Подделка

      

Глава 5

      

      Панталоне стоял, прижавшись спиной к двери лаборатории, пытаясь привести тело и мысли в порядок. В реальность его вернул звук шагов по коридору. Он тут же отлип от двери, пытаясь принять непринуждённую позу, будто бы только что покинул лабораторию и уже собирается уходить. Из темноты тускло освещенного коридора вынырнул Срез. Отличить его от прочих было существенно проще: на вид ему не дашь больше двадцати-двадцати пяти. Курчавые, более короткие чем у самого Дотторе, волосы были в беспорядке. Банкир знал, что в молодости Второй Предвестник носил другую маску, не скрывавшую глаз, но теперь все его версии любого возраста носили одну и ту же вариацию, не выставлявшую на всеобщее обозрение кибернетические глаза сегментов.       Заметив притаившегося в темном углу Банкира, Срез сразу оживился:       — Господи-ин Регра-атор, — тянул он гласные и собственные тонкие губы в наигранной улыбке, — Какая неожиданность! Что привело столь занятого человека сюда? в такой час? — он остановился на некотором расстоянии и принялся беззастенчиво рассматривать Банкира, словно объект очередного исследования под микроскопом.       — Добрый вечер, — Панталоне старался выглядеть спокойным, что было затруднительно с неопавшей реакцией собственного тела на недавние «извинения», лихорадочным румянцем и блеском в газах, — Тоже очень рад с вами повидаться, но, как вы верно подметили, час поздний, и мне уже пора. Всего наилучшего.       Раздавшийся в тишине смешок заставил Банкира вздрогнуть. Демонстративно склонив голову, Срез рассматривал брюки Панталоне, ухмыляясь все более отвратительно.       — …как всегда был прав… — неразборчиво пробормотал он себе под нос и снова как-то нервно хихикнул.        — Что? Кто был прав? — поспешно запахнув складки своего одеяния, Девятый злобно воззрился на Среза из-за стекол очков. Прозвучавший ответ лишил его дара речи.       — Я.              

***

      

      К сексу Панталоне всегда относился сугубо прагматично. По долгу ли службы, или из личных побуждений, он всегда взвешивал все за и против и искал партнера где-то на пресечении максимальной выгоды и минимальных рисков. Но в этот раз что-то пошло не по плану. Хоть уровень риска был так высок, что грозил неприятными последствиями, а выгодой в этой авантюре даже отдаленно не пахло, Панталоне не мог убедить себя хладнокровно отринуть эту идею.       «Соблазн», — мелькнуло в голове Банкира, когда он в сотый раз прокручивал недавние события, сидя у камина. Он пошел тогда к «Доктору», чтобы избавиться от гнетущего чувства недосказанности и выбросить наконец всю эту чушь из головы, а стало только хуже, и многочасовая рефлексия не помогала. А все дело в том, что никогда эмоционально не вовлекавшийся в свои связи Банкир…увлекся. И, черт возьми, он совсем не хотел этого признавать. Но еще большее внутреннее сопротивление вызывал собственный страх. Нет, его не страшила перспектива разборок со Вторым предвестником, едва ли он станет кусать руку, которая кормит его и всю Снежную в придачу, Доктор совсем не так безумен, как его малюют обыватели. Нет. Девятый Предвестник боялся быть отвергнутым. Так боялся, что отвергал сам.       Он не питал иллюзий по поводу того, останется ли его связь со Срезом в тайне от Дотторе. Конечно, нет. «Уверен, он узнает об этом в тот же день, как вернется, если уже не знает». И больше всего он боялся даже не гнева Доктора, нет, он боялся его пренебрежительного и равнодушного благословения. «Мне это безразлично, можешь брать его когда пожелаешь, Регратор, только не сломай, сам же знаешь, в какую сумму обошелся каждый сегмент», — холодный голос Доктора звучал в голове Банкира, как настоящий.       «Лучше бы он ударил меня, — Панталоне тяжело вздохнул, глядя, как языки пламени жадно облизывают дрова в камине, — Черт, зачем я вообще это делаю?..»       «Потому что хочу его», — ответил он сам себе.              

***

      

      Он смотрел в кроваво-красные глаза напротив под гулкий звук собственного сердцебиения. Свет свечей отражался в них яркими гипнотическими всполохами. Панталоне протянул руку, убрав непослушную прядь светлых волос за ухо, открыв бледное лицо, казавшееся в полутьме будто вырезанным из фарфора. Лицо, которое он видел лишь пару раз за несколько лет знакомства, и то лишь мельком, сейчас было так близко… и он касался его, ведя пальцами без перчаток по коже, обводя линию скулы; нежно провел пальцем по сухим, немного шершавым губам; не прикрывал глаз, когда целовал их. Не хотелось терять ни секунды зрительного контакта, не хотелось разрывать его никогда.              

