Неопределенное будущее

Утро наступало медленно. Солнце, которому, казалось, мешал холодный и гнетущий воздух, лениво ползло по безоблачному небу, мягко светя над деревьями. Застывший луч света пробился сквозь листву и осветил лицо Лары, разбудив её. Она несколько раз моргнула, прежде чем полностью проснулась. Сон был без сновидений. Посидеть с Тароком, чтобы уснуть, оказалось отличной идеей: несмотря на прохладное утро, Лара проснулась в тепле и уюте. Если бы она была дома, то тут же забралась бы ещё дальше под одеяло и снова заснула. Но, увы, дом был далеко, а впереди её ждал долгий день. От сна в сидячем положении тело Лары разболелось, и ей очень захотелось потянуться. Однако, подняв руки, она обнаружила, что ладони затекли. Опустив взгляд, Лара обнаружила, что они плотно обхватили большую ладонь Тарока. Она уставилась на свои руки, несколько раз моргнула и наконец вспомнила: прошлой ночью она тайком держала его руку, чтобы согреться, и забыла отдёрнуть свою. Каким-то образом во время сна Тарок схватил их, причем довольно крепко. Лара слабо поморщилась. Бесполезно. Она подумала, не потянуть ли сильнее, но решила не делать этого. Она никак не могла освободить их, не разбудив его, а если бы и смогла, то это было бы очень невежливо. Лара не могла поверить, что забыла отдёрнуть руки. — Это всё потому, что он был таким теплым. — Тарок, — пробормотала Лара, словно не желая, чтобы он её услышал. Он и не услышал. Она позвала снова, на этот раз чуть громче. Тарок всё ещё храпел. — ТАРОК. Его глаза распахнулись. Он сразу же насторожился; его глаза обшаривали всё вокруг. — Что такое? Что-то не так? — быстро спросил он. Лара посмотрела на свои колени. — Ты можешь освободить мои руки? — сказала Лара, чувствуя, что её лицо становится всё горячее. Просьба озадачила Тарока, пока он не увидел свою правую руку и то, что она держала. — А? Я не помню, чтобы хватал тебя своей рукой. — Я знаю, что не хватал. Может, отпустишь? — пробормотала Лара. Тарок не отпускал. — Ты знаешь, как это случилось, Лара? -… — Лара? — Мне было холодно. Ты не мог бы…? Пожалуйста? Тарок раскрыл ладонь, и её руки отступили. Лара сжала и потерла их, хотя причин для этого не было — ей не было больно. Она чувствовала вопросительный взгляд Тарока на своей шее. — Значит, тебе было холодно? — продолжал Тарок. — И я подумала… что твои руки рядом, поэтому я протянула к… — Лара запнулась и замолчала. Её лицо приобрело цвет спелой клубники. — Хм, — пробормотал Тарок с ухмылкой. — Хорошо. Понятно. Ну и ладно. В конце концов, я единственный, кто обещает не делать здесь ничего неподобающего. Лара встала. — Надо бы собрать побольше дров, пока хворост не погас, — сказала Лара, разглаживая платье. — Не стоит. Мы уходим, — сказал Тарок. Лара повернулась и уставилась на него. — Но ты не здоров. Ране нужно больше времени, чтобы затянуться, — запротестовала она. — Пожалуйста, не напрягай себя, Тарок. — Мне нечего уже не грозит. Я достаточно здоров, чтобы ходить. — Как это? Чтобы ответить ей, Тарок потянулся вверх, ухватился за дерево позади себя и медленно подтянулся. Лара увидела, как на его потрепанном лице на мгновение мелькнула гримаса, но тут же исчезла. Он был достаточно высок, чтобы его правый рог зацепился за ветку. Тарок повернулся к ветке, крепко вцепился в не правой рукой и одним движением скрутил ветку толщиной в запястье, словно она была из непропеченного теста, и дернул её с такой силой, что она едва не оторвалась от дерева. Он повернулся лицом к Ларе. — Видишь? Я в полном порядке, — сказал он с уверенной улыбкой. Лара поняла, что у неё пересохло во рту, и быстро закрыла его. Она знала, что все эти мускулы не просто так, но увидеть живую демонстрацию было поистине удивительно. — Но… как? Ты же вчера умирал. — Минотавры быстро восстанавливаются. Так нас создал бог гор, кажется, его звали Палпинос. — Почесал он лоб. — Я знаю дорогу назад. Если идти без передышки, то к полудню мы должны вернуться в лагерь, — сказал он. Затем он несколько секунд смотрел на неё. Лара не знала, почему он молча смотрит на неё. Затем он посмотрел на солнце, выбрал направление и начал идти. — Если хочешь, иди за мной, — сказал он, оглянувшись на Лару. — Конечно, зачем мне здесь оставаться? — воскликнула Лара и побежала за Тароком. Дорога была неровной, такой же неровной, как и вчера. Земля была усеяна камнями, торчащими корнями, высокой травой, поваленными деревьями, лисьими норами и ещё большим количеством корней; Лара могла поклясться, что все они, казалось, были покрыты мхом. Лара, будучи ниже Тарока ростом, с трудом поспевала за его шагом, в то время как Тарок почти не испытывал трудностей — его похожие на пни копыта сокрушали всё, что не было твёрдым камнем. — Ауч! Оглянувшись, Тарок увидел, что Лара остановилась и прислонилась к дереву. — Я споткнулась о камень, — сказала она, потирая правую ногу. — Просто иди вперёд. Я пойду за тобой позже, — вскрикнула Лара. Тарок подошёл к ней и поднял её на руки, словно она ничего не весила. Опираясь правым предплечьем на её вес, а ногами — на левую руку, Тарок