Укоренение

Обошлось малой руганью. За Фудзивару Рюзаки пожурили, но сошлись на мнении, что официальная благодарность Хьюгам того стоила. Хотя Хирузен готов был прибить Учиху на месте. — Свадьба с Фудзиварой усилила бы влияние Дайме. — Старик так побагровел, что Рюзаки опасался, как бы его удар не хватил. — Если все будут делать, что захотят, начнётся неразбериха. Этим воспользуются наши враги! Ты похерил работу нескольких лет! Получается, Дайме не соглашался. В таком случае Рюзаки им сделал одолжение. Насколько он понял характер правителя, больше манипуляций тот ненавидел напоминания, что Хокаге довлел над ним в некоторых вещах. — Рюзаки-кун, можешь идти, — сказал Намикадзе. Учиха поклонился и вышел, оставив за спиной шёпот правителей Конохи. Минато увещевал Сарутоби, но, пока старик не остынет, попадаться ему на глаза не стоило. На выходе из резиденции в Учиху врезалась Анко. Красная она бежала как таран, и Рюзаки быстро догадался, кто вывел её из себя. Друга пора спасать. — Моя милая Анко. Я съел все данго, — пропел Рюзаки, обнимая подругу, — спозаранку проснулся, а тебя нет… — Смирись, на быть тебе поэтом. — Мираташи расцепила руки Рю. — Ты видел Хидео? — Нет. На время подготовки к свадьбе Фудзивара освободили Рюзаки от службы, и свободное время шиноби решили отпраздновать мороженым и данго. Они закупились и уселись на берегу реки. Рюзаки мимолётно рассказал о чуунин шинкене и событиях в стране Мороза. — Как у тебя только наглости хватило соблазнить куноичи? — восхищалась Анко. Краем глаза она видела, как чихвостили Ширануи после экзамена, но не связала это с Учихой. — Словил момент, — Рожа Рю не выражала ни капли раскаяния. — Смазливая внешность не даёт тебе права так себя вести. — Так я хорошенький? — Не перевирай. Недалеко на площадке детишки играли в «нинзя и самураев». Громкие крики разносились на всю округу, и парочка шиноби не заметила приближения третьего, пока на них не обрушилось Ки. Подавившись Рю едва не выронил мороженое, а Анко схватила кунай, но расслабилась, когда увидела источник угрозы — за лавкой стоял Хьюга Хидео. — Веселитесь? — Давай к нам, Хидео. Хочешь данго? — Мираташи от сердца оторвала лакомство, но Хьюга лишь мимолётно взглянул на неё. — Количество твоих женщин тревожно растёт, Рюзаки. — уронил Хидео. — Эй, я ещё о ком-то не знаю?! Колись, Рю! — Просвети меня, друг, — попросил Рюзаки. Хидео резко наклонился к Учихе и ткнул ему в лоб пальцем. — Ты соблазнил мою сестру Хикари. — И в мыслях не было! — Рюзаки взмахнул руками, и несчастное мороженое упало на дорожку. — Мы лишь тренировались. Хикари-сан хороша в тайдзюцу и постоянно валяла меня по земле. Она твоя родственница? В смысле, по ней видно, что она Хьюга, но насколько близкая… Речь Учихи превратилась в невнятное бормотание, и Анко усмехнулась. Среди Хьюг были приняты некие особенности ухаживаний. Обычное дело, когда шиноби после многолетних тренировок тайдзюцу создавали пары. Так сблизились в своё время родители Хидео. Мираташи частенько работала с Хьюгами, и Хидео предупреждал её о ритуалах. Не живший в Конохе Рюзаки такие мелочи не знал. — Давай проверим результат ваших невинных тренировок, — предложил Хидео. Учиха обрадовался, хотя и попросил небольшую отсрочку для посещения дома. Анко и Хидео ждали на площадке. Они начали разминку, когда Рюзаки притащил косу. Разборное длинное древко покрывали царапины и потёртости, словно от постоянного использования, но друзья ни разу не видели, как Учиха сражался таким оружием. — Зачем это? — удивился Хидео. — После тренировок с твоей сестрой, я понял, что даже прикасаться к Хьюгам не хочу. — Рюзаки расправил лезвие, оставив чехол. — Коса позволяет держать противника, особенно такого опасного, на расстоянии. — Оружие тебе не поможет. Хидео не стал ждать готовности Рю и атаковал. Крупное лезвие прошло над головой. Хьюга пригнулся. Инерция потянула его вперёд, и в Рюзаки врезалось тело. В реальном бою Учиха был бы мёртв. — Нужно привыкнуть, — сказал Рюзаки, лежа в пыли. Снова. Это уже стало традицией. — Коса непрактична. Тебя видно издалека. Как её таскать, как двигаться? — посыпала аргументами Анко. — Откуда она у тебя? — Трофей от жреца Джашина. — Знаешь технику этих фанатиков? — Нет, я убил его до того, как он начертил печать. Скопировать технику не успел, своя шкура была дороже. — Рюзаки поднялся на ноги и покрутил в руках непривычное оружие. — Потренируйтесь со мной, пожалуйста. Хьюга и Мираташи не отказали.

