Укоренение

Её лихорадило. После операции появились осложнения, пришлось остаться в Аме. Она как раз шла к Яхико-сану, когда там был Учиха. — Что мне нужно сделать, чтобы вы освободили Мио? — Ха, как насчёт Шарингана?! — …Я подумаю. Он подумает. Ногти впились в кожу до крови. Они торговали ею, как куском мяса на рынке. Дорогой мраморной говядиной. Амекаге ценил Мио, а Чиноике с предвкушением ждала, пока куноичи соблазнит Учиху. Дело в её кекке́й генка́й. О, как много Аме бы получили, если бы ребёнок родился! Даже без Шарингана, пусть с частью способностей отца с её наследием — вместе с Нагано — Скрытый Дождь получил бы сильных шиноби. Они наконец-то выплыли из череды унизительных заданий, который лились как помои. Мио стала бы не просто медовой куноичи — шлюхой, дорого продающей себя, сказать честно, — но матерью шиноби, приносящего золотые горы. Никто не отправил бы её на панель, когда за плечами стоял грозный защитник. Ребёнка от Рюзаки Мио даже могла бы полюбить. Она холила и лелеяла свою надежду! Делилась лаской и, возможно, может быть, наверное… Они стали бы семьёй? Глупая заветная мечта. Неосуществимая. Даже если бы Рюзаки соблазнился ею — пользованной, потрепанной жизнью и едва терпящей прикосновения — даже так оставались ещё Учихи. Долго скрывать ребёнка бы не вышло — не с её удачей. А если родится девочка… Нет. Лучше пусть не рождается вовсе. Мио скинула отвратительно колючий плед и села на кровати. Барабанил дождь. В коморке, где когда-то ночевал Учиха, часть неба виднелась, как из колодца. Она — гниющий труп на дне. Холод, тьма и вода постепенно разрушали мягкую плоть. Редкие проблески солнца ускоряли разложение. Есть другой вариант. Учиха ей нравился достаточно. Пару минут потерпеть его прикосновения и Аме получит Шаринган.