Под тенью сливы

      Вечером, после ужина с Мадарой, Реико наконец вернулась в свою комнату и поговорила с Хиной. Принцесса в красках рассказала о своём сегодняшнем дне, не забыв упомянуть и о просьбе Изуны. Служанке это не шибко понравилось, но выбора не было — придётся идти и помогать, правда каким образом? Реико не соврала — Хина никогда раньше не занималась подобными вещами, лишь немного помогала управляющей Раито, но не более. Что и как должно происходить на свадьбе, тем более у Учих, она не знала. За час до сна в комнату явилась какая-то подавленная Касуми, принесла Реико подходящую одежду для тренировки и провела небольшой инструктаж о похоронах в клане Учиха, обидно подчеркнув, что принцессы на них быть не должно. Конечно, она ведь всё ещё Раито Реико, не Учиха, не жена Мадары. Девушка не разозлилась на управляющую, примерно понимая причины её плохого настроения.       Утро встретило Реико приветливым солнцем, о вчерашнем дожде напоминала только крупная роса, бусинами украсившая траву. Позавтракать всё же не получилось, хотя девушка честно старалась и теперь, стоя на веранде рядом с Мадарой, она с замиранием сердца смотрела, как к их главному дому несут два гроба. Мужчины поставили их на заранее подготовленные опоры и отсюда, с высоты ступеней, Реико отчётливо видела два белоснежных лица. Хорошо, что не поела, тошнота резко подступила к горлу, а внутренности в животе будто свернулись в один тугой узел. Мужчина и женщина были одеты в белые кимоно с запа́хом на левую сторону, на глазах обоих такие же белоснежные тряпицы, руки аккуратно сложены на груди, под ними — нож, а между пальцев — чётки. Над головами, прямо в гробах, висели гербы Учих. Реико была на похоронах в своём собственном клане лишь раз, и то была совсем малышкой и оттого ничего уже не помнила. Для Раито похороны были праздником, а смерть была не Последним путём, как у Учих, а Возвышением, дорогой к богам, лестницей в небо. Казнь и вид отсечённой головы дались Реико куда легче, чем два спокойных мёртвых тела, что-то в них пугало её. То ли ей было жалко этих людей, то ли атмосфера Учиховских похорон делала своё дело, но принцессе было невыносимо жутко.       Мадара бросил на неё короткий взгляд, проверяя самочувствие невесты. Бледная, кровь отхлынула даже от не накрашенных губ, глаза потускнели, а поникшие плечи дрожали от неровного дыхания. Но в целом держится, хорошо или плохо — вопрос не первостепенный.       Во дворе собралась большая толпа, все в чёрном и почти все с цветами в руках. Касуми тоже вручила такие Реико и Мадаре, а класть их покойникам они должны были самыми первыми. Мужчина двинулся вперёд, что-то шепнув девушке, но она не расслышала, продолжая смотреть на лежавших в гробах людей. Спустились на несколько ступеней ниже, Мадара завёл прощальную речь: — Сегодня мы отправляем в Последний путь Кадзуко и Сатоми. Они были хорошими шиноби и отличными приятелями, а души их обязательно найдут успокоение в загробном мире. Долг их исполнен.       Спустились ещё ниже, останавливаясь прямо у гробов. Реико судорожно вцепилась в цветы в своих руках, Мадара же спокойно подошёл к Кадзуко, вкладывая в его руку маленький мешочек с деньгами, в изголовье положил свои цветы, а затем накрыл ладонью ткань на его глазах, что-то прошептав. Тоже самое проделал и с Сатоми. Реико тяжело вздохнула, Касуми говорила, что ей тоже нужно что-то сказать покойным, что-то приятное и успокаивающее, но вот, что говорить совершенно незнакомым людям, девушка не знала. Когда Мадара закончил и вернулся к ней, Реико сделала осторожный шаг. Руки дрожали, но она лишь плотно сжала губы, пытаясь справиться со стрессом, прекрасно понимая, что для остальных Учих это не только похороны, но и очередная проверка невесты, как на недавней казни. Падать в грязь лицом совсем нельзя, поэтому Реико уняла внутреннюю дрожь и аккуратно, боясь задеть мертвеца, положила свои цветы, прошептав: — Ваш поступок заслуживает уважения.       