Prism

      — Нам следовало остаться дома.       Долгий, полный недовольства вздох, был единственным подтверждением того, что Рейнира его услышала. Другого ответа от неё не последовало, её взгляд не отрывался от экрана телефона, который она держала в руках. Судя по всему, она была не против жалоб со стороны Деймон, который с тех пор, как узнал об их планах на вечер, не делал ничего другого.       Несмотря на то, что он сделал бы всё, о чём бы ни попросила его жена, Деймон открыто выступал против того, что этот вечер им предстояло провести в компании людей, до которых ему не было никакого дела. К тому же на нём сказывались усталость от работы и хронический недосып.       Оба их мальчика заболели насморком, а поскольку Рейнира сейчас была на шестом месяце беременности, забота о них легла в основном на его плечи, но он не возражал. Хотя сейчас они чувствовали себя намного лучше, Деймон предпочел бы остаться дома с ними, чем встречаться с людьми и делать вид, что ему есть дело до сплетен, и скандалов, которые курсировали внутри их круга.       Вечера по сбору средств — всегда были утомительными и давали неприлично богатым людям ложную иллюзию того, что они помогали менее удачливым. Все гости старались превзойти друг друга в своей щедрости, подписывая чеки на кругленькую сумму любой благотворительной организации, которую выбрали в качестве бенефициара вечера.       Нельзя сказать, что Деймона совсем не волновала судьба тех жителей Нью-Йорка, которые были вынуждены сражаться за своё существование. Просто он считал, что для этого имелись более эффективные способы. Он и Рейнира возглавляли несколько благотворительных фондов и организаций. В Targaryen Enterprises был даже специальный отдел, который занимался только благотворительностью.       Поэтому предстоящий вечер станет настоящей пыткой.       Но его мнение никого не интересовало.       Не в том случае, когда его жена важная персона, влиятельная фигура в социально-политическом кругу мира, в котором они живут.       Поэтому, когда она говорит ему, что им нужно идти, он встаёт и надевает свой костюм от Тома Форда, с запонками из валирийской стали, которые Рейнира подарила ему на прошлое Рождество. Он дополнял образ различными аксессуарами такими, как: часы, которые собирал и хранил в двух ящиках со своей стороны гардеробной, пара оксфордов от Louboutin и набором колец. Остальные этапы подготовки, он проделывал почти на автомате, от бритья щетины до зачёсывания волос назад в низкий пучок у основания шеи. Сейчас его волосы были гораздо длиннее, чем обычно, кончики прядей доходили почти до лопаток. Рейнире нравилась его прическа, а Деймон пойдёт на всё, лишь бы видеть её счастливой. Сюда входило и посещение этого цирка, который проходил под видом благотворительного мероприятия.       Тем не менее, он всё ещё был не в восторге от этой идеи. Особенно, учитывая её нынешнее состояние.       — Ты должна отдыхать, — сказал он, глядя на её выпуклый живот.       Он испытывал чувство гордости каждый раз, когда видел её беременной его ребёнком, девочкой на этот раз. Он обожал своих сыновей, они были центром его Вселенной. И он был бы рад рождению ещё одного сына. Но было что-то такое волнительное в том, что у него должна родиться дочь. Маленькая принцесса, которая, без сомнения, будет похожа на его любимую жену.       Эйгон был его копией, Визерис идеально сочетал в себе черты обоих родителей. Деймон был абсолютно уверен, что их третий ребёнок будет больше похож на Рейниру. Он уже начал заполнять шкафы в их доме покупками для малышки, от маленьких комбинезонов до плюшевых игрушек и книг. А по выходным он занимался обустройством комнаты для их дочери.       Проще было бы нанять специалистов, и у них определённо имелись средства для этого, но Деймон предпочитал делать всё самостоятельно. Он поступил точно также, когда они ждали Эйгона и сделает это для Визериса, когда тот захочет иметь собственную комнату. Мальчики были неразлучны, но Деймон знал, что рано или поздно, им понадобится место для уединения.       Но до этого было ещё далеко.       А пока он мог направить свою энергию на подготовку к встрече с новым членом их семьи.       