Целуя забытую влюблённость

— А я уж подумал, не меня ли ты встречать вышла, — произнёс Ран, когда подошёл достаточно близко к девушке. Он заприметил её, ещё когда они с Риндо въехали во двор. Надо сказать, что внутри него пусть и на секунду, но все же вспыхнуло ощущение, что девчушка на самом деле вышла из дома, чтобы дождаться его. Но это было бы неразумно, потому что Мидори не могла знать, во сколько они вернутся домой. Вероятно, Рана бы разозлило то, что она простояла на ветру некоторое время. Ещё и совсем одна. — Нет, не тебя, подругу провожала, — Като подошла практически к лицу парня и поставила руки на бока, немного вздернув подбородок и заглянув тому прямо в глаза. Ей стало интересно, дозволено ли было дерзить самому Рану Хайтани. Ответ последовал сам собой: парень смерил Мидори взглядом, который был полон насмешки. Ран слегка резко наклонил голову и дёрнул правой бровью. — А жаль, — на выдохе ответил он и поднял руку, в которой находилась коробка с телефоном, вверх, — ради него можно и встретить, — Хайтани вложил вещь в руки девушки. — Что это? — безусловно, в голове Мидори уже промелькнула мысль, что этот безумец купил ей телефон, но спросить все же стоило. — Как что? — Рану хотелось рассмеяться. Ему нравилось, что с Като можно было немного поиграть, прежде чем начинать вести диалог. — Мой подарок тебе, нельзя же постоянно быть без связи, — губы парня приподнялись в небольшой ухмылке, а сам он сделал шаг назад, чтобы лицезреть эмоции на лице Мидори. Девушка с интересом разглядывала упаковку и можно было с уверенностью сказать, что ей был приятен принесенный подарок. — Не стоило, но, спасибо, — Като немного повертела коробочку в руках, после чего пробежалась взглядом по внешнему виду Рана, раз уж тот передоставил ей такую возможность, — ты весь в крови, — не заметила, а констатировала факт. Нет, её вовсе не пугал вид крови. Точнее, правильнее будет сказать — уже не пугал. Столкнувшись с реалиями тёмного мира Роппонги, Мидори поняла и приняла то, что быть испачканным в крови, а в особенности для таких, как Ран, было в порядке вещей. Для него это было тем же самым, что и для неё выпить чашку ароматного чая рано утром. Совершено одинаковые понятия. Но, с другой стороны, то были абсолютно разные нормы абсолютно разных людей. — Знаю, поэтому надеялся, что ты позволишь застирать у себя, — Ран показал на верхнюю часть формы, — ведь мы с Риндо было в магазине и совсем забыли купить средство для стирки, — Хайтани закончил говорить и обернулся в сторону машины, из которой уже вышел Риндо и направился в их сторону. — Что, тебе мой братец опять докучает своей бесконечной болтовней? — младший Хайтани остановился рядом с Раном и Мидори и бегло прошёлся взглядом по обоим. Честное слово, невооружённым глазом видно, что их тянуло друг к другу. Подъездные романтики, блять. — Вовсе нет, — отмахнулась девушка, — Риндо, может и тебе форму постирать? — тут же предложила она, увидев, что одежда младшего была в точно таком же состоянии, как и у старшего. — Зачем это, мы… — Риндо хотел возразить и продемонстрировать пакет, в котором лежали упаковки стильного порошка, но поймал на себе взгляд Рана, который прямым текстом говорил держать язык за зубами. Ах, ну да. Как же это он сразу не догадался. Брат решил найти повод зайти к девушке и соврать, что у них дома нечем стирать одежду. Гениально. Браво. Хотя, чего уж говорить, это ведь он сам подбросил Рану эту идею буквально несколько часов назад. — Да я как-нибудь потом займусь стиркой, — Риндо поставил автомобиль на сигнализацию и кинул ключи брату, — все, я нахер домой, а вы как хотите, — бросил он и скрылся за дверью подъезда. — Пойдём. Ран и Мидори поднялись в её квартиру. Ран по обыкновению прошёл на кухню, а девушка, подготовив стиральную машинку, вышла из ванной комнаты, чтобы забрать у парня форму. — Можешь снимать, — Като протянула руку вперёд и жестом показала, что ждёт одежду. Хайтани за мгновение пробежался взглядом по всей фигуре девушки. Решив не тратить больше ни секунды на раздумья, он одним рывком притянул к себе Мидори и врезался в губы чувственным поцелуем. Хватит. Надоело сходить с ума от бесконечных мыслей. И тело, и разум требовали хоть на некоторое время отстраниться от всех проблем и терзаний. Мягкие, чуть сладкие губы девушки действовали как анестезия на больное место. Стало хорошо. До безумного ахуенно. Сразу же захотелось большего. Внутри загорелось желание ворваться в её рот и продолжить поцелуй уже с языком. А следом посадить её на эту чёртову барную стойку и, устроившись между её восхитительных бёдер, осыпать поцелуями не только губы, но и лицо, и шею, и вообще все тело. Мидори оторопела от внезапного действия Рана. Она по инерции вжалась в тело Хайтани, а чтобы не потерять равновесие, обхватила его шею руками. Первым желанием было оттолкнуть Рана и начать возмущаться. Но тело не хотело слушаться, а потому девушка позволила ему продолжить. Немного привыкнув, Като даже приоткрыла рот и первая начала водить языком во рту у парня. Хайтани, довольно рассмеявшись прямо ей в губы, резко отстранился. Кисти Мидори медленно спозли с шеи Рана на его грудь. Пальцы стало ловко расстегивать форму. Параллельно Като