Часть 23
9 декабря 2025 г., 08:24
Чжэхань сощурился от скользнувших по лицу лучей и несдержанно улыбнулся, разглядев на экране смартфона имя Юнхо. Условный рефлекс сработал, хотя пора бы уже привыкнуть, не первый день вместе. Но в груди ещё и тепло разлилось от звучания его голоса, так что стоило признать, он хорошо так прикипел к этому человеку. Бывает вот иногда, что прям не верится в такое «повезло», нашёл «своего» человека, которого, казалось, и ждал всегда. После последнего опыта с неадекватным Сонхо все время чувствовалось, что прячется в чем-то подвох, но Юнхо был как будто идеальным. Точнее, сбалансированным, когда и нервы потреплет, когда и залюбит до рая. Как так получилось, что они сошлись, ведь Чжэхань сперва воспринял его очень негативно, — до сих пор непонятно.
— Я свободен, — со старта сообщил Юнхо веселым голосом. — Есть предложение провести время до утра в активном режиме.
— Прям до самого утра, — изумился Чжэхань. — И насколько активном?
— Настолько, чтобы о сне забыть, но утром упасть без чувств.
— Что у тебя на уме, Юнхо? — кокетливым тоном поинтересовался, при этом тонко намекая на укор. — Неужели так соскучился?
— Соскучился, не скрываю. Но это не то, что ты подумал, — сразу остановил всякие пошлые мыслишки. — Планирую в караоке сгонять, еще в боулинге шары покатать, потом уличный ужин на Хондэ, потом на башню, поближе к звёздам, а потом прогулку по берегу. Кажись, всё. Ну а в финале — сюрприз.
— Ну ты даёшь, — вздёрнул бровями Хань, мысленно ещё только добираясь до конца плана. — Нифига у тебя культурная программа выстроена. Прям пакетный тур. Сам придумал или кто помогал?
— Это неважно. Я уже еду. Ты в общаге?
— А, о, нет. Не там, — засуетился Чжэхань. — В парке напротив универа, у фонтана сижу. У меня тут встреча сейчас, вот, жду.
— Тогда я прямо туда. Пошустрей заканчивай встречу и поедем.
— Это уж как получится, — с сомнением ответил Чжэхань и отключился. Осмотрелся вокруг, выискивая среди гуляющих Онджон. — Как получится, — тихо повторил. Почему-то она не захотела просто созвониться, потребовала объяснений прямо в глаза, не слыша его слов.
Написала ещё утром, с чего-то вдруг поняв, что ей нужны оправдания, почему это он не хочет с ней дружить. Они ранее уже всё выяснили, всё обсудили, разошлись на добром слове. С чего вдруг сейчас решила вновь это перетереть — вряд ли даже она сможет объяснить. Назначила встречу, почти приказав, чтоб вовремя был на месте, его звонок сбросила сразу еще до ответа. И Чжэхань предчувствовал, что в ней проснулась задетая гордость, а значит, не избежать сейчас будет сердитых разборок, а то и вовсе истерики. Но настроен уже был снова категорично отказать в общении. Никаких сомнений, и дружба ему эта не нужна, и проблемы от неё0 — тоже.
На скамью, где он ожидал девушку, спокойно созерцая невысокий фонтан, уселся незнакомый парень. И ладно бы просто уселся — ну, нашел свободное место и припарковался. Но Чжэхань, искоса на него глянув, заметил на себе пристальный взгляд. Да и ещё такую милую улыбку, как будто тот был из какой-то секты и сейчас собирался всю красоту их религии расписать. Срочно сделать вид, что не заметил его, и сбежать? Или чисто по-человечески спросить, какого хуя надо?
— Привет. Я Тэхван, — робко так представился и даже чуть покраснел.
Неловко в этот момент стало обоим, так как Чжэхань уже засомневался в варианте про секту — те не знают, что такое стыд. Присел просто познакомиться? Или так, скучно стало одному в парке? Он подозрительным взглядом обвёл по округе, ещё чувствуя какой-то подвох. Кругом в основном студенты, что никуда не торопились в пятничный вечер, наслаждались заслуженным отдыхом и красотой ландшафта. Не было замечено каких-то косых взглядов или смешков, всё тихо и спокойно.
— Наверное, — парень прогреб пальцами по волосам, усмиряя раздуваемые легким ветром пряди, — ты не узнал меня. Я недавно постригся, а на фотке волосы длиннее.
Узнал? Чжэхань свел брови, начиная перебирать в памяти всех одноклассников и друзей с универа. Разглядывал лицо парня, но ничего знакомого не почувствовал. Даже пробежался мыслями по недавним событиям, вдруг где-то в кафе «нечаянно» познакомились или автобусе. Ничегошеньки на ум не приходило, полный ноль. Это же, видимо, и Тэхван стал подозревать.
— Ты ведь Чжэхань, верно? — спросил он, доставая свой телефон. — Вчера мы с тобой переписывались. Тут фото размазанное малость, но вот… — он показал своё фото, где вполне походил на себя, даже со спущенными волосами. Если бы Чжэхань его знал, то наверняка узнал бы и сейчас.
— Вот уж чего точно не было, так это того, что я вчера с кем-то переписывался. Откуда ты знаешь моё имя? — Чжэхань поднялся, уже собираясь уходить, но задержался, чтобы ответ услышать.
Парень ещё больше смутился от его слов. Стал что-то искать в телефоне, а потом показал чат. И действительно, было подписано имя Чжэханя, а на аватарке его фото.
— На сайте знакомств, ты сам так подписался. Что в этом может запутать? Мы договорились на первое… так сказать… Ну, на встречу. Твоё предложение, между прочим.
Чжэхань сразу понял о каком сайте идёт речь, уже разузнал, куда Мёнбак его анкету сунул. Писал туда, устроил скандал админам, требуя удалить. Но ведь это легко заново всё накрутить, только успевай аккаунты создавай. Сжал зубы до скрипа и раздул ноздри, понимая, что и встречу наверняка не Онджон ему назначила. Снова осмотрелся, выискивая взглядом Мёнбака — тот ведь точно захочет посмотреть на результаты своего идиотизма.