повернулся и продолжил идти как ни в чём не бывало. Лара застыла в его объятиях. — Что-что ты делаешь? — Я несу тебя, разве ты не видишь? — сказал он непринуждённо, как будто это было самым обычным делом. — Твоя рана, Тарок. Ты напрягаешь левую грудь, — запротестовала Лара. — Она не болит, пока я не размахиваю левой рукой. А я и не размахиваю. Я просто использую её, чтобы нести твои ноги. Лара не шевелилась, боясь ударить его ногой в рану. — Ты уже полностью исцелился? — спросила она. — Не совсем. По моему опыту, для полного заживления такой раны требуется около двух недель. Но я больше не умираю, — сказал он, перешагивая через мёртвое дерево. — Тарок, — позвала она его через несколько минут. — Теперь ты можешь опустить меня вниз. Мои ноги больше не болят. Тарок посмотрел на неё сверху вниз. Лара заметила слабую ухмылку на его лице. — Нет. Пока мы не прибудем в лагерь, ты останешься, вернее, будешь лежать там, где находишься, а именно в моих руках. — ЧТО? — Её восклицание заставило птиц разлететься вокруг них. — Разве твои руки не устают? — спросила она, вернув себе контроль над голосом. Тарок перестал идти. — Устают? — насмехался он. — Да ты, небось, весишь меньше, чем мой топор. Не волнуйся, я справлюсь с такой маленькой девочкой, как ты. — До самого лагеря? — Лара так и осталась неубежденной. Вместо ответа он просто зловеще ухмыльнулся. Внезапно Лара оказалась в воздухе, её тело поднялось на несколько дюймов и упало обратно в его объятия. Только приземлившись, Лара поняла, что Тарок подбросил её вверх, как родители подбрасывают младенца. Она была слишком потрясена, чтобы что-то сказать. — Видишь? Я даже могу это сделать. — Он ухмыльнулся и сделал это снова. На этот раз она закричала и бешено замахала руками. Её руки нащупали что-то, и она вцепилась в это что-то — это оказалась шея Тарока. Его ухмылка исчезла, когда он одновременно с Ларой осознал, что их лица находятся практически в двух дюймах друг от друга. На секунду Лара замерла. Она никогда не была так близко к этим голубым глазам. В следующую секунду она отпустила его шею и опустилась вниз, с удивлением обнаружив, что его рука подхватила её, как будто она забыла, что они рядом. Её глаза не отрывались от его глаз. Тарок сглотнул. Он моргнул и перевёл взгляд с Лары на тропинку впереди. Он начал идти. Судя по жару на щеках Лары, она покраснела. Лара сложила руки на животе. — Это было глупо с моей стороны. Я больше так не буду, — сказал он, не сводя глаз с дороги. Солнце стояло высоко над деревьями, даря земле и её обитателям столь необходимое тепло, чтобы побороть гнетущую прохладу позднего осеннего утра. Лара смотрела, как солнечный свет струится лучами, словно столбы золотого шелка. Это было прекрасно. Утром лес казался гораздо более приветливым и очаровательным. — Тарок. Спасибо тебе, — сказала Лара. — За то, что нёс тебя? Это пустяки. — Не только за это. За всё. За то, что спас меня из огня, и за то, что остался со мной прошлой ночью. Я очень благодарна, — сказала Лара. Она заметила, как его лицо словно светится в утреннем свете. Он взглянул на неё. Его лицо было неразборчивым, но глаза блестели в солнечном свете. — Если хочешь, вздремни, Лара. Я разбужу тебя, когда мы доберёмся до лагеря, — сказал он, перекладывая руки так, чтобы Ларе было удобнее прислонить голову к его широкой груди. — Не пинай меня, если тебе приснился плохой сон, — усмехнулся он. Лара лишь притворно хмыкнула.

***

Тарок и Лара прибыли в лагерь поздно вечером. Лара почти всю дорогу не сомкнула глаз, хотя по-настоящему спала всего час или около того. Он разбудил её, когда вдали показалась башня старого форта. Тарок заметно волновался, когда они подошли к форту. Они прошли мимо внешнего лагеря, который был заброшен. Следы хаотичных боев были ещё свежи, но трупов нигде не было. Ворота форта были закрыты, когда они добрались до них. Тарок окликнул своих людей. В течение мучительных секунд никто не отвечал, пока за стеной не показалась пара голов. Внутри раздались крики, и ворота тут же открылись. Лара услышала, как Тарок облегчённо выдохнул. Мелисса солгала. Она не убила всех солдат и не сожгла лагерь. Десятки мужчин, многие из которых были в повязках, бросились к Тароку. Они были рады видеть своего вождя живым и засыпали его вопросами, но он отмахивался от них. Взяв Лару за плечо, он повёл её к внутреннему храму. Тарок уже собирался открыть дверь, как она распахнулась, и перед ними предстала ошеломлённая Эрика. Она выглядела так, словно увидела двух призраков. — Позаботься о ней за меня. Я расскажу тебе всё позже, — сказал Тарок своей помощнице. Он втолкнул Лару вместе с Эрикой внутрь и закрыл дверь. Тарок объяснил своим людям, что он лично убил ведьму, ответственную за нападение, и что угроза миновала. После этого люди поскакали в лес, чтобы забрать тела погибших. Их было десять человек, отправившихся с Тароком за три дня до этого, четверо из них не вернулись. Оставшиеся шестеро прорвались сквозь окрестные деревья и отступили в форт. Позже они рассказали Тароку, что ходячие деревья, похоже, интересовались