***

      

      Панталоне с трудом разлепил слезящиеся от долгого сидения у огня глаза. Он уснул прямо там, у камина в собственном кабинете.       — С пробуждением.       Банкир бы подскочил от неожиданности, если бы не разомлел ото сна. Он резко вскинул голову, выхватывая взглядом знакомую фигуру.       — Как ты?..       — Дверь была не заперта, — «Доктор» вышел из своего темного угла на свет, — Не слишком предусмотрительно для Предвестника… Конечно, вряд ли кто-то осмелится свершить покушение прямо здесь, но вероятность никогда не равна нулю.       — И давно ты здесь… стоишь? — Банкир немного выпрямился в кресле, принимая более способствующую беседе позу.       — Хочешь, чтобы я ушел? — лицо «Доктора» ничего не выражало. Вопрос был задан таким ровным тоном, что, казалось, вовсе не имел никакого подтекста.       — Останься… Может, присядешь? — Банкир жестом указал на стоящее неподалеку второе кресло, которое ничего не стоило подвинуть ближе к огню.       Коротко кивнув собственным мыслям, Срез приблизился, прошел мимо кресла, проигнорировав его, и — сел подле Панталоне прямо на пол, касаясь плечом его ноги и откинув голову на сиденье.       Спросонья Девятый только немо уставился на эту картину.       — Чем тебя не устроило кресло?..       — Слишком далеко. От тебя.       Панталоне шумно втянул носом воздух. Присутствие «Доктора» лишало его доброй половины критического мышления. Словно в трансе он протянул руку к волосам Среза и запустил в них длинные пальцы, массируя кожу головы. Одно из многочисленных колец запуталось в светлых прядях и при неосторожном движении, должно быть, причинило «Доктору» не самые приятных ощущения.       — Прости, я их сниму, — он наспех стянул кольца и не глядя бросил их куда-то в угол обивки кресла.       — Как пренебрежительно ты обращаешься со своими дорогими игрушками.       — Это всего лишь безделушки, — поспешил оправдаться Девятый, хотя им обоим было очевидно, что речь вовсе не о кольцах.       — Ты прав… Всего лишь безделушки.       Повинуясь сиюминутному порыву, Панталоне резко наклонился к «Доктору», поворачивая его лицо профилем к себе за подбородок.       — Ты — не дорогая игрушка, — голос его был хриплым, а аметистовые глаза мерцали в свете камина немного безумно, — Ты слышишь меня?       — Да, — взяв Банкира за руку, он прижал костяшки пальцев к губам, целуя. — Я тебя услышал.       Девятый наблюдал за ним широко открытыми глазами, его ноздри невольно раздулись, хотя лицо оставалось спокойным. Так хотелось впиться в эти губы, почувствовать вкус крови, опьяняющий, лишающий остатков самоконтроля…       — Не одергивай себя, — голос Среза тихий, почти шепот, а стук собственного сердца громкий, громче внутреннего монолога.       Подавшись вперед, Панталоне толкнул «Доктора», спускаясь с кресла на пол и нависая сверху. Хотя ковер и смягчил падение, Срез, тем не менее, охнул, когда его затылок встретился с полом. Но Банкир этого уже не слышал, его язык жадно исследовал чужой рот, проходясь по кромке острых зубов и легонько щекоча небо. Жар чужого глубокого дыхания лишал способности мыслить ясно. Одной рукой забравшись под рубашку «Доктора» в поисках ремешка портупеи, а другой оттягивая его волосы, Панталоне уже практически лежал на Срезе, прижавшись к нему всем телом. Ни что не дарует такого первобытного блаженства, как возможность отпустить наконец эти «вожжи» и дать самому себе свободу действий.        Потянув за кожаный ремень, он вынудил «Доктора» сесть и придержать себя за талию от падения назад. Срез проник руками под водолазку, задирая ее, и провел пальцами вдоль позвоночника Банкира, вынуждая того прогнуться ему навстречу с тихим стоном. Панталоне провел языком по нижней губе «Доктора», силясь побороть немыслимое желание прокусить нежную кожу. Коснувшись зубами и несильно сжав их, он простонал в поцелуй, возбуждаясь только сильнее от собственных мыслей.       — Могу я… — Пальцы Девятого сильней оттянули ремень.       — Все, что пожелаешь, — он немного сдвину маску на затылок для чужого удобства.       Получив карт-бланш, Панталоне с силой сжал зубы, прокусывая нежную кожу, и тут же углубил поцелуй, к которому постепенно примешивался вкус крови. «Доктор» издал громкий стон боли и удовольствия, до синяков сжав талию Банкира в своих руках. Его черные перчатки резко контрастировали с бледной кожей.       