Она не соврала — Обряд сэппуку пугал её не меньше похорон, а даже больше. Что-то страшное было в этом событии: лишить себя жизни, чтобы очистить доброе имя, смыть позор, но для чего? Какой смысл? У Сатоми и Кадзуко не было других детей, не было внуков, никого больше не осталось, зачем жертвовать собственной жизнью? Ради чего? Чтобы в клане их запомнили, как смелых шиноби? Чтобы, когда говорили о предателе Иоши, вспоминали жертву его родителей? Пока что Реико не могла найти ответы на все свои вопросы, решила сосредоточиться на более лёгком и важном. Осторожно подошла к Сатоми и еле дрогнула. На шее женщины виднелась крупная рана, но не такая, будто ей перерезали горло, совсем иная, будто бы резать её начали со спины. Реико сильнее сжала зубы, вздохнула и, стараясь не смотреть на увечье, прошептала: — Вы написали чудесное стихотворение, я запомню его. Спасибо.       Кадзуко стал её кайсяку, вне сомнений. Всё внутри принцессы похолодело: убить собственную жену… Для него это, конечно, не было убийством. Он помог ей, не мучаясь уйти в Последний путь, сохранив своё имя, исполнив долг. Но как же это тяжело. Сатоми точно умерла первой, гораздо быстрее мужа… Каково это, смотреть, как от твоей же руки умирает самый любимый человек? Смотреть и понимать, что ты больше не можешь помочь, ты можешь лишь наблюдать, видеть, как жизнь покидает тело и отправиться следом… Мурашки сковали тело девушки, на негнущихся ногах она медленно вернулась к Мадаре, застыв рядом. К гробам подошли старейшины и Изуна, положили в внутрь свои цветы, прошептали слова прощания. Затем подходить стали и остальные. Не все, многие остались стоять, предпочитая лишь наблюдать. Желающие подходили неспешно, по очереди, а к концу церемонии Кадзуко и Сатоми лежали будто бы на поляне, сотканной из белоснежных цветов. Спокойные, отрешённые, бледные. Мёртвые.       Крышки гробов закрыли с тихим грохотом, подняли на плечи. Мадара поймал взгляд Реико, указывая куда-то. Она запоздало вспомнила, что они вместе с родственниками погибших должны идти впереди, прокладывая путь. Но они шли вдвоём. Недолго, миновали всю деревню, оказываясь на её окраине, где на земле серебром блестело множество могильных плит, остановились около двух вырытых ям. Гробы привязали верёвками, аккуратно опустили в почву, принялись закапывать. Мадара и Реико всё это время стояли рядом, остальные поодаль, а где-то вдалеке тихо шмыгали носами дети, впечатлённые данным событием. Куски земли падали с глухими звуками — натужно стонала древесина гробов и очень скоро не стало видно нарисованного на них герба Учих. Ямы заполнялись будто водой, быстро, практически равномерно, а вскоре от выбоин остались лишь свежие кочки. Касуми подошла к Реико почти бесшумно, осторожно коснулась руки, протянула девушке две малюсенькие каменные могильные плиты и тут же скрылась где-то в толпе. Мадара забрал верхнюю, шагнул вперёд, девушка покорно двинулась за ним, взглянув на надгробие в своих руках. Учиха Сатоми. Вдвоём они положили в изголовье могил временные таблички, Касуми вчера объяснила, что потом, когда земля усядется, положат каменные и красивые, эти нужны лишь для того, чтобы не перепутать.       Люди принялись расходиться, а Реико — всеми силами не смотреть на две свежие могилы. Мадара терпеливо дожидался, когда место станет посвободнее, повернулся к невесте. — Завтракала?       Девушка лишь качнула головой. Он перевёл взгляд сначала на могилы, потом на бегущие по небу облака. — Может и к лучшему.       Реико отстранённо кивнула, смотря прямо перед собой расфокусированным взглядом, затем медленно перевела глаза на Мадару, шепнув: — Пойдём отсюда. — Пугают кладбища? — слишком участливо спросил мужчина. — Нет… Не знаю.       Он посмотрел на неё с обычным снисхождением. — Бояться нужно, когда чувствуешь кунай у горла. Или, когда идёшь беседовать с убийцей.       Мадара сделал то, что хотел — отрешённость на лице Рэй сменилась раздражением. — Я же послала тебе его письмо, — фыркнула девушка. — Я всё рассчитала, — здесь мужчина мог бы покаяться — не сдержался, с губ сорвался тихий смешок. — И вообще, я думала мы всё уже обсудили.       Он мягко кивнул, по-прежнему глядя на неё, словно на ребёнка. «Ну ничего, — думала Реико. — Вот начнётся тренировка и тогда он узнает на что она способна!» Когда-нибудь она поймёт, что гнев делает её глупее, но не сегодня. — Переодевайся. Я зайду за тобой позже.       От печали остался лишь непривычно тяжёлый осадок непонятной скорби по чужим людям, который медленно сменялся на раздражение. Реико скрылась в зелёной вспышке.       