Always and anywhere

      

Ларс/Джеймс

      Только Ларс хотел позвонить Хэтфилду и спросить, где он находится, как дверь открылась, и внутрь зашёл Джеймс.       — Наконец-то! — Ларс набросился на него с объятиями, как будто они не виделись больше года, — Тут тридцать минут осталось, я думал, ты уже не успеешь.       — Ты бы знал, какие очереди в магазинах.       Не удивительно. На календаре тридцать первое декабря, которое совсем скоро сменится на первое января. Для Хэтфилда и Ульриха это был не просто новый год, но и ещё один праздник — годовщина их отношений. Первого января, ровно в двенадцать ночи, почти год назад, Ларс признался в своих чувствах. И он даже не представляет, что делал бы, если это оказалось не взаимно.       Гитарист немного удивился, когда увидел, что Ульрих уже всё приготовил. Обычно его практически невозможно заставить что либо делать.       На столе было приличное количество еды и выпивки, но как бы Джеймсу не хотелось есть, он смотрел не на еду, а на Ларса. Честно признаться, сегодня он выглядел очень привлекательно. Впрочем, как обычно.       — Я смотрю, ты подготовился. Совсем тебя не узнаю. — Блондин усмехается, намекая на частую лень Ульриха.       — Особенный случай. — Выключает свет, зажигает несколько свечей расставленных по столу. Выглядит хорошо, Хэтфилду всё нравится.       Они немного поговорили и заметили, что до двенадцати остались считанные секунды. Романтичные фразы, которые Ларс специально придумывал, совсем вылетели из головы, когда тот понял, что времени не осталось. Проходит тридцать секунд, и за окном уже слышится первый салют.       — Мы уже год вместе. Я рад, что решился сказать тебе тогда. Пообещай, что мы отметим этот праздник ещё как минимум десять раз.       — Я уверен, даже больше. Кстати... Ты это, извини, у меня подарка нет. — Блондин явно был немного смущён своей неорганизованностью.       — У меня тоже. — Ульрих рассмеялся и подвинулся поближе.       — Вот же ты придурок, а я волновался!       — Да-да, ты тоже. Терпеть тебя не могу, чепушило.       — И я тебя, идиот.       Ларс глубоко целует Хэтфилда, тот мгновенно отвечает. Они могли бы продолжать это сколько угодно, или перейти к чему нибудь другому, но нет, это было решено оставить на завтра, какой бы подходящей не была атмосфера сейчас.       — Ладно, — Отстраняясь начал Джеймс, — Оставим это на завтра. Сейчас я очень хочу, наконец, пожрать.       — Согласен. Я тоже. — Гладит блондина по щеке, немного задерживаясь на ней.       Пошли спать они, примерно, около четырёх часов утра. Ларс шептал что-то о том, что без Джеймса его жизнь была бы совсем не такой, а он сам не был бы таким счастливым. Гитарист его не услышал, но улыбнулся сквозь сон. Этого было достаточно, что бы Ульрих почувствовал тепло на душе и наконец заснул.