Снова повалив Среза на пол, Панталоне то ли случайно, то ли намеренно потерся о вставший член «Доктора» через одежду. Тот задушено застонал — руки девятого все еще сжимали ремень на его горле, и он, кажется, не отдавал себе отчета, с какой силой. Эти звуки приносили Панталоне больше удовольствия и возбуждали больше, чем все прочее; ему хотелось слушать этот голос непрерывно, хотелось услышать собственное имя на чужих губах.       — Сегодня ты взял с собой все, что нужно? — Банкиру пришлось ослабить хватку на ремне, чтобы дать возможность ответить.       — И дверь закрыл, — кивнул «Доктор», хищно улыбаясь.       Нехотя оторвавшись и сев, Панталоне принялся медленно расстегивать рубашку Среза, не отрывая взгляда от его лица. Руки Второго нежно, почти трепетно оглаживали тело Банкира, пока тот, вытянувшись, стягивал свою водолазку через голову.       — Ты совершенен, — голос Среза все еще был немного хриплым от недостатка кислорода. На шее виделась оставшаяся от ремня красная полоса, а с прокушенной губы по щеке стекала струйка крови.       — Для человека? — хитро улыбнувшись, Банкир коснулся губ «Доктора» пачкая свои пальцы в крови, и повел ими вниз по шее, к груди, и до самого живота, оставляя за собой две параллельные красные линии, постепенно сходящие на нет. Срез дугой выгибался ему навстречу, словно пытаясь увеличить площадь соприкосновения. Закончив выводить на его теле кровавые узоры, Панталоне склонил голову и повторил тот же путь снизу вверх, слизывая кровь. Ему приходилось иногда прерываться, чтобы сглотнуть. В эти моменты он поднимал затуманенный желанием взгляд на «Доктора», наблюдая реакцию: слегка приоткрытые ярко-красные от крови губы, из которых вырывались тихие вдохи и выдохи, говорили лучше всяких слов.       Достигнув своего предела, возбуждение уже практически болью отдавалось в узких брюках Панталоне, смешивая мысли в кашу. Нехотя отстранившись от «Доктора», чтобы скинуть сапоги и оставшуюся одежду, он обводил жадным взглядом бледное тело партнера, лежащее на спине. Бисеринки выступившего, несмотря на холод, пота, перекатывающиеся под кожей мышцы, когда Срез, воспользовавшись короткой заминкой, поднялся на локтях и выудил из заднего кармана бутылек с прозрачной жидкостью и протянул его Панталоне.       — Я хочу, чтобы ты… — проигнорировав протянутую руку, Девятый вновь вернул свое положение, нависнув сверху, и провел влажным языком по кромке уха.       — Ты уверен? Я бы позволил тебе…       — Уверен, — горячее дыхание пустило по телу «Доктора» волну мурашек, — Растяни меня.       Сложно сказать, чем руководствовался Банкир, приняв это решение. Может, не хотел тратить время их первого раза на неопытность Второго, может, это был своеобразный способ «вернуть долг», а может… просто хотел ощутить его в себе.       Панталоне невольно вздрогнул, когда скользкие пальцы коснулись колечка мышц. Ему приходилось делать это и раньше, но в этот раз почему-то все было иначе, чувство неясной ответственности не давало ему забыться.       — Расслабься, — голос «Доктора» вернул его в реальность. Такой знакомый. Его голос: — Боли не будет.       «Откуда тебе знать?» — так и вертелось на языке у Девятого, но вместо слов изо рта вырвался только какой-то невнятный звук, когда первый палец проник внутрь. Не двигаясь, он давал Панталоне привыкнуть к дискомфорту, но тот, игнорируя неприятные ощущения, сам опустился ниже, позволяя проникнуть глубже. Когда к первому пальцу подключился второй, Банкир задвигался, опираясь руками о плечи «Доктора». Его язык скользнул по недавней ране на губе Второго. Стараясь не обращать внимания на раздвигающие его стенки на манер ножниц пальцы, он заставил только остановившуюся кровь снова пролиться. Срез болезненно застонал. Будь он обычным человеком, на рану пришлось бы наложить несколько швов, но усиленная регенерация предвестников позволяла такие вольности.       Когда, толкнувшись особенно глубоко, пальцы задели простату, Панталоне издал звучный стон:       — Ах… давай…       — Не торопись, — на лице «Доктора» появилась самодовольная ухмылка.       — Я не сахарный, — даже сидя на чужих пальцах по последнюю фалангу, Банкир умудрялся острить, не краснея.        