только им, а не ими. Так им удалось выжить. Те, кто был в форте, побоялись возвращаться в лес на поиски своих товарищей. Выживший в засаде рассказал всем, что видел ведьму, а магия пугала северян до смерти. Что касается старухи, то она была в безопасности внутри, когда на форт напали. Потери были незначительными, так как солдаты быстро отступили внутрь и закрыли дверь. Они рассказали Эрике, что нападение прекратилось, когда над ними из ниоткуда появилась гигантская птица и улетела в лес. После этого деревья тоже быстро улетели. В сумерках вернулись всадники, унося с собой четыре тела, задрапированные в белые ткани. В ожидании мертвецов перед фортом разложили костёр. Тела погрузили на вершину, а костер подожгли. Один из мужчин, судя по длине его бороды, старик, произнёс что-то вроде молитвы, но Лара не могла быть уверена. Она была далеко, и его голос заглушался треском пламени. После похорон они собрались у костра за пределами форта. — Они скорбят, — сказала Эрика. Они произносили речи о жизни погибших, их подвигах и достижениях, а также неудачах. Кто-то смеялся, кто-то плакал, но говорили все. Но не только слёзы текли, когда принесли медовуху и эль. Вскоре они уже пели и танцевали. — Это праздник жизни мертвых. Так скорбят солдаты, — объяснила Эрика смущённой Ларе. — В такой работе, где ты и твой товарищ можете умереть в любой день, трудно долго оставаться мрачным. Гораздо лучше справляться с потерями таким образом, и если алкоголь может облегчить эту задачу, то нет причин не воспользоваться им. Лара сидела в кабинете Эрики и наблюдала за внешними событиями из окна в комнате. Весь вечер Лара неосознанно следила за Тароком. По его окраске из чёрного дерева его трудно было найти ночью, но два рога из слоновой кости выделяли его из толпы. Приняв ванну и приведя себя в порядок, Лара отправилась за ужином для себя и Эрики. Лара рассказала старухе о своём неожиданном приключении: о том, как её схватила Мелисса, о пытках Тарока, о поражении ведьмы, о том, как она спасла жизнь Тароку, и об обратном пути. Губы старухи сжались, когда она услышала, как Лара будет принесена в жертву. История Тарока и Мелиссы особенно заинтересовала Эрику, и она наклонилась вперёд, чтобы лучше её расслышать. Выслушав всю историю Лары во второй раз, Эрика откинулась в кресле, её мысли размышляли, а пальцы судорожно сжимались. От обилия информации она впала в задумчивость. Лара оставила Эрику наедине с её мыслями и наблюдала за танцующим огнём. На старинной каминной полке стоял пустой чёрный чайник. Рядом с ним стоял пустой кувшин для воды. Лара заметила, что шум снаружи утих, лишь изредка раздавалось звяканье кружек. Похоже, похороны закончились. — Значит, Тарок был готов умереть, пока ты не умоляла его остаться в живых? — неожиданно спросила Эрика. — Да, это правда. — И после этого ты обработала его раны? Лара кивнула. — Что-нибудь ещё произошло? — Хм… — Лара замешкалась, а потом быстро добавила «нет», пока Эрика не заметила. На протяжении всего своего рассказа Лара не упоминала о том, что они с Тароком сидели вместе и спали. Лара была откровенна в большинстве, даже самых жутких, подробностей, но некоторые предпочитала держать при себе. — Что ж, уже поздно, — сказала Эрика, — если ты не хочешь присоединиться к мужчинам снаружи, тебе, наверное, лучше лечь в постель. Я больше не буду тебя беспокоить. Лара встала и подошла к Эрике. Она взяла старуху за руку. — Не говори так, Эрика. Я рада, что вернулась сюда, что снова вижу вас. Я с нетерпением жду возможности снова стать вашей помощницей. — О! Приятно слышать. Тебе не нужно так говорить, чтобы доставить мне удовольствие. — Лара шагнула вперёд и обняла её. — Я серьёзно. После всего того безумия, через которое я прошла, провести время с тобой и книгами — это всё, чего я сейчас хочу. Впервые с тех пор, как она здесь, Лара увидела, что старая тайнописица улыбнулась. Она встала и снова обняла Лару. — Я тоже рада снова видеть тебя. Я сожалею о том, что тебе пришлось пережить. Ты заслуживаешь гораздо большего, — сказала Эрика. — Вот что я тебе скажу: мой кабинет открыт для тебя каждый день. Тебе даже не нужно работать. Если тебе захочется с кем-то поговорить или составить компанию, просто приходи. Я ему не скажу. — Спасибо. Я приду, но только потому, что хочу работать на вас. Мне очень помогает ежедневное занятие, я снова чувствую себя жрицей Верае. Но хватит об этом, — решительно сказала Лара, — нужно, чтобы я наполнила кувшин для воды. Уже поздно, а у тебя нет воды. — О, проклятые штуки. Я забыла. — Эрика посмотрела на кувшин. — Надо было сделать это днём, но ты с Тароком вернулась из мёртвых, и, в общем, неважно, я справлюсь. — Нет, нет, позвольте мне сделать это. Это не займёт много времени, — с улыбкой сказала Лара. Не дожидаясь ответа Эрики, Лара схватила кувшин и вышла из кабинета. — Я скоро вернусь. Лара прошла на кухню, набрала воды и вернулась обратно. Ночной воздух колол её кожу, как ледяные иглы. Несмотря на то что она снова переоделась в тусклое, но длинное платье служанки, Лара всё равно иногда вздрагивала. — Я