Never give up!

Hozier – Movement.

      — Вернулся всё же, грибочек бледный, — не отвлекаясь от каких-то записей в тетради, достаточно спокойно приветствует рыжеволосый парень. Он сидит на своей кровати в позе лотоса, вокруг него разложены несколько тетрадей и учебников, исписанные листы с разными цветными пометками только дополняют этот учебный хаос, в котором парень выглядит слишком спокойно. — Я подумал, что ты меня бросил здесь одного. Ты пусть и угрюмый вечно, но пока единственный, с кем я могу хоть как-то поговорить.              Юнги спокойное поведение соседа по палате немного удивило, но сравнение с бледной поганкой дало понять, что никакие инопланетяне или медбратья не украли это создание божье для своих корыстных целей. Возможно, Юнги был бы не против, но доля сомнения где-то в подкорке мозга даёт о себе знать.              — Я был бы не против сбежать для начала просто из этого места, а потом уже и от тебя, — Юнги не спеша направляется к своей кровати, устало валится на неё, прикрыв тяжелые веки, — но если ты будешь таким же спокойным, то я, может быть, ещё подумаю о последнем.              Подобное заявление заставляет отвлечься Пака от своих записей и в недоумении посмотреть на Мина, который в свою очередь все так же лежит на кровати, как рухнул минуту назад. Чимин от подобных слов начинает думать, что старший подхватил какую-то инфекцию пока был за пределами отделения, либо настолько вымотался, что перестал осознавать какую чушь несёт.              — Это был сейчас подкат или очередной подкол? — в полном недоумении продолжает таращиться Пак.              Юнги, почувствовав на себе пристальный взгляд серо-зелёных глаз, немного приоткрывает веки и приподнимает голову, после чего валится обратно со вздохом. Ему до последнего не хотелось как-либо шевелиться. После встреч с Чонгуком он часто бывает немного уставшим, а сегодня тем более. Морально поддерживать людей, оказывается, не так уж просто, видеть, как дорогой тебе человек ломается на глазах — ещё сложнее. Сейчас Юнги хочется просто побыть в тишине и наедине со своими мыслями, чтобы они раскидались по полочкам.              — Воспринимай как хочешь, не думаю, что разница будет существенной, — Юнги снимает шлёпки и устраивается более удобно на кровати, чтобы вздремнуть.              Чимин ещё какое-то время смотрит на блондина, пытаясь понять их странный диалог, после чего возвращается к своим записям. Кто так мог повлиять на Мина, что их диалог не состоял из взаимных колких фраз — загадка для Чимина, которую ему теперь хочется разгадать.       

ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ

             Юнги находится у ворот в царство Морфея, Чимин продолжает делать конспекты, в палате тишина, спокойствие, которую кто-то очень наглый смеет нарушить своим появлением в дверном проёме. Этот кто-то в белом расстегнутом халате, под которым надета чёрная водолазка и прямые брюки, с уложенными назад пепельными волосами. Неизвестный проходит вглубь палаты, тем самым выдергивает Юнги со свидания, а он буквально протягивал руку хранителю снов.              — Давненько я к вам не заглядывал, мальчики, — в это время Чимин дописывает до точки и встаёт с кровати, приветствуя вошедшего. Юнги не спеша садится на кровать, хмуро смотрит на силуэт напротив, скрестив руки на груди. — Юнги, дырку делать во мне не обязательно. Я не хотел мешать твоему отдыху, но проверить вас лично обязан, хоть и ежедневно получаю отчёты о твоих успехах, — врач потирает ладони и мило улыбается хмурой туче напротив.              Доктор подходит к Юнги, который все так же сидит на кровати, поджав к себе ноги. Врач сначала не спеша визуально оценивает состояние пациента. Все как обычно: хмурый взгляд, частично скрываемый светлыми выбившимися прядями, удобная, особенно в его случае, клетчатая серая рубашка и штаны из лёгкой ткани, признаков новых физических проблем нет, и это радует.              — Будь добр, сними бандаж и развернись ко мне этим плечом. Или тебе нужна помощь? — интересуется врач, потому что в предыдущие разы, как бы Мин ни пытался справиться самостоятельно, ему всё же требовалась помощь.              — Спасибо, я сам, доктор Ким.              Ким Намджун — травматолог-ортопед, в добавок к этому ещё и заместитель заведующего отделением. В основном решает проблемы спортсменов с их хрупкими суставами и сухожилиями. И это пока всё, что удалось узнать Чимину об этом докторе.              Пак молча наблюдает за тем, как Юнги ловко управляется с липучками и стягивает бандаж с плеча, освобождая его для осмотра. Доктор начинает не спеша прощупывать больное место, от чего Мин едва слышно шипит, но Ким Намджуна это не колышет, ведь они не на море, а он — не парус. Спустя время, которое Юнги показалось вечностью, врач отстраняется от него и все так же оценивающе смотрит.              — Отёки практически сошли, что уже хорошо. Покажи, насколько увеличилась подвижность, — Мин без промедления выполняет сказанное: приподнимает руку, делает круговые движения плечом, получая одобрительный кивок. — Что ж, думаю, что уже стоит сокращать время носки бандажа. Носишь, когда появляется тянущее ощущение и ночью, чтобы не допустить ухудшения. Договорились? — доктор Ким едва заметно улыбается, а в глазах у него сверкает тысяча огоньков радости.              — Буду придерживаться назначения, Ким Намджун, — Юнги долго ждал этого дня. Это не выписка, но большой шаг на пути к ней.              — А теперь поговорим с тобой, мой неугомонный друг, — доктор разворачивается и направляется к Чимину. Он сидит на кровати и смотрит на Юнги, который напоминает сейчас одуванчик на фоне луны, так же едва заметно светится. — Как твоя щиколотка? Надеюсь, ты не допускаешь нагрузки на ноги? — интересуется доктор, а человек за его спиной меняется в лице, призадумавшись.              — Я выполняю ваши указания, поэтому всё в полном порядке. Жду не дождусь возвращения на свободу, — улыбается Чимин, потирая правую ногу с ортезом на голеностопе.              — Если ты действительно выполняешь все мои указания, то твоё воссоединение с залом для практик не за горами.              От таких прогнозов доктора Чимин чуть ли не подпрыгивает от радости, но замечает тяжёлый взгляд соседа по палате. Юнги явно чем-то озадачен и недоволен. Неужто одинокая грозовая туча с гиперактивным ветром расставаться не хочет?              Во время их игры в гляделки, Ким осмотрел раненого лебедя, сделав определённые заключения:       — Ещё раз напоминаю, что ты не должен сейчас себя никак физически нагружать. Сегодня постараюсь назначить дополнительное лечение, потому что вижу улучшения твоего состояния, — строгий голос быстро привлёк внимание Пака. Он внимательно выслушал все указания Ким Намджуна. — Ну, всё, оставляю вас, отдыхайте дальше, — прощается доктор, направляясь к двери и оставляя парней.       

ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ♡ㅡ

Ludovico Einaudi – Fly.

      

      Палата снова наполнена тишиной и спокойствием. Юнги работает за ноутбуком, Чимин лежит на своей кровати, листая ленту соцсетей своей танцевальной школы.              Перед его травмой у них была съёмка индивидуальных практик, которые должны были выложить со дня на день. Очередной раз обновляя страницу, появляется то, чего Чимин так долго ждал, но в то же время и боялся увидеть. Недолго думая, он нажимает на нужное ему видео и внимательно смотрит. С каждой секундой он становится всё более серьёзным, взгляд мрачнеет, губы поджимаются. Полторы минуты длится видео, и за это время от милого и добродушного Чимина ничего не остаётся. Он бросает телефон на кровать и выходит из палаты, тем самым привлекая внимание Мина, который явно не ожидал такого резкого нарушения идиллии.              Юнги не сразу понял, что произошло. Он медленно подошёл к соседней кровати, на которой лежит брошенная хозяином вещь. Юнги замечает Чимина на экране, любопытство и интерес к его личности почему-то берут верх над рассудительной личностью Мина, и он внимательно смотрит видео. Чимин изящно двигается, выполняет все движения уверенно и безукоризненно, кажется, будто музыка наполнила его и он движим лишь ею. Всё настолько гармонично, мелодия дополняет танец так же, как движения дополняют её. Видео заканчивается, после просмотра Юнги испытывает лишь восхищение.              Мин кладёт телефон на тумбу около кровати и выходит из палаты. Оглядывается по сторонам, думая, куда мог уйти Чимин. Этот парень непредсказуем, но Мин почему-то в этот момент точно знает где он может быть. Мин проходит к концу коридора, в котором находится небольшой зал для самостоятельных занятий спортом, и не ошибается в своих догадках.              Чимин медленно встаёт на весы, нервно выдыхает и опускает взгляд на цифры. Руки сжимают конец футболки, он отходит назад и садится на пол.              — Тебе здесь не место, — раздаётся низкий голос за спиной Чимина. Младший оборачивается к источнику шума, нарушающий бурный поток мыслей, но ничего не говорит. — Кабинет Кима за стеной. Не дай бог его светлую голову посетит идея заглянуть сюда, тогда ни меня, ни тебя тем более, он по голове не погладит и не скажет какие мы молодцы, — с этими словами Мин протягивает руку, чтобы помочь Паку встать.              Чимин слишком зациклен на своих мыслях, которые устроили хаос. Он смотрит на Юнги, который стоит перед ним стеной и ждет, когда ему наконец протянут руку.              — Не думаю, что цифры на весах такие огромные, что ты свой зад поднять не можешь, — устало вздыхает Юнги, а Чимин уже смотрит на него исподлобья и самостоятельно поднимается, стараясь не опираться на больную ногу.              — Дорогой Мин, хоть тебе и сняли бандаж, я не думаю, что ты можешь обороняться полноценно, — и вот наш обыкновенный и такой родной Чимин уже в строю целый и невредимый, хотя как посмотреть. А всего-то нужно было немного дёрнуть ниточку под названием «Юнги», чтобы механизм снова заработал.              — А я думаю, что ты не сможешь меня догнать, дорогой Чимини, — в глазах-треугольничках бегают и веселятся чёртики, на губах легка улыбка, а это значит, что счёт один-один.              Не обрывая зрительного контакта, Юнги медленно делает шаг назад, за ним следующий, и так не спеша направляется к выходу из комнаты, но перешагнув порог, срывается на быстрый шаг. Чимин долго не заставил себя ждать, и прихрамывая направился вслед за Мином.              — Догони сначала, пират Карибского моря, — громче, чем следовало заявил Юнги, повернув голову через плечо.              