Prism

      Даже став старше, Деймон продолжал следить за своей физической формой и гордился этим. Каждый день он ходил в спортзал и придерживался сбалансированного режима питания. Хотя ему уже стукнуло сорок семь, он был в лучшей форме, чем некоторые мужчины вдвое младше него. Если честно, то сейчас он выглядит лучше, чем в свои двадцать три.       Он гордился своей фигурой, своей внешностью и тем, как каждый раз загорались глаза его жены, стоило ему снять рубашку. Она всячески показывала ему, насколько сильно он ей нравился, выражая благодарность за усилия, которые он прикладывал для того, чтобы оставаться в форме.       Но, как бы он не старался, время от времени возраст давал о себе знать.       На часах было уже половина десятого, когда Деймон решил спуститься вниз на первый этаж, чтобы поискать свою жену. Несмотря на ранний час и то, что сегодня был вечер пятницы, он более чем готов отправиться в кровать. По правде говоря, он задремал пару часов назад, распластавшись на диване с Эйгоном под боком и Визерисом на груди.       Теперь, из-за неудобной позы, он мучился болью в спине, что было явным подтверждением того, что он старел. Тем не менее, Деймон дорожил такими драгоценными моментами, как эти. Время шло слишком быстро и скоро мальчики станут достаточно взрослыми и перестанут искать объятий своего отца.       Сейчас они оба смотрели на него так, словно он зажёг для них солнце на небе. И он не воспринимал это, как должное.       Хотя он любил обоих своих отцов, но ни один из них не проявлял особой нежности к нему. Просто времена тогда были другими. Они заботились о нем, но это никогда не выражалась в объятиях и ласках.       С того момента, как Деймон узнал о том, что его жена была беременна, он знал, что выберет другой путь.       Рейнира говорила ему, что он был слишком мягок с ними и потакал всем их детским капризам. Было ли это дополнительной порции десерта для Эйгона или пятая сказка на ночь для Визериса, Деймон был не в силах отказать им в их маленьких просьбах. Но строгим он тоже умел быть. Например, он следил, чтобы их старший сын доедал все овощи на своей тарелке и убирал за собой как умел. Или, если их младший сын пытался украсть игрушку у своего брата, то он мягко, но твердо объяснял ему, почему так делать было нельзя.       Но он и Рейнира были благословлены двумя хорошо воспитанными мальчиками, которые любили друг друга, и своих родителей. К счастью для него, ему не часто приходилось делать им замечание.       С одной стороны он не хотел, чтобы его сыновья стали одними из тех ужасных представителей золотой молодежи с трастовыми фондами, которые ошивались в Верхнем Ист-Сайде, но с другой стороны он не хотел быть с ними излишне строгим. С большим удовольствием он поощрял их хорошее поведение, поэтому он уступил, когда Эйгон попросил поставить ещё один фильм после того, как они закончат «Краснеть». Уже час, как они должны были лежать в своих кроватках, но когда они ещё могли нарушить правила, как ни в пятничный вечер? Кроме того, они прекрасно себя вели, когда ранее днём он отвёл их в офис к Рейнире. И без всяких подтасовок съели свой ужин, даже горох. Они заслуживали небольшое вознаграждение.       Сейчас его сыновья спали на своих местах, не выдержав даже первых двадцати минут «Светового года», фильма, который они смотрели бесчестное количество раз. Ему, наверное, следовало отнести их сразу же наверх и уложить, но он не заметил, как заснул сам. Проснулся он уже от яркого свечения экрана телевизора, который показывал меню Disney Plus. Фильм, на котором настаивал Эйгон, давно закончился, а мальчики продолжали спать крепким сном.       Настоящим испытанием для него стало подъем на второй этаж в детскую, вместе с Эйгоном и Визерисом на руках. Но большой досадой было то, что он не обнаружил Рейниры в их комнате. В последнее время, она всё чаще работала допоздна, хотя час был ранний, но ей не помешало бы отдохнуть.       Что ж, о мальчиках он уже позаботился, нужно теперь было позаботиться о жене.       Прошло полтора месяца с того дня, как Визериса прооперировали, и всё эти дни она управляла компанией вместо него, что было не просто, учитывая время года. Хотя он планировал вернуться в строй через две недели, но его не будет на ежегодном собрании акционеров. Рейнире предстояло впервые возглавить совет и провести презентацию.       