подхватила сначала левую, а затем и правую руки парня и по очереди стянула с них перчатки. Хайтани шумно выдохнул. Ему нравилось наблюдать за тем, что делала Мидори. — Предугадываю твой вопрос: этот поцелуй я забрал в качестве награды, но если ты желаешь ещё, только скажи, — Ран понизил голос до приятной хрипотцы. Той самой, которую Мидори слышала утром. — Нет уж, — Като отрицательно мотнула головой, не останавливаясь и продолжая бороться с застежками. Пока она раздевала Рана, пальцы до невозможного дрожали, но при этом все ещё способны были действовать чётко. Добравшись до конца, девушка потянула ткань вниз и та послушно сползла с тела Рана, упав на пол. Сжав белую ткань в своих руках и подцепив брошенную черную, Като слегка махнула ей перед носом парня и нараспев произнесла: — Стирка-а, — и скрылась за стенкой, — ты же за этим сюда пришёл, верно? — добавила она, когда вновь вернулась на кухню, — перчатки я руками отстираю, пусть в мыльной воде полежат немного. Ран заметил, что девчушка с их последней встречи заметно осмелела. Она стала более уверенной в своих словах и действиях. Но при этом, сохранила ту искренность и нежность. И Хайтани такое маленькое преобразование пришлось по душе. Не было ничего лучше сочетания в девушке невинного и дерзкого. И самой главной прелестью было то, что эта девчушка знала, как грамотно использовать эти два качества в подходящие моменты. — Спорим, я поцелую тебя так, как до этого не целовал никто, — Ран положил руки в карманы и припал спиной к стене. От его взгляда не скрылось то, какими глазами сейчас на него смотрела девушка. Хайтани был уверен в том, что пусть Като ещё до конца и не разобралась в своих желаниях, но очевидным было то, что ей понравилось его предложение. — Спрорим, но я хочу изменить условие, — Мидори улыбнулась и немного прикусила губу. — Ну, попробуй, — Ран довольно кивнул, — вдруг, мне понравится. — Ты поцелуешь меня пятью разными способами, пока на таймере будет идти ровно полторы минуты, — Като скрестила руки на груди. Парень подошёл к Мидори с растянутой ухмылкой и плавно протянул ей руку. — На что спорим? Какова будет награда? — он дождался, когда Като вложила свою ладонь в его, после чего несильно сжал её руку. Он предоставил ей возможность определить то, ради чего будет вся эта игра. — Желание. Абсолютно любое, без всяких ограничений, в том числе и времени, — немного подумав, ответила Като. В целом, как она рассчитала, даже если проиграет, то ничего потеряно не будет. Ну, а если выиграет, то останется в двойном плюсе. Подумать только, если Ран сейчас согласится, то она сможет потребовать исполнения любой своей просьбы. — Так уж и без ограничений? — Хайтани слегка прищурил глаза. — А если вдруг проиграешь и я захочу, чтобы ты исполнила что-то, что придётся явно не по душе? — Пусть так, — Мидори вздохнула и качнула их сцепленными руками, — разбивай. Ран «разбил» кисти, но сделал это по-своему. Он перевернул ладонь девушки тыльной стороной вверх и поднёс к своим губам, чтобы вновь поцеловать её мягкую кожу. Когда рука Мидори освободилась от хватки Хайтани, он не дал возможности убрать руку до конца, подхватив ту и повернув ладонь уже внутренней стороной, снова поцеловал. — Завтра утром, — внезапно сказал он. — Что «завтра утром»? — Мидори нахмурилась. Все же Ран был весьма странным, то он говорил без остановки, то ограничивался лишь парой слов. — Я приду и ты мне проиграешь, — ухмылка расцвела на губах Хайтани, и он потянулся к лицу девушки, чтобы вновь поцеловать. — Посмотрим, — ответила Като перед тем, как её губы накрыли губы Рана.

***

— Ты чего здесь? — на кухню заявился Риндо, сонно потягиваясь на ходу. — Пять часов утра, а мой братец зависает на кухне. — Не спится, — бросил Ран и жестом попросил брата подать ему пачку с сигаретами. Вот уже как два часа старший Хайтани перебирал в голове все возможные варианты поцелуев. Вспомнить их не составило трудности, но вот чтобы подобрать необычные, потребовалось приложить достаточные усилия. — Ну-ну, ты только не забывай, что нам ещё сегодня нужно в «Тандем», — Риндо вытащил из пачки сигарету и зажал её между зубами, а упаковку кинул брату, — мы должны заключить договор с новыми сотрудниками на кухню, — парень поджег трубочку, после чего зажигалка ловким броском переместилась в руки Рана. — Бля, а со старыми что? — старший Хайтани прикурил. Какие же люди ненадёжные. Кто сливался, кто убегал, поджав хвосты, кто косячил. Да и вообще, дельных работников для бизнеса было найти крайне сложно. Постоянно попадалась какая-то ересь. — Да у них какие-то свои личные мутки, — отмахнулся младший Хайтани, — да я и не вникал особо в их лепет, — парень отстраненно пожал правым плечом, — да и похуй — хотят валить, так пусть валят. — Во сколько встреча? — поинтересовался Ран, вновь впустив дым в лёгкие. — В одиннадцать, то есть, через шесть часов, так что у тебя ещё есть время поспать, — Риндо игриво впечатал свой кулак в плечо брата, после чего потушил окурок и покинул кухню. Ран отвёл от губ тлеющую сигарету и вгляделся в мерцающий огонёк на её конце. Немного пошевелил пальцами, добившись, чтобы пепел качнулся и медленно слетел вниз. Что ж, придётся отложить встречу с девчушкой.