— Слушай, — парень тоже встал, убирая телефон, — если ты выставил анкету только чтоб посмеяться или выявить геев, то ты просто мразь. Я обязательно сообщу на сайте…
— Сообщай, — зло поддакнул Чжэхань. — Эту анкету выставил один придурок, который по-любому сейчас где-то ржет над нами двумя. Сообщай, чтоб удалили и заблокировали, потому что я ни за что не стану раскидываться своими данными в сомнительных местах. И тебе не советую, а то нарвёшься, действительно, на долбоебов, которые почки тебе отобьют.
— Так это не твоя анкета? — скептично скосился на него Тэхван. — Разве… Разве можно чужие данные вот так выставлять?
— Моя, но выставил её не я, и никаких знакомств я не ищу. Бред какой-то, — Чжэхань провел ладонью по лицу. — Сейчас всё можно, были бы деньги и возможности, так что не делай такое удивленное лицо.
— Блядь, надо было позвонить, порасспрашивать, подождать, — Тэхван досадно помассировал переносицу. — Вот придурок. Как неловко-то получилось. Прости, я… Я, пожалуй, пойду.
— Погоди. Не забудь жалобу скинуть и напиши там, в переписке, этому еблану пару ласковых. Разрешаю даже матом. Его Мёнбак зовут. — Чжэхань хотел уже развернуться и уйти, но ещё добавил: — Только не кипятись сильно, его это только раззадорит. У этого дебила неприязнь не лично ко мне, а ко всем геям, так что над тобой тоже посмеётся.
— Ты бы ещё подсказал, где его найти, — попросил Тэхван, уже изрядно подрастеряв благодушное настроение. — У меня есть друзья, которые быстро отсчитают ему пару лишних рёбер.
— Нет, давай уж без этого. Не влезай в криминал. Просто будь осторожней в следующий раз.
В этот момент по его спине, как удар тока, скользнула чья-то рука, и он вздрогнул. Напряжение от незримого присутствия Мёнбака рядом сказалось, и Чжэхань резко вскинул руку, чтобы оттолкнуть от себя наглеца.
— Вау, потише, — усмехнулся Юнхо, подняв ладони. — Не убивай средь бела дня.
— Чёрт, я!.. — Чжэхань замер на секунду на вдохе, но потом медленно выдохнул и моргнул. Плавно жестикулируя, чтобы хоть чуть-чуть перекинуть напряжение на руки, стал виниться: — Прости, я перепутал. Не ожидал просто. Знаешь ведь, лучше не со спины. Или надо было окликнуть. Я…
— Я всё понял, Чжэ, — легко прервал Юнхо. — Успокойся, всё хорошо. — Сощурил глаза и втянул воздух. Недобро скосил взгляд на Тэхвана. — Что тут у вас происходит? Какие-то проблемы?
— У меня? — воскликнул тот. — У меня никаких. А вот у вашего друга наверняка. Чжэхань, я обязательно потребую, чтобы того пользователя исключили. Но ты тоже будь осторожней, потому что помимо меня твои данные считывают и всякие извращенцы. Кто заявится в следующий раз — неизвестно. Лучше в полицию обратись.
Чжэхань вынужден был согласиться. Досадно сжал губы и кивнул. Когда Тэхван ушёл, Юнхо аккуратно притянул к себе расстроенного парня, так чтобы их близость казалась со стороны лишь невинным перешептыванием друзей, хотя украдкой при этом поглаживал его руку.
— Опять тот длинный насолил? — спросил он. — От тебя так несет ненавистью, что… — запнулся, подбирая правильные слова. Отвратительное чувство, рядом с такими людьми неприятно находиться. Лучше бы уж просто злился. — Что ты сам на себя не похож.
— Сам не знаю, что со мной, — проворчал Хань. — Просто бесит этот пень. — Растерянно водил хмурым взглядом по сторонам, ощущая всеми фибрами, как проблема загоняет его и давит. В полиции пока он так и не видел выход, лишь очередную проблему, а потому нервничал.
Юнхо скользнул рукой на его талию, нежно помассировал бок и сказал:
— Не позволяй таким типам победить себя. Забудь о нём. Я уверен, что вскоре он получит заслуженное и утихомирится.
Чжэхань глубоко вздохнул. Эти слова казались пустыми, теми самыми обещаниями, которые никогда не исполняются. Проблема не рассосется сама собой. Но! Но сейчас он с Юнхо, сейчас он чувствовал себя в полнейшей безопасности, несмотря ни на что. Слабо улыбнулся, рассматривая его лицо. Быть счастливым назло всем — принятое решение.
— Ладно, пойдём уже, — произнес он бодренько. — Нас ведь сегодня ждёт насыщенная ночь. Помоги мне забыть не только Мёнбака, но и всех вокруг.
Юнхо ухмыльнулся. Он чувствовал малейшее изменение в настроении парня, ненависть не погасла в одночасье, но рядом с ней пылала вот такая хладнокровная любовь, с капелькой восхищения и снисхождения. Непонятная смесь чувств и эмоции, которая вызывала у него сомнения. Люди не могут любить. Лишь обманывают сами себя. Но всё равно это лживое чувство в них было неимоверно притягательным, гораздо слаще страха, злости или унижения.
За ночь Чжэхань настолько измотался, что мысли не в силах были вернуться к Менбаку и его пакостям. Юнхо нисколько не жалел его, заманивая то одним развлечением, то другим. Даже когда ему пожаловались, что ноги уже не держат, он нагло затащил Чжэханя себе на спину и понёс дальше, вдоль светящегося всеми цветами берега Чхонгечхана. Хань рассмеялся тогда, но позволил себе расслабиться, обнял Юнхо и уложил голову на плечо.
А когда уже стало подступать утро, когда город стал блекнуть и дремать, Юнхо отвез Чжэханя в DVD-клуб, где забронировал одну комнату. Нескрываемый скепсис отразился на лице парня, когда ему сказали, что именно здесь они и проведут спокойных отдых. Это была простая комната с кроватью и огромным экраном перед ней, для любителей отдохнуть за просмотром различным фильмов. Ничего лишнего, это не отель, но такие места снискали свою, оригинальную славу и популярность.
— Ты же понимаешь, — Чжэхань сел на кровать и поводил по белью руками, — что здесь стоит быть приличными.
— А ты же понимаешь, — скопировал его тон Юнхо, — что никто этого правила уже давно не соблюдает.
Он взял пульт и стал подыскивать подходящий фильм. Вообще-то, ему не очень-то хотелось сейчас упасть в мир кино, но нужно было звуковой фон установить, чтобы за дверью никто не решился подслушивать их интимные разговоры.
