Квантовое бессмертие

      «С возвращением».       Хёнджин лежал на сырой земле около самого конца обрыва. Что-то тяжёлое на шее и по всему телу окутывало его и неимоверно давило. Он кое-как, щурясь от света, открыл глаза и смотрел сквозь тёмную массу, нависшую перед ним.       «Я ждал тебя, Хёнджин».       Кое-как он смог сесть, хотя понять, где он. Место было очень знакомое, но разум никак не хотел выдавать воспоминания о нём.       Тень, очень похожая на него, присела перед ним и посмотрела прямо в глаза. Или сквозь него.       «Хочешь избавиться от них?»       Последний понимающе протянул, опустив взгляд на цепи.       «Хочешь, помогу?»       Мыслей в голове Хёнджина как будто и не было вовсе. Им овладело лишь желание избавиться от тугих мучителей. Он уверенно закивал, услышав предложение тени.       «Тогда…»       Тень щёлкнула пальцами и цепи резко исчезли.       «Раз ты сам вернулся ко мне, то идём».       — Куда? — потирая места, натёртые цепями и оковами, поинтересовался Хёнджин.       Тень зависла над обрывом. Ей явно не нужна была земля, чтобы держаться.       «В место, где тебе будет не больно».       Она резко пропала и появилась позади вставшего уже на ноги Хёнджина.       «В место, где ты будешь свободен».       Хёнджин повернулся к тени лицом и спиной к обрыву.       «Там, где тебе будет всегда хорошо».       После этих слов Хёнджин закрыл глаза. Веки как будто не были в состоянии держаться. Тело охватило какое-то спокойное чувство. Будто он стал пушинкой в поле. Лёгкий толчок в грудь. Свободный полёт в бездну.       Тихую.       Спокойную.       Родную.       «Нравится?»       Тень летела рядом с ним и довольно улыбалась. Хёнджин согласно кивнул и вновь закрыл глаза.       «Ты никогда не избавишься от меня, ведь я…»       Но тут не успела тень закончить, как Хёнджина резко окутали какие-то нити. С головы до ног. Он начал брыкаться и пытаться отцепиться, но ничего не получалась. Они укутали его всего и резко потянули обратно. Наверх.       — Почему…       Серый потолок? Это явно не больница.       — Ты проснулся… — Он сразу узнал голос Чана в знакомой комнате.       Хёнджин резко сел на кровати и осмотрелся. На балконе, выходящим из комнаты Чана, кто-то стоял.       — Почему… — обречённо сказал Хёнджин, смотря на свои же руки. Забинтованные.       — В чём дело? — Вид у Чана явно был измученный. Опухшие и покрасневшие от слёз глаза, и чёрные круги под ними. Бледный весь. Как будто он сам с того света вернулся.       — Почему я до сих пор жив? Почему вы не позволяете мне умереть? Зачем вы меня спасаете?       — Потому что каждый раз… каждый раз ты выбирал реальность, в которой останешься жив. — Чан положил свою тёплую руку на дрожащую руку Джина.       Хёнджин ничего не ответил. Лёг обратно и накрыл себя одеялом, которое до этого было на нём.       Дверь балкона отворилась, и внутрь зашёл не менее замученный Феликс. В комнату просочился небольшой холод.       — Очнулся?       Чан кивнул ему и встал с пола, на котором до этого сидел. Размял руки и направился на кухню.       — Сколько можно, Хёнджин? Когда уже ты поймёшь, что это тебя не спасёт?       Тон у Феликса был серьёзный, даже немного злой. Он подошёл и встал перед ним. Хёнджин лежал с открытыми глазами и ничего не отвечал.       — Опять будешь играть в молчанку?— уже раздражённо выдал Ли. — Да сколько можно!       На этот раз он крикнул. Это напугало готовящего еду на кухне Чана, и он появился в дверном проёме.       — Что случилось?       —Ничего, — чокнул Феликс, ещё раз посмотрев на друга, и вышел из спальни.       — Поспи немного, Хённи.       Чан прикрыл дверь и тихо последовал за Феликсом. Последний уже сидел на кухне и нервно дёргал ногой.       Чан не стал его трогать и лишь принёс уже настоявшуюся лапшу быстрого приготовления. Две порции. Ему и Феликсу.       — Ты прости, Чан…       Вдруг выдал Феликс уставшим голосом.       — Он принёс тебе столько неудобств.       Чан удивлённо приподнял брови, но потом его лицо стало понимающим.       — Всё нормально. В конце концов, тут нет чьей-то вины. Никто не виноват в том, что у него есть какие-то травмы, с которыми сложно справиться одному. На то и есть друзья. Не правда ли? Как-никак всем по-своему сложно, и нужно, по возможности, с пониманием относиться к близким.       Уголки губ Феликса чутка дрогнули, но он не улыбнулся.       — Спасибо… — сказал он, тяжело выдохнув, и начал есть готовую лапшу.       Чан положил руку ему на плечо, тем самым дав понять, что он тоже будет рядом с Хёнджином. Что Феликс теперь не должен стараться быть сильным один.

***

      Феликс и Чан сидели в освещённой подсветкой гостиной и молчали. Каждый был в своих мыслях, своих переживаниях. Но их объединяла одна мысль — Хёнджин. Через какое-то время Ли встал со своего места и тихо направился в комнату, где всё ещё лежал Хёнджин. Заглянув внутрь, он увидел, что друг уснул. Тихо подошёл и сел рядом, на пол.       — Эх, Джинни…       Его тихий хриплый шёпот прошёлся по спальне. Ли взял руку друга и начал её гладить.       Феликс знал Хёнджина давно. У него душа болела каждый раз, когда тот что-то делал с собой. Но виду не давал. Нельзя. Нельзя быть слабым рядом с ним.       Чан стоял в дверном проёме и тихо наблюдал за ними.       Им всем было нелегко.       Но никто никому не мог помочь справиться с болью…