Конечно, она более чем готова, но давление, которое на неё оказывалось, было колоссальным.       На этой неделе он видел её лишь мельком по вечерам. Иногда она задерживалась в офисе и пропускала ужин, а по возвращению домой почти сразу же шла в свой домашний кабинет. Она ложилась спать после него, вставала раньше, чтобы успеть сделать как можно больше дел, до того момента, как проснутся мальчики. Несмотря на суматоху, которая творилась на работе, для Рейниры было важно начинать день со своей семьёй.       Но сегодня за ужином она была такой рассеянной, что даже не заметила, как Визерис размазал своей ручкой картофель по её дорогому костюму. Скорей всего Деймону придется силой вытаскивать её из-за стола и настаивать на том, чтоб она дала немного отдыха своей голове. Как бы он не восхищался её упорством, но кто-то должен был присматривать за ней.       Как Деймон и предполагал, он нашёл её в кабинете. Она смотрела в монитор компьютера, периодически переводя свой взгляд на заметки в блокноте на столе. Она так яростно делала записи, что даже не заметила, как он появился на пороге и теперь стоял, прислонившись к дверному косяку с нежной улыбкой на лице.       Деймону нравилось наблюдать за ней в её стихии, ощущать исходившую от неё силу и власть даже в уютной атмосфере их дома. Она надела один из его старых свитеров с эмблемой Harvard Rowing, а волосы собрала в небрежный пучок. Очки, которые она носила для чтения, сползли на краешек носа, зажав губу между зубами, её взгляд снова вернулся к экрану компьютера. Тем не менее, она ещё никогда не выглядела более властной.       Она была рождена, чтобы править.       — Думаю, пора сделать перерыв, — сказал он, с удовольствием наблюдая, с каким выражением лица она взглянула на него. Словно ребенок, которого поймали за руку, когда он таскал печенье из банки. — Разве мы не договаривались, что сегодня ты будешь работать не больше двух часов? А по моим подсчётам, — он сделал паузу и посмотрел на часы на запястье, подарок Рейниры на их последнюю годовщину, — твоё время вышло ещё час назад.       Она встала из-за стола и, пройдя через комнату, прильнула к нему. Одной рукой он прижал её к себе за поясницу, а другой пытался массажными движениями ослабить скопившиеся в мышцах вокруг её шеи напряжения.       — Ты поверишь мне, если я скажу, что потеряла счёт времени?       — Вообще-то поверю.       Поцеловав её в макушку, Деймон в течении полуминуты, наслаждался теплом прижатого к нему телу. Потом он слегка отстранился и взглянул ей в лицо.       — Ты справишься. Я знаю, что ты не можешь не волноваться, но и изнурять себя работой, тоже не вариант. В противном случае, ты просто свалишься с ног.       — Знаю, — сказала она, отходя от него, возвращаясь к своему столу. — Я забросила все остальные дела, из-за этого.       Деймон последовал за ней и занял кресло напротив неё, пока она наматывает круги по комнате, сначала к окну, а потом обратно к нему.       — Просто от этого многое зависит, — продолжила она. — Все ждут, что я облажаюсь и этим докажу правдивость слухов о том, насколько я не готова к этой должности. Они хотят, чтоб я провалилась и неважно, как это может повлиять на компанию. Может быть так и случится. Может быть ещё слишком рано. Ещё пару лет пошли бы мне на пользу…       — И ты, и я знаем, что это полная чушь. И Визерис так не считает, иначе он бы не готовился публично объявить тебя своей преемницей по возвращению в офис. С беспокойством на лице, она свела брови.       — Что если всё это ошибка?       Откровенное и редкое признание от женщины, которая всегда славилась своим самообладанием. Для того, кто находится в таком положении, как Рейнира, любое колебание могло привести к катастрофе, учитывая, под каким пристальным вниманием она находилась. Несмотря на то, что уровень её беспокойства за последние время сильно вырос, когда они находились на людях, она всегда являлась образцом спокойствия и сдержанности.       То, что она может, открыто сказать ему о своих опасениях, говорит о её уровне доверия к нему, и Деймон это ценит.       