— А ты ещё всё-таки надеешься что-то получить от меня? — усмехнулся Чжэхань. Бухнулся на спину и раскинул руки.– Я уже совсем без сил. Мне бы упасть и не шевелиться.
— А тебе ничего и не нужно делать, — Юнхо сел рядом, а потом прилег к нему, опершись на один локоть. — Ты всё ещё немного напряжен, от этого твой сон будет неприятным. Я помогу тебе, — провел рукой от груди вниз, зацепился за футболку и вытянул её край из-под пояса джинсов, обнажая живот Чжэханя.
— Боюсь, что вырублюсь прямо под тобой, — произнёс тот, разворачиваясь лицом и прижимаясь к нему всем телом.
Юнхо подсунул под его голову руку, на которую опирался, и начал целовать подставленное лицо. Мягко, ненавязчиво, чтобы не давить, а ублажать его отдых. Одновременно проглаживал горячую кожу, больше успокаивая, чем возбуждая. Чжэхань отвечал ласками, но потихоньку его глаза всё неохотней приоткрывались.
В момент, когда уже его руки стали вялыми, Юнхо за подбородок поднял его лицо и дождался пока тот поднимет вопросительный взгляд. Завертел гипнозом в глазах, быстро пробиваясь в сознание парня.
— Скажи мне, где живёт этот Менбак. Ты знаешь? — проговорил он монотонно, когда взгляд Чжэханя замер. Гипноз подействовал, адрес четко прозвучал в ответ, хотя Юнхо не очень-то надеялся, что получит такие сведения. — С кем он живет?
Чжэхань многое рассказал Юнхо, даже не подозревая об этом разговоре. Небольшая уловка, ничего вредоносного, просто чтоб сохранить его спокойствие. А после ему мягко наказали спать, заботливо раздели и уложили под одеяло.
Юнхо запер комнату, а сам незаметно ушёл. Его план сработал без заминок, легко и предсказуемо. Сейчас он направлялся по озвученному адресу, по полупустым улицам, где утро так неохотно формировало прозрачные тени. Вообще-то, он планировал этот визит на следующую ночь, чтобы в темноте всё провернуть, но этот случай в парке подогнал не ждать ещё сутки.
Дом Мёнбака был двухэтажным особняком, укрытым замкнутым забором. Высокие кованые ворота кое-как давали обзор во двор. Семья богатая, но охраны во дворе не видно было, хоть собак, хоть людей. Лишь камеры на каждом углу дома отпугивали.
Юнхо некоторое время оценивал масштабы постройки и прикидывал, как можно незаметно пробраться внутрь. И лучше бы сразу в спальню Мёнбака, которая наверняка на верхнем этаже. Под покровом ночи это было бы легче сделать.
Наконец он решился. Замок на воротах никак не остановил, огонь быстро превратил эту часть металла в хрупкую черную массу, которая быстро поддалась напору демона. А дальше ещё проще, даже несмотря на мигающие пристальным вниманием камеры. Юнхо позвонил в дверь. Да, вот так безрассудно, но всё же без лишних стратегических деликатесов. Зачем вламываться, если можно просто войти?
Дверь открыл мужчина, недовольно вылезший из кровати, и ошарашенно вздрогнул, когда увидел незваного столь ранним утром посетителя прямо на пороге. Машинально он заглянул за спину Юнхо, видимо, проверяя ворота.
— Какого черта?..
— Тише, — скомандовал Юнхо, захватив его взгляд. — Сейчас все спят, и не стоит шуметь. Твой сын, Мёнбак, дома?
— Да, — выдохнул мужчина.
— Где находится его спальня?
— На втором этаже, справа, угловая.
— Кто ещё есть в доме?
— Моя жена и дочь.
— А слуги?
— Они все живут по своим домам.
— Сейчас слушай внимательно. Пойди и сотри записи видеонаблюдения за сутки, выключи все камеры, а потом отправляйся спать. Жене скажешь, что ошиблись адресом. Представь, что сейчас с тобой разговаривает твоя любовница. Иди.
Мужчина машинально кивнул и зомбировано куда-то поплелся. Юнхо, двигаясь тихо, проскользнул на второй этаж и целенаправленно свернул направо. Здесь уже стучаться не стал, и вообще было настроение с ноги выломать дверь и сжечь всё внутри этой комнаты. Но Юнхо для начала внимательно осмотрелся, взял комп со стола и телефон, небрежно бросил их на кровать, прямо возле головы спящего парня.
Реакция была предсказуемой — Менбак спросонья растерянно вскинулся, часто моргая опухшими глазами, и зашарил руками вокруг. Электронные часы на столе давали немного света, но этого не хватало, чтобы он увидел человека в своей комнате. А на окнах были предусмотрительно задернуты шторы. Поэтому, когда низкий, урчащий голос Юнхо прозвучал совсем рядом, Мёнбак с перепугу чуть не подпрыгнул на кровати.
— Не вздумай орать, — приказал Юнхо.
— Что?! Кто здесь? — зашуганно спросил парень.
— Для тебя сейчас не это важно, — Юнхо спустил когти и издал тихое рычание, чтоб эффект был крепче. — Заткнись и делай, что я скажу.
— Кто ты такой, блядь?! — воскликнул Мёнбак и полез с кровати.
Но Юнхо одним взмахом опрокинул его обратно, а сам навалился сверху и приблизил своё лицо, чтоб глупый человек уже визуально оценил, какая угроза рядом с ним. Истинный облик с черными пятнами на глазницах, грубой кожей, острыми оскаленными клыками и горящими золотым глазами, заставил Мёнбака шокировано замереть.
— Слушай сюда, — зарычал Юнхо, уткнувшись чёрными когтями в горло парня. — Сейчас ты залезешь во все сайты знакомств, где наоставлял лживые анкеты, и все их удалишь. Если сделаешь все тихо и добросовестно, я забуду про твоё существование. Иначе лоскутки твоего тела будут разбросаны по всей вашей улице. Всё понял? — Мёнбак ошарашенно пялился, не в силах хоть что-то промямлить. — Я спросил, всё понял? — встряхнул его демон.