К сожалению, третья беременность Рейниры проходила не так хорошо, как две предыдущие. Несмотря на то, что никаких серьезных угроз не было, она страдала от утренней тошноты гораздо больше, чем, когда вынашивала обоих мальчиков. Теперь, в конце её второго триместра, последствия беременности были на лицо. Она почти всегда чувствовала себя уставшей, её спина и ноги начинали болеть всего через пару часов нахождения на ногах.       Деймон изо всех сил старался ей помочь, но иногда его стараний было недостаточно. Он не мог всюду носить её на руках или запереть дома, что было бы целесообразно.       Всё, что ему оставалось — открыто заявлять о своём недовольстве. И хотя у него имелись свои корыстные мотивы, чтобы не посещать сегодняшнее мероприятие, у его протеста была иная причина.       На последнем осмотре, гинеколог Рейниры посоветовал ей взять паузу в её многочисленных обязанностях. Конечно же, его жена не послушалась совета. Если уж Рейнира не слушала его, то советы доктора, она также решила проигнорировать. Хотя это был тот же доктор, который наблюдал её с беременности Эйгоном и у них обоих сложились доверительные отношения.       Но Рейнира по-прежнему оставалась одним из упрямейших людей, которых он знал. Пока ребёнку ничего не угрожает, она будет продолжать работать также усердно, как делала это всегда, пренебрегая собственным отдыхом. Хоть она и пошла на некоторые уступки, но этого, по мнению Деймона, было недостаточно.       Он был не настолько глуп, чтобы пытаться помешать ей ездить в офис. Но вечера подобные этому — это совсем другое дело. Пусть он и понимал всю их значимость, но считал излишним.       Они оба нуждались в отдыхе, который следовало посвятить их сыновьям и домашней рутине. Вместо этого, они потратят время на улыбки и пустые разговоры с наихудшими, по мнению Деймона, из людей.       — Мы пробудем там не долго, — сказала она, вырвав его из задумчивого состояния. Словно она читала его мысли. И хотя его взгляд был сосредоточен на дороге, он кожей мог почувствовать исходящие от неё волны раздражения. Тем не менее, она держала его руку на своей коленке.       — Тогда зачем мы вообще туда идём?       Его голос звучал обиженно, даже для его собственных ушей.       — Я уже говорила тебе. Лейна специально попросила меня прийти, хотя знает насколько, мы были заняты в последнее время. Ей нужна моя поддержка. А мне нужна твоя. Я могу на тебя рассчитывать?       Ему стало стыдно за своё поведение. Она казалась ему более усталой, чем он предполагал, и всё же, для неё это было важно. Из-за своего негодования, он забыл об истинной причине их присутствия на этом вечере. Дело было не в очередном сборе средств. Рейнира хотела поддержать Лейну. Его самоотверженная жена, всегда ставила интересы других выше своих собственных, а он только усложнял ей жизнь своим поведением.       — Конечно, милая. Ты всегда можешь на меня рассчитывать.       Поднеся её руку к своему рту, он запечатлел поцелуй на её пальцах. В знак извинения.       — Я тоже не горю желанием туда идти, — сказала она, примирительным тоном. — Но Лейна не попросила бы меня, если бы ей действительно не нужна была моя помощь. Похоже, что ситуация гораздо хуже, чем мы предполагали.       — Корлис плохо себя чувствует?       — Ты, должно быть, знаешь об этом лучше меня.       — Я ничего не слышал.       — Тогда, наверное, мы выясним это, когда доберёмся до места.       После того, как Корлис в прошлом месяце, получил травму в результате несчастного случая, слухи о судьбе его компании Sea & Salt, распространялись со скоростью лесного пожара.       Когда Визерис попал в больницу, всё происходило точно также.       Честно говоря, никто бы не удивился, если бы Корлис решил уйти в отставку, учитывая, что они с Визерисом были почти ровесниками. Это был не секрет, что его жена уговаривала его бросить работу и провести золотые годы своей жизни путешествуя по миру. Оба любили море, поэтому связали с ним название своего бизнеса. Лучше провести оставшееся время, занимаясь тем, что ты любишь, чем коротать его в кабинете.       Несмотря на то, что отношения между Корлисом и Визерисом по-прежнему были напряжёнными, Деймон знал о ходивших слухах.       Знать обо всём, что происходило в их кругу общения — часть его работы по защите Рейниры. Он должен быть в курсе всего, что могло, так или иначе, повлиять на неё. Его сеть осведомителей — это паутина, которая охватывала весь Манхэттен, и ещё три района.       