***

Мидори проснулась около девяти. Она уже успела сходить в душ, позавтракать и предупредить начальство о своём отсутствии. Ах да, ещё девушка внесла всевозможные данные в новый мобильник. Какое же счастье, что от матери ей досталась привычка записывать все телефонные номера в отдельную записную книжку. Поэтому, с их восстановлением проблем не возникло. Ближе к десяти ей позвонил Ран и сказал, что приедет снова ближе к вечеру, так как сейчас ему нужно было явиться на встречу по рабочему вопросу. Мидори встала напротив зеркала и аккуратно дотронулась до полосочки на шее. Порез заметно зажил с момента своего появления. Но Като все равно решила ещё раз его обработать. Заматывать бинтом она не стала, посчитав эту меру лишней. Планов на сегодняшний день у Мидори не было. Разумеется, кроме встречи с Хайтани, поводом которой стал спор. Поэтому, девушка решила занять себя чтением книги. Её выбор пал на произведение под названием «Гений» Теодора Драйзера. Като уже доводилось читать его ранее, но от этого книга не становилась менее интересной с каждым прочитанным разом. «Он восхищался девушками, они влекли его, — но только те, что были по-настоящему красивы. В школе были две-три девушки, при виде которых ему приходили на память поэтические сравнения из книг: «красота — что стрела, пущенная из лука», «златые косы, дивный стан», «прелестный образ: поступь феи», но он терялся и робел в их присутствии. Они казались ему прекрасными, но такими далекими. Его воображение наделяло их большей красотой, чем это было на самом деле, — красота жила в его душе, но он еще не знал этого. Одна девушка, чьи густые волосы, золотистые, как спелые колосья, тугими косами лежали на затылке, долго занимала его мысли. Он обожал ее издали, а она и не подозревала, что он не сводит с нее серьезных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться. Вскоре она уехала, ее родители переселились в другой город, и время исцелило раны Юджина — ведь на свете много красоты. Но цвет ее волос и чудесные линии шеи запомнились ему навсегда.» Мидори нашла излюбленный и вычитанный фрагмент и вновь позволила своими глазами с жадностью пробежаться по этим чудесным строкам. В голову пришла занятная идея. Девушка встала с дивана, где ранее сидела, и отошла от него к противоположной стене. Надо сказать, ей всегда хотелось повесить там какую-то картину, так как пространство от дивана до потолка было до невозможного пустым. Отыскав лист и письменные принадлежности, Като села прямо на пол, устроившись за низким журнальным столиком. Буквально через полчаса на бумаге появилась конкретная фраза, особенно привлекшая внимание: «Он обожал ее издали, а она и не подозревала, что он не сводит с нее серьезных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться». Было в ней что-то завораживающее, что-то манящее. Эстетично расположив её на листе, при этом дополнительно оформив фон и детали, Като с осторожностью прикрепила свое творчество над диваном. На удивление, она даже нашла ненужную рамку, подходящую по размеру. Немного полюбовавшись, Мидори перевела взгляд с рамы на часы: уже половина двенадцатого. Внутри проскользнула мысль: не наведаться ли ей к Хайтани? Откровенно говоря, девушке наскучило находиться дома и постоянно чего-то ждать. Убрав все со стола, Мидори подошла к шкафу и распахнула его дверцы. Её голова повернулась в сторону окна. День сегодня был весьма пасмурный, да и вообще, обещали похолодание. Недолго порывшись в вещах, Като остановила свой выбор на чёрной водолазке и такого же цвета кожаных брюках. На ноги имелись подходящие к этому образу осенние невысокие белые сапожки на каблуке. Одевшись, Мидори подошла к зеркалу и оглядела себя. — Чего-то не хватает, — прошелестела девушка себе под нос и взяла с полки тушь и помаду вишнёвого оттенка. Через десять минут, когда ресницы были изящно подчеркнуты, а губы маняще покрыты помадой, девушка бегло расчесала волосы и сложила нужные вещи в небольшую сумочку. Накинув на плечи белое пальто, Мидори достала телефон и вызвала себе такси, так как только на пороге вспомнила, что совершенно не знала, как добраться до отеля Хайтани. Дождавшись, когда машина подьехала, Като вышла на улицу и нашла глазами нужный номер. — Здравствуйте, скажите, до «Тандема» долго ехать? — спросила девушка, как только устроилась на заднем сидении. В зеркале заднего вида она уловила изменившийся взгляд водителя. Его глаза отражали что-то наподобие страха, а руками он немного нервно постукивал по рулю. — Минут пятнадцать, — выдал он и тронулся с места. — Простите, возможно, я лезу не в свое дело, но могу я узнать чуть больше об этом отеле, если, конечно, вы обладаете какими-то знаниями об этом заведении? — на выдохе произнесла Мидори и стала внимательно наблюдать за изменением выражения лица таксиста. — А с какой целью вы интересуетесь? Вы одна из них? — чуть дрогнувшим голосом ответил мужчина, бегло глянув на Мидори через зеркало. Вот он и раскололся. Сам сказал: «одна из них». Следовательно, знал что-то про тех, кто держал этот отель и кто его посещал. В его реакции прослеживалось что-то странное. Было ощущение, что этот человек был отнюдь не простым таксистом. Как вариант, он вполне себе мог быть задействован в преступных схемах. Като тихо усмехнулась. Мидори почувствовала, как по спине пробежался неприятный холодок осознания. До знакомства с Хайтани она не придавала такого явного и детального значения тому, что творилось в Роппонги. Да, знала, что происходили уличные драки, существовали группировки и совершались правонарушения. Но все это казалось таким далёким, до тех пор, пока она лично не посмотрела в глаза каждому из Королей. Пока не взяла в руки испачканные в крови перчатки. Преступный мир подобрался к Като достаточно близко, чтобы его можно было изучить. Ну, или же он всегда