Легенда о свадьбе Солнца и Луны

      — Так это были… не шутки? — осторожно переспросил МК. — Вы реально замужем?       — Это единственное, что интересует тебя после моего рассказа?       Парень закатил глаза, устало облокачиваясь на деревянную стену горного храма, демонстрируя как ему осточертело мириться с выкрутасами Макака. И это при том, что именно мальчишка был тем, кто попросил его рассказать эту историю.       — Что ж, — вздыхает черная обезьяна. — Раз уж я с того момента так и не подал на развод — да, ты можешь так сказать. Фактически мы до сих пор замужем.       Даже интересно как бы он мог это сделать. Написать письмо Небесному Царству о расторжении брачного договора? А он вообще был? Какая-нибудь заметка в Книге Судеб, может быть?       — Я только спросил о том, почему вы солнце и луна, а ты рассказал мне целую историю своего брака…       — Это напрямую связано между собой, — помахал ладонью Макак.       Вспоминать все это было не самым приятным… местами. Михоу, все же, был тайно рад снова возродить в памяти тот период жизни. В конце концов, это был последний их счастливый момент перед тем, как все пошло прахом. Наверное, самый счастливый из всех.       — Мы были и есть как Солнце и Луна, МК, — нравоучительно продолжил Люэр. — Тогда в затмение был пик, мы сошлись в одной точке, став единым целым и отпраздновав свадьбу. Светила действуют на нас с тех пор, потому что мы все теперь связаны узами. Их не разорвать как какую-нибудь бумажку. Потому мы и ведем себя как они — так же, как нам было суждено сойтись, мы должны были отдалиться друг от друга, причем так далеко, как никогда прежде.       — Чтобы снова сблизиться? — начал понимать МК.       — Да, — кивает Макак, — это и есть цикл.       Пусть те самые цветочные кольца давно были утеряны, Макак каждый раз вспоминал о той ночи, когда видел поляны с васильками или лютиками. Это было лучше колец из металла, которыми теперь пользовались люди — так он считал. Их обручальные украшения цвели из года в год на каждом диком лугу, где ими можно было любоваться в их самом расцвете сил. Крохотные и невинные растения, не понимающие, какой огромный смысл они несут в своем коротком существовании для двух бессмертных обезьян.       Или всего для одной?       — МК, вот ты где! — воскликнули неподалеку.       Он появился с мощным порывом ветра и развеявшимися клубами золотистого облака. Все такой же статный и энергичный, лишь немного огрубевший. Огненно-золотые глаза вонзились в Люэра, и тот схватился за свою правую руку, пусть там уже не было никакой лунной метки, не было даже ледяной корки от магии Белой Кости.       — Мы болтали про твое прошлое, — закачался на месте пацан.       — Нашли чем заняться, — моргнул Укун, отворачиваясь к своему ученику. — Ты не забыл, что у нас сегодня тренировка? Решил прогулять, воспользовавшись его болтовней?       — Я-я, ничего подобного!       Хах, да он как раскрытая книга. В последние время их «тренировки» стали намного яростней и разрушительней даже в масштабах целого острова, так что неудивительно, что МК отлынивает. Он все еще не принял свои новые силы до конца.       — Лети ко вчерашней поляне, — нравоучительно скомандовал Сунь. — И я хочу, чтобы ты сделал двести отжиманий, когда я вернусь.       — Сколько?!       — Меньше разговорчиков, больше движений, приятель, шуш, — помахал рукой Король обезьян. — Давай-давай, взрослым нужно поговорить.       О? О… Что-то новенькое. Макак с легким удивлением проследил как МК разочарованно взвыл, а после без особого энтузиазма призвал облако и повержено удалился на нем с горы в сторону леса.       — Не припомню, чтобы выделял в своем расписании время на встречу с Королем обезьян, — пожал плечами Люэр, начав медленно прохаживаться по кругу вокруг него. — Но кто я такой, чтобы отказывать ему, верно?       — Хоть раз, ради всего святого, мы можем начать без… — он покрутил ладонью, стараясь подобрать более подходящее слово. — Этого.       — М-м, — закатил глаза Шестиухий, а затем нагнулся вперед и склонил голову набок. — Нет.       Рычащее «агх» от Укуна было усладой для души и тешило эго. Ну вот, теперь, когда все условности соблюдены, они могут начать.       — Так, о чем ты хотел поговорить?       Плечи рыжешерстого, наконец, опустились, он выдохнул, явно от облегчения, что Макак перестал щекотать его нервы. «Ничего, милый, к этому мы вернемся позже», — улыбнулся тот про себя.       — Может, хватит уже вовлекать в это пацана, ты так не думаешь? — начал Укун. — Я знаю, что ты уже несколько раз разговаривал с ним о нашем прошлом, но… Не надо. Это не то, о чем нужно слушать, он не готов. Ты ведь не говорил ему про тот день, когда мы…?       — Конечно же нет! — ощетинился Мак. — Стал бы я рассказывать о дне своей смерти.       Он сжал губы, отреагировав на запретную тему, но тут же кивнул. «Хорошо», — прошептал он в ветер, прижимая хвост к самой земле и поднимая глаза.       Ах, да, вот он, снова этот взгляд. Испуганный и ожидающий, умоляющий. Тот редкий взгляд Сунь Укуна, когда он абсолютно потерян и не может ничего сделать без него. Люэра. Как тогда, когда он случайно навредил кому-то из обезьян, как во время проигрышной битвы с Императором. И как тогда, в свитке памяти. Этот проникновенный искренний взгляд, за который Макак когда-то влюбился в него, так и не изменился в нем.       Он скучал по Сунь Укуну из прошлого, по тому беззаботному улыбающемуся молодому идиоту, который всегда был генератором самых безумных идей. Как бы ни врал, Мак тосковал по тем счастливым временам, когда их «вечно» было чем-то настолько близким и живым, что он мог поверить в эту волшебную сказку.       Может… именно поэтому у него так и не получилось возненавидеть его по-настоящему.       — Ты… — сорвался Король на полуслове. — Чем ты занят… оставшийся день?       — О-о? — удивленно протянул Мак. — Как всегда, строю свои злобные планы где-то в самом темном месте горы, где ты меня не найдешь, конечно же.       — Думаешь, есть такое место? — усмехнулся он.       Михоу вернул ему усмешку с легким хохотом, виляя хвостом.       — Но до сих пор ты на меня не натыкался. В прятках я всегда был лучше тебя, признай.       Укун заметил это, тут же завиляв своим. Любой знак о благосклонности он теперь встречал с таким перевозбуждением, что мог бы затоптать ногами от радости при своем-то возрасте. Не изменил себе и на сей раз.       — Я закончу с МК через пару часов, может чуть раньше, — жестикулируя затараторил он, отступая спиной назад. Торопясь, но еще не уходя. — Просто будь тут, когда я вернусь, окей?       — Зачем мне? — с клыками улыбается Мак. Такой забавный.       — Ой, да ла-адно тебе, — примирительно тянет Укун, уже призывая свое любимое облако. — Будь хорошим мужем и дождись меня!       Был бы Люэр Принцем Лотоса или ребенком Огня Самади, то тут же вспыхнул бы пламенем от ярости, смущения и удивления. Но он лишь обезьяна, поэтому вспушивает хвост в прямую линию и корчит лицо до крайнего возмущения.       — Ты…! Ты идиот! — позорно вырывается само собой.       — Ха-ха, как скажешь, — смеется в ответ Укун и прыгает на облако. — Но я твой идиот! Навсегда!       Глядя в след улетающему Королю обезьян, всполошенный Макак уже знает, что он ведь дождется его здесь. Будет ждать как луна, которая слишком часто остается в небе и ждет солнце, что всегда взойдет к ней утром.       Это и есть цикл.

___________ КОНЕЦ