Стянув брюки вместе с бельем до бедер, а сделать это лежа на спине с сидящим на тебе мужчиной было не такой уж простой задачей, Срез пару раз провел рукой по своему члену, распределяя смазку с выступившим предэякулятом по всей длине. Направив головку к растянутому входу, он замер.       — Планируешь быть самостоятельным до конца? — остроты немного разряжали атмосферу.       Панталоне откинул волосы с лица, смерив «Доктора» своим фирменным взглядом:       — Самостоятельным? — он подался назад, медленно насаживаясь на член со свистящим выдохом сквозь сжатые зубы. — Скажи спасибо, что я не прихватил плеть и не велел называть себя господином.       Губы Среза растянулись в широкой улыбке, обнажившей острые зубы, от чего рана снова начала обильно кровоточить.       Привыкая к ощущению заполненности, Панталоне начал неторопливо двигаться, чем выбил все мысли из головы «Доктора». Пошлые звуки заполнили комнату. Положение Панталоне позволяло ему руководить процессом и задавать комфортный для себя темп. Постепенно ускоряясь, он дышал все тяжелее, приоткрывая припухшие губы. Казалось, будь в комнате на пару градусов холоднее, от их тел и дыхания пошел бы пар. Двигаться становилось все труднее, колени предательски дрожали от напряжения, и даже опора в виде чужих плеч не особо помогала. Заметив это, «Доктор» перехватил его руки и притянул к тебе, переплетая их пальцы над головой. В таком положении, практически уложив Банкира на себя, Срез мог толкаться в него самостоятельно. Потеряв контроль, Банкир рвано дышал, периодически срываясь на несдержанные стоны, когда член Доктора попадал по простате. Перед расфокусированным взглядом маячила ненавистная маска.       — Пожалуйста… а-ах, — на особенно глубоком толчке голос Панталоне снова сорвался. — Сними ее…       Он хотел было сам протянуть руку, но переплетенные пальцы не дали ему это сделать, сильнее сжавшись.       — Это, — язык словно чужой, не хотел выговаривать внятные слова, — собьет весь настрой.       Сил спорить не было, да и сам Панталоне не был так уж уверен, что вид кибернетического глаза — это то, что ему сейчас так нужно.       Напряженный член терся о живот «Доктора» при каждом движении, пачкая его, но не давая достаточной стимуляции, а только дразня. Панталоне крепче сжал пальцы, привлекая к себе внимание:       — Пожалуйста, я больше не могу, — он старался говорить быстро, не доверяя собственному голосу.       — Просто скажи мне… — Доктор перехватил одной рукой оба запястья Банкира, не давая тому распрямиться и притронуться к себе, и дразняще провел длинными узловатыми пальцами от его ключиц вниз к животу. — Чего ты хочешь?       — Я хочу кончить, пока ты во мне.       У «Доктора» от этих слов сорвало все предохранители. Одним движением он поменял их положение, уложив Панталоне на спину и оказавшись сверху. Банкир успел только охнуть от неожиданности перед тем, как его втянули в жадный поцелуй, наполнивший рот вкусом чужой крови. Рука Среза задвигалась на его члене в такт толчкам. Панталоне закинул ноги на талию Доктора, надавливая на поясницу с каждым движением внутри, словно пытаясь глубже принять его в себя.       Судорога оргазма накрыла его оглушающей волной, на несколько секунд отрезав от реальности. Стенки так сильно сжались вокруг уже и без того пульсировавшего члена «Доктора», что он с глухим стоном излился внутрь через пару толчков. Пальцы на запястьях Панталоне неосознанно сжались сильнее, заставляя того невнятно заскулить от боли.       — Прости, — Срез ослабил хватку, — кажется, я немного увлекся. Отстранившись, он ненадолго задержал взгляд на собственной сперме, толчками вытекающей из тела Банкира, и перевел взгляд на раскрасневшееся лицо. Панталоне полулежал, оперевшись на руку. Изящные изгибы его тела мягко мерцали в свете камина, создавая поистине божественную картину. «Доктор» опустился рядом, нежным движением убрав выбившуюся из всегда идеальной прически Банкира прядь и заправив ее за ухо.       — Могу я хотя бы теперь?.. — рука Панталоне красноречиво потянулась к маске напротив, но так и зависла в воздухе немым вопросом.       — Ты не хочешь этого видеть.       — Может, позволишь мне самому решать? — он протянул руку дальше, коснулся вьющихся волос на чужом затылке, мягко побуждая наклониться. Ремешок поддался с тихим щелчком. Когда Доктор поднял голову — на Панталоне смотрели два кроваво-красных глаза.