дышал в спину, просто Мидори упорно продолжала игнорировать его и предпочитала ничего об этом не знать. — А что вы под этим подразумеваете? — девушка решила продолжить их игру, смыслом которой, как оказалось, было задавать вопросы. Да и похоже, ни одного утвердительного предложения она не дождалась бы. Ну и ладно — будет тоже вести диалог только вопросами. — Вам наверняка хорошо известны такие личности, как братья Хайтани, верно? — Кому же эти двое не известны? — Мидори начало нравится происходящее. Плевать, если уж все это началось, то надо было продолжать. Если судьба свела её с Хайтани и в качестве подарка приподнесла опасную деятельность парня, то нужно было это просто принять. Да и к тому же, жить в неведении всю жизнь не вышло бы. Зато теперь Мидори точно будет, что происходило все это время в Роппонги и откуда, возможно, прилетит в следующий раз. — Значит, знаете и тех, кто их окружает? Особенно, если состоите с одним из них в тесных отношениях, согласны? — водитель немного успокоился, это стало заметно по смене позы вождения — с напряжённой она перешла на более расслабленную. — А почему вы в этом так убеждены? — Като недоверчиво качнула головой. Почему этот человек так хорошо владел информацией о Хайтани и связи Рана с ней самой? Да кем он, блять, таким был?! — Ну как же? Уже многим известно, что старший из них крутит с какой-то девкой, которая очень похожа на вас, хотя все знают, что ни один, ни другой дольше одной ночи ни с кем не тусуются, удивлены? — И что же, вы так легко верите слухам? Лучше скажите, они сотрудничают с очень опасными людьми? — Мидори перевела взгляд на мелькающие за окном здания. Одно сменяло другое. Было даже забавно наблюдать за их циклично меняющейся высотой: выше, ниже, выше, ниже и так по кругу. Но ответа не последовало, так как машина остановилась, водитель развернул корпус и слегка улыбнулся. Надо сказать, получилась это у него криво. — Приехали, девушка. Като кивнула и, заплатив за поездку, вышла из авто. Данное построение значительно превосходило в своих размерах рядом находящиеся сооружения. Встав перед массивным зданием, подняла голову, чтобы детально рассмотреть его экстерьер. Отель был выполнен в стиле минимализма — строго, но до одури красиво. На каждом этаже, а их было четыре, имелось несколько панорамных окон, в отражениях которых можно было увидеть окружающие здание места. Преобладающими цветами были чёрный и цвет слоновой кости. Детали декора были выполнены в золоте. Посередине, прямо над огромными дверьми висела горящая приятным светом табличка с названием. Сам же отель так и кричал, что его владельцы любили роскошь, но не слишком вычурную. Все было сделано элегантно, со вкусом, и ни одна мелочь не казалась лишней. — Вау, — только и смогла выдавить Мидори, так как её сознание все ещё было очаровано архитектуруй отеля. Девушка даже боялась предположить, сколько денег было во все это вложено. А ведь это только оболочка. Внутреннее обустройство ещё только предстояло увидеть. Като вошла в помещение и огляделась. Всюду сновали люди: официанты спешили доставить еду, люди, отвечающие за уборку номеров так и норовили столкнуться друг с другом, остальные сотрудники, казалось, не останавливались даже на минуту. В конечном итоге внимание привлекли гости. Если это были мужчины, то они непременно были одеты в строгие классические костюмы, а если женщины — в платья и туфли на высоком каблуке. В голову девушки закралась мысль, что здесь действовал определённый дресс-код, иначе как объяснить то, что практически все были одеты в одном стиле. Но надо признать, смотрелось это просто великолепно. Складывалась общая картина сдержанности, величия и влияния. А плюсом ко всему зло дорогое убранство холла. Мидори выпрямила спину, хотя та и так была натянута до предела, и плавной походкой направилась к столу ресепшена. — Добрый день! Чем я могу вам помочь? — тут же улыбнулась девушка, которая занимала должность портье. — Здравствуйте, я ищу владельцев этого отеля, — Като положила руки на поверхность стола и в ожидании остановила свой взгляд на лице сотрудницы. — У вас назначена с ними встреча? Если да, то прямо сейчас они заняты и не могут вас принять, — твёрдо ответила девушка, что-то листая в записной книжке, — могу я посмотреть ваши документы? — Нет, встречи не назначено, но вы можете всего лишь сказать, где находятся Хайтани, — Мидори вытащила из сумочки паспорт и протянула его портье. Она, безусловно, понимала, что никто её просто так не пропустит, потому что официального характера её визит не нёс. А что она могла предоставить в качестве аргумента? Только если сказала бы, что ей просто захотелось сюда приехать. Вот и всё. — Прошу прощения, но мне никто не сообщал о вашем приезде, — девушка вернула паспорт и пожала плечами, — я не имею права разглашать эту информацию. Като хотела снова попытать удачу и сказать, что с братьями она знакома лично, но буквально в нескольких шагах отсюда раздался хорошо знакомый голос. Точнее, целых два голоса. Мидори повернула голову в сторону звука. И правда, по лестнице спускались Ран и Риндо в сопровождении ещё каких-то людей. Оба были одеты в чёрные костюмы. Были лишь незначительные различия: у Рана на теле была чёрная водолазка, а у Риндо — белая. Когда парни практически спустились, Мидори увидела, что у старшего волосы были забраны как-то особенно. Кажется, это был низкий хвост. — Принцесса решила посетить замок Королей? — в привычном игривом тоне спросил Ран, как только подошёл к девушке. Он заметил её ещё как только начал спускаться на первый этаж. В голове Хайтани отметил, что такое сочетание белого и чёрного смотрелось на Мидори потрясающе. Но следом назрел вопрос, каким образом девчонка здесь оказалась. Неужели, не могла дождаться вечера? — Как видишь, — Като растянула губы в лёгкой