Вот откуда он узнал, что официально не было объявлено о том, кто станет преемником Корлиса. А стервятники уже начали кружить.       В какой-то мере, ситуация была похожа на ту, в которой недавно оказалась Рейнира, хотя Визерис по возвращению в офис, уладил этот вопрос в Targaryen Enterprises. Он ясно дал понять, что с теми, кто был не согласен с его решением, церемониться не станут. Он даже заставил Отто уйти в отставку досрочно, когда тот продолжил свои нападки в сторону Рейниры. Это было сделано по тихому, так, чтобы никто не узнал, что же действительно произошло.       Но Деймон знал.       Как он и подозревал, Отто попытался действовать исподтишка, обставляя дело так, словно его опасения были вызваны её нынешним состоянием — беременностью. И тем фактом, что в скором времени у неё будет трое детей возрастом до трёх лет. В этом был смысл, разве забота о собственных детях не станет для неё в приоритете. Никто не стал бы винить её, но разве это нужно Targaryen Enterprises?       Он покинул компанию в то же день.       И хотя Деймон радовался изгнанию старого врага, но ещё больше его радовал тот факт, что Визерис прислушался к нему.       А ещё это означало, что на одну проблему у Рейниры стало меньше.       Но, даже заручившись безоговорочной поддержкой отца, битва ещё не была выигранной. Она должна будет проявить себя, как лидер, а это значит, что следующие несколько лет будут для неё настоящей проверкой на прочность. Точнее сказать для них обоих. Но он сделает всё, чтобы увидеть её победу.       Таким образом, его мозг был постоянно занят тем, что старался обнаружить любую видимую угрозу в адрес Рейниры.       И Веймонд был одной из таких угроз, несмотря на то, что был далёк и от дел компании и от совета акционеров. Дело в том, что он сам нацелился занять место генерального директора Sea & Salt, хотя, предполагалось, что его займёт Лейна. Он даже не делал из этого тайны и если ему удастся убедить совет в своей кандидатуре, то это ещё больше усложнит отношения между двумя компаниями.       Хотя Веймонд был не настолько глуп, чтобы бросить вызов Визерису, но это не означало, что он так же будет вести себя с Рейнирой. Этот мужчина раз за разом проявлял себя, как сексист и женоненавистник. Было понятно, насколько низкого он был мнения о Рейнире и её способностях, как руководителя. Поэтому Деймон не сомневался, что Веймонд приложит максимум усилий, чтобы усложнить жизнь его жене.       Несмотря на то, что Targaryen Enterprises процветает и будет процветать без союза между их семьями и Валарионами, но взаимная поддержка принесла бы больше пользы. В конце концов, в мире осталось не так много людей с валирийской кровью. Однако Веймонд был не склонен к сантиментам. Он скорее заключит союз с менее выгодным партнёром, чем станет работать с женщиной.       Сегодня вечером ему нужно будет присмотреть за ним, задание от которого Деймон был не в восторге. Хотя они с Веймондом едва пересекались вне пределов подобных мероприятий, но отношения у них не задались ещё с тех времён, когда они оба работали связными на одну организацию. Веймонд гнусно отзывался о нём, громко и часто, проступок, за который он так пока и не ответил.       Но, несмотря на всё презрение, которое он питал к этому человеку, он будет вести себя хорошо.       Ради спокойствия своей жены.       Город пролетал мимо за окнами их автомобиля. Он снова положил руку на её колено и принялся играть с бриллиантом на её помолвочном кольце. Символ его клятвы, его защиты. Несмотря на непринуждённое молчание, Деймон играл с ним всю оставшуюся часть дороги.       Не стоило обременять Рейниру своими заботами, тем более что у неё было полно собственных.       Ему не составит труда выполнить это задание.       Как только они добрались до места, он начал действовать, словно на автомате. Деймон отдал ключи швейцару, затем обошел машину, чтобы открыть дверь Рейнире и помочь ей выбраться из машины. Одной рукой ведя её за руку, а другой поддерживая спину, он помог ей подняться по ступенькам в лобби. Сдав в гардероб верхнюю одежду, они вошли в бальный зал.       Струнный квартет, находившийся на небольшом возвышении, играл приятную мелодию. Официанты ходили по залу с подносами полными выпивки и закусок. Он подозвал одного из них и попросил два стакана с водой. Хотя они вполне могли бы позволить себе нанять водителя на этот вечер, но из солидарности, Деймон не пил спиртного, когда Рейнира была беременна.       