Мадара пришёл буквально через полчаса, одетый в такое же тренировочное кимоно, что и она. Вывел её на внутренний двор, где была стойка с боккэнами и деревянными манекенами. А ещё там стояли дети, во главе которых был, почему-то, Мабуэ. Все тут же поклонились пришедшим, Мадара лишь коротко кивнул в ответ и двинулся дальше, в центр поляны, Реико задержалась. — Доброе утро, — кивнула она Мабуэ, заинтересованно разглядывая черноволосых детишек позади него. Всего их было семеро: шесть мальчиков и одна девочка, все разных возрастов, но до невозможности похожи друг на друга. Мабуэ со своими длинными блондинистыми волосами, смотрелся по истине странно. Реико не раз замечала в толпе две светлые макушки, очевидно, выбивающиеся из общей органичной массы, но спрашивать пока не решалась, да и не до этого сейчас. — Рэйки-сама, — поклонился парень, нацепив на лицо свою обычную нахальную улыбку. Он тоже был в тренировочном кимоно, наверное, занимался с детьми, что сейчас принялись хихикать. — Мабуэ, — строго упрекнул его Мадара, оборвав всеобщее веселье, на что тот лишь вновь склонился в поклоне перед принцессой. — Прошу прощения, Реико-сама.       Теперь нахально улыбалась уже она. — А ты чего тут? Почему не в стойлах? — Мадара-сама приказал потренировать этих вот.       «Эти вот» заинтересованно уставились на Реико и, кажется, даже забывали моргать. — Так занимайтесь чем было приказано, — вновь ответил ему Мадара, по обыкновению сложив руки на груди. — Как скажете, Мадара-сама, — кивнул Мабуэ и, напоследок подмигнув Реико, вновь повернулся к детям, которые, честно сказать, его даже не слушали — вовсю таращились на главу клана и его невесту. Девушка не очень уверенно подошла к Мадаре, останавливаясь напротив. — Начнём с разминки.       К счастью, с этим у Реико проблем не возникло. Когда мышцы разогрелись, а спина чуть взмокла, Мадара сказал страшное: — Давай посмотрим чему тебя учили. Сначала тайдзюцу без телепортации. Нападай. — Напа-что? — Нападай. — На кого?       Мужчина вздохнул очень громко и как-то печально. — На того мальчика, — он указал на толпу детей, что неотрывно следили за каждым их действием. Реико неловко переступила с ноги на ногу, но в стойку встала. Мадара продолжил странным менторским тоном: — Сейчас я не буду тебя исправлять, понаблюдаю за твоими умениями и ошибками.       Девушка горестно вздохнула, пробубнив: — Боюсь, всё что ты сейчас увидишь будет ошибкой. — Не сомневаюсь.       Реико, погружённая в свои мысли, не обиделась на его последнюю фразу, шагнула к мужчине, что ради приличия, тоже встал в нужное положение, которое в данный момент доставляло ему непонятный дискомфорт. Нападать принцесса не спешила, сделала ещё шаг и вдруг скосила глаза. — А чего они так пялятся? — шепнула она. Мадара глянул на группку неподалёку лишь мельком: и правда, дети откровенно не слушали своего сенсея, который, вообще-то, ничего и не говорил — тоже смотрел. Мужчина лишь пожал плечами: — Тебе какая разница? — Ну, — тут же замялась Реико. — Мне как минимум неловко. — Во время боя тоже будешь думать, кто там на тебя смотрит?       Наименее язвительного ответа на этот вопрос она не нашла, наиболее язвительный говорить не стала — страшно. — Попроси их не смотреть.       Мадара вдруг улыбнулся, но не снисходительно, как обычно, а как-то коварно и нагло. — Не буду. Пусть это будет частью тренировки. — Мадара, — яростно шепнула Реико. — Ну пожалуйста. — Вы драться-то будете? — крикнул им не выдержавший Мабуэ. Глава клана послал ему непонятную ухмылку, а девушке всё же пришлось сдаться и терпеть эти назойливые любопытные взгляды. Вообще-то Реико просто боялась неминуемого — эти малыши гораздо сильнее неё, но всё равно остаются малышнёй, а позориться перед ними как-то уж очень неловко. Всё-таки, она их будущая глава… Формально. И как ей добиться уважения Учих, если её будут обсмеивать даже дети? Но что она знала точно, так это то, что Мадара не уступит. Наверное. Хотя, если очень хорошо попросить… — Нападай, — повторил мужчина, вмиг став серьёзным.       