Так же она стала больше полагаться на Визериса, делясь с ним своими заботами. Хоть и не всеми. Она всё ещё волновалась о его здоровье и пренебрегала своими интересами, чтобы не беспокоить его лишний раз.       В последнее время она даже отдалилась от Деймона. Несмотря на то, что они были командой и выступали единым фронтом. Рейнира о многом ему не рассказывала, и он подозревал, что причиной тому были её опасения о том, что она и так много на него взвалила. В эти дни мальчики были полностью на его попечении, поскольку его рабочий график был гибче, да и обязанностей у него было поменьше. Деймон был не против, взять на себя обязанности по дому, чтобы она, таким образом, могла больше времени посвятить работе на благо компании.       — Любимая, здесь нет никакой ошибки. Компания принадлежит тебе по праву. Это то, к чему ты шла и для чего училась в колледже, и рядом с Визерисом.       Он говорил о вещах, которые были известны им обоим. Но было не лишним ещё раз произнести их вслух, чтобы убедить Рейниру в том, что у неё есть всё, для достижения успеха.       Она остановилась у окна, заламывая руки, а затем повернулась к нему. Всё та же неуверенность была написана у неё на лице, а мешки под глазами вызывали беспокойство.       — Ты всё ещё хочешь этого? — спросил он.       — Да, — поколебавшись, ответила она. — Я просто сомневаюсь в том, что я лучший выбор.       — Но так оно и есть. Ты знаешь, что нужно компании лучше, чем кто-либо другой.       — Но я до сих пор не знаю стольких вещей.       — Вот для чего нужна команда. Тебя будут окружать люди, которые помогут воплотить твои идеи в жизнь и извлечь из этого прибыль.       Слабая улыбка появилась в уголках её рта.       — Значит ли это, что я должна позволить Отто быть среди них?       — Если ты считаешь, что так будет лучше.       Рассмеявшись, она направилась к нему.       Когда она подошла ближе к нему, его рука поймала её запястье и притянула к себе, таким образом, она оказалась прямо между его ног.       — Я и не думала об этом. Просто хотела узнать, сможешь ли ты поддержать любое моё решение.       — Конечно, я бы это сделал, милая. Я бы подержал тебя, даже если ты захотела бы оставить Отто в своей команде. Несмотря на то, что я считаю его корыстным, амбициозным и жаждущим власти ублюдком.       — Знаешь, наверное, он то же самое думает о тебе.       — Он может думать и говорить всё, что хочет, — сказал Деймон, пожимая плечами. — В конце концов, это моя жена станет следующим генеральным директором, несмотря на все его интриги.       Напоминание об этой перспективе, снова заставило Рейниру нервничать. Когда она начала вертеть кольца на своей руке, он взял её ладонь в свою и оставил на ней поцелуй.       — Как я хочу, чтобы отец его просто уволил.       — Нам обоим этого хочется, но учитывая то, что он не сделал этого до сих пор…       — Вряд ли он сделает это сейчас, — закончила она его мысль. — Особенно, когда он вот-вот, уйдёт в отставку. Думаешь, Отто уйдет вслед за отцом? Он же должен понимать, что никак не сможет влиять на меня.       — По правде говоря, трудно сказать. Могу предположить, что он захочет уйти на своих условиях. Я также думаю, что он попытается что-то провернуть во время передачи полномочий, хотя объявление Визериса сможет помочь в какой то мере. Хотя этого будет недостаточно для людей подобно Отто, но это покажет совету нашу сплочённость, а это самое главное.       Тишина повисла между ними, большим пальцем он неспешно ласкал тыльную сторону ладони Рейниры и наблюдал за ней. Её мысли были где-то далеко.       — Скажи мне, о чем ты думаешь? Чем я могу тебе помочь? Если ты действительно переживаешь так насчёт Отто… Я знаю, как заставить человека исчезнуть. Просто скажи слово.       — Нет, — вздохнув, сказала она после паузы. — Я не хочу, чтобы ты запачкался в криминале ради меня. Просто прикидываю, что ещё я могу сделать для того, чтобы всё прошло гладко. Но думаю, что пусть вещи идут своим ходом. Я не заинтересована в убийстве…       — Кто говорил об убийстве?       Рейнира одарила его выразительным взглядом и, проигнорировав его вопрос, продолжила:       — Но я также не собираюсь водить дружбу с человеком, который столько раз пытался забрать то, что принадлежит мне.       — Ты и не должна. Хотя Хайтауэры — одна из самых состоятельных семей в городе, но есть и другие с не меньшим капиталом, как финансовым, так и политическим. Он тебе не нужен и ты не должна чувствовать обязанной ему чем-то из-за его связи с Джейкейрисом и Визерисом.       — Ты прав. И возвращаясь к твоему предыдущему вопросу — ты не чем сейчас не сможешь мне помочь. Спасибо, что взял на себя заботу о мальчиках.       Он усмехнулся, чувствуя себя немного задетым.       — Тебе не нужно благодарить меня за это. Они и мои сыновья тоже.       На это она закатила глаза и улыбнулась, прижав ладони к его щекам. Было невозможно не поддаться её прикосновениям, чувству, которое вспыхивало в нём из-за неё даже спустя столько времени.       — Не все отцы берут на себя активную роль в воспитании детей.       Включая её отца и обоих его. У Деймона и в мыслях не было обвинять кого-то из них в чем-то. Такова была реальность их мира — мужчины очень редко принимали участие в процессе воспитания. Проявление чувств также не являлось чем-то распространённым.       Справедливости ради надо отметить, что Визерис был, не так уж плох, как большинство, но его взаимодействия с Рейнирой в основном сводилось к её подготовке к будущему президентству. В первую очередь — она его наследница, а уже потом ребёнок. В их общении присутствовала некая формальность, с которой Деймон был хорошо знаком, но для посторонних такие отношения между отцом и дочерью были весьма необычны. После смерти Эйммы, расстояние между ними только увеличилось.       — Я думаю, что мы несём равную ответственность за них, — сказал он. — Теперь, когда они крепко спят, можно считать, что родительская миссия на сегодня выполнена. Что ещё нам осталось сделать? Ты уверена, что я ничем не могу тебе помочь?       — Может ты, прогонишь презентацию вместе со мной? Думаю, мне не помешает взгляд со стороны.       — Хорошо, но с поправкой, что мы это сделаем в понедельник.       По её виду было понятно, что она готова была начать спорить.       — Собрание состоится через неделю, — сказал он быстро, — у тебя будет ещё неделя в запасе, чтобы внести изменения, если это потребуется. Мы можем обсудить это по дороге на работу, или я бы мог записаться к тебе на приём.       Она засмеялась, и её смех был словно музыка для его ушей.       — Мы женаты! Тебе не нужно записывать ко мне на приём, чтобы увидеться со мной.       — Учитывая практику последних дней, лучше заранее позаботиться о том, чтобы у тебя нашлась свободная минутка для меня.       — Боже, я была ужасной женой, да? — спросила она со стоном.       — Вовсе нет, любовь моя. Как бы мне не хотелось кормить тебя, а потом пировать тобой, я знаю, насколько занятой ты была.       — А ещё, у нас есть договоренность, что в офисе мы сексом не занимаемся.       Необходимая мера предосторожности, к которой они пришли в начале года, когда Деймон забыл про назначенную встречу и их едва не поймали во время минета. К счастью стол в его офисе был чудовищного размера и занимал большую часть помещения, что позволило Рейнире спрятаться у его ног, чтобы начальник финансового отдела не заметил её присутствия. Эта встреча стала пыткой для них обоих, ей пришлось стоять на коленях около сорока пяти минут, а он за это время узнал, какой садистской она может быть. Когда стало понятно, что встреча затянется, она принялась гладить и лизать его член по всей длине. Деймон был вынужден сослаться на плохое самочувствие, чтобы побыстрее спровадить мужчину из своего кабинета.       — Да, конечно, мы договаривались об этом.       Она бросила на него красноречивый взгляд, по которому он мог прочесть, что Рейнира не верила в искренность его слов. После того случая она настояла, чтобы они перестали заниматься сексом на рабочем месте. Деймон несколько раз пытался уговорить её пошалить во время обеденного перерыва, но она оставалась непреклонной в своём решении.       Хотя даже сейчас он был с этим не согласен, но Деймон по опыту знал, что лучше ему с ней было не спорить.       — Ничего страшного, если я запишусь к тебе на приём, — сказал он, возвращаясь к предыдущей теме разговора. — Хотя, я твой муж, но я такой же работник, как и все остальные. Пусть люди думают, что у тебя нет любимчиков.       — Я думаю эти времена давно в прошлом, — сказала она посмеиваясь. — Как же мне не считать тебя своим любимчиком, если ты мой муж и отец моих детей?       Он без стеснения ухмыльнулся. Несмотря на то, что он сказал раньше, Деймону нравилось, когда Рейнира говорила об особом отношении к нему. Они были женаты почти три года, но он никогда не устанет слышать это.       — Пусть так, но мы всё равно должны выкроить время в твоём расписании.       — Вот что будет, когда я возглавлю компанию? У меня не будет хватать времени на тебя и нашу семью.       — Это временно, пока ты не привыкнешь к новым для себя обязанностям и ответственности, с которыми ты столкнешься, когда станешь одной из самых влиятельных женщин в мире.       — Я всегда обижалась на отца за это… За все пропущенные школьные праздники и футбольные матчи. Он не учил меня кататься на велосипеде и почти пропустил мой выпускной. Даже, когда он был рядом, его мысли были где-то далеко. Теперь я начинаю его понимать, после того, как испытала это всё на собственной шкуре. Так сложно отключить свой мозг и просто сосредоточиться на том, что происходит вокруг.       — Станет легче, когда ты освоишься в новой должности. Ты войдёшь в колею, и перестанешь брать работу на дом.       — Обещаешь? — с надеждой спросила она, и у него сжалось внутри сердце. — Это всё, конечно, важно, но не важнее тебя и мальчиков.       Она так ему доверяла, его драгоценная девочка.       Больше, чем он того заслуживал. Не то, чтобы он искал идеальный баланс между работой и личной жизнью. По крайней мере, до неё. И она знала об этом. Деймон был похож на её отца, и она столько раз становилась свидетельницей того, как он пропускал важные семейные сборы ради работы.       И, несмотря на всё это, она надеялась, что он поможет ей не потеряться в этом водовороте.       — Я обещаю, — сказал Деймон, сомневаясь в том, что он подходит для выполнения этого задания. Но, пока Рейнира хотела его, он будет рядом.       Если она помогла ему осознать, что в жизни были вещи куда важнее, чем погоня за деньгами и удовольствием, Деймон, безусловно, поможет ей найти равновесие. Он всё сделает для этого, особенно после того, как заметно расслабились её плечи, после его заверения.       Хотя он уже доказывал ей, что на него можно положиться, всё же было не лишним, напомнить Рейнире, что она не одна. Ему важно было поддержать её, как дома, так и на работе.       — Это будет нелегко. Тебе придется хорошенько потрудиться, но я всё время буду рядом.       — Спасибо. Я так сильно тебя люблю.       Она заползла к нему на колени, расставив ноги по обе стороны от его бедер, и обвила руками его шею. Прижавшись к его груди, Рейнира почувствовала его руки на своих ягодицах, когда потянулась к нему за поцелуем.       — Я тоже люблю тебя, — прошептал он напротив её губ.       — Я бы не справилась с этим сама.       — Это неправда. Ты можешь гораздо больше, чем думаешь.       — Хорошо, — уступила она, — но я не хочу делать ничего из этого, без тебя.       — Тебе не придется. Я рядом, всегда.       И это была абсолютная правда. У Рейниры был характер и знания, необходимые для того, чтобы добиться успеха, но Деймон обладал колоссальным опытом, приобретенным за время работы в Targaryen Enterprises.       Вместе они являли собой непобедимый тандем.       Запутавшись пальцами в его волосах на затылке, она углубила поцелуй, сплетаясь своим языком с его, пока её бёдра начали двигаться сами по себе.       Деймон до сих пор мог почувствовать слабый вкус эспрессо на её языке, который она выпила, для поддержания энергии после долгого рабочего дня. Деймон решил, что завтрашний день он полностью посвятит Рейнире и тому, что приносит ей удовольствие. Они могли бы сходить на фермерский рынок и отвезти мальчиков в портовый музей на South Street. Он мог бы порадовать свою жену вкусным ужином и любимым десертом, возможно, ему стоит записать её на массаж в полюбившийся ей салон.       Сквозь спортивные штаны, которые он предпочитал носить дома, Деймон почувствовал на своём члене хватку её пальцев, которая выдернула его из задумчивого состояния.       