здесь, — объявила Лара, толкая дверь. И когда она открылась, то чуть не выронила кувшин. На неё смотрели две пары глаз, и один из них был голубым. — Просто поставь его на тумбочку у кровати. Вон там, спасибо, можешь идти. Спокойной ночи, Лара. Лара прошла к тумбочке мимо Тарока, который сидел на кровати Эрики. Она услышала разговор Эрики: старуха докладывала Тароку о положении в лагере. Лара поставила кувшин на место и повернулась, чтобы идти к двери. Но до двери она не дошла. Вместо этого две огромные руки схватили её за бедро, подняли и потащили к своему хозяину. Лара вскрикнула, когда минотавр подхватил её. Этот крик насторожил Эрику. Она подняла глаза от книг и уставилась на Лару, которая сидела на коленях у своего хозяина. Правая рука Тарока обвилась вокруг талии Лары, а левая лежала на её колене. — Что, во имя богов, ты делаешь, Тарок? — спросила Эрика громким и строгим тоном, которого Лара никогда раньше не слышала. — Я просто хотел задать Ларе вопрос, — спокойно ответил он. — И ты решил сделать это, притянув её к себе на колени? — Я просто хочу задать вопрос. Не хочешь ли ты остаться ещё ненадолго, Лара? — Тарок посмотрел на Лару сверху вниз. Он притянул её ближе, и её спина коснулась его груди. Лара не сопротивлялась, отчасти потому, что знала, что не сможет вырваться из его объятий, отчасти потому, что её кожа таяла, когда её спина касалась его груди. Если вчера он был тёплым, то сегодня он был горячим. Даже несмотря на то, что её кожа была отделена от его кожи грубой тканью платья и льняной рубашки, она чувствовала жар, исходящий от его груди. По коже побежали мурашки. — Тарок, это очень необычно. Ты ведь знаешь, что завтра можешь спрашивать её сколько угодно? Пусть Лара отправляется в свою постель, — решительно сказала Эрика. — Всё в порядке, Эрика. Я могу ответить на вопрос Тарока, — спокойно сказала Лара. Она немного переместилась в более удобное положение, не обращая внимания на руки Тарока на её животе и левом колене. Эрика перевела взгляд с Тарока на Лару, и глаза её распахнулись ещё шире. — Итак, Лара. Как ведьма схватила тебя? — спросил Тарок. Его голос был успокаивающим и мягким, совсем не похожим на то, как он звучал в последний раз, когда они с Ларой были в этой комнате. Лара отвечала обстоятельно, перечисляя все детали, которые помнила. — Мелисса превратилась в птицу и схватила тебя? — Она появилась в виде женщины-птицы. Я увидела её позади себя, потом она пронеслась и поймала меня. Я потеряла сознание, когда упала с башни. Когда я очнулся, я была в её логове. Лара заметила, что его глаза остекленели. Они не покидали её с тех пор, как она начала говорить. Ей стало интересно, сколько он выпил. — Люди говорят, что над ними пролетела огромная птица, и тогда деревенские перестали нападать и вернулись в лес. Ты знаешь, что это значит, Лара? Лара покачала головой. — Я сомневалась, что рушащаяся оборона форта сможет продержаться достаточно долго, если начнётся осада. То, что ведьма похитила тебя и отказалась от атаки, означает, что удалось избежать большого кровопролития. Иными словами, все, кто сегодня жив в этом форте, как ни странно, обязаны тебя благодарить, даже Эрика, — сказал Тарок, кивнув своей помощнице. Лара посмотрела на свои колени. — Ты преувеличиваешь, Тарок. Я ничего не делала. Я просто позволила себя схватить, — кротко ответила Лара. — То, что она нашла и похитила тебя на башне, может быть совпадением, но то, что произошло внутри её логова, не было случайностью, Лара. Твои действия в той комнате спасли мне жизнь, — сказал он. Лара чувствовала его взгляд на своей шее, такой же горячий, как и его тело. Второй раз за сегодня он заставил её покраснеть. Она почувствовала благодарность за то, что комната была не очень хорошо освещена. — В общем, Эрика. О чём ты говорила? Пожалуйста, продолжай, — сказал Тарок. Он перевёл взгляд на помощницу, его лицо стало серьёзным, глаза заострились. Лара, казалось, была забыта у него на коленях. Эрика заколебалась. — Ну, а что с ней? Она ответила на твой вопрос, — сказала Эрика, жестом указывая на Лару. — Лара? Она может услышать это, я уверен, что вреда не будет. Эрика нахмурила брови, словно не могла понять, нарочно ли Тарок её не так понял или нет. Она взглянула на Лару, которая слегка кивнула. — И то верно… Я говорила о дне после нападения, — сказала Эрика. Она переключила своё внимание на книги. Лара сидела очень тихо. Она смотрела прямо на Эрику и слушала. Не прошло и минуты, как она почувствовала движение на своём колене. Левая рука Тарока, которая покоилась там, начала двигаться по ткани. Сначала пальцы заплясали вокруг её колена, затем вся рука опустилась к внутренней стороне бедра. А когда она начала двигаться вверх, Лара запаниковала. Она как можно незаметнее схватила его руку, стараясь не насторожить Эрику, и толкнула обратно к колену. К её изумлению, его рука перестала двигаться. Затем она перевернулась и обхватила ладонь Лары. Лара смотрела, как Тарок ласкает её руку: его большой палец несколько раз провёл по тыльной стороне ладони, а пальцы других рук погладили