Парень закивал, да так отчаянно, что, казалось, голова отвалится. Юнхо медленно, угрожающе при этом рыча, поднялся с него и сунул в руки компьютер. Сам стоял рядом с кроватью и зорко наблюдал за действиями человека. За его спиной как раз подсвечивали часы, и огромная черная фигура пугала своим силуэтом не меньше, чем рычание и когти. Юнхо специально не стал использовать гипноз, хотелось, чтоб этот длинный был именно напуган до поседевших волос, чтоб запомнил на всю жизнь, что расплата может прийти вот так ночью к каждому, независимо от количества бабла в кошельке родителей и их связей. Поэтому он даже не скупился на свой истинный образ и дешевые запугивающие трюки с рычанием. Хотя угроза про разрыв на кусочки всё-таки была реальной. Для Юнхо этот человек ничего не стоил, светлого за ним не было, а энергия его воняла отвратительно — ценен ли такой экземпляр в человеческом мире?
Мёнбак раскрыл ноутбук. Загоревшийся экран немного ослепил, но ещё он подсветил фигуру Юнхо спереди. И тут глаза парня совсем расширились. Они опасался смотреть в золотистые глаза, но сейчас он несдержанно уставился на демона.
— Пиздец! — тихо прошипел Мёнбак, и страх погнал его сползать с кровати задницей вперед, не отрывая взгляда от угрозы.
— Стоять! — тихо рыкнул Юнхо и со всего размаха воткнул длинные когти вертикально в кровать, прямо между ног ползущего парня. Тот пораженно икнул, вцепившись от страха в компьютер, и уставился на чёрную лапу. — Убирай анкеты, я сказал, или первым оторванным куском станут твои причиндалы.
— У меня… т-только одна, — жалко признался Мёнбак. — Анкета Чжаня.
— Вот и удаляй, пока пальцы имеются, а то носом придется тыкать на кнопки, — Юнхо напрягся и потянул когтями, разрывая нутро матраса. Треск ткани показался таким оглушительным, что Мёнбак зажмурился. — Ну же!.. — грозно подогнал демон.
Парень спешно придвинул комп и стал выискивать сайт. Юнхо в это время вытащил когти, но покоя парню не дал. Пустив свою ядовитую ману черными червями на кровать, он заставил их мягко обвиться вокруг человеческого тела, и так уже дрожащего как от озноба. Мёнбак сжимался всё больше, максимально приосанившись и прижав руки к телу, косился на холодных и липких тварей вокруг себя и торопился удалить всё, что связано с тем сайтом.
— Все переписки, — Юнхо бросил телефон в парня. — Удали всё. Впредь к Чжаню ты не подойдёшь ближе, чем на метр дистанции. Если узнаю, что ты даже глянул на него как-то не так — я вернусь. Но уже без терпения.
Мёнбак схватил свой телефон и быстро удалил все чаты с желающими познакомиться. Показал экран демону, но тому было всё равно на отчет. Оставался ещё один, финальный пунктик плана.
— Ты любишь солнце? — прорычал Юнхо, медленно подтягивая к краю кровати парня и нависая над ним.
Мёнбак даже не гадал, что ответить, рефлекторно задёргался, понимая, что сейчас произойдёт нечто страшное. Телефон и компьютер полетели на пол от его попыток вырваться из горячих лап. Свет экрана погас, погружая во тьму, лишь слабые отблески за спиной демона да глаза ещё давали шанс немного видеть. Но Мёнбак со страху зажмурился до боли в веках.
— Хочешь увидеть солнце? — вновь спросил демон с нотками самодовольства. Он поглощал страх этого человека, питался им, при этом получая нехилое удовлетворение от свершающейся мести.
— Да, да, хочу. Не трогай меня, я все сделал, что ты сказал, — заскулил Мёнбак.
Юнхо заткнул ему рот и вжал голову в матрас, тело подмял под себя, не давая даже шанса шевельнуться. Рванул пижаму на груди, оголяя кожу парня, и мелким щелчком когтей вызвал искру.
— Что ж, за твоё усердие, я подарю тебе солнце, — прорычал он и прижал эту искру к человеческой коже, чуть ниже правой ключицы.
Мёнбак изо всех сил дёрнулся от сумасшедшей боли и глухо завыл. Его тело конвульсивно заелозило, в бессмысленных попытках вырваться и избавиться от огня, который, казалось, охватил всё нутро. Штрих за штрихом, тонкие, но глубокие линии выжигали клеймо, японский символ Ничи. Клеймо позора, клеймо предателя, клеймо морального урода. Юнхо изначально хотел прямо на лбу его оставить, но решил немного смилостивиться. По-своему, конечно. Пусть этот человек будет выглядеть как прежде, но он уже побоится сближаться с кем-то, чтобы его клеймо не увидели и не раскрыли. А дьявольский огонь не позволит свести этот ожог даже с помощью хирургической операции.
— Теперь солнце будет с тобой постоянно, — усмехнулся Юнхо, еще сильнее нажав на финальной линии. — Когда будешь смотреться в зеркало, вспоминай меня. — Наклонился и добавил в самое ухо: — Я буду рядом.
Мёнбак к этому времени уже обмяк, полубессознательное состояние одолело его, и даже когда Юнхо сполз с него, тот не шевельнулся. Глаза парня измученно прикрылись, а дыхание было коротким и слабым.
Юнхо вышел так же тихо, как и вошел. Камеры были отключены. Довольный сам собой, он направился к машине, сияя улыбкой. В DVD-комнате Чжэхань по-прежнему сладко спал, не заметив ни отсутствия, ни возвращения Юнхо. А демон, уже в привычном человеческом облике, скинул с себя одежду и полез под одеяло. Обнял своего человека и поцеловал в изгиб шеи.