Пока его разум увяз в потоке мыслей, тело настроилось на получение удовольствия. Выкинув из головы всё лишнее и сосредоточившись на происходящем, Деймон позволил себе погрузиться в водоворот подёрнутого дымкой удовольствия, которое он испытывал, целуя свою жену.       Их губы двигались синхронно, с одинаковой силой они отдавались поцелую и притяжению между ними. Она отстранилась первой, но прошла лишь секунда и её губы снова коснулись его, оставляя маленькие поцелуи вдоль линии челюсти, спускаясь дальше к горлу. Вдоль правой стороны его шеи, тянулась паутина шрамов, напоминавшая о безрассудных годах его юности. Рейнира неспешно исследовала языком пострадавшую кожу, всасывая ту губами, пока она продолжала мучитель медленно совершать движения своими бёдрами. Он чувствовал, как под её жаром, его член налился кровью и стремился оказаться внутри неё, хотя прошло всего пару дней с тех пор, как они в последний раз занимались сексом.       Он никогда не сможет устать от неё, от её присутствия рядом с ним. Нет ничего сакральней, чем находиться между её ног, более божественного переживания Деймон не мог себе представить. Он поклонялся у алтаря её киски, находя отпущение грехов с каждым толчком своего члена. Рейниру бросило в жар, когда он начал двигаться ей навстречу, задевая её клитор. Казалось, она полностью отдалась во власть поцелуя, а Деймон полностью отдался ей.       Так было до тех пор, пока она не соскользнула с его колен. Он сразу понял, что она собиралась отсосать ему. И хотя Деймон соврал бы, если бы сказал, что не хотел её рот на себе, но сегодня он хотел позаботиться о ней.       Несмотря на то, что ей нравился оральный секс и в активном, и в пассивном виде, а её губы и язык, ощущались почти также хорошо, как и её киска. Деймон намеревался заставить её кончить несколько раз, до окончания ночи.       И лучший способ начать воплощать его замысел — поглотить её.       Она издала тихий звук протеста, когда он перехватил её пальцы у пояса своих штанов, не дав ей развязать их, но Деймон не обратил на это внимание. Он встал на ноги и потянул Рейниру за собой.       — Я не закончила, — сказала она, хмуро глядя на него.       — Знаю, — сказал он, оставив поцелуй в уголке её рта.       Его руки подтолкнули её к столу, а потом Деймон помог ей сесть на него. Не теряя времени, он потянулся к поясу её хлопчатобумажных шорт, которые затем сорвал с неё и вместе с бельем, отбросил их через плечо. Он пододвинул ближе к себе стул, на котором сидел раньше и откинулся на него с видом человека, которого ждал пир.       — Деймон, тебе вовсе не обязательно…       Какая ирония, она хотела и была готова отсосать ему, но считала, что он не испытывал отчаянного желания насладиться её вкусом. Она, конечно же, поспорила бы с ним, но Деймон знал, что он был куда ненасытнее её.       — Тихо, жена. Прошло слишком много времени с тех пор, как я делал это.       — Прошло всего два дня, — фыркнула она в ответ.       Однако все возражения прекратились в миг, как только он заскользил языком по её щели, захватив губами клитор.       Рейнира сдавленно застонала и запустила руку в его волосы, сжимая их почти до боли, в попытках обрести равновесие. Подняв взгляд, он встретился с её тёмными зрачками, обрамленными светло — сиреневой радужкой. Ярко розовый румянец расцвел на её щеках, она закусила губу своими зубками, видимо пытаясь, тем самым заглушить свои крики.       После стольких лет поклонения её телу, Деймон точно знал, как довести её до края. Он знал, как и где нужно к ней прикоснуться, чтобы ей стало хорошо, извлекая из неё череду стонов наслаждения.       Не отводя от неё взгляда, он коснулся языком сердцевины её естества, попутно издавая звуки удовольствия от знакомого вкуса её возбуждения. Он мог бы всю жизнь пить из этого источника и всё равно этого будет недостаточно. Деймон был зависим от её вкуса, от её запаха. Он жил ради тех звуков, которые слетали с её губ, когда она достигала высшей точки блаженства. Ради того, чтобы чувствовать, как её тело отзывалось на его прикосновения.       Она, словно была создана для него, а он для неё. Если наверху действительно существовали Боги, то должно быть они сжалились над ним, раз он заполучил настолько идеальную женщину. Женщину, с которой у них на двоих была одна душа.       