её ладонь. Она чувствовала шероховатость и мозоли на его пальцах. Что ещё более удивительно, Лара обнаружила, что ей не хочется отдёргивать руку. Он обращался с её рукой очень нежно. Это было приятно. Лара слышала, как стучит её сердце. Лара подняла взгляд. Тарок не смотрел на неё. Его внимание было приковано к Эрике, которая смотрела в свои записи и ничего не замечала. Она продолжала выдавать информацию. Лара опустила голову и посмотрела на свои колени. Она пыталась регулировать своё дыхание, которое почему-то вышло из-под контроля, как и сердцебиение. Так продолжалось ещё минуту, затем Тарок снова зашевелился. На этот раз его рука легла ей на живот и притянула её чуть ближе к себе, а затылком Лара почувствовала, как его мордочка нежно зарывается в её волосы. Ларе не нужно было поднимать голову, чтобы понять, что он делает. Это было то же самое, за чем она застала его в лесу. Она принимала ванну раньше, и он заметил это. Лара закрыла глаза, надеясь, что доклад скоро закончится. Её лицо ещё никогда не было таким горячим. — …А сегодня утром настроение в лагере так и не улучшилось. К счастью… — Эрика судорожно закашлялась. Лара открыла глаза и увидела, что старуха сжимает грудь. — Простите, у меня приступ. Боюсь, отчёт придётся подождать до завтра. А сейчас нам всем пора спать, — сказала Эрика, прокашлявшись. Она повернулась к ним спиной и ещё немного покашляла. Кашель пробудил Тарока от того состояния, в котором он находился, и он выпрямился. Лара первой поднялась на ноги, выдернув свои руки из его ладони. Она схватила кувшин с водой и протянула его Эрике. — Могу ли я сделать для тебя что-нибудь ещё? — спросила Лара. — Нет, я в порядке. У меня пересохло в горле, просто нужно выпить стакан воды. Не беспокойся об этом. Спокойной ночи, Лара. Лара пожелала спокойной ночи и быстро вышла из комнаты. Закрыв дверь, Лара увидела, что Тарок тоже попрощался с Эрикой и собирается уходить. Она бодро зашагала к спальне для слуг. Она старалась не оглядываться. Звук её шагов гулко разносился по пустому коридору, но она не слышала его даже за громким стуком собственного сердца. — Лара. Сердце у неё заколотилось. Она притворилась, что не слышит. — Лара. Подожди. Она остановилась и обернулась. Лара наблюдала за приближающимся минотавром. Она заметила на его лице оживлённую улыбку. Он выглядел взволнованным. — Да? Улыбка Тарока несколько увяла, когда он увидел лицо Лары. — Что-то случилось, Лара? — спросил Тарок. Лара закусила губу, потом ответила, — Нет, ничего не случилось. Тарок подошёл ближе и наклонился вперёд, его лицо оказалось рядом с лицом Лары. Стоя в полный рост, он полностью возвышался над ней. Лара прикинула, что он должен быть выше её как минимум на полтора метра, не считая рогов. Она неосознанно прижалась спиной к стене. — Ты выглядела несчастной, Лара. Что-то случилось? Её губы подергивались. Она сделала глубокий вдох и попыталась говорить спокойно, но слова выходили как торопливый писк, — Зачем ты притянул меня к себе на колени? — Тебе не понравилось? — Дело не в этом, Тарок. Мы были перед Эрикой. Это неприлично, — запротестовала Лара. — Неприлично? Не беспокойся об этом. Эрика жила среди солдат. Мужчин. Она видела гораздо больше, чем это. Лара начала расстраиваться. Он просто… не понимал. — Ты пьян, не так ли? — обвинила Лара. Тарок моргнул. — Пьян? Нет, я не пьян. — Но я видела, как ты пил со своими людьми. — Видела. Но я не пьян. Эль, медовуха, пиво — они не действуют на меня так, как на людей. Я вообще не люблю их пить. Мои люди пьют, и мне, как их вождю, пришлось присоединиться. Вот и всё, — сказал Тарок, пожимая плечами. — Правда? Тарок кивнул. — Минотавры не так легко пьянеют. Единственное, что на меня подействовало, это ощущение жара в теле. Это заставило Лару поднять брови. — Что ты имеешь в виду? Тарок положил руку на стену позади Лары, его предплечье коснулось её уха. Он наклонился к ней ближе. — Потрогай мою шею. Видишь, — сказал Тарок. Лара медленно подняла руку и осторожно положила ладонь на его шею, обмотанную шнуром. — Ты горишь! — воскликнула Лара. Она осторожно убрала руку. На её пальцах всё ещё оставалось тепло. — Видишь ли, моё тело просто становится горячее. Вот и всё. Мой разум ясен, как никогда. Я не собираюсь падать и коверкать слова, Лара, — сказал Тарок. — Ты всё ещё ранен, Тарок. Не думаю, что обильное питье тебе поможет. — Я буду жить, Лара. Но спасибо тебе за заботу. — Тарок улыбнулся ей, а затем прочистил горло. — В любом случае, ты хорошо спала прошлой ночью? — Да, я очень хорошо спала. Благодаря твоему… теплу, — сказала Лара. Она чувствовала сладость эля в его дыхании. — Это хорошо. Я хочу спросить тебя кое о чём. — Его остекленевшие голубые глаза смотрели прямо на неё. Лара смотрела на него с большой опаской. Она была уверена, что биение ее сердца слышно Тароку, так близко он находился к ней. — Я тоже прекрасно отдохнула прошлой ночью. И я думаю, мы должны повторить это снова, провести ночь вместе, в моей спальне, если хочешь. — В твоей… спальне? — повторила Лара. Она вдруг вспомнила, что здесь и сейчас