Квантовое бессмертие

      — Отменил эфир?!       Звонкий, слегка писклявый голос Хёнджина заполнил тёмную кухню. Первые лучи утреннего солнца ещё не пробивались в окно — лишь свет из коридора, в котором копошился Феликс, падал полосками. Скорее всего, город покрыл плотный туман.       Лицо Хёнджина опухло, а голова не соображала. Он держал в руках телефон и медленно отхлёбывал суп от похмелья.       — Хватит орать по поводу и без. И так башка раскалывается. Беспокоился бы так о том, что вчера наговорил Чану, — из проёма послышался сонный и хриплый голос Феликса, а после вылезла и голова его владельца.       — А что я сделал-то?       — Ты сначала нагрубил ему, потом начал бесконечно жаловаться на рисунки и жизнь. После он вовсе привёз тебя домой по доброте душевной. Если и не просить прощения, то хотя бы отблагодарить.       Лицо Хёнджина недовольно потупилось, скорее всего, он и не помнил, что было. Но Ли был прав: они всё-таки несколько часов были знакомы.       — У тебя есть его номер?       — Прикрепил листок на холодильнике. Позвони сегодня.       С этими словами Феликс быстро забрал пачку сигарет, лежащую на кухонном столе, и выбежал из дома.       Утренний туман не позволял свету просачиваться, поэтому заставлял Хёнджина зевать, не выходя из полусонного состояния. Голова трещала по швам, и события перед вчерашним конкурсом всё ещё раздражали. Особенно раздражала бесконечная боль в рёбрах и разноцветные синяки.

*flashback*

      — Не устал биться в клетке, неудачник?       Дым от сигарет заполнял тесную уборную галереи. Трое высоких парней с ног до головы в брендовых шмотках стояли над сидящем на полу Хёнджином. Комнату освещала лишь старая лампочка с противным писком. Холодный кафель пробивал его тело мелкой дрожью.       — Я тебе не говорил не подавать заявления на участие? — Один из парней с длинными вылизанными волосами пнул раздражённого и замершего Хёнджина по рёбрам. Стиснув зубы, тот не подал и вида, что ему больно. Не хотел радовать обидчиков.       — Ты же знаешь, что у тебя нет ни шанса! — Сорвавшись, тот ударил ногой так сильно, что Хёнджин всем телом упал на холодный кафель и стукнулся головой. — Сдохни. Уже. Наконец. Бесполезный. Червь.       Каждое слово он дополнял очередным ударом. И наконец, поправил выпадшую прядь волос и стряхнул пыль с одежды. Сел на корточки прямо рядом со скорчившемся от боли Хёнджином и потушил догорающую сигарету о руку мученика. Тот тихо простонал от боли и скрутился в комочек. Парень вбился пальцами в его длинные волосы и поднял его голову так, чтобы Хёнджин смотрел ему в глаза.       — Ещё раз встанешь на моем пути — я обеспечу тебе отчисление из университета.       Потом швырнул его на жёсткую плитку и начал уходить под сопровождением своих дружков.       — У… — тихо послышалось со стороны Хёнджина.       — Чего?       — Ублюдок, — ядовито выплюнул Хёнджин из последних сил и стих.       — Какой же ты жалкий, — буркнул в ответ злобный мучитель и ушёл.

*end of flashback*

Christopher начал прямую трансляцию

      — Приветствую всех моих солнышек, простите меня за вчера, я искренне сожалею, что так получилось. — Крис в своём фирменном чёрном аутфите извинился перед фанатами и сел на кровать сзади. Комната была освещена фиолетово-синей подсветкой, а на фоне по традиции играла тихая музыка.       Время было уже семь вечера, и Хёнджин после дневной прокрастинации никак не мог оторваться от телефона. Последних лучей солнца сегодня не было видно как, в принципе, и первых. Погода вводила в меланхолию и дремоту, отчего делать ничего весь день и не хотелось. Все его будни в этом сером городе заставляли погружаться меланхолию и хроническую скуку. Красок не было ни на улице, ни на холсте, ни в голове Хёнджина. Уже два года он жил не в состоянии видеть яркость красок, предпочитая работать больше в чёрно-белых либо серых тонах. Если цвета и были, то ровно такими же бледными, почти бесцветными. Преподаватели часто его ругали за такое пренебрежение и отстраненность от живописных картин и образов, но, ясное дело, это не особо мотивировало и тем более не помогало.       Единственным источником цвета и света в его тёмном мире был неизвестный анонимный музыкант и композитор. Его «личный» спасательный круг в океане безумной безнадёжности и бессмысленности существования. Хёнджин хоть и был упёртым и целеустремлённым, но чаще всего ему не хватило сил на всю эту вечную борьбу с миром.       — Давайте сегодня начнем с чего-то весёлого или мотивирующего, чтобы поднять ваше настроение! Предлагайте свои варианты, а я выберу самый часто повторяющийся.       В комментариях, несмотря на предложение Криса, лился только один запрос на песню TV.       — Не самая веселая песня ребят, хах, — заключил Крис, получив такой наплыв, но всё же настроил гитару и уселся поудобнее. Комната залилась бренчаньем первых нот спокойной мелодии, а за ней последовало безошибочное исполнение на чистом английском.