Его ладонь была крепко прижата к её спине, пока они проходили сквозь толпу в зале. Много знакомых лиц повстречались ему на пути, но он кивал в качестве приветствия лишь избранным. Улыбки же удосужились только те, кто входил в небольшой круг знакомых Рейниры.       Но даже тогда, улыбка не касалась его глаз.       Ему никогда не нравились подобные мероприятия.       Кроме того, большая часть людей, которые глазели на них или подходили к ним, была больше заинтересована в его жене. И Деймон не мог их винить за это. Как-никак, она была наследницей Targaryen Enterprises, монументальной империей, сродни монархии, если бы та существовала в этой беззаконной стране.       Каждый, кто считал себя хоть сколько-нибудь значимым, должен был засвидетельствовать ей своё почтение. Хоть в зале было полно богачей, и все они были представителями элиты, Рейнира — это солнце, вокруг которого они вращались.       И она несла это бремя с изяществом и достоинством.       Кроме того, она была самой красивой женщиной в этой комнате.       Несмотря на своё плохое самочувствие, Рейнира по-прежнему выглядела сияющей. Её кожа светилась, к щекам прилил румянец, а глаза сияли, когда она приветствовала Лаймана, одного из членов правления, который также являлся старым другом и доверенным лицом. Чёрное бархатное платье, которое она выбрала для сегодняшнего вечера, сидело на ней, как влитое и лишний раз подчёркивало её беременность. Её волосы цвета серебра, волнами спадали ей на спину и сияли также ярко.       Она была, словно видение.       И не важно было то, что Деймон имел возможность лицезреть её каждый день. Он с трудом мог отвести от неё взгляд.       О нём, о ней, о них двоих было написано уйма статей и снято столько же видео анализов. Запретный характер их отношений привлекал к себе внимание, интриговал, независимо от того, сколько времени уже прошло.       Валирийский обычай заключать браки со своими родственниками до сих пор шокировал здешнюю публику. К тому же, излишний интерес был вызван его статусом и репутацией отъявленного холостяка. У них на глазах, он из негодяя превратился в преданного и заботливого мужа, который во всех СМИ продолжал заявлять о своих чувствах, несмотря на то, что он был женат на Рейнире уже три с половиной года.       Но его не волновали изучающие взгляды.       Деймон любил свою жену и не собирался скрывать, насколько сильно он был в неё влюблён, лишь для того, чтобы его поведение соответствовало правилам общества. Они могли сколько угодно называть его дураком. Деймон знал, что в жизни было главным, и он не станет ограничивать проявления своей любви к Рейнире, чтобы получить одобрение безымянных и безликих людей из Интернета.       Поэтому он следовал за ней.       Первая часть вечера прошла, как обычно. Данное мероприятие, как и все остальные, которые они посещают, было предназначено для расширения круга общения и укрепления действующих союзов. И всё это было организовано под видом ужина, который стоил баснословных денег, и они были потрачены с пользой. Еда и впрямь была отменной, неохотно признал Деймон.       Но это единственное достоинство этого вечера.       Все остальное было обыденным, впрочем, как всегда. Несколько людей, которых он не знал, настойчиво добивались его внимания. Деймон, как муж Рейниры, был одним из самых важных людей в комнате. Если они не были заинтересованы в его связях, то тогда — в его деньгах и имени.       Ещё были женщины, которые думали, что могли соблазнить его, хотя он скорее предпочтёт сгореть в драконьем пламени, чем бросит свою жену. На большинстве из них он лишь едва задерживал свой взгляд при знакомстве, но опять-таки едва.       Он изо всех сил старался быть цивилизованным.       После ужина, его жена покинула его, и он в миг остро почувствовал пустоту, которую чувствовал всегда, когда её не было рядом с ним. Она хорошо играла в эту игру, навязанную высшим обществом. Поэтому из неё получится хороший лидер. Она не только была сообразительной, но и к тому же очаровательной или лучше сказать — восхитительной.       