является рабыней Тарока, и о своём ночном долге перед ним, который она выполняла уже два раза. — Да, конечно. Я выполню свой долг, — покорно сказала Лара. — Нет, ты меня не поняла, — быстро сказал Тарок, — Лара, я спрашиваю тебя. Лара нахмурила брови. — Ты спрашиваешь? То есть… я могу отказаться? — Да, именно это и означает «спрашивать». Но… — Тарок сделал паузу. Он положил руку ей на плечо, — Я буду очень рад, если ты согласишься. Тебе не о чем беспокоиться. Я обещал, что со мной ты в безопасности. Рот Лары слегка приоткрылся, но слов не последовало. Ей казалось, что её внутренности расширяются и сжимаются с той же скоростью, что и сердцебиение. Она чувствовала, как её внутренности нагреваются, но тепло внутри неё не шло ни в какое сравнение с рукой, лежащей на её плече. Лара неосознанно сопоставила тепло этой руки и холодную, сырую соломенную постель в покоях слуг. Лара кивнула. Тарок выдохнул. Лара поняла, что он всё это время задерживал дыхание. На его лицо вернулась оживлённая улыбка, на которую Лара не смогла не ответить взаимностью. Он обнял её за плечи, положил руку на поясницу и повёл прочь. Они вместе пошли в сторону его спальни. По дороге он прихватил настенный фонарик и понёс его с собой. Во время короткой прогулки они не говорили ни слова. Они миновали каменную арку и прошли по короткому коридору. Тарок открыл перед Ларой дверь и закрыл её за ней. Она снова оказалась в спальне Тарока. Здесь не было света, кроме молочного лунного света, проникающего через окно. Тарок подошёл к камину и разжёг огонь факелом. Лара сидела на кровати и ждала. Чего именно, она пока не знала. Мгновением позже Тарок присоединился к Ларе и сел рядом с ней на кровать. Проходили минуты, Лара сидела молча, а Тарок только и делал, что любовался девушкой, сидящей рядом с ним. Наконец он сделал первый шаг. Тарок осторожно поднял руку к её плечу, просунул палец под бретельку платья и потянул за ткань, пока бретелька не соскользнула с плеча. Лара внимательно следила за рукой Тарока, ощущая тепло и шершавость его пальцев на своей прохладной, чувствительной коже. Тарок, напротив, не смотрел, куда делись его пальцы. Его взгляд был прикован к её лицу, изящные черты которого ещё больше подчеркивал эфемерный лунный свет. Он словно оценивал её реакцию. Тароку не нужно было делать то же самое для другого плеча. Лара встала у кровати, потянулась за спину, расстегнула бретельки лифа и стянула платье служанки. Оно упало к её ногам, и вскоре к нему присоединилась нижняя одежда Лары. Она снова села на кровать, на этот раз обнажённая. Её кожу покалывало от холодного воздуха. Лара не пыталась прикрыться, но не потому, что не стеснялась, Лара слышала, как в её голове кричит внутренняя неуверенность, а просто отмахнулась от неё. Нет. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Тарок обещал оберегать её, и она доверяла ему. Тарок положил руки ей на плечо и бедро и уложил на кровать. Ещё минуту он любовался её наготой с головы до ног, затем снял льняную рубашку, но оставил брюки. Он забрался на неё сверху, упираясь коленями в каждый из её боков. Тарок был настолько крупнее её, что, глядя сверху, полностью затмевал Лару. Он наклонился вперёд так, что его голова оказалась прямо над ней. Чтобы сохранить равновесие, Тарок положил одну руку на кровать рядом с её правым ухом, а другой провёл по её щеке. Его глаза были цвета позднего дневного неба, а лицо имело мягкий цвет. Лара едва могла дышать. Он наклонился к ней ближе, палец коснулся её подбородка. Его тело было так близко, что тепло, которое оно излучало, обжигало Лару. — Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь, — прошептал Тарок. Если тебе будет неудобно, просто скажи «стоп», хорошо? — Лара кивнула в знак понимания. Тарок глубоко вздохнул, затем медленно наклонился и поцеловал её. Это был целомудренный поцелуй, лёгкий, как капля утренней росы. Однако для Лары это было не так. Её тело сжалось и замерло. Конечности и голова застыли, но внутренности превратились в лаву и свободно текли от губ до пальцев ног. Прошло несколько секунд, пока она бесстрастно лежала под чарами поцелуя, пока Тарок не отстранился. Губы её дрожали, тело было таким горячим, словно она пила жар прямо изо рта Тарока. Лара удивилась, когда увидела лицо Тарока: он был так же бездыханен, как и она, но при этом выглядел растерянным. Что случилось? Неужели он не почувствовал того же, что и она? Как только она задала себе этот вопрос, ответ пришёл сам. Её реакцией на его поцелуй было просто лежать неподвижно. У Тарока не было возможности узнать, как она себя чувствует. И всё же Тарок, должно быть, что-то почувствовал, потому что попытался снова, хотя на этот раз более нерешительно. Его губы снова сомкнулись вокруг её губ, но с большей сдержанностью. Однако на этот раз Лара ответила. Её колени слегка приподнялись и коснулись его бедер. Натянув простыни, Лара слегка приподнялась и нежно прижалась губами к его губам. Каким замечательным был этот поцелуй: сладким и острым, именно таким она представляла себе свой первый поцелуй, когда была