Из-за дискомфорта в ноге Чимин всё же был вынужден остановиться посреди коридора. Он прожигал дыру во лбу Юнги, который остановился недалеко от дверей ординаторской и ждал дальнейших действий Пака. Чимин не торопился что-либо делать, пусть смельчак чуть-чуть подышит, насладится жизнью, может, успеет осознать свою ошибку, начнет просить прощения, замаливать грехи, а Пак в это время переведет дух, дождется, когда боль в ноге спадёт. В общем, все будут в плюсе.              — Уноси ноги, пока в ряды прислуги капитана корабля не вступил! — как оно и бывает в их обычных перепалках, Чимин постепенно закипает, а Юнги наслаждается процессом, периодически посмеиваясь над милым личиком грозного Пак Чимина.              Хромой палач всё же передумывает щадить свою жертву и направляется в её сторону, чтобы поставить мозги на место или, может быть, уже лишить их вовсе. Всё будет зависеть от ситуации. Но не успевает он приблизиться к Мину, как из кабинета выходит доктор Ким, в чью грудь Пак метко врезается, не успев вовремя остановиться. И без этого разгневанный Чимин отшатывается на пару шагов назад, разочарованно вздыхая. Справедливость сегодня не восторжествует.              — Пак Чимин, что ты забыл в этом крыле отделения? — Ким скрестил руки на груди, строгим взглядом усмиряя нарушителя, который уже стушевался и опустил взгляд под ноги. — Мы с тобой говорили пару часов назад, и вроде бы я чётко объяснил, что можно делать тебе сейчас, а что — нет, — в это время за спиной врача раздается тихий смех Мин Юнги, который, между прочим, тоже не блещет порядочностью в этой ситуации, поэтому сейчас настал его черед получать словесных нагоняев. Ким Намджун разворачивается ко второму нарушителю. — Юнги, ты не особо далеко ушёл от своего товарища, — смех затихает, голова опускается, лишь где-то за спиной слышится тихая усмешка. Справедливость всё же есть, и она пока на стороне Чимина. — Оба в палату, чтобы не видел в зале для занятий без моих указаний. Поглядите-ка, какие самостоятельные. Ещё раз замечу нарушения, заставлю после выздоровления этот самый зал вычищать до блеска, — пригрозил доктор Ким, получив слабые кивки головой от обоих подростков, вернулся в кабинет.              Дверь за врачом закрылась, Пак быстро, насколько это возможно, подошёл к Юнги и треснул подзатыльник. Надежда на то, что мозги встали на место мала, но всё же была, хотя без подобных стычек было бы скучно. Остаться без любимого занятия, так ещё и в смертной скуке? Ну уж нет! Лучше уж потерпеть бледную поганку со специфичным характером, чем затухнуть в больнице. Но подзатыльник уже прилетел на светлую, в прямом смысле, ни в коем случае не переносном, голову. Теперь с Чимином осталась только надежда, что большая ладонь Юнги не прилетит по его рыжей. Пак немного сжимается, собираясь прикрыть затылок, так как Юнги уже замахнулся. Раз… Два… Три… и…              И ничего не происходит. Мин просто кладет руку на макушку младшего и взъерошивает волосы. Этим простым действием старший отправляет с этой планеты Пака куда-то далеко, возможно, в космос, на другую планету или просто вводит в ступор, тут уж как посмотреть. С одной стороны Юнги старше, и пусть на полгода, он все равно старше. Он более уравновешенный, сдержанный в отличие от импульсивного Чимина, который сначала сделает, а потом уже подумает, поэтому не отвечать злом на зло с его стороны — вполне нормально и логично. С другой стороны, это Мин Юнги, ему только что треснул по голове Пак Чимин, ни кто-то другой, а Чимин, поэтому ответить вполне было бы логично. Младший настолько зациклился на своих мыслях, что не заметил, как Мин уже отошел от него, направляясь в палату.              — Я тебя когда-нибудь придушу, Мин Юнги, — Недовольно пробурчал Пак, наконец, догнав старшего.              — Если только в порыве страсти. — Без задней мысли ответил Юнги, не замечая покрасневшего Чимина.