улыбке. — Хайтани, а эта ваша новая подстилка? Для проститутки выглядит слишком шикарно, — неожиданно подал голос один из мужчин, с которым только что Ран и Риндо вели беседу, когда шли сюда. — Да, не познакомите? — поддержал второй, пробежавшись глазами по Мидори с ног до головы. — А как наиграетесь, можете дать её номерок. — Вы охерели совсем?! — рявкнул Ран и встал перед Като, закрыв её своим плечом. — Мы с вами всё заключили, с завтрашнего дня выходите на работу, ну а сейчас — свободны. — А за любой проеб вылетите нахрен отсюда, — в качестве напуствия произнёс Риндо и положил руки в карманы брюк. — И запомни: эта девушка неприкосновенна, даже любое поганое слово в её адрес будет защитано как попытка домогательства, — Ран раздражённо качнул головой и отвёл в сторону край пиджака так, чтобы часть пистолета. — Да мы поняли, поняли, — уже на ходу ответил один из них, перед тем как выйти из здания. — А кто это был? — Мидори сначала задала вопрос, а потом уже прикусила язык. Вот зачем полезла не в свое дело? Мало ли с кем они тут общались. — Люди, которых мы наняли на работу, — абстрактно бросил Риндо, слегка наклонившись вправо, чтобы увидеть девушку из-за спины брата, — я в бухгалтерию, закончишь — присоединяйся, — обратился он к Рану и, развернувшись, пошёл обратно к огромной лестнице. Ран предпочёл пропустить мимо ушей вопрос Мидори. Он повернулся к ней лицом и поинтересовался уже у неё: — Итак, что же ты здесь делаешь? — не дав возможности ответить, продолжил, — во-первых, здесь находятся влиятельные люди и я подчеркиваю: они могут представлять для тебя опасность, во-вторых, почему ты стоишь в холле, где тебя могут запросто сбить? — парень приподнял бровь и скрестил руки на груди. — Поднялась бы к нам. — Я так и хотела! — воскликнула Като. — Но меня не пропустили к вам, так как заявления о встрече не было. Хайтани на секунду прикрыл глаза, а после развернулся в сторону девушки за ресепшеном. — Аямэ, ты уволена, — безапеляционно бросил Ран, — когда будешь собирать вещи, скажи всему персоналу, что она, — парень указал рукой в сторону Мидори, — может свободно перемещаться по всему отелю и, соответственно, может знать, где я или Риндо находимся, — Хайтани скользнул рукой на талию Като и рывком прижал её к своему боку, — если же девушка затруднена в поиске, вы обязаны её сопроводить. Ран вынес приговор и медленным шагом направился в сторону лестницы, где несколькими минутами ранее проходил Риндо. — Может, не стоило её увольнять? Она же ничего не знала, — Мидори посмотрела в глаза парня, которые имели свойство менять цвет на более тёмный оттенок в ситуациях, когда Ран был зол или слегка раздражен. Сейчас фиалковый цвет содержал в себе примесь чёрного. Значит, он был недоволен. — Наоборот, Аямэ добросовестно выполняла свою работу, вы же не пускаете сюда кого попало. — А ты «кто попало»? — с усмешкой переспросил он. — Ничего, будет знать, что в этой жизни нужно быть предусмотрительнее. Опыта заодно наберется. Ран прошёл на второй этаж прямо по коридору и остановился напротив двери, которая находилась в самом конце и отличалась от других своим дизайном. Хайтани открыл её и впустил девушку в комнату. Мидори послушно зашла и сразу же сняла пальто, повесив его на небольшую вешалку, стоящую в углу. Развернувшись, пробежалась взглядом по всему убранству комнаты. Судя по всему, это был рабочий кабинет. Вдали, у окна, стоял большой стол, на котором в несколько этажей лежали стопки папок и бумаги. Сзади него находилось кожаное кресло. Рядом со столом был поставлен небольшой диван. А по всему периметру стояли шкафы с различными книгами и документами. — Это твой рабочий кабинет? — спросила Мидори. Ответ, конечно, и так был очевидным, но задать вопрос все равно захотелось. — Да, у Рина есть свой, он находится на третьем этаже, — Ран провел рукой по поверхности стола, а когда пальцы плавно передвинулись в сторону лежащего практически на краю телефона, подхватил его и быстро набрал короткий номер, — принеси ко мне в кабинет клубнику и несколько кусков льда. Мидори удивлённо приподняла брови. Ну ладно клубника, но вот зачем к ней нужен был лёд? Никогда ещё девушке не доводилось знать о столь необычном употреблении в пищу этой ягоды. — Ну что ж, раз ты сама явилась ко мне, — Хайтани свёл ладони «домиком» и поднёс их к лицу, — предлагаю не тянуть и привести наш спор в действие прямо здесь и сейчас, — буквально, как только парень закончил говорить, в дверь постучали. — Господин Хайтани, ваш заказ, — в кабинет зашёл официант с металлическим подносом. Спина его была выпрямлена до такой степени, что казалось, будто бы к ней привязали палку. Рука, держащая поднос, была донельзя напряжена, а глаза смотрели вдаль и взгляд практически никуда не перемещался. И то, что парень торопился, выдавало лишь слишком частое дыхание, которое он безуспешно пытался привести в норму. — Поставь на стол, — бросил Ран. — Желаете чего-то ещё? — поинтересовался парень, который выглядел лет на пять старше Рана, но все равно покорно, даже с некой осторожностью и страхом выполнял любые прихоти хозяина. — Да, есть кое-что, — Хайтани щёлкнул пальцами, — через час, — он устремил взгляд на часы и, что-то прикинув в голове, кивнул, — собери весь персонал в служебном помещении, у меня для вас есть важная информация, которой пренебрегать никак нельзя, — последнее слово Ран интонационно выделил намного ярче, чем все предыдущие, чтобы показать, что пропустить небольшое собрание будет ошибкой. — Вас понял, — официант сделал кивок головой, — все сделаем, — и быстро удалился. — Уже можно засечь время? — Мидори достала свой телефон и открыла секундомер. — Да, — Ран взял с тарелки одну клубнику и протянул её девушке, — начнём со сладкого поцелуя. — Её есть или? — Като нажала на кнопку и пошёл обратный отчёт. Девушка не успела погрузить в рот ягоду целиком, потому что к её губам моментально приблизился Хайтани и ловко откусил практически половину. Мидори почувствовала, как сладкий сок начал течь по её губам и подбородку. Но даже риск испачкать одежду был сейчас на втором плане. На первом был Ран, который проглотил ягоду сам и дождался, пока это сделает девушка. А после этого он вцепился в губы девушки и сразу же проник в рот языком, ещё больше усилив сладкий и сочный вкус клубники. Затем также стремительно отстранился и в завершение слизнул стекающую каплю с уголка губ Мидори. — Второе блюдо — французский, — Хайтани бегло посмотрел на экран, где неумолимо бежали цифры — 01:09. Като в ожидании приоткрыла губы и Ран с удовольствием вновь накрыл их своими. Теперь поцелуй стал более ярким, ведь парень буквально кружил в танце язык девушки своим. Мидори едва ли успевала за его быстрыми, но от этого не менее приятными движениями. Уже сейчас она поняла, что, скорее всего, проиграла. Хайтани целовался великолепно, а главное — он умел себя контролировать и понимал, что нужно следить за утекающими секундами. — Дальше — царский, — Ран разорвал поцелуй и глаза снова переместились на секундомер — 00:51. Хайтани довольно отметил, что вполне поспевает за временем и притянул к себе девушку. Этот поцелуй набрал обороты ещё выше. Язык парня оказался за щекой Мидори и на мгновение задержался там. Затем он медленно прошёлся по ряду зубов и нёбу и оказался на стороне другой щеки. Като шумно наорала воздух в лёгкие, чтобы отрезвить свой разум. Таких ощущений она не испытывала очень давно. Если вообще когда-то испытавала именно такие эмоции. — Теперь — волнующий, — на циферблате показывало 00:34. Хайтани выбрал немного иную тактику: он слегка наклонился и начал покрывать сначала кусочек открытой шеи, затем подбородок, щеки, скулы маленькими, едва ощутимыми поцелуями. И лишь когда удостоверился, что не пропустил ни одного миллиметра, уделил внимание самому главному — губам, которое выглядели восхитительно: яркие, немного припухшие от ласк и снова едва приоткрытие. Как бы ни хотелось, но этот вид поцелуя не позволял зайти далеко. Поэтому, Ран даже не поцеловал, а всего лишь прошёлся своими губами по губам Мидори и отстранился, услышав немного разочарованный вздох. — И под конец — ледяной, — Хайтани взял кубик льда и аккуратно поместил его между губ девушки, — его есть нельзя, — добавил он и начал поцелуй. Целоваться со льдом между губами было чем-то невообразимым. Кожа, разгоряченная после всех предыдущих поцелуев, буквально плавилась от приятного холода, отчего ощущалось лёгкое покалывание. Движения губ стали более рамеренными и плавными. Ледяной кубик постоянно так и норовил выскользнуть и упасть на пол, что добавляло сложности и некой пикантности. Когда кусочек практически растаял, Ран одним рывком переместил его себе в рот и проглотил. Напоследок коснувшись холодными губами скул девушки, отстранился и развернул телефон, на котором был секундомер, к Мидори. На экране было 00:04. — Ты проиграла, — усмехнулся Хайтани, — и теперь должна мне желание. — Ты отлично себя контролируешь, — в ответ бросила Мидори, пытаясь унять внезапное головокружение. — Ох, ты даже себе не представляешь, насколько, — Ран взял одну ягоду с тарелки и слишком грациозно, как показалось девушке, откусил от неё небольшой кусочек, — не будь у меня такой выдержки, ты бы в первый же день нашего знакомства стонала подо мной, — невозмутимо добавил Хайтани и закинул оставшуюся часть клубники в рот. — Так значит, правда, что про вас говорят? Вы с Риндо действительно каждую ночь развлекаете себя новыми девушками? — Мидори последовала примеру Рана и тоже взяла себе клубнику. Но не одну, а сразу всю тарелку. — Это кто тебе такое поведал? — Ран присел на край стола и выудил из кармана пиджака пачку сигарет. — Водитель, который довёз меня до вашего отеля, — Като неотрывно следила за движениями мужских пальцев, которые нажали на колесо зажигалки и поднесли к приоткрытым губам сигарету. — Это что же это за водитель такой, который знает о Королях Роппонги все? — Ран прищурил глаза и задумчиво выдохнул дым. — И вообще, почему вы с ним об этом говорили? — нет, Хайтани никак не задел тот факт, что девчушка обсуждала их с Риндо жизнь с каким-то левым мужиком. Но зацепило то, что обычное тело, предназначением которого было крутить баранку, охотно поделилось с Мидори информацией. Хотя, казалось бы, что он такого сказал? Что братья Хайтани всего лишь частенько заказывали или находили где-то девок, которые были готовы отдаться за деньги? И что. Они вполне могли себе позволить. И позволяли, потому что жили так, как хотелось. — Я спросила всего лишь про отель, — Като попыталась ответить так, чтобы это не звучало, как оправдание, но вышло как раз наоборот, — он сам начал, — она пожала плечами, — и вообще, показался каким-то странным. — Ой, блять, — Ран провел свободной рукой по векам и слегка потёр глаза. Вот только ещё одного подозрительного человека не хватало. — Кстати, он сказал, что сейчас ты, — Мидори поднялась с дивана и встала напротив Рана, уткнув указательный палец тому в грудь, — крутишь роман с девушкой, очень похожей не меня, — Като дождалась, когда Хайтани сделал очередную затяжку, и после этого забрала у него тлеющую сигарету. — Курить вредно, — на выдохе произнёс Ран, выпустив едкий дым из ноздрей. Ему не давало покоя то, что обычный, мать его, водитель настолько хорошо знал о его личной жизни. — Кто бы говорил, — Мидори оставила лёгкий поцелуй на губах парня прямо в момент, когда табачный дым ещё не рассеялся у его лица. Девушка затянулась и отвела сигарету до лица. На белоснежной трубочке остались яркие полосы помады. Като провела тыльной стороной руки по губам и удостоверилась, что косметики на лице ещё осталось достаточно, чтобы её можно было