***
Саймон кое-как сделал вдох, грудная клетка вскинулась, только вот воздуха всё равно катастрофически не хватало. Глаза вздрогнули, но не открылись, сил не хватило, как будто веки были склеены. Боль вновь потянулась из груди к рукам, в низ живота. Стон наворачивался в горле, как и слезы на глаза, но выхода не видел, комком пережимая гланды. Непонятная темнота придавливала, словно его накрыло бетонной плитой, того и гляди кости начнут трещать, и знакомый страх сковывал движения. Непонятно было, как ещё сердце не остановилось. Саймон узнал это состояние, понял, что спит, догадался, что вот-вот должен проснуться, как обычно бывало, но всё равно боялся. Парализовало, тело горело, слезники набухли, но рыдания никак не прорывались. Саймон пытался хоть что-то увидеть, но кроме красных зловещих глаз ничего не встречал. Они неуловимы, скользили где-то по периферии, ощущались призраком. От них невозможно спрятаться или убежать, даже закрыть глаза не было сил, и эта темнота продолжала проникать в мозг. В ушах загудело, как в тоннеле метро, а потом мелко что-то завибрировало. Шум всё нарастал, и казалось, что прямо сейчас раздастся гудок поезда. Саймон во все глаза всматривался во тьму и пытался расшевелить себя, хотя бы упасть. Да даже просто вздохнуть, чтобы ощутить себя самого. Но вдруг — вакуумная тишина заложила уши. Резко, поражающе, даже собственного дыхания не слышно было. Вскоре повеяло теплом и каким-то сладковатым ароматом. — Сэми, — позвал издалека мягкий женский голос. Такой непривычный, ранее никак не проявляющийся. Ошарашило. Саймон недоверчиво прислушался. Глаза по-прежнему ничего не разбирали, но стало как будто чуточку светлее и немного полегче в груди. Его кто-то приманивал, не просто звал, голос звучал как обещание всего самого лучшего. А в данный момент так хотелось избавиться от страха и боли. — Кто здесь? — не шевеля губами, спросил и сделал шаг в рандомную сторону. — Сэми, протяни руку. Я рядом, — сладко звала женщина. — Чувствуешь меня? Я позабочусь о тебе. Не сразу получилось поднять руку, Саймон даже не понял, как это получилось, просто почувствовал чужую хватку на своих пальцах. Нежное поглаживание по запястью, чужое дыхание, аромат какого-то цветка и веяние дыма. Вот тьме как будто показались очертания. Саймон прищурился, опасаясь моргнуть и потерять это видение. Это точно была женщина. Причем обнажённая. Детали не различались, но почему-то он уверен был, что она очень красивая. По крайней мере, выпуклость груди ему точно понравилась. — Сэми, ты дрожишь. Чего-то боишься? — пропели уже в самые губы, его руку приложили к нежной тёплой коже, отчего схватилось дыхание. Как он понял, под ладонью обрисовалась ягодица. Это точно была она. Кончики пальцев скользнули в бороздку между двух половинок. Саймон с трудом сглотнул, собираясь ответить, но в этот момент незаметным мгновенным штрихом что-то пронеслось перед глазами. Те самые красные глаза, про которые он уже успел подзабыть. Хватка на руке сдернула его с места, и тут же послышалось хищное шипение, темнота вновь усилилась. — Чёрт, что за?.. — женщина нервно взвизгнула, и после чего послышалось какое-то барахтанье. Саймон замер, боялся пошевелиться, во все глаза шарил по тьме, но ориентировался только по звукам. Кряхтенье, ругань, вскрики, шипение… Это явно была борьба, похоже, те красные глаза напали на очаровательную женщину. — Стой. Стой, — через силу выдохнул Саймон, решив помочь, как истинный рыцарь. Спустился на колени и пополз куда-то на ощупь. — Не трогай её, прочь. Уходи… Вдруг вспыхнул огонь, моментальной вспышкой осветив бесконечное пространство вокруг. Саймон с ужасом увидел, как что-то чёрное шныряет по голому женскому телу, прямо как тогда по Мёнбаку. Огонь тут же погас, но картинка до сих пор стояла перед глазами — кровавые укусы на белоснежной коже. Саймон так и не разглядел лица за отмахивающимися руками, но чувствовал, что в любом случае должен защитить несчастную. Он бросился вперёд, уже не пытаясь что-то разглядеть, просто по памяти размахивая руками по сторонам. Хиро наблюдал со стороны, как Гун мечется во сне. Парень уже вспотел, черные влажные пряди прилипли ко лбу и вискам, лицо скорчилось в муке, руки схватились за покрывало на груди и смяли в кулаки. Он пытался кричать, горло что-то хрипело, рвался головой то в одну сторону, то в другую, тело вздрагивало, но сон крепко держал его. Это можно было прекратить с самого начала. Хиро проснулся при первом же стоне Саймона, и вот наблюдал уже минут двадцать, как тот мучается. К своему стыду он порывался уже пару раз схватить за плечи и встряхнуть как следует, чтобы разбудить, но, кусая губы до боли и скрипя зубами, останавливал себя. Ждал, пристально буравя взглядом. И пытался понять себя. Вновь искал ответы на те вопросы, которые вроде бы недавно разрешил. Но появление Гуна и это дурацкое, ни к месту не нужное, признание всё перевернули в его голове. Почему? Почему сейчас так больно было смотреть на его метания? Саймон дёрнул руками и сам почти вскинулся, прогибаясь грудью вверх, застонал в бессилии и одними губами позвал: «Джэ!». Почему позвал его? Ведь не было его во сне. Зачем он ему? Хиро раздул ноздри, глядя на дёргающиеся попеременно пальцы. Он видел, что шла борьба, и догадывался, кого с кем, но нужно было ещё подождать. А в собственной груди всё сдавливало от стонов и замершего дыхания парня. Потому что боялся. Материл себя за эту слабость, но не мог не признать, что боялся, что не уследит и с Саймоном что-то случится. Не должно, но кто знает. Люди ведь любят реагировать так, как не должно быть. Очередной стон, и вновь дыхание прервалось, Саймон как будто закаменел, тело его напряглось и не отпускало. Хиро в этот раз не выдержал, всего лишь на миг потерял контроль над собой, и вот его руки уже схватились за плечи Гуна и дёрнули. — Сэми! Сэми, очнись. — Он легонько шлепнул его по щеке. — Давай же, просыпайся. Просто открой глаза. Резкий поворот головы, и Саймон уже спокойно смотрит