***

Побитое лицо ныло. Новоявленный чуунин попался полиции, которая наградила его уведомлением о штрафе и парочкой смачных тумаков. Рюзаки ещё легко отделался, пусть долг камнем висел на шее. Зато в кармане ждали своего часа семена камелии. Рюзаки надеялся, что такой подарок порадует Яманаку Ино, если конечно, девочка не позабыла о нём спустя полгода. Надеясь не светить синяками, Рюзаки побрел через парковую аллею, где в позднее время обычно никто не гулял. Но ожидания не оправдались. Посреди дубравы на скамейке сидел одинокий мальчик. Светлые вихры освещал скупой свет уличного фонаря. Рюзаки без труда узнал Наруто, который тихонько шмыгал носом, а дрожащие плечи намекали, что не от простуды. Учиха был категорически не согласен. Наруто ещё слишком мал для взрослых трудностей. «Почему маленький ребенок шатается по деревне один? И, главное, как его успокоить?!» — Чего ревёшь? — Шиноби не ревут, — непререкаемый ответ. — Тогда я реву? — Ты не ревёшь. Наруто упрямо не поднимал голову и скукожился сильнее, когда Рю присел рядом. — Тогда ты ревёшь? — Реву. Ик. Мальчишка шмыгнул носом, напомнив ёжика. Рюзаки легонько подтолкнул Наруто, который вытер сопли рукавом курточки и поднял грустный взгляд на Учиху. — Что случилось? — Взрослые. И замолчал, словно одно слово всё объясняло. Наверное, не следовало вмешиваться, но оставить одного Наруто Учиха не мог. Раз охрана ещё не объявилась, у Рю развязаны руки. Легкая щекотка расшевелила мальчика. Теперь он плакал от смеха и умолял остановиться Учиху. Его не слушали. Рюзаки безжалостно щекотал и приговаривал: — Что-что случилось? Какая зараза тебя расстроила? Уу я ей… — Хахаха, перестань, я щас лопну! Учиха послушно опустил руки, Наруто потерял опору и привалился к боку знакомого. Что примечательно — единственного взрослого, который его нашел. Отец говорил, что с Наруто глаз не спускали, но мальчик замечал только безмолвные тени, которые никогда не шли на контакт. Вспомнив родителей, Наруто снова помрачнел. Учиха сидел рядом и ощущался как верная мягкая игрушка. Иногда Наруто завидовал Саске. У него была большая семья — и старший брат, и веселый Обито, и чуткий Рюзаки, и тетушка Мидори, которая готовила самые вкусные такояки, и дед Котару, верно ворчащий, но послушно клеящий для детворы воздушных змеев, если его вежливо просили. У Наруто были родители, которые постоянно ругались, как отец объявлялся дома. Минато задерживался на работе, частенько даже ночевал в кабинете, тем вызывая недовольство домашних. Взрывоопасный характер матери подавлял. Минато и Наруто старались лишний раз её не беспокоить, но последнее время она словно специально выискивала недостатки. Ворчала, что Минато не проводил время с семьёй, ругалась на Наруто, у которого не получались фуин. Последний раз Кушина переколотила всю посуду на кухне, и испуганный Наруто сбежал из дома, хотя и знал, что мама злится не на него. Её что-то беспокоило. Всё это Наруто вывалил на Рюзаки одним махом и замолчал, судорожно кусая губы. Впутывать чужих в дела семьи, даже такой маленькой как у Наруто, не следовало, но Учиха