Квантовое бессмертие

      К вечеру тучи успели уже развеяться и позволили солнцу хоть на время согреть холодных людей. Оно медленно уходило на свой законный покой, бросая последние нежные тёплые отблески на серый бездушный город. Особенно красиво падал фиолетово-жёлтый луч на лицо мирно спящего на плече Чана Хёнджина. Пряди длинной чёлки изредка падали на его лицо, и Бан терпеливо их убирал, параллельно любуясь закатом через окно такси. Они проехали по большому мосту, который считался местной достопримечательностью. Ночью, освещённый мигающим светом разноцветной подсветки, он привлекал особое внимание туристов, желающих там сфотографироваться.       Как у всего в нашей жизни, так и у этого моста была и светлая и тёмная сторона. В первой половине ночи он давал людям радость, а во второй половине становился посредником смерти.       Чан тащил на себе Хёнджина и его вещи. Кое-как дополз до третьего этажа этого хилого здания с вечно сломанным лифтом. Усадил нового знакомого на пол рядом с порогом и начал искать ключи от квартиры в рюкзаке. Со стороны выглядело так, как будто странный незнакомец во всём чёрном, так ещё и в маске, пытается ограбить пьяного студента.       С этими мыслями Чан поспешил быстрее занести последнего домой, чтобы не столкнуться с соседями. Уж в обезьянник ему сегодня точно не хотелось бы попасть.       Дом был обыкновенным, студенческим. Немного бедноватым и простеньким на вид. Никакой дорогой мебели, никаких супер приспособлений. Оставив вещи Хёнджина, он решил пройтись по дому в надежде найти комнату последнего. Старый пол проскрипел под весом Чана и немного того напугал.       Его внимание привлекла приоткрытая дверь с выбитым на вид замком. Из комнаты исходил резкий запах художественных материалов и дерева. На ощупь найдя старый выключатель, Чан включил свет в комнату-мастерскую без окон. На потолке жутко мигала жёлтенькая лампочка, а на полу лежал разноцветный из-за капель красок ковёр. В комнате также был довольно большой, но изношенный диван, на который Чан и уложил отключённого пьяницу. Тот беззвучно лежал и посапывал.       На полу стояло множество масляных картин, некоторые из них были прикрыты тканью а некоторые лежали на полу, сохли.       На стенах прикреплены разнообразные эскизы, сделанные карандашом и углём. Там были любой композиции картины, от портретов до пейзажей, от животных до людей. Чан не мог перестать рассматривать их, медленно расхаживая по комнате и мыча про себя одну из любимых песен.       На подставке тоже была картина, но её прикрывала белая плотная ткань. Чан протянул руку и хотел аккуратно снять ткань, не повредив ничего, как вдруг комнату залил резкий звук сирены. Это был телефон Хёнджина, точнее будильник. Хозяин телефона и сам от звука начал подавать признаки жизни и мычать про себя.       — Эфир… Криса… — Услышав это, Чан резко подорвался с места и вытащил из кармана телефон. Отключил будильник и облегчённо сел на пол рядом с новым знакомым, заметив, что тот опять уснул.       — Фух… Откуда он вообще меня знает, — прошептал про себя Бан.       — Ты мне кого-то напоминаешь…        — Чёрт… Стоп, а сколько время?! — Чан быстро дёрнулся, включая чужой телефон ещё раз, чтобы посмотреть.       — Я не могу оставить его здесь одного, пока не придёт его сосед, — шепчет про себя Чан не зная, что делать. Подумав немного, включает свой телефон и заходит к себе на страницу.       «Приветствую моих звёздочек! К сожалению, спешу сообщить, что сегодняшний эфир переносится на завтра по личным непредвиденным обстоятельствам, надеюсь на ваше понимание. Берегите себя~ Люблю вас!» — Christopher       Тяжело вздохнув, он отложил телефон рядом с собой на пол и повернулся к ещё крепко спящему другу. Хёнджин начал крутиться на месте, и Чан всё же додумался снять тесное пальто. Нежный свитер телесного цвета красиво сидел на нем, но рукав немного одёрнулся, и Чан заметил на запястьях какие-то линии. Он снял и свою кожанку и оставил всю одежду на свободном стуле у двери. Сел обратно на ковёр и решил посмотреть, что это было. Длинные белые шрамы и только-только зажившие следы лезвия окутывали всю его руку. Рука Чана, держащая его, невольно начала дрожать, и тот вспомнил слова Хёнджина, которые изначально воспринял не так серьёзно.       — Неудачный день?       — Неудачная жизнь!       Картины, которые только что рассматривал Чан, не могли быть отвергнуты столько раз. Почему тогда не нашлось никого, кто бы оценил их в полной мере? Что он ещё не знает?       Вдруг Хёнджин дёрнулся и схватил руку Чана, притягивая к себе, и тот опять начал невнятно мычать.       — Ликс…       Не зная, как реагировать, он просто решил погладить того по голове в надежде успокоить. Химические запахи тесной мастерской без окон и алкоголь всё же заставили его вскоре уснуть, положив голову прямо рядом с головой спящего Хёнджина.       — Ну что за голубки, я не могу, — облокотившись о дверной косяк, Ли, умиляясь, смотрел на мирно спящих друзей по выпивке. В его руках был рюкзак и бумаги Хёнджина, который Чан забыл занести в комнату. Те с грохотом упали на пол, и от этого шума Бан проснулся и стал сонно потирать глаза. Отдёрнул руку, которую Хёнджин всё ещё крепко держать в своей.       — Ой, а сколько уже время? — хрипло пробормотал Чан, потягиваясь.       — Уже почти одиннадцать, — сказал Ли, положив свою кожанку к остальным вещам на стуле. — Я забыл предупредить, что ты можешь пойти домой.       — А ключи?       — Завтра бы занёс в бар, — сказал Феликс как нечто само собой разумеющееся. Действительно мог.       Ли подошёл к другу и начал трясти его, чтобы разбудить.       — Спишь и вправду как труп. Вставай, а то утром не сможешь пойти в универ!       Хёнджин же в знак протеста повернулся в другую сторону и уткнулся лицом в спинку дивана.       Феликс тяжело выдохнул и решил проводить нового друга перед боем со своим упрямцем.       — Можешь приходить в наш бар, когда захочется. Я буду там, и этот придурок — тоже, — махнув в сторону сони, сказал Ли. — Похоже, вы неплохо подружились.       Чан застеснялся и робко кивнул в знак согласия. Потянулся за верхней одеждой и накинул на себя. Подобрал телефон с ковра, и тут Феликс неожиданно щёлкнул пальцами.       — Точно! Давай обменяемся номерами, я более чем уверен, что этот придурок захочет тебе позвонить, когда придёт в себя.       — Ну… хорошо, я не против. — Чан растерялся, но потом быстро продиктовал свой номер и записал у себя номер Ли.       — Как тебя записать?       — Просто Ликс.       Сразу после этого под сопровождением Феликса Чан вышел из уютной старой квартиры, бросив напоследок взгляд на полоску света из мастерской.       Дверь за ним закрылась, и лишь громкие крики Ликса, призывающие проснутся, слышались по ту сторону.       — Время уже одиннадцать, придурок!       — Что? Чёрт! Эфир пропустил! — Это было последнее, что услышал Чан, спускаясь по тихой лестничной площадке.       Каждый человек держит свои скелеты в шкафу: у кого-то это комплексы, у кого-то — страхи, у кого-то — личности.