваш император знает, что он делает. Единственное, что тебе нужно делать, это стоять там и выглядеть симпатично, пока я говорю. Глаза Пэй Юньтяня сузились. — Разве ты не сказал Фэй-да-ге, Сюй Цзинь и Цзи Фа, чтобы они принесли свои доспехи? Почему я единственный в ханьфу с дурацким головным убором? — Как ты думаешь, почему? — Сюй Цзинь вмешался, прежде чем Хань Е успел ответить. — Ты наложница, мы супруги-воины, это не так сложно. — Пэй-да-ге — медицинский гений, — возмущенно сказал Цзи Фа, глядя на Хань Е так, как будто ожидал, что тот отчитает Сюй Цзиня за то, как тот высказался. — Он достаточно умен, чтобы разбираться в политике и —… — Это не имеет значения, — резко прервал Фэйе, — Его Высочество принял решение взять нас всех с собой, так что вы все должны уважать это, а не задаваться вопросом, почему. Они замолчали после того, как Фэйе заговорил. Цзи Фа вздохнул и снова прислонился к Пэй Юньтяню, прижимаясь к нему и глядя в окно. Сюй Цзинь положил голову на плечо Фэйе и выглянул в окно на противоположной стороне, а Хань Е провел остаток путешествия, пытаясь придумать изобретательные угрозы, которые он мог бы использовать, чтобы напугать эту королеву и заставить ее не делать чего-то фатально глупого. Когда они прибыли в гостиницу тем вечером, главный слуга Хань Е очень извинялся, сказав им, что в гостинице есть только одна комната, достаточно большая для них. Хань Е специально выбрал эту гостиницу, потому что она была лучшей в городе, хотя он и не представлял, что она такая маленькая. — Ваше высочество, владелец ужасно сожалеет, — сказал слуга, склонив голову. — Он говорит, что для размещения солдат его семья даже покинула свои комнаты, чтобы спать в дровяном сарае, но у них есть только одна комната, которая была бы приемлема для императора и его супруги! Хань Е пожал плечами. — Ну что ж, — сказал он, искоса взглянув на Фэйе и Сюй Цзиня. — Если с этим ничего нельзя поделать, значит, с этим ничего нельзя поделать. Нам просто придется потесниться. Фэйе кивнул, но Сюй Цзинь ответил ему ледяным взглядом. — Ваше высочество, — сказал Цзи Фа, потянувшись к рукаву Хань Е, — означает ли это —… — Это значит, что твое желание исполнилось, похититель, — перебил Сюй Цзинь с хмурым видом. — Просто оставайся на своей половине комнаты и не подходи ко мне или Фэй-ге… Сюй Цзинь не смог закончить предложение, прежде чем Фэйе зажал ему рот рукой и заставил согнуться в поклоне. — Пожалуйста, простите Сюй Цзиня, Ваше высочество, — сказал Фэйе сквозь стиснутые зубы, когда Сюй Цзинь стал сопротивляться ему. Хань Е фыркнул, обнимая Цзи Фа за талию и хмуро глядя на Сюй Цзиня. — Убедитесь, что Сюй Цзинь ведет себя прилично, — сказал Хань Е, взглянув на Фэйе. — У меня нет сил разбираться с непослушными супругами в такое время, и это ваша ответственность как императрицы — держать их в узде! — Сюй Цзинь приносит извинения, ваше высочество, — натянуто сказал Фэйе, толкнув Сюй Цзиня на колени. — Отвали—… Хань Е отпустил Цзи Фа и подошел к тому месту, где Фэйе держал Сюй Цзиня. Он протянул руку вперед и приподнял подбородок Сюй Цзиня, встретив его яростный взгляд. — Если ты снова будешь плохо себя вести в этом путешествии или скажешь еще хоть слово не по правилам, я отправлю письмо обратно во дворец и скажу, чтобы твою мать выпороли и поставили к позорному столбу на два дня, чтобы заплатить за твою дерзость. Ты меня понял, Сюй Цзинь? Глаза Сюй Цзиня потемнели, но он кивнул. — Да, ваше высочество, — прорычал он. — Хорошо, — сказал Хань Е, улыбаясь Сюй Цзиню, прежде чем отпустить его. — Тогда, может быть, пойдем и посмотрим нашу комнату? Надеюсь, кровать достаточно большая… — Я могу спать на полу, если это необходимо, — быстро сказал Цзи Фа, нервно взглянув на Сюй Цзиня. — Не будь смешным, — сказал Хань Е, подходя к Цзи Фа и обнимая его за талию. — Если кровать маленькая, это просто означает, что тебе придется прижиматься ко мне очень близко. Цзи Фа захихикал, когда Хань Е наклонился вперед, чтобы поцеловать его. — Тогда пошли, — сказал Пэй Юньтянь, стоя с руками, упертыми в бедра. — Я хочу пойти и вымыться. Когда они поднялись наверх и вошли в комнату, она, к счастью, оказалась не такой маленькой, как ожидал Хань Е. Кровать была на самом деле достаточно большой, чтобы вместить пятерых человек, хотя она была довольно уютной. С одной стороны была раздвижная дверь, которая вела в ванную, и Пэй Юньтянь, развязав спереди ханьфу, направился прямо внутрь. — Подожди, Пэй-гэгэ! — Сказал Цзи Фа, бросаясь за ним. — Давай искупаемся вместе! Не оглядываясь назад, Пэй Юньтянь и Цзи Фа исчезли в банях, оставив Хань Е наедине с Фэйе и Сюй Цзинем. Он со вздохом плюхнулся на кровать, наблюдая, как Фэйе и Сюй Цзинь бродят по комнате. — Сюй Цзинь, Фэйе, — сказал Хань Е, его голос приобрел слегка плаксивый оттенок. — Придите и лягте со мной. — Ваше высочество, вы, должно быть, устали, — сказал Фэйе, подходя, чтобы сесть на край кровати и положить руки на плечи Хань Е. — Тебе следует отдохнуть, чтобы набраться сил на завтра. — Фэй-ге прав, ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь, наклоняясь над кроватью и осторожно убирая волосы Хань Е с его лица. — Поспи немного, мы разбудим тебя позже, чтобы выпить чаю и поужинать. Хань Е вздохнул. Он перевернулся на живот и закрыл глаза, пока Фэйе массировал его плечи. Он, действительно чувствовал себя довольно уставшим, и это был долгий день. Возможно, было бы не такой уж плохой идеей заснуть с руками Фэйе, снимающими напряжение с его тела. Хань Е почувствовал, что Сюй Цзинь присоединился к нему, и две пары рук гладили его: Фэйе надавил на его ноющие плечи и шею, а Сюй Цзинь — на спину. — Спи, Хань Е, — прошептал Фэйе ему на ухо, нежно целуя его в шею. — Тебе станет от этого лучше. Хань Е тихо мурлыкал, чувствуя, что засыпает.