девочкой-подростком. После целой минуты поцелуя Тарок снова отстранился. Его грудь вздымалась от долгого поцелуя. На этот раз он понял намёк. Облегчённая и радостная улыбка появилась на его лице, и он быстро вернулся за новым поцелуем. Этот был ещё лучше, чем предыдущий. Тарок чуть сильнее прижался к ней головой. Он наклонился к ней всем телом, его правая рука скользнула под шею Лары и погладила её затылок, в то время как другая, до этого обхватившая её щеку, опустилась ниже, чтобы погладить её тело. Его большая мясистая рука погладила её по боку, а затем по спине, его умелые пальцы танцевали круги на её коже. Это было так приятно, что она выгнулась дугой, её обнажённые груди встретились с его обнажённой грудью. Он был таким горячим, что Лара чувствовала его обжигающие толстые мышцы на своей коже. Лара не могла понять, как долго они целовались, когда Тарок внезапно прервал поцелуй. Она увидела, как его глаза с любопытством повернулись вбок, чтобы посмотреть на её руки. Они обвились вокруг его шеи, её пальцы зарылись в его гриву. Охваченная страстью, Лара понятия не имела, как они там оказались. Внезапно она испугалась, что сделала что-то не так, и осторожно отвела их назад. Как оказалось, неверный шаг. Тарок поймал её правую руку, вернул на прежнее место и погрузился в ещё один поцелуй. Ему это нравилось. Лара запустила пальцы в его спутанную гриву и погладила по волосам. Впервые она услышала, как Тарок застонал от удовольствия. Низкое ворчание, раздавшееся из его мощной груди, вызвало дрожь по её миниатюрному телу. Ему это действительно понравилось. Тарок прервал поцелуй в последний раз и сразу же потянулся к её шее. Он осыпал её короткими поцелуями. Лара ахнула, когда почувствовала, что его язык также ласкает её горло. Поцелуй, за которым последовал быстрый полный облизывание языком её шеи, и он повторил. Шли минуты, Лара лежала, извиваясь, в то время как Тарок наслаждался её шеей. Лара громко стонала от удовольствия, и её счастливые звуки заставили Тарока удвоить темп движения своего языка. Ей пришлось вцепиться в его гриву, чтобы не сойти с ума от невероятного удовольствия, которое доставлял ей его язык. Лара не знала, как долго он прижимался к ней, но это закончилось слишком быстро, когда Тарок переместился вниз. Она подняла голову и потрясённо уставилась широко раскрытыми глазами, увидев, как её левая грудь исчезает под губами Тарока. Он слегка, дразняще пососал, и Лара ахнула. После этого он принялся ласкать языком её набухший сосок. Ларе пришлось прикрыть рот, чтобы не закричать. Её грудь вздымалась и опадала синхронно с каждым движением его гибких мышц. Лара почувствовала, как её твердый сосок коснулся кончиков его языка, и это вызвало новые невыразимые мурашки по её телу. Тарок убрал правую руку с её спины, из-за чего Лара откинулась на спинку кровати, и нащупал её правую грудь. Её тело дернулось и изогнулось, когда его большой палец коснулся её соска в тандеме с языком на другой груди. И когда он легонько ущипнул её, Лара взвыла. Тарок не задержался слишком долго на её груди, он продолжил облизывать её тело. Его язык прошёлся по её плоскому животу, а когда он прошёл мимо пупка, он перешёл к внутренней стороне бедер. Он обслуживал одно бедро, жадно потирая другое. Комната была полна звуков тяжёлого дыхания Тарока и чавканья, перемежаемых тихими вскриками Лары. Лара перестала пытаться прикрыть рот, вместо этого её руки вцепились в простыню, чтобы удержаться на месте. Теперь каждый раз, когда Тарок лизал её языком, её тело сотрясала такая чудесная дрожь, что она издавала гортанные стоны «айи» и «ииии». Лара чувствовала себя такой слабой. Её дыхание было коротким и прерывистым. К её неопытному телу никогда так не прикасались, и оно никогда не получало такого удовольствия. Тарок поднял голову и увидел Лару. Его жаждущие глаза опьянели от самого эротичного зрелища, которое он когда-либо видел: извивающееся, задыхающееся тело самой красивой девушки, которую он когда-либо встречал, её кожа блестит от пота, её бледная кожа светится в лунном свете. Он сделал её такой, и она позволила ему это сделать. Её опьяняющий, но в то же время женственный аромат сводил мужчину внутри него с ума от вожделения. Его промежность горела. Ни одна из женщин, с которыми он занимался сексом, никогда не возбуждала его член так сильно, как эта девушка, а она еще даже не прикасалась к нему. Его член так сильно пульсировал в штанах, что это было почти больно. И всё же он не вытащил свой член. Он не хотел пугать этим Лару. Его глаза опустились прямо вниз и увидели чисто выбритый треугольник между её ног. Тарок подумал секунду и принял решение. Он очень медленно опустил лицо к её промежности, убедившись, что она видит, что он делает. Его глаза остановились на ней. Он остановился, когда его нос оказался на одном уровне с её киской. Она уже была влажной, Тарок чувствовал это по запаху. Лара увидела и поняла, чего хотел Тарок. Она подслушала непристойные истории от многих молодых замужних девушек, которые горели желанием поделиться друг с другом неразборчивыми историями