Их сердца бились в унисон. Его собственный пульс стучал у него в ушах, её учащался по мере того, как она приближалась к своему первому оргазму. Деймон был безжалостен в своей цели, заставить её кончить, его язык снова и снова погружался внутрь неё, пока переносица его носа прижималась к её клитору. Его действия вызвали настоящий беспорядок, его щеки, и подбородок были покрыты следами её возбуждения. Руками он развёл её бёдра ещё шире, вынудив Рейниру облокотиться локтями на стол.       Её грудь вздымалась всё чаще, пока он подводил её к краю. Деймон всегда мог точно сказать, когда она была на пороге оргазма, и для этого ему вовсе не нужно, чтобы внутри неё находились его пальцы или его член.       Её дыхание сбилось, а затем из горла вырвалось лёгкое хныканье, словно она пыталась бороться с неизбежным. Словно она хотела заставить его стараться лучше для того, чтобы он смог ощутить вкус её удовольствия на своём языке. Тогда Деймон удвоил свои усилия, чтобы она сдалась.       И вот, она кончила с его именем на губах, произнеся его шёпотом, как будто бы читала слова из молитвы. Она нашла своей рукой его руку, их пальцы переплелись — её якорь в том водовороте удовольствия, который он в ней вызвал.       Деймон замедлился, но всё ещё ласкал её губами в ожидании, когда последняя волна эйфории уляжется. Она выглядела потерянной, когда моргнув, открыла глаза и посмотрела на него.       — Иди ко мне, — позвала она его.       И он был более чем счастлив подчиняться.       Рейнира притянула его к себе, нуждаясь в объятиях, после того, как достигла своего пика. Она погрузила его в колыбель между своих бёдер. Деймон любил видеть её такой — отчаянно нуждающейся в нём. Руками обвив его шею, она пыталась приблизиться к нему, чтобы снова его поцеловать. В то время как руки самого Деймона были заняты её грудью, он перекатывал между пальцами соски, чем вызвал у неё очередной тихий стон.       Словно принимая безмолвный вызов, Рейнира втянула его язык в свой рот, посасывая его так, как если бы она сосала его член. Она всегда получала удовольствие, пробуя свой вкус на его языке или губах. Ещё больше удовольствия она получала, слыша, как стоны вырывались из его горла, чувствую, как его колени подгибались, вынуждая Деймон облокотиться на стол.       — Тебе нужно ещё работать сегодня? — спросил он, всегда помня о её нуждах, когда она разорвала поцелуй. — Я могу подождать, пока ты не закончишь…       Хотя Деймону не нравилась мысль, чтобы она работала допоздна, он не хотел отвлекать её от чего-то важного.       — Как я могу продолжать работать, если ты лишил меня способности думать. Его затопила волна гордости. Он пожал плечами и улыбнулся. И в этой улыбке не было даже намёка на раскаянье.       — Так это был твой план с самого начала? — спросила она посмеиваясь.       — Перерыв тебе не помешает, — парировал он, крадя у неё ещё один поцелуй. — Мне нравится твоя целеустремленность, но отдых тоже важен. Если для этого мне нужно прибегнуть к сексу, что ж… Я никогда не говорил, что я хороший человек.       — Нет, ты не хороший, — согласилась она, покусывая его губу. — Ты лучший, любовь моя. Лучший муж, лучший отец. Я так сильно люблю тебя, надеюсь, ты знаешь это. Даже, если я не лучшая жена.       — Ты идеальна.       Её рот искривился в горькой усмешке.       — Это вряд ли. Я слишком много работаю…       — Ты предана нашей семье, нашему наследию.       Она закатила глаза, но улыбка на её лице переменилась и стала шире.       — Я упряма…       — Решительна и непреклонна.       — Я припомню тебе это в следующий раз, когда мы будем спорить.       — Пожалуйста, сделай это. Иногда мне нужны напоминания.       — Да, ты ведь стареешь, — закивала она с вдумчивым видом.       — Я вспомню тебе это, дерзкая девчонка, когда ты будешь уговаривать меня на третий подряд раунд секса.       Рейнира начала смеяться.       — Ты меня любишь.       — Люблю.       — Думаю, что смогу уговорить тебя, как минимум на два раунда сегодня ночью. Один очень мудрый старик сказал мне, что я решительна и непреклонна.       — Он и впрямь мудрый.       — Очень мудрый, — поправила она.       — Как скажешь, сладкая.       Она снова засмеялась, спрыгнула со стола и взяла его за руку. Вот теперь их ночь, могла начаться по-настоящему.