готов был слушать. Сам напросился, в общем. — Хочешь мороженое? — устало спросил Рюзаки. — Это всё, что ты можешь сказать, даттебайо?! — Наруто душу изливал, а ему мороженое предлагают. — Или рамен? Посуды нет, дома ничего не приготовить. — Рюзаки… — протянул Наруто, чувствуя, как опять засвербело в носу. — Ох, брось. Такова жизнь. Милые ругаются, потом тешатся. Да, у Хокаге много работы. Твоей маме одиноко и она пытается обратить на себя внимание так, как привыкла — криками. Не волнуйся, у Минато драгоценный характер. Он во всем разберётся. — Да? — шмыгнул Наруто. — Конечно. Ты не веришь в своего отца? — Верю. — Вот и славно. Пошли, купим тебе и твоей маме рамен. Ближе всего к парку располагалась раменная Ичираку. Теучи широко улыбнулся, когда увидел новых посетителей. Даже стало как-то неловко не поболтать с хозяином, но Наруто наверняка искали, и ему следовало поспешить домой. — Дайте три порции с собой, Теучи-сан. — попросил Рюзаки, положив последние кровно заработанные на стол. Приготовили и упаковали быстро, и вскоре Учиха провожал Наруто до дома. Повеселевший мальчишка носился вокруг и, размахивая руками, рассказывал Рю все на свете, перескакивая с пятое на десятое. Подготовка к учёбе в Академии шла полным ходом. Наруто купили новую форму, он с нетерпением ждал момента, когда сможет надеть её на первый урок и повеселиться со старыми знакомыми. Как неугомонного мальчика родители убедили, что учеба — это непрекращающийся праздник, для Рюзаки осталось загадкой. — Там будет и Шикамару — увижу его хотя бы делающим что-то. Ведь лениться в учебе нельзя, да? А ещё мы с Саске договорились сесть вместе, но почему-то маме эта идея не понравилась. О, наши, тренировки в три обезьянки… Мы тут на днях залезли в сад к Инузукам, ты им не говори… Учиха мягко улыбался и кивал, живчик Наруто не ждал ответа. У дома Хокаге мельтешила Кушина. В перекошенном зеленом платье, растрепанная и растерянная она объясняла паре Анбу, что произошло, но сбивалась на тихие всхлипы. Шиноби напрасно пытались узнать, что от них требуется. — Мама! — закричал Наруто на всю улицу. Побежал, врезался и крепко обнял. Женщина, как никогда выглядевшая уязвимой, поцеловала сына в макушку. Немного понежившись в объятиях, Наруто вырвался, став похожим на возмущенного котёнка, и махнул в сторону Рюзаки. — А мы рамен купили! Вот! Наруто гордо продемонстрировал упаковки. Кушина отправила сына домой и обернулась к Учихе. — Спасибо, Рюзаки-сан. Я уже места не находила. — Не о чём волноваться. За Наруто присматривают. — Ну конечно, даттебане. — Кушина чуть высвободила Ки. По приказу Хокаге с сына не спускали глаз, но горе охранникам и в голову не пришло предупредить мать о местоположении Наруто. Ещё одна причина недовольства. Сказать Кушине, что сын боялся её ссор с Минато? Она это понимала. К тому же Рюзаки уже раз вмешался в чужую семью, заработав проблемы, сами разберутся — не маленькие. Шиноби поклонились Узумаки и ушли. Кувшина недолго смотрела им вслед, её ждал сын и непростой разговор. Частенько она скучала по миссиям — они были проще семейной жизни.