на Хиро, как будто до этого момента и не спал вовсе. Но взгляд этот до сих пор был как под гипнозом, застоявшийся, мёртвый, пустой, даже непонятно, видел ли он что-нибудь. Хиро наморщил лоб от такого резкого недопробуждения, размышляя, что бы такого сказать, чтоб перестал так странно пялиться. — Джэ? — первый маленький вдох сопроводился жалостливым призывом, похожим на детский, отчего Хиро закатил глаза и цокнул. Он понимал, что кошмары это не ужастики в киношках смотреть, но всё же не хотел бы сейчас услышать сопливое нытьё. — Да, это я. Тебе кошмар приснился, — немного ворчливо отозвался Хиро, внутренне отпуская своё напряжение. Вряд ли удалось добиться нужного результата неполным выжиданием, но сейчас это было уже неважно. — Кошмар… — Саймон зажмурился и припечатал ладонь к лицу, отделив наконец свой страх от реальности. — Опять. Я надеялся, что всё пройдёт после разрядки, но, похоже, это серьёзно. Когда же они закончатся? — Скоро. Пока придётся потерпеть немного, — ответил на риторический вопрос Хиро, спуская ноги с кровати. Из общей кучи притащенных вещей выудил свои трусы и стал натягивать. — Что? — недоуменно спросил Саймон, уставившись в его спину. — А ты откуда знаешь? — Эти кошмары, — Хиро встал и пошёл к тумбе, на которой валялась его сумка, — условия для твоей защиты. Чтобы суккубы к тебе не лезли во сне. — Он нарыл небольшую старую пачку тонких сигарет, уже в потертом и помятом картоне, но ещё держащем форму. — И это вроде как моих рук дело. — С чего они ко мне вдруг… полезут? — заторможенно спросил Гун, садясь и кулаком потирая глаза, в которых до сих пор стояли слезы. — Я не понимаю. Ты кошмары, что ли, мне как-то посылаешь? Лицо Хиро оставалось спокойным, как будто он ничего удивительного и не говорил. Но для него ведь это так и было. Вообще-то, он собирался оставить всё в тайне, но сейчас решил рассказать. Потому что уже не видел смысла врать. Ну и, немного похвастаться захотелось своей оригинальной задумкой. Он вернулся на кровать, уселся рядом с Саймоном, подбив подушку под спину, осторожно выудил сигаретку и, цокнув короткими когтями друг о друга для добычи маленького пламени, прикурил. Все движения были медленными, размеренными, наполненными умиротворением. Даже первая затяжка как будто усыпляла, а не бодрила. Саймон всё это время терпеливо ждал ответа, в голове уже немало теорий состроив, и наблюдал за ним. — Не я, — наконец демон ответил и протянул сигаретку Саймону. Тот с крепким сомнением посмотрел на предложенное и отказался. Но Джэджун навязчиво пихнул ему под нос: — Курни, тогда кошмар быстрее отпустит. — Что это? Трава? — скорчив брезгливость, спросил Саймон. — С каких пор ты её куришь? — С тех самых… Бери давай, не строй из себя овечку, а то бледный, как опарыш. Того и гляди опять сознание растеряешь, — Хиро ухватился за его руку и насильно впихнул сигаретку упрямому болвану. — Затягивайся, а то ничего рассказывать не буду. Саймон втянул воздух и сглотнул, глядя на тянущийся дымок. Очень аккуратно, словно ему змеиный яд предложили выпить, приложил к губам и немного втянул в рот. Сердце его в этот момент гулко забилось, как будто возмущаясь этой затяжке, но уже при медленном выдохе Саймон наплюнул на любое противостояние организма. Ему действительно не помешает пара затяжек, чтобы сбросить с себя дрожь от кошмара. К тому же он уже предчувствовал, что Джэджун сейчас ничего хорошего не сообщит, а значит, понадобится выдержка. А с этим демоном она требуется обычно очень крепкая. — Мне так-то на обряд надо готовиться, а я… — Он, не глядя, передал сигаретку демону. — Валяюсь голый с демоном в кровати и курю травку. — Не на причастие ведь собрался, — проворчал Хиро, тоже делая маленькую затяжку. Запрокинул голову, прикрыл глаза и стал медленно выдыхать. — Представь, что это мальчишник перед свадьбой. Чем больше насвинячишь, тем круче. Можем ещё напиться, а на десерт — морду тому длинному набить. — Нет уж, у меня и так синяки не успевают сходить, — отмахнулся Саймон и пал на спину, почувствовав некоторое расслабление в мышцах. — Давай рассказывай, чего там с кошмарами. Чувствую я, что тебе морду-то придётся бить. — Слышь, Гун, — вяло, но с полной отдачей возмущения, позвал Хиро, — не забывай, что у меня стресс, а ты только еще больше провоцируешь. — Он протянул руку и когтем подцепил его подбородок, поворачивая к себе. — А ведь я тебя защищал. — Каким образом? И от кого, самое главное? — усмехнулся Саймон и отмахнулся от руки демона. — От спокойных снов? — Помнишь ту… С Лилит была черненькая такая, с короткой стрижкой? Это суккуб, демон-обольстительница. Решила, что сможет тебя увести у меня из-под носа. Саймон стал вспоминать тот вечер, когда познакомился с демоницей и чуть копыта не отбросил. Да, мельком он запомнил и вторую, что хваталась за него. Но только мельком, потому что всё внимание было обращено на Джэджуна тогда. Да ещё последующее истощение немало смазало картинку в памяти. Но Саймон всё равно уверенно мотнул головой. — Без шансов. Она вообще не в моём вкусе, — отмахнулся он, забирая из руки Хиро сигаретку. — Я тоже, — скептично напомнил тот. — Но почему-то ты сейчас здесь, со мной. — Провел ладонью по обнажённой груди парня, к пупку, а потом скользнул по талии за спину и развернул его к себе. Сам прижался, пока тот выдыхал дым в сторону, и закинул ногу на его бедро. — Она работает через сны. Там люди наиболее уязвимы, впечатлительны, сам даже не заметишь, как эти сны стали бы навязчивыми даже в реальности. От них сходят с ума, забывают про собственных детей, жен, мужей… Это и есть та самая одержимость, болезнь кем-то. Суккубы очень умело манипулируют. Неужели не почувствовал на себе? — Наверное, я сегодня её видел, — пробубнил Саймон. А ведь ему так было жаль её там. Что уж говорить о сладком предвкушении, когда его пальцы так бессовестно сжали зад этой демоницы. — Неудивительно, что это были кошмары. А в чем защита-то заключалась? — Шиш, — коротко ответил Хиро. — Мой Шиш, — поднял