Она вместе с Лейной были неразлучны на протяжении всего вечера. И любой, кто не знал их достаточно хорошо, не придал бы этому значения. Они с детства были лучшими подругами, такими же и остались по сей день. Весь город не без интереса наблюдал за тем, как они росли, а их выходки становились постоянной темой для светских колонок и новостных лент.       Но это было ещё не всё.       Целью Рейниры было показать всем остальным, кого она поддерживает, в прямом и переносном смысле этого слова. Если в Sea & Salt случиться какая-нибудь потасовка за место руководителя компании, Лейна могла рассчитывать на помощь будущей королевы.       Ещё одним фактом было то, что Рейнира не перекинулась с Веймондом ни словом за весь вечер. Даже не поздоровалась с ним. Это то, что не останется незамеченным, такое неуважение явно оскорбит мужчину. Обдумав всё это, Деймон приступил к заданию, которого избегал до сих пор.       Он взял стакан с виски, который не собирался пить и направился к Веймонду. Встреча должна выглядеть случайной, словно Деймон встретил его среди людей, с которыми он ещё не успел поговорить. У него ушло около пятнадцати минут на то, чтобы достигнуть своей цели. Хотя он бы справился за меньший срок, если бы ему на пути не повстречалась Мередит Дарклин, без умолку тараторившая о своих двух престарелых шпицах.       Добравшись, наконец, и примкнув к группе, где находился Веймонд, он кивнул в знак приветствия всем собравшимся вокруг. Тиланд Ланнистер, как раз дошел до середины своего рассказа и Деймон сделал вид, что с интересом слушает его, хотя это было не так. Почти сразу же к группе присоединился ещё один мужчина, Деймон его знал, но никак не мог вспомнить как того звали. Это позволило ему оставаться простым наблюдателем, улыбаться, когда нужно и смеяться вместе с остальными.       Он не может сказать, сколько времени прошло прежде, чем небрежное замечание Лариса по поводу здоровья Рейниры, переключил всеобщее внимание на него. Для того чтобы оставаться невозмутимым, Деймону потребовалось всё его самообладание.       Несмотря на то, что Лионель был их сильным союзником, а Харвин — близким другом Рейниры, он на дух не переносил Лариса. Что-то было такое в его внешности, от чего у него мурашки шли по коже. К тому же он не упустил из виду, насколько близкими были у него отношения с Веймондом. И хотя комментарий был достаточно безобидным, Деймон доверял лишь нескольким окружавшим его людям и абсолютно точно в это число не выходил этот маленький червяк, которой добродушно улыбался ему, словно на самом деле беспокоился о здоровье Рейниры.       Если честно, сам вопрос был подозрительным. Хоть у Рейниры с Харвином были близкие отношения, он не мог припомнить, чтобы она обмолвилась больше, чем парой слов с Ларисом.       Слишком погруженный в свои мысли, Деймон оставил замечание без ответа, за него это сделал Джейсон Ланнистер, сказав, что она выглядела хорошо. Хоть на вопрос ответил другой человек, но вряд ли это можно было счесть, за грубость.       Однако было во взгляде Джейсона на Рейниру что-то такое, что вызывало волну раздражения у Деймона. Он чувствовал, как внутри него закипала кровь, несмотря на то, что он старался дышать глубоко и говорил себе оставаться спокойным.       — Ей уже лучше, — ответил он Ларису, полностью проигнорировав замечания Джейсона. — Спасибо, что спросил.       Тот факт, что у Деймона вышло сохранить спокойный тон, уже само по себе было достижением, с чем он себя мысленно поздравил.       — Мы все так беспокоимся за неё, — продолжил Ларис с притворным выражением беспокойства на лице, драматично нахмурив брови, — и за то, как её состояние может повлиять на дела, учитывая скорую отставку Визериса.       Его тон сочился фальшивым беспокойством.       Веймонд ухмыльнулся в свой стакан.       Деймон сделал ещё один медленный вдох прежде, чем ответил.       — Нет причин для беспокойства.       — Уверен, что члены правления и инвесторы так не думают.       Непонятно, кто сказал последнюю фразу, Деймон так или иначе, не успел среагировать. Словно по сигналу к их кругу присоединился Харвин, который бурно поприветствовал своего брата, что позволило градусу напряжения снизиться.       Был бы он моложе, то не отступил бы от начатой темы и потребовал бы от любого, кто плохо отозвался о его семье, повторить сказанное ему в лицо. Но сейчас он реагировал спокойнее. Тем более что разговор от его жены и компании перешел, на более приземленную тему, такую как подготовка к предстоящему бейсбольному сезону.       