Реико ничего не оставалось, кроме как подчиниться: решила ударить рукой, так сказать, на пробу, метя в корпус, но Мадара отмахнулся от этого удара так легко и лениво, будто отгонял насекомое. Ещё несколько попыток и все, как одну, мужчина просто уводил в сторону одним аккуратным движением ладони. Девушка, к его удивлению, не сдавалась, в глазах уже показались хорошо знакомые ему молнии, удары становились всё быстрее и лучше, но этого было недостаточно. Теперь он понимал причину её изначальной нервозности, ведь все те дети, что сейчас наблюдали за ними, некоторым из которых не было и десяти, все они двигались куда лучше принцессы, да и что таить, опыта в бою у них тоже было гораздо больше. Вновь лёгкий уворот в сторону: мужчина выскользнул прямо из-под её атаки, красиво смещая корпус. — Зачем ты смотришь на свою руку?       Реико остановилась и тяжело выдохнула. — Я знаю, что нельзя, что нужно следить за противником, но ничего не могу с собой поделать. — Так и зачем смотришь?       Она лишь пожала плечами и согнулась, упираясь в свои колени. — Как будто хочу перепроверить правильно ли поставила руку, не согнула ли кисть. — Я понял. Пробуй ещё.       Реико продолжила свои потуги, Мадара продолжил думать, лениво, даже не глядя, уходя от её атак. Техника боя клана Раито была странной и, очевидно, должна была хорошо работать в связке с телепортацией: все удары были лёгкими, хлёсткими, без особой силы, но с высокой скоростью. Атака должна была проходить по всем фронтам противника, а после должны идти увороты с помощью порталов, чтобы оказаться за спиной, сбоку, сверху. Хорошо, что Мадара сенсор. Перед тем, как Реико неожиданно телепортировалась к нему в кабинет после покушения, он явно уловил что-то странное в том месте комнаты, где уже через секунду сидела принцесса и её оннагоси. Если сосредоточиться — точно сможет предсказывать в какое место телепортируется девушка, а следовательно, сможет легко уходить от её атак. Он остановил бой, желая опробовать свою теорию. Всё-таки, эта тренировка не только для неё, Мадаре тоже нужно научиться драться с Раито и, хоть Реико не была хорошим бойцом своего клана, она несомненно, сама того не зная, обучит его необходимым азам. На всякий случай. — Попробуй использовать телепортацию, — сказал он и в его уже красных глазах заплясали запятые шарингана. — Так нечестно, — обиженно буркнула девушка. — У тебя телепортация, у меня — шаринган. Всё честно.       Его речь не произвела на неё должного впечатления, но она выдохнула, принимая правила его игры. Всё же пару связок тайдзюцу она знала и так у неё хотя бы была возможность впечатлить мужчину и показать хоть какие-то умения.       Тренировка продолжилась, Реико скользнула вперёд, на ходу скрываясь в зелёном свечении. Мгновение и она уже оказалась прямо перед Мадарой, пытаясь нанести удар ногой. Всё произошло быстро: восхищённо выдохнули следившие за ними дети, девушка снова спряталась в вспышке, мужчина заранее сместился вправо, предчувствуя, что сейчас она окажется слева. Предугадывать её оказалось сложнее, чем казалось ему изначально, но, то ли долгое пребывание рядом, из-за чего он успел привыкнуть к её чакре, то ли её не слишком высокая скорость для представителя Раито, существенно упрощали задачу. Как он и подумал, Реико показалась слева, вновь нанеся серию ударов, которые он успешно парировал. В мыслях крутилось лишь одно, словно мантра: не нападать в ответ, лишь уклоняться, никакой физической силы. Сдерживать себя от, казалось бы, совершенно нормальной реакции, было трудно, но у Мадары выходило. Реико вынырнула из света, сидя на траве, сделала подсечку, заставив мужчину подпрыгнуть и сама оказалась в воздухе, отчаянно желая хоть разочек задеть его. Снова промах: он наотмашь хлопает её по предплечью, смещая удар, а затем Реико достаётся обидный и хлёсткий тычок в лоб. Она тут же телепортируется обратно на землю, да подальше, смотрит на Мадару зло и уязвлённо. И снова эта его снисходительная ухмылка! Реико прекрасно понимала почему он не воспринимал её всерьёз, но ей было так обидно от этого его взгляда. Будто бы он видит в ней только ребёнка, будто бы всё, что он делал… Было лишь игрой. Она касается лба там, где кожа покраснела от его мягкого удара, сильнее хмурится своим мыслям, пытаясь отмахнуться от них, словно от мух. Мадара ожидает от неё гневную тираду, но Реико была упряма даже в своём молчании, а оттого выглядела невероятно жалко. — Обсудим ошибки? — спрашивает он. Она