из своей супружеской жизни, когда они собирались на весенние праздники в храме. Лара покраснела и постаралась не думать об этом слишком много. Она всегда думала, что это такой странный поступок. И теперь Тарок предлагал сделать это ей. — Если тебе неудобно, просто скажи «стоп». — Она вспомнила, что Тарок сказал ей ранее. Он пару раз принюхался к её отверстию. Она видела его манящие глаза. Он медленно высунул язык. Лара приняла решение. Она опустила голову, попыталась выровнять дыхание и уставилась в потолок. Она ничего не сказала. Тарок понял. Он поцеловал её лобок, отчего у неё перехватило дыхание. Затем он схватил её за бедро и слегка приподнял его. Запах её влажного возбуждения был оглушающим. Он на мгновение закрыл глаза, чтобы по-настоящему впитать этот умопомрачительный чудесный аромат. Затем он приоткрыл веки и медленно лизнул Лару, проводя кончиком языка снизу вверх по её ягодицам. — Ах, ааааах, — тихо простонала Лара. От её нежного мяуканья кровь застучала у него в ушах. Он хотел услышать больше этих восхитительных звуков. Он ещё раз осторожно лизнул, ещё, и ещё. Сначала Тарок хотел действовать медленно, но это новое ощущение было слишком приятным для Лары, поэтому его осторожность обернулась для неё мучением. Её бедра начали двигаться сами по себе, и она неосознанно обхватила бедрами голову Тарока, желая большего. Всё это приободрило Тарока, и он начал всерьёз работать языком. Он крепче сжал бедро Лары и провёл своим гибким языком вверх и вниз по её набухшим половым губам, каждый раз, когда его язык касался её клитора, кончик его языка задерживался на бугорке. Иногда он поворачивал свой язык и проталкивал его внутрь Лары. Теперь она практически плакала. Её бедро дергалось в ритме, заданном языком Тарока. Тарок больше не мог этого выносить. Её вопли и стоны были для него невыносимы. Его член взорвался бы, если бы он и дальше пренебрегал этим. Тарок одной рукой натянул штаны до колен, не отрывая языка от Лары, затем схватил свой член и быстро доставил себе удовольствие. Лара продержалась недолго. Нарастающий оргазм внутри неё достиг пика и прорвался наружу. Она издала беззвучный крик, её спина выгнулась дугой, образовав почти полукруг, затем она плюхнулась обратно на кровать. Её разум наполнился лучшим посторгазматическим блаженством в её жизни, и она уплыла прочь, лёгкая, как облако весенним утром, оставив своё сознание позади. Лара проснулась несколько минут спустя. Она всё ещё лежала на кровати. А над ней возвышался её владелец, сотни фунтов мышц тяжело вздымались. Его правые руки лежали рядом с её левым плечом, чтобы сохранить равновесие, в то время как с противоположной стороны от неё его лицо было зарыто в её волосах. Она чувствовала, как его морда прижимается к её уху или шее, глубоко принюхиваясь, и когда он выдыхал, струи душного горячего воздуха стекали по её шее. Она слышала, как он тяжело дышал, как будто пытался утопиться в аромате её волос. Она слегка приподняла голову, чтобы посмотреть вниз на своё тело, и увидела, почему Тарок так тяжело дышал. Он был полностью обнажён, его штаны лежали на полу, а левая рука яростно двигалась у него между ног. Лара не могла ясно видеть, но она знала, что он делает. Почувствовав движение головы Лары, Тарок откинул голову назад. Затаив дыхание, он наблюдал за её раскрасневшимся после соития лицом. Его голубые остекленевшие глаза смотрели глубоко в её душу. Его лицо исказилось от страшной и настоятельной потребности. Лара подняла руку и обхватила ими его голову, запустив ладонь в гриву. Лара осторожно потянула и притянула Тарока к себе. Их губы соприкоснулись. Каждый мускул в теле Тарока напрягся, и он почти упал на Лару. Его выпуклые бицепсы напряглись, удерживая собственный вес. Его лёгкое сжалось, когда воздух вышел из груди, из горла вырвался низкий горловой звук. Лара почувствовала его интенсивный оргазм на своей коже, когда струйки обжигающе горячей жидкости брызнули ей на живот. Его оргазм длился почти полминуты. Его семя было достаточно обильным, чтобы покрыть её живот. Когда он, наконец, выдохся, Тарок упал на спину, лежа рядом с Ларой. Некоторое время были слышны только звуки, с которыми Тарок хватал ртом воздух. Лара заметила, что он вообще не дышал во время оргазма. После того, как Тарок немного пришёл в себя, он сел, схватил одеяло и начал осторожно вытирать Лару от своей спермы, затем бросил его на пол. Гигантский минотавр подхватил её на руки и лёг на спину, осторожно уложив Лару на себя. Он был таким большим, что её тело не касалось кровати. Тарок расположил Лару так, чтобы она лежала на животе, прижавшись грудью к его груди, положив голову ему на плечо, а руки положив на его бочкообразную грудь. Лара взглянула на него, но он уже закрыл глаза. Она почувствовала, как одна его рука медленно погладила её по пояснице, а другая нежно погладила лопатку. Лара смутно слышала, как его сердцебиение постепенно замедляется до нормального. Она тоже закрыла глаза. Несмотря на холодную ночь, Ларе совсем не было холодно. Потом всё было как в тумане. Она не помнила, когда заснула.