взгляд и на вопрос в глазах Саймона пояснил. — Есть у меня один маленький дружок, Шишом зовут. Это он любитель кошмары навевать, так как страхом питается. Я попросил его приглядеть за тобой, пока Наама не отстанет. Он, между прочим, с Сибири пригнал, цени это. — Погоди… — Саймон сощурил глаза в догадках. — С красными глазами… Это он? Каждую ночь это он мне снился? — Джэджун с некой гордостью кивнул. — А-а-а… там? Тогда? Кто напал на Мёнбака? Тоже он был? Это ведь мне не приснилось и не показалось. Верно? Он реальный. — Шиш, эй! — Джэджун громко свистнул куда-то в сторону, и тут же из сумки Саймона черным мохнатым комком подскочил… — Шиш?! — Саймон вскинулся, ошарашенно разглядывая большеглазый клубок, прыгнувший на плечо Хиро. Теперь его глаза не были красными, вполне обычные, схожие с человеческими, зеленого цвета. Черные патлы торчали в разные стороны, словно его током шибануло. Не видно было ни рук, ни ног, ни лап, даже рта не проглядывалось. Размером с небольшую и очень пушистую кошку. — Ты прогнал эту тварь? — тихо спросил Джэджун, а Шиш в ответ только мягко проурчал. — Думаю, что она так просто не отстанет, так что побудь с ним ещё немного. — Взгляд монстрика потускнел и недовольно скосился, но больше никак не отреагировал. — Так вот кто пугал меня столько ночей, — неожиданно для себя повеселел Саймон. — Такой маленький, но очень храбрый. Даже сумасшедшую демоницу не побоялся? — протянул к нему руку, но монстрёнок наконец показал свои сверкающие острые зубы. Тихо зарычал и ещё больше ощетинился. Саймон отдёрнулся и склонил голову у плечу. — Вот как? Значит, в сны мои лезешь без спроса, а к себе притронуться не даёшь? Некрасиво себя ведёшь, малец. Шиш только зашипел в ответ и подвинулся поближе к голове Хиро. Не особо церемонясь, пристроился в изгиб шеи, как в тёплое гнездышко, поелозил, пофурчал и затих. Джэджун его не сбрасывал, казалось, он вообще его не замечал. Откинул голову на подушку и задумчиво поглаживал по позвоночнику Саймона. — Это твой питомец, что ли? Или типа того? — спросил Саймон, рассматривая странную парочку. Не знал, на ком взгляд остановить, — то ли на монстрёнке, который казался таким милым, то ли на Джэджуне, который его весьма удивил. — Сказал же, дружок, — вяло ответил тот и потянулся забрать сигаретку из его рук. Загасив пальцем тлеющий кончик, он небрежно бросил окурок на пол, а потом потянул Саймона лечь. — Наама сегодня уже не вернется, так что можно спокойно поспать. — Кхм, я бы в любом случае не променял тебя на неё, — уверенно заявил Саймон, перехватывая его губы своими. Расслабление от травки пробило на непривычную нежность, когда просто хотелось сделать приятное или вот так же, как Шиш, поурчать от удовольствия. Секс в монтажной, продолжившийся на кровати, высосал немало энергии, и сейчас не было какой-то тяги до него. Но, вопреки словам Джэджуна, сам он до сих пор был нужен Саймону. Хотя бы вот просто чтобы поцеловать, просто слышать его дыхание, ощущать его аромат. Он столько ночей мучился после кошмаров, долгое время пытаясь успокоиться, а здесь хватило небольшой извращенной инициативы и теплых объятий демона, чтобы быстро всё забыть. — Ты слишком самоуверен, — фыркнул Джэджун. — Сам только-только вот от женской юбки оторвался и наверняка какую-то другую ищешь сейчас. — С чего это?! — Саймон возмущенно отодвинул голову назад. — И откуда ты знаешь, что я порвал с Сорой? — Джэджун цокнул и скосил взгляд на своё плечо, вероятно, указывая на дремлющего Шиша. — Понятно, лазутчик нашептал. Интересно, малец, а чего это ты на Мёнбака накинулся тогда. Это ведь не демоница, да и не сон был. Шиш чуть приоткрыл глаза, глянул на Саймона и осторожно стал разворачиваться к нему спиной, явно решив игнорировать его вопросы. — Оставь его, он не любит людей, — попросил Джэджун, не раскрывая глаз. — На Мёнбака накинулся, потому что я попросил защищать тебя, без уточнений, от кого. Поверь, он совсем этому не рад, так что лучше не лезь к нему лишний раз. — Понятно, — задето хмыкнул Саймон и развернулся на спину. — Ну и защитнички мне попались, всё через зубы. Как будто я кого-то заставляю. Я так-то и сам могу себя защитить. Как-то раньше справлялся ведь. — Я так понимаю, — Джэджун скользнул ладонью с уровня талии на грудь и стал кончиками пальцев поглаживать сосок, — спать ты не хочешь. Может, тогда займёмся чем-нибудь интересным? У нас до отъезда есть ещё несколько часов. Саймон опустил взгляд на его руку, наблюдал, как вяло пальцы кружат по ареоле, посылая по расслабленным нервам возбуждающие импульсы. Голову слегка кружила травка, а мысли лениво расползались по углам, собираясь занять свои уютные гнездышки и затихнуть. О каком сексе сейчас вообще можно думать? — Так ты серьезно собрался со мной ехать? — Саймон повернул взгляд на Джэджуна. — Ага. И это не обсуждается. — Это глупое решение, — выдохнул Саймон и поднялся. Сел на край кровати, отчего рука демона сонно соскользнула с его торса и замерла. — Не жди, что Михан встретит с распростёртыми объятиями. — Джэджун промолчал, вероятно, уже задремав и отпустив все темы. Саймон, взъерошив волосы, посмотрел на него и, не дождавшись ответа, встал. — Пойду я в холодильнике пороюсь.***