размазать. Мидори подошла к своей сумочке и достала из неё небольшое зеркальце и влажные салфетки, зажав сигарету между пальцев. Оттерев лицо, она сделала ещё одну затяжку. А Ран, оказывается, курил вовсе не дурной табак. Точно, она совсем про него забыла. Като перевела взгляд на губы парня и тихо рассмеялась. Ну, естественно, вся его нижняя часть лица была перемазана алым оттенком. — Что смешного? — Хайтани, до этого соображавший, на кого мог работать тот водитель, тряхнул головой и посмотрел на девушку. — У тебя все лицо в моей помаде, — не переставая посмеиваться, ответила Като и протянула парню зеркальце. Ран подошёл к Мидори и поднёс его ближе к лицу. Действительно, по нему можно было сказать, что буквально пару минут назад он пылко целовался с девушкой. — Ах, да, я совсем забыл про наличие вишневой помады на твоих прекрасных губах, принцесса, — Ран усмехнулся и вернул зеркальце хозяйке. — Это когда же я эволюционировала от девчушки до принцессы? — Като вытащила из упаковки ещё одну салфетку и приблизилась к Рану, начав стирать следы помады с его лица. — Если все правильно пойдёт, то и до королевы доберешься, — Хайтани вернул себе сигарету, вытащив её из женских пальцев. Парень сделал ещё одну затяжку и потушил окурок о дно стоящей рядом пепельницы. После этого положил обе руки на талию Мидори и притянул её к себе непозволительно близко. Девушка положила одну руку на плечо парня, а второй продолжила очищать его кожу. Закончив с этим, она хотела было отойти, чтобы выкинуть салфетку, но цепкие руки не дали сделать и шану. — Отпусти. — Не хочу. Мидори закатила глаза и отклонилась назад, чтобы посмотреть в глаза Хайтани. Её взгляд пробежался по длинным волосам, которые аккуратно лежали на плечах и выглядели слишком строго в собранном низком хвосте, а не в привычных слегка небрежных двух кос. Като подцепила указательным пальцем волосы и плавно переложила их на другое плечо парня. Какой же он был красивый. — А чего хочешь? — Мидори очертила рукой скулы Рана и остановилась на кадыке, который скрывался под горлышком водолазки. Кость метнулась вверх от того, что парень сделал глоток. Для Като движение показалось слишком заманчивым, поэтому она решила не отказывать себе в удовольствии. Девушка приблизилась к шее Хайтани и оттянула ткань, чтобы открыть себе доступ к коже. После этого она припала губами к кадыку на невероятно долгие десять секунд. Ран ошалело вцепился кистями в талию девушки и замер. Как бы абсурдно это не звучало, но его никогда и никто не целовал в шею. Почему? Да потому что он никому и не позволял. Хоть его тело и было сплошь и рядом покрыто девичьими поцелуями, но именно шея в этом плане была абсолютно девственной. И все девушки лёгкого поведения, которым однажды доводилось побывать в постели Хайтани, знали, что он принципиально запрещал прикасаться к шее, даже если был сильно пьян. Скулы, торс, да те же губы — целуйте всё, пока не почувствуете онемение на своих губах. Но не шею. И вот сейчас, когда он первый раз ощутил это прикосновение, понял, что вовсе не зря не позволял этого делать другим. Сейчас Ран не испытывал отвращение к человеку, который целовал его шею. Зато раньше, когда те многочисленные девки пытались пометить парня, они падали в его глазах ещё ниже, хотя, казалось бы, куда ещё можно было падать. Его вымораживала тупость тех пустышек, которые прекрасно знали о запрете, но все равно лезли. И неважно, что Мидори не была посвящена в такие подробности. Впервые тело Хайтани не отторгало девушку, которая нарушила все наставленные границы. И при этом сделала это настолько тонко и чувственно, что Ран уже начал ощущать, как рассудок медленно терялся. — Давай потанцуем, — это не было произнесено, как предложение или вопрос. Хайтани просто взял и моментально втянул девушку в медленный танец, под музыку, звучащую в голове. Мидори охотно скользнула за первым шагом парня. Шаг. Еще один. Ещё. Их движения напоминали размеренное покачивание воды, которая грациозно переливалась то в одну, то в другую сторону. Но движения эти были вовсе не хаотичны. Наоборот, они были воплощением чистой импровизации, но при этом настолько точными и синхронными. Несмотря на то, что площадь кабинета не позволяла перемещаться слишком много, в этом маленьком танце чувствовалась истинная свобода. Ран и Мидори были прикованы друг к другу, но при этом способны были ощутить простор. Сделав ещё пару движений в стороны, Хайтани остановился и осторожно наклонил корпус девушки назад, словно боясь переломить хрупкое хрустальное тело. Като изящно прогнулась в спине и, закрепив руки на плечах парня, подняла правую ногу и мучительно медленно начала двигаться ею к его торсу. Ран не вынес долготы исполнения этого маленького трюка и решил ускорить его, подхватив бедро Мидори и одним резким движением закинув его на свой торс. Продержавшись так несколько секунд, девушка почувствовала, как сильные руки начали её так же плавно поднимать. — Не знала, что ты умеешь танцевать, — призналась Като, приняв вертикальное положение. — Закинь эту информацию в свою копилку знаний обо мне, — Ран посмотрел на настенные часы и перевёл взгляд обратно на девушку, — напомни, через сколько я назначил собрание? — Неужели руководитель забыл время встречи, которую сам же организовал? — усмехнулась Мидори, — через час, — тут же добавила она. — Я помню, но решил проверить, не забылась ли ты от столь близкого нахождения ко мне, — практически шёпотом возразил Хайтани. — Как самоуверенно, — девушка хлопнула в ладони и покачала головой, — кстати, час уже прошёл. Ран едва заметно кивнул. Он подошёл к столу и взял в руки телефон, в последствие отправив его в карман брюк. Вернувшись к девушке, Хайтани поднялся взглядом с её ног на лицо и остановился на нем. Щеки девушки горели, глаза блестели от испытанных эмоций, а