I don't wanna talk right now I just wanna watch TV (Я не хочу сейчас говорить, Я просто хочу смотреть телевизор)

      Дверь в прихожей захлопывается, и в дом заходит измученный после первой смены Феликс.       — Йо, Хённи, ты уже обедал?       Хёнджин поднял голову с экрана только тогда, когда Феликс зашёл на кухню и грохнулся на соседний стул. Начал стучать пальцами по деревянному столу, бросил беглый взгляд на вещи и заметил не тронутую с утра записку с номером.       — Чувак, ты ещё не позвонил ему? Я же тебе говорил позвонить сегодня.

Don't know where you are right now Did you see me on TV? (Не знаю, где ты сейчас Ты видел меня по телевизору?)

      Хёнджин как будто только включился и щёлкнул пальцами над головой так, как в мультиках бы включилась лампочка.       — Ой точно, совсем забыл. Дай-ка телефон на минуточку, я не могу отключить эфир.       Ли раздражённо цокнул, но телефон всё же отдал. Подсел ближе и немного повернул экран телефона к себе. Закурил. Почерневшая пепельница была неотъемлемой частью кухонного стола и никогда не убиралась.       — Опять этот загадочный парень, а неплохо поёт кстати. — Полумрачную комнату заливал звонкий, мелодичный голос Криса, поющего новую песню Билли — TV. Феликс даже начал дёргать ногой в ритме песни, хотя сам предпочитал больше хеви-метал.

And I'll be in denial for at least a little while What about the plans we made? (И я уйду в отрицалово, по крайней мере, на некоторое время А как же планы, которые мы строили?)

      — Да, он очень хорошо поёт, — кинул в ответ Хёнджин, перед тем как гудки смешались с песней.       Вдруг у Криса зазвонил телефон, и он резко приостановил эфир. Хёнджин это не сразу заметил и искренне удивился после. Феликс, по-видимому, тоже не заострил внимания на подозрительном совпадении и посмотрел на такого же недоумевающего Хёнджина. Никогда за всё это время Крису никто не звонил во время прямого эфира. Что-то срочное?       — Алло?       — Чан? — неуверенно выдавил из себя Хёнджин.       — А, это ты, Хёнджин? Как ты, голова не болит?       — А… нет, всё нормально, не волнуйся.       — Это хорошо, тебе что-то надо было? Я просто немного спешу.       — Ой, ну давай тогда завтра встретимся в баре на месте и поговорим.       — Хорошо. Тогда напиши мне потом любое время, я завтра свободен.       — Договорились. Удачи с делами. — Разговор с каждой секундой становился всё более неловким, и Хёнджин поспешил его поскорее закончить.       — И тебе, хех, — пробормотал в ответ Чан и отключился.       В ту же секунду Крис возобновил эфир и извинился за то, что отлучился на важный звонок.       Феликс и Хёнджин посмотрели на экран, а потом — друг на друга. Они думали об одном и том же.

***

      В полдень в баре было всё так же пусто. По помещению разливался расслабляющий джаз, создавая спокойную атмосферу. Два друга сидели в напряжении и не могли дождаться их главного «подозреваемого».       За полчаса Феликс умудрился угрохать полпачки; в пепельнице почти не было места для сигарет; а Хёнджин нервно глотал потеплевший от трения рук виски. Даже лёд успел растаять. Часы нервно тикали показывая приближение часа икс.       Вдруг маленький колокольчик у двери пискляво зазвенел, напугав друзей, и в бар зашел уже знакомый силуэт Чана. Они синхронно подняли глаза и, пожирая его взглядом, проводили до стула рядом с Хёнджином.       — Вы чего такие нервные? Что-то случилось? — Недоумевающий Чан спокойно снял кепку, выпустив кудрявых друзей на голове. Он будто не замечал, что всё их внимание было приковано к его персоне. Каждый из них не мог дождаться подходящего момента, чтобы задать мучивший их вопрос.       — Слушай, Чан, тут такое дело…       — Что такое? Я что-то сделал не так?       — Нет, просто… — Феликс мямлил, не желая оказаться неправым с своей догадке, и тянул с вопросом.       Тут из своего места выпрыгнул Хёнджин и, потрепав свои и так запутанные волосы, резко приблизился к Чану вплотную. Облокотился рукой о стойку рядом и сделал то, что хотели оба почти сутки.       — Кристофер, стример, певец и автор многих песен… Это ведь ты Бан Чан?!