Лилит плавно провела гребнем по вьющимся, шелковистым волосам, блеснувшим в первых лучах вялого рассвета. Темнота за огромным панорамным окном отступала, делая вид на город унылым и приторным. Зевнула, откидывая длинную прядь за плечо, и бросила костяной гребень к зеркалу. Ночная охота прошла удачно, она насытилась до искр в глазах — всё-таки в мире живых гораздо больше развлечений, чем внизу. Жаль, что её лимит быстро подходил к концу. Это слово, «лимит», неимоверно раздражало, ведь она прекрасно помнила те времена, когда всё было позволено, только успевай фантазируй. Но сейчас приходилось соблюдать рамки. Она поднялась, оставив любование собой на следующий раз, подошла к окну и нажала кнопку, закрывая его тяжелыми шторами. Делала это сама, так как вычистила своё гнездо от гниющих запасов, захотелось вдруг простора и тишины, а не буравящих взглядов зомби. Одной быть не так уж и плохо, вот взыграет нарциссизм, тогда и наберет себе снова обожателей. Но сейчас хотелось покоя. Лишь Наама, завалившаяся под утро, неприятно зуделась возле барного столика, постукивая стеклом стакана. Пришлось заткнуть её с самого порога, так как видно было, что она приперлась злая и готовая стонаться на что-то. Вот раздражал этот недостаток у суккубов и инкубов, они очень чувствительны по своей натуре, не в плане, что страдали эмпатией, а в плане, что все, как один, уверены в своей неотразимости, что перед ними по мановению пальца все должны распластаться. Это так не работает, но почему-то эти демоны никак не догоняют жизненной правды и все время скулят, как брошенные щенки. Лилит не была терпимой к их завываниям, но сейчас ей нужно было получить отчет суккуба о продвижении её задания, потому она впустила её и молча указала пальцем на бар, чтоб заткнуть на время алкоголем. Где та и ждала внимания, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Чего так бесишься? — наконец спросила Лилит, заваливаясь на диван во весь рост и растягивая своё тело. — Неужели парнишки той Ким Юсон не оценили твоих стараний? — Хм, эти сопляки с первой секунды зацепились, с ними проблем не было, — мотнула головой Наама. — Значит, ты всё-таки добилась до их сознания, — с лёгкой надеждой уточнила Лилит. — В прошлый раз ты рассказывала, что они упоминали про странного мужика у них в гостях. Узнала, что за человек? — Странный, оказывается, не человек, а его появление у них, — пожала плечом Наама и отставила пустой стакан. — Это африк. Такого трудно не заметить здесь, а тем более рядом с замужней женщиной. — Светлый африк? — задумчиво просмаковала Лилит, вспоминая кого-нибудь из знакомых. Плохо знакомых, у которых бы имелся на неё острейший зуб. — Что он здесь вообще делает? Как так пробрался, что даже свои не следят за ним? — она поднялась. Эта информация была уже весомой, такого светлого действительно будет легко найти. Но будет ли возможность подобраться? — Африк… Интересно. — Это уже-е вопросы не ко мне, прости, — вздёрнула бровями Наама и села рядом с ней. — Вряд ли мальчишки такое расскажут. Ищите африка и допытывайте его. — Откинулась назад и забросила руку на спинку. — Когда найдёте, надеюсь, поучаствовать в его допросе. Как-то раньше не встречала их. — Посмотрим ещё, — Лилит повернулась к ней и зацепилась взглядом. — Что ещё? Тебя ведь не от африка так трясло, когда ты завалилась ко мне. Наама нервно усмехнулась и резко отвела взгляд, пыхнув носом. Поджала зло губы, но потом, видимо, решилась рассказать. — От твоего Хиро меня так трясёт. Сука пурпурная! Трахнуть хотела, а он упёрся… как цаца благородная. — Хах! — Лилит прыснула довольным смехом, даже немного гордясь, что её камбион так довёл суккуба. Нисколько не жаль ни того, ни другого, пусть хоть глотки друг другу рвут, лишь бы продолжали задания исполнять. Но такой разбитый вид мелкой демоницы очень позабавил. — Так ты просто неправильно просила. А точнее, не просить надо было, а брать, — насмешливо посоветовала. — Я и не просила, — рыкнула Наама. — Сказала, если не согласится, я его парня уведу. Так этот ублюдок, мать его! какую-то тварину к нему подсунул, а тот во сне на меня накинулся. Сука, всю искусал. Лилит ещё звонче рассмеялась на такое фиаско, откидываясь на спинку. Любое поражение соратника, как ни странно, лишь радовало. Проиграл, значит, слаб, а сила в их иерархии являлась основным критерием. Наама не просто отступила, она прибежала жаловаться. И кому? Хозяйке камбиона? Чего ожидала? Сочувствия? — Я тебе, — успокоив азартный смех, заговорила Лилит, — указала, чтоб ты не разводила их. Правильно сделал, что пощипал тебя, не лезь в чужое. — Да я ведь… — досадно оскалилась суккуб. — Я ведь только нервы ему хотела потрепать. Поняла уже, что парня трогать нельзя. Но, блядь, твоя фиалка меня выбесила. Кое-как сдержалась, чтоб не порвать их там. — Так чего ко мне прибежала стонать? — с нескрываемой брезгливостью спросила Лилит. — Скажи это ему. Или надеешься, что я его наругаю за это и прикажу под тебя лечь? Нет уж, давай сама там разбирайся. Мозги ведь тебе для чего-то даны. — Не стонаться пришла, спросить хочу, — Наама вздрогнула ноздрями и глубоко и резко вздохнула. — Я такое не оставлю без ответа, не поздоровится ему. Вмешиваться будешь? Лилит оценила решительно настроенную физиономию. Стало даже интересно, что суккуб сделает, чтобы отомстить, насколько хватит её сил и хитрости. Ведь убить Хиро она все равно не сможет, так чего собирается добиться? — Ты ведь поняла, что парня трогать нельзя? — уточнила, на что суккуб утвердительно кивнула. — И помнишь, что разводить их нельзя. — Та снова кивнула, а Лилит с интересом подперла рукой голову. — Так неужели надеешься получить сатисфакцию, намяв его бока? Скучно. — Я что-нибудь придумаю, — усмехнулась Наама. — Унижение ещё никого не красило. А как ты заметила, они пойдут на все ради друг друга. — На что именно? Я тебя не понимаю. — Хочешь, чтобы Хиро прибежал к тебе за помощью? — таинственно прищурив глаза, спросила Наама. — Или тот парень. За Хиро он готов будет продать душу, лишь бы ты помогла. А больше бежать не к кому будет. — Ко мне за помощью? — с сомнительной улыбкой переспросила Лилит и задумалась. У Хиро не та натура, чтобы просить помощи, но всё же… Он ведь умолял парня не трогать? Умолял. О чем ещё может попросить? А что в ответ потребовать? Он сейчас уже и так служит не по принадлежности, а потому, что боится за своего парня. Что еще от него нужно? Или потребовать сил мальчишки? — А давай, — воскликнула азартно Лилит. — Посмотрим, чего стоят твои слова. Если Хиро или человек придут ко мне за помощью, я забуду про твой провал. Наама хищно улыбнулась, сверкая в глазах интересной затеей. Позорное поражение во сне какому-то мелкому отродью она обязательно отыграет. И Хиро слезы пустит, чтобы она его простила.