Смена разговора усыпила его бдительность, позволив ему думать, что опасность миновала.       Но у Вселенной, похоже, были свои планы.       Джейсон как раз хвастался своей последней победой — какой-то девушкой из семьи Тиреллов, которой только стукнуло восемнадцать. Честно говоря, Деймон находил это всё отвратительным и уже был готов извиниться, и уйти.       Но тут Веймонд высказался в вульгарной форме о роли женщины в мире.       И вот, что здесь следовало отметить. Деймон, едва ли считал себя святым.       Справедливости ради следовало сказать, что он и сам не отличался праведным поведением и оставил за собой изрядный шлейф из разбитых сердец. Он совершил немало поступков, за которые ему было стыдно. Но, даже, учитывая его предыдущий образ жизни, он не мог закрыть глаза на столь грубое замечание, высказанное Веймондом. Хотя, может быть, он сделал это намеренно, чтобы спровоцировать его.       Но в любом случае, он не позволит, чтобы это сошло ему с рук.       Несколько слов было произнесено в запале, поскольку Деймон настаивал на том, чтобы Веймонд извинился.       Тот отказался, что не было удивительно. Но хуже того, он пошел дальше. Его голос становился всё громче, пока он с издёвкой разглагольствовал о том, что место женщины в спальне и на кухне.       Но Веймонд и на этом не остановился и продолжил утверждать, что женщины по своей природе слишком эмоциональны, и не подходят для руководящих должностей, что компания, которая допустит такое, будет обречена на банкротство. И Targaryen Enterprises станет отличным примером того, что происходит, когда мужчина слишком слаб, чтобы приструнить свою дочь, а женщина слишком амбициозна, чтобы осознать своё место.       Вот тогда, перед Деймоном встала красная пелена.       Он, словно издалека слышал, как кто-то звал его по имени и чувствовал, чью то руку на своем плече. Видимо, ему пытались напомнить о сдержанности. Или помешать нанести удар. Но он одинаково хорошо бил двумя руками. Результат диких лет его юности. Деймон — отличный боец, быстрый как молния и смертельно точный. Он учился у лучших и знал различные виды боевых искусств и стилей бокса. Он не был прирожденным спортсменом, но, чёрт его возьми, если ему не нравилось махать кулаками.       Хотя прошло немало времени с тех пор, как он в последний раз участвовал в драке. Ещё до того, как он начал встречаться с Рейнирой, Деймон встал на путь исправления. После его примирения с Визерисом, ему нужно было показать, насколько он остепенился, что означало никаких драк и любого другого проявления насилия. Но хватку он не потерял.       Он почувствовал удовольствие, слыша, как звук удара прокатился по комнате. Слышать это было почти так же приятно, как и ощутить соприкосновения его кулака с носом Веймонда, который после этого упал на пол, испачкав кровью свою белую рубашку.       Потом он почти ничего не помнил.       Когда Деймон снова начал видеть окружающий мир, он обнаружил себя в маленькой пустой комнате, сидя на стуле перед своей явно разгневанной женой.       — Тебе лучше иметь хорошее объяснение, — шипела она на него, хотя продолжала прижимать ледяной компресс к костяшкам его пальцев, — учитывая, как ты только что облажался посреди комнаты битком набитой самыми важными людьми…       — Да плевать.       Её глаза сузились.       — А не должно.       — Но так и есть. И извиняться я тоже не стану.       — Деймон.       — Он плохо отзывался о твоём отце. И ещё хуже он отзывался о тебе.       Она раздражённо вздохнула.       — Мы оба знаем, что думает Веймонд. Но ты не можешь избивать людей, которым я не нравлюсь.       — Проблема не в этом. Да, они могут тебя не любить, но уважать тебя, они будут. Его взгляд переметнулся на её живот. Высвободив ладонь из её руки, он обнял её живот, прислонившись лбом к месту чуть повыше пупка. Поколебавшись секунду,       Рейнира прошлась пальцами по его волосам.       — Я знаю, что ты сердишься, — сказал он, нарушив молчание. — Наверное, мне не следовало этого делать, но такие люди, как Веймонд, не понимают слов. Хоть тебе это не нравится, но иногда насилие — это единственный способ донести до человека свою точку зрения.       — Что мне действительно не нравится, так это то, что у моего мужа могут быть проблемы с законом потому, что он решил преподать мужчине урок. Нам повезёт, если он не станет выдвигать против нас обвинения, хотя имеет на это право. Это стоило того?       Деймон ответил не раздумывая.       — Да, стоило. Я не потерплю того, что он так дурно отзывается о женщинах, тем более о моей жене.       — Что он сказал? — спросила она его уже спокойно.       Теперь настала его очередь вздыхать тяжело. Запечатлев поцелуй на её животе, он поднял взгляд на Рейниру.       — Что-то насчёт того, что женщины нужны лишь для того, чтобы вести хозяйство и раздвигать ноги. А потом сказал, что он думает про женщин руководителей из списка Fortune 500.       — Вполне обычные сексистские вещи, — сказала она посмеиваясь. — Как бы я не ценила то, как ты встаёшь на мою защиту, любовь моя, но я привыкла слышать эти вещи.       Он яростно замотал головой.       — Ты не должна. Но такие мужчины, как Веймонд, будут слушать только другого мужчину.       Она улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб прежде, чем снова приложить холодный компресс к костяшкам.       — Какой ты пособник феминисток.       Смех сорвался с её губ, когда он закатил глаза.       — Я вёл к тому, что ты не должна выслушивать подобные комментарии.       — Значит, ты намерен драться с каждым, кто будет обо мне плохо отзываться.       — Если это поможет — да.       — Тогда впереди тебя ждёт много сражений.       Наклонившись к нему, Рейнира коснулась губами его губ, языком попробовав их вкус. Он издал стон, который она проглотила и села к нему на колени, обвив руками его шею.       — Я буду сражаться за тебя до последнего вздоха.       — В этом нет нужды, — сказала она, тяжело дыша, чувствуя его руку на своем бедре. — Я предпочла, чтобы ты был рядом со мной, а не сражался от моего имени.       — Хорошо, — согласился он, — но если кто-нибудь позволит себе оскорбить тебя или нашу семью, в моём присутствии мне будет позволено, преподать им урок.       — Это переговоры?       — Как всегда?       — Наверное, да, — сказала она, спустя пару секунд.       Она снова прижалась к нему в поцелуе, её пальцы дразнили кожу на его затылке прежде, чем зарылись в волосы. Несмотря на то, что он всё ещё чувствовал пульсацию в руке, а адреналин до конца не испарился из его крови, Деймон откликнулся на её прикосновения. Его член пришел в движение, твердая линия мышц прижалась к задней части её бедра и стала только твёрже, когда она сплелась с его языком.       — Тебе лучше остановиться, — сказал он, разрывая поцелуй, — если ты не хочешь послать это мероприятие куда подальше.       — Не уверена, что нашему возвращению будут рады, только если мы не будем вести себя хорошо.       — Как будто они посмеют отвернуться от Рейниры Таргариен.       — И то верно. Ты извинишься?       — Перед Веймондом? Определенно нет?       Она снова засмеялась.       — Я на это и не рассчитывала. Извинись передо мной, своей женой, ведь это мне придется вернуться туда и разобраться с тем беспорядком, который ты там устроил.       — Прости меня, жена.       Он действительно имел это в виду. Его тон был искренним, когда он со смущённым выражением лица, посмотрел на неё с мольбой. Деймон не хотел усложнять ей жизнь. Но, несмотря на все его усилия и добрые намерения, он умудрился это сделать.       — Спасибо Господу за Харвина…       — Что-то я не уловил, как он связан со всем этим и почему ты вообще упоминаешь его, когда я пытаюсь загладить свою вину.       — Не сердись, любовь моя. Ты становишься таким раздражительным всякий раз, когда я упоминаю его, но на этот раз нам действительно повезло, что он оказался рядом и был очевидцем вашей ссоры. Он может подтвердить, что Веймонд нарочно подстрекал тебя, хоть и без кулаков.       — Он по-прежнему мне не нравится, — пробурчал себе под нос Деймон.       — Нравится, — возразила он, поцеловав его в нос. — Теперь пошли, — она положила руку ему на плечо, чтобы помочь себе встать. — Нас впереди ждёт, как минимум пару часов общения, прежде чем мы сможем уйти.       — Ты говорила, что мы здесь не надолго.       — Да, но это было до того, как ты решил вырубить человека.       — А что мне делать с этим? — спросил он, показывая на заметное очертание своей эрекции.       — Заткни его за пояс.       У Деймона не было другого выбора, кроме как подчиниться.