губы изредка сжимались и приоткрывались вновь. Сделав ещё один шаг вперёд, парень наклонился и подхватил девушку, закинув её на свое плечо. — Что ты делаешь?! — недоуменно вскрикнула Мидори, схватившись от неожиданности за пиджак Хайтани и с силой сжав ткань на спине. — Оправдываю свою самоуверенность, — невозмутимо ответил Ран и направился к двери. — Стой! Куда ты меня несешь? — Като попыталась дёрнуться, но ей не дали этого сделать руки, надёжно удерживающие её тело. — Мы идём на собрание, — бросил Хайтани и вышел из кабинета, закрыв дверь на ключ. Он аккуратно перехватил девушку, удобнее устпоив руки на её бёдрах и на месте сгиба колен. Бросив взгляд на ягодицы, которые были очень удачно подчеркнуты кожаными штанами, ведь именно в таком положении обтягивали фигуру девушки и позволяли насладиться этим видом. Ран провел языком по верхней губе и сжал челюсти. Безусловно, ему нравилось, что тело у Мидори в превосходной форме, это нельзя было игнорировать. Но ещё прекраснее было то, что эта девушка цепляла его изнутри. И в основном этим являлись какие-то незначительные детали вроде её смеха, голоса, манеры общения. Но самым главным была её живость. Одним словом — дива. — Нет, Ран, поставь меня и мы пойдём нормально, — попросила Като, понадеявшись, что все это лишь шутка и Хайтани сейчас опустит её на ноги. Но никакой реакции не последовало — парень начал шагать по коридору, двигаясь по направлению к лестнице. Когда Ран приблизился к ступеням, внутри Мидори стало как-то не по себе. — Чёртов Хайтани, ну все, хватит, на нас же все смотрят! — Като несколько раз ударила его по спине, все ещё не оставив попытки достучаться. — Какие у тебя острые локти, — с усмешкой отметил Ран, уверенной походкой спускаясь вниз. — Ран! — в очередной раз прошипела девушка. — А какое тебе дело до остальных? Пусть завидуют и бесятся, — Хайтани несильно шлепнул рукой по задней части бедра, когда окончательно спустился на первый этаж. Мидори вздохнула, поняв, что встать на ноги и пойти своим ходом ей не дадут. Поэтому девушка приняла решение осмотреться и хотя бы приблизительно сориентироваться, куда шёл Ран. Пройдя мимо ресепшена, он повернул направо и зашёл в какую-то комнату. Когда дверь за спиной парня закрылась, Като успела прочитать висевшую на ней табличку: «Служебное помещение». Только теперь Хайтани бережно снял девушку со своего плеча и взял её под руку, чтобы та не потеряла равновесия из-за смены позы. Убедившись, что Мидори твёрдо стояла на ногах, он пошёл чуть вперёд, вглубь помещения. Като удивилась тому, насколько большой была эта комната. Насколько ей было известно, такие «служебные помещения» обычно были меньших размеров. Но не исключено, что именно в этом отеле эта комната использовалась именно для таких вот больших собраний, потому что людей здесь собралось достаточно много. Заняв место перед сотрудниками, Ран дал знак, чтобы все замолчали. — Итак, — начал он, — моё дело — рассказать, ваше — услышать, — Хайтани точно так же притянул Мидори к себе ближе за талию. — К этой девушке никто из вас не имеет права прикасаться, если замечу — останетесь без рук. Всё, что от вас требуется: пропускать её в это здание, если она ищет нас с Риндо — сообщить, а если понадобится, то и сопроводить; не отказывать в помощи, не задавать лишних вопросов и помнить, что даже если меня или Риндо нет рядом, то это не значит, что мы ничего не видим, — Ран провел взглядом по собравшейся толпе и довольно хмыкнул. Как и ожидалось, на их лицах отражалась смесь удивления, страха и повиновения. — Собрание окончено, вы можете вернуться к своим делам. — Зачем? — на выдохе спросила Мидори, когда они уже вышли в коридор. — Чтобы ты могла без затруднений перемещаться по отелю, — ответил Хайтани, — кстати, мне нужно разобраться с документами и сверить счета. — Не против, если я буду присутствовать? — Като охватила локоть парня своими руками и прижалась ближе. — Могла бы не спрашивать, — Ран одарил девушку своей фирменной улыбкой. А жизнь решила добавить разнообразия в его бытие: обычно Хайтани выгонял всех прочь из кабинета, когда занимался вопросами документации. Всех, кроме Риндо. Только он и брат знали, какие бумаги где лежат, для чего нужны и их содержание. Только теперь к этому короткому списку добавилось ещё одно имя. Везде, где Ран мог сделать исключение, выглдело примерно следующим образом: все, кроме Риндо; все, кроме Мидори. Когда они дошли до кабинета, Като расположилась на диване, а сам Хайтани сел за стол, раздался телефонный звонок. Парень сжал челюсти и потянулся за мобилтником. Вот почему всем от него всегда было что-то нужно? Неужели нельзя было хоть иногда думать собственной головой? Прочитав имя на дисплее, Ран усмехнулся: звонил брат. Риндо, конечно, тоже был мастером по заебыванию, но бесил он в меньшей степени, чем остальные — и здесь снова действовало правило исключения. Ответив на звонок, парень поднёс телефон к уху. Мысленно он уже представил, как не него по обыкновению обрушиться шквал недовольства, но этого не произошло. — Ран? Ты где сейчас? — голос Риндо показался Рану каким-то странным, чересчур серьёзным. Он умел хорошо различать интонацию брата в зависимости от того, что конкретно произошло. И сейчас как раз был такой момент, что согласно опыту, случился какой-то пиздец. — В кабинете, а что? — он насторожился. Ладно. Ну, бывало же, что интуиция иногда давала сбой и Ран ошибался. Мысленно он пожелал, что так и было, потому что здесь и сейчас совсем не время для каких-либо разборок. — Мне позвонили и сказали, что к отелю подъехали две машины, из них вышли люди и… — Рин, говори резче уже, и так напряжно, — перебил старший Хайтани. Вот почему когда нужно, из брата приходилось вытаскивать все клещами, а когда не нужно, так того хрен заткнешь. — Они вооружены и требуют нашего выхода.