кивает, не убирая руку. — Первое: прекращай смотреть на то, что ты делаешь. Это приходит с опытом, но отучиваться нужно уже сейчас. Пока ты не следишь за противником, у него остаётся много времени для манёвров, которые тебе не понравятся. Второе: несколько раз, ты останавливалась прямо перед атакой, чтобы что? — Подумать, — её раздражение сменяется смущением и теперь ему даже становится её жаль. — Ты используешь такое хорошее действие не к месту. Думать надо либо перед боем, либо перед атакой. Не в процессе. Это тоже приходит с опытом, но у тебя его нет, быстро реагировать на происходящее ты пока не можешь, вместо этого просто останавливаешься, создавая идеальные условия для своего же убийства. — Совсем всё плохо? — настроение Реико читается на её симпатичном личике, когда она наконец убирает руку, и Мадару раздражает его собственная жалость. — Не совсем, — выдыхает он, стараясь взять себя в руки. Что толку злиться? Его ярость приведёт к её грусти и тогда их тренировка станет лишь глупой тратой его и так немногочисленного времени. — Ошибки глупые, но поправимые усердными тренировками. Однако, тебе они не нужны — в настоящий бой я тебя не пущу, поэтому не будем останавливаться на этом. Посмотрим на твои увороты без телепортации.       Снова встали напротив друг-друга, Мадара проговорил: — Теперь нападаю я. Сначала медленно. Как ты знаешь, существует несколько типов удара… Ты ведь знаешь? — Знаю.       Мужчина кивнул, а затем принялся показывать, попутно озвучивая вслух всё, что он делает: — Наиболее уязвимые точки в человеческом теле находятся на голове и корпусе. Реже в ногах, например, коленные чашечки и пах. Прямой удар в голову правой рукой, какой способ уворота ты бы использовала? — Отошла бы назад, — неуверенно ответила Реико. — Как вариант. Пробуй.       Мадара нанёс короткий прямой удар, медленно, как и обещал. Даже слишком медленно, Реико без труда шагнула назад, пробурчав: — Я же не настолько беспомощная, давай побыстрее. — Прямой удар в корпус, — сказал мужчина и тут же принялся демонстрировать этот приём на практике. Девушка ушла от него так же как и от предыдущего: еле-еле успела сместиться назад, кулак Мадары лишь погладил её тренировочное кимоно. — А теперь быстро, — пожаловалась она. — Ты уж определись. — Что-то среднее между тем, что было и этим. Пробуй, — издевательски протянула она с очаровательной улыбкой, из-за которой Мадара даже не начал злиться, а лишь ухмыльнулся в ответ. — Будешь так разговаривать — ударю ещё быстрее.       Она знала, что не ударит, это ведь не гендзюцу. Мысль кольнула мозг больно и остро, Реико попыталась отмахнуться от неё, проговорив: — Давай дальше.       В целом, тренировка шла хорошо, Мадара показал ей основные уклонения, отработать которые они должны были завтра. Времени оставалось немного, поэтому принцесса попросила рассказать о захватах и о том, как из них выходить. Всё-таки, воспоминания о своём беспомощном состоянии, когда её душил Иоши, ей совсем не нравились и повторять такой опыт не хотелось. Мадара задумывается над её просьбой, оглядывая Реико с головы до ног. Спрашивает: — Ты умеешь вкладывать в удар чакру?       Та тушуется, будто стоит перед матерью, хочет неловко отвести глаза, но удерживается. — Нет… — Тогда в твоём случае — только молиться. — Почему? — тут же насупилась девушка, смешно уперев руки в бока. — Комплекция, — лишь пожал плечами мужчина. — Люди с неразвитой чакрой наращивают мышечную массу и оттачивают тайдзюцу. Для этого нужны постоянные и усиленные тренировки, которые ты себе позволить не можешь. А среднестатистический шиноби, может. Есть, конечно, несколько способов, но вряд ли они помогут. — Давай попробуем.       Он лишь безразлично пожал плечами, совсем не веря в успех данной затеи, всё же стезёй Реико безошибочно и безоговорочно являлись лишь увороты и своевременная телепортация, но она ведь не отстанет. С другой стороны, ему обязательно нужно научить её использовать чакру, ведь, как он уже думал, у принцессы уже был хороший контроль, которого требовала телепортация. Значит, сложностей в обучении направлять чакру в удар, у неё возникнуть не должно. Мадара поманил её рукой и, как только девушка подошла почти вплотную, очень этому смутившись, принялся объяснять их следующий урок: — Вид удушения, который применил к тебе предатель, используют очень редко. Для физически сильного противника он изначально провальный, так как есть множество способов освободиться из подобного захвата. Вспоминай самые уязвимые точки. — Эм, ну глаза, — растерялась Реико. — Горло? Пах. Солнечное сплетение. — Верно. Можешь попробовать пробить сухожилие на удерживающей тебя руке.       Девушка взглянула на него очень озадаченно, а Мадара в ответ на её взгляд принялся… Раздеваться?.. — Ты чего делаешь? — удивлённо спросила Реико, когда мужчина уже развязал пояс своего кимоно и спустил его с одного плеча. Она видела шрамы, видела, как под загорелой кожей двигаются натренированные мышцы и неожиданно поймала себя на мысли, что ей нравится. К животу спустилось какое-то странное чувство, которому ей очень захотелось смутиться, захотелось отвернуться, чтобы не смотреть, но нельзя. Реико сжала губы и будто загипнотизированная уставилась на один из рубцов Мадары. Ей казалось, что если она не будет смотреть на его лицо и мысленно отделит его голову от тела — станет легче. — Показываю тебе сухожилие, — как ни в чём не бывало ответил он и вытянул оголённую левую руку, вторую используя, как указку, а себя — как наглядное пособие. — Это — мышца плеча, — он показал на кожу прямо под ключицей и двинулся вниз по руке, ткнув себя в самый выглядывающий на руке мускул. — Это — бицепс. Две мышцы соединяются примерно здесь, — теперь Мадара двигался по плечу, внимательно следя за Реико, что вглядывалась в его руку пристально и очень сосредоточенно. Ухмыльнулся, заметив её румянец, но не стал смущать её ещё больше — слишком много зрителей. — Здесь проходит плечевая кость, к которой крепиться сухожилие, которое держит мышцы на костях. Здесь. Сожми пальцы. Нет, не в кулак, вот так. Да. Пробуй пробить. — Пробить?! — ужаснулась девушка, наконец поднимая глаза. Нет, конечно, перспектива ударить Учиху Мадару казалась ей очень соблазнительной ещё пару минут назад, но сейчас бить его ей уже не хотелось — вон он как заморочился, аж всё на себе показывает, бедный. — Тебе будет больно… — Если хорошо ударишь — совсем ненадолго онемеет рука. Но хорошо ты не ударишь. Пробуй.       Он избрал очень правильную тактику, избавив Реико от мучений в вопросах морали. «Халясо ти не удались», — про себя передразнила девушка, уже нацелившись на заветное сухожилие. Ударила. Лицо у Мадары сделалось таким грустным, что вопросы о морали в её голове тут же появились, да насели на неё так плотно, что Реико даже не поняла чего она испугалась больше: своей совести или того, что и в правду сделала мужчине очень больно. — Всё хорошо?! Пожалуйста, прости, я не со всей силы!       Приглядевшись, можно было понять, что Мадара не грустный, а очень разочарованный. Мораль снова помахала ручкой, удаляясь в закрома разума. — Ты надо мной издеваешься, — прошипела Реико. — Нет, ты. Сказал же бей. Я уж подумал это всё, что ты можешь.       Тогда она ударила со всей силы, даже заставив Мадару шелохнуться. — Уже лучше, — оценил он, поднимая испытуемую руку и разминая пальцы. — Но всё же если бы я хотел тебя убить — такого тычка бы не заметил.       Теперь Реико выглядела очень оскорблённой, злобно следя за тем, как Мадара одевается обратно. — Давай попробуем, — уверенно сказала девушка, подняв подбородок. — Души. — До свадьбы ещё несколько дней, неужели не можешь потерпеть? — он не смог отказать себе в этой маленькой колкости.       Теперь Реико выглядела невообразимо оскорблённой, а Мадара, напротив, очень довольным. — Хорошо, нетерпеливая, — улыбнулся он, поманив её рукой.       Когда он сказал предыдущую фразу, принцессе было очень неловко. Теперь эта фраза кажется ей детским лепетом, потому что настоящая неловкость наступила именно сейчас. Реико как могла отмахнулась от навязчивых мыслей о том, как же это выглядит со стороны, сосредотачиваясь на ощущениях. Мадара сжал её горло, аккуратно, даже невесомо, девушка попыталась сделать первое, что пришло на ум — потянулась к его глазам. Потянулась, конечно, слово громкое, ведь дотянуться у неё не вышло, мужчина лишь немного отвёл голову назад, коварно улыбаясь. — А кто сказал, что будет легко? — спросил он. — Зато я дотянусь туда, — она гневно опустила глаза к ещё одной уязвимой точке, но тут же смутилась ещё сильнее. — Пах — последнее место, куда следует бить в подобной ситуации. Мы рассматриваем обстоятельства, в которых ты по какой-то причине не можешь телепортироваться, дистанция между тобой и мной очень маленькая, если ударишь сбежать уже не выйдет, только разозлишь, следовательно, — он не стал продолжать объяснение, лишь сильнее и краше всяких слов сдавил горло, тут же, однако, возвращая пальцы в исходное положение. — Ладно, тогда…       Она попробовала сделать то, чему он научил недавно: ударила в сухожилие, но на этот раз мужчина даже не дёрнулся. — И что, у тебя даже пальцы не онемели? — Немного, — честно признался он. — Но этого мало. И не забывай, в реальности, я бы не ждал пока ты придумаешь, как защититься. В зависимости от дальнейших планов, принялся бы действовать.       У Реико внутри всё похолодело, она аккуратно выпуталась из его пальцев, отходя назад. — И что, вообще ничего нельзя сделать? — Почему же ничего? — почти философски спросил мужчина, складывая руки на груди. — В твоём случае — сделать всё, чтобы не попасть в подобную ситуацию. Увороты, телепортация, держи максимальную дистанцию и не давай оппоненту подойти ближе. — Как? — Всё зависит от контекста. Главное, сохраняй самообладание. Видишь, что он боится — угрожай, но не переусердствуй, страх очень легко перенаправить в агрессию. Видишь, что настроен серьёзно — улыбнись. — Улыбнуться?!       Он кивнул, даже не отвлекаясь на её раздражённо-удивлённый тон. — Такое нестандартное поведение жертвы обезоруживает. Если пытается взять силой — тоже самое: пускай слюни, сыграй припадок. Делай всё, что от тебя не ожидают — с этим у тебя проблем нет. — Как-то ты далеко зашёл, — с сомнением откликнулась Реико. Такая ситуация казалось невозможной. С другой стороны, всё, что происходит с ней последнюю неделю, раньше девушка даже представить не могла… — Сама напросилась. Я обдумал твои слова на счёт оружия. Отдам после бани. А позже научу направлять чакру в удар — твои тычки похожи на щекотку. — Хорошо, спасибо, — Реико честно пыталась не обижаться, держа в уме его слова об оружии, нашла в себе силы низко поклониться. Разогнувшись, продолжила: — И последнее, техника. — Уже пробовала? — Нет, побоялась. Но печати выучила, смотри, — она сложила нужную комбинацию, проговорила название техники и… Ничего не произошло. Буквально. Реико непонимающе уставилась на свои ладони: вроде, и чакру выпустила, и что-то почувствовала, но вокруг всё осталось по-прежнему. Попробовала ещё раз. Мадара в этот момент прислушался к своим ощущениям, внимательно рассматривая девушку. Что-то происходит, её чакра колеблется, но будто бы не находит направления. Не концентрируется. Он остановил её на третьей попытке, сказав: — Попробуй направить технику на меня. — Ты чего? — возмутилась Реико. — А вдруг она опасная? — Справлюсь. Давай.       Мадара расправил плечи, руки напряжённо легли вдоль туловища, напружинились ноги. Реико оставалось лишь хмыкнуть и сложить печати. — Укури-джикан.       Она не поняла, что случилось: приземление вышло очень болезненным, группировалась Реико совсем ни к чёрту. Впрочем, в вопросах боя она всё делала ни к чёрту. Взволнованно заохали дети, которых тут же прикрыл собой Мабуэ, куда-то в стороны разлетелись Мадара и его невеста. Недалеко, буквально на пару метров, Учиха успел приземлиться на ноги, девушка плашмя развалилась на земле, безвольно раскинув руки. — Рэй? — Рэйки?       Одновременно позвали мужчины и, не дождавшись ответа, поспешили к принцессе. — Я в порядке, — выдохнула она, как только заметила склонившегося над ней Мадару и Мабуэ. Следующее она произнесла стыдливым шёпотом: — Немножко ударилась, а так всё хорошо, — принцесса соврала, ударилась она сильно, да ещё и копчиком, но не скажет же она это вслух! — Чего молчала? — нахмурился жених. Мабуэ молча подал руку, помогая подняться. — Что это было? — спросил он. — Какая-то техника моего клана, — ответила девушка, наконец приняв горизонтальное положение и стала отряхивать одежду, попутно прислушиваясь к ощущениям. — Мадара, ты понял, что произошло?       Мужчина ответил не сразу, какое-то время было слышно лишь тихое перешёптывание детей, что отнеслись к ситуации с невероятным восторгом. Ещё бы, они, наслушавшись родительских речей, невестой достопочтенного главы клана совсем не вдохновились, но уж после такого! И им точно не нужно было знать, что трюк этот был незапланированным и, вообще-то, очень опасным. — Ощутил давление, как при телепортации, — наконец неохотно ответил Мадара, а лицо его ясно давало понять, что этой техникой Реико пользоваться не будет. У неё, однако, было другое мнение на этот счёт. — Но техника не телепортационная. — С чего ты взяла? — влез Мабуэ. — Может, ты о ней просто не слышала. — Я знаю все телепортационные техники своего клана, — гордо заявила Реико и добавила следующее уже чуть менее гордо: — Не всеми могу пользоваться, но знаю все, даже самые старые. У них другая комбинация печатей, а эту я вообще видела впервые, мы её не используем. А что вообще случилось? — Между вами как будто взорвалось что-то зелёное, а потом пуф! Смотрю, а вы уже летите, — рассказал Мабуэ. Мадара всё ещё выглядел невероятно хмуро, но Реико его упрямо игнорировала. — Займись детьми, — вдруг сказал он. — Пока они друг-друга не поубивали.       Малышня и вправду взбесилась не на шутку: кто-то рьяно пытался доказать что-то, активно жестикулируя, кто-то выражал протест и пытался доказать что-то противоположное. Мабуэ поспешил к детям: — Продолжим занятие, насмотрелись!       Мадара повернулся к Реико, прекрасно видя её горящие глаза. — Давай попробуем ещё раз? Только не на тебе.       К её удивлению он почему-то не стал спорить и запрещать, ответил совершенно спокойно: — Идём.       Реико встала на место, мужчина подошёл к стойке с боккэнами, взял один деревянный меч и встал напротив. — Попробуй на нём, — сказал он и зачем-то подкинул оружие в воздух. Высоко, Реико сначала растерялась, но всё же успела сложить печати и направить руки в сторону летящего вниз меча. Глаза её расширились от ужаса. — М-мадара? — позвала она, не поверив в увиденное. Мужчина удивлённым не был, смотрел на замерший в полёте меч совершенно спокойно, будто так и было задумано. Снова заохали дети, послышался лёгкий щелчок подзатыльника от Мабуэ. — Добавь чакры, — велел Мадара. Реико доверилась, жених взвучал вполне себе убедительно, ведь в своей адекватности девушка уже сомневалась. Сделала, как было велено, меч неохотно стал двигаться по обратной траектории, лениво смещаясь туда… Откуда он прилетел. Реико сморгнула, что-то потекло по губам. — Достаточно, бросай.       Доверилась и сейчас, при этом вовремя — тут же закружилась голова, но, как только меч безвольно рухнул обратно в траву, помутнение отступило, хотя и не прошло вовсе. — Утолила своё любопытство? — спросил Мадара, подходя ближе. Реико нервно дотронулась до губ и взглянула на свою ладонь, обрадоваться и удивиться произошедшему ей мешала тупая пульсация в районе лба. Кололо где-то под черепом прямо в такт её быстрому сердцебиению. — А почему кровь? — Обычное перенапряжение, ничего серьёзного. Но больше эту технику ты не используешь. — Почему это? — вспыхнула Реико и попыталась задрать голову, но мужчина быстро надавил на затылок, заставив её опустить. — Эй! — Хочешь кровавую рвоту? — Нет! — тут же смирилась она, сгибаясь в ещё более низком поклоне. Чувство того, как кровь стекала по губам и подбородку было совсем уж мерзким, пусть хоть на землю капает. Мадара схватился за рукав своего кимоно, вознамерившись оторвать тряпку для первой помощи, как сбоку снова переполошились дети Мабуэ, единственная девочка вскочила с земли и понеслась прямо к ним. Парень кинулся вдогонку, но малышка уже успела добежать до главы клана и его невесты. — Никакой дисциплины, — покачал головой Мадара. Нао покраснела и согнулась низко-низко, сгорбившаяся Реико удивлённо наблюдала за ней, почти сравнявшись с ростом девочки. — Возьмите, госпожа, вот! — малютка, не поднимая головы, протянула принцессе белый платочек. — Это мне мама с собой дала, у меня тоже кровь носом часто идёт!       Говорила она очаровательно и невероятно мило, а Реико с сомнением взглянула на Мадару, даже подняв голову и снова почувствовав, как мерзко потекла кровь. Мужчина лишь повторно указал на платок. Принцесса доверилась ему в который раз, приняла подарок и тут же приложила его к окровавленному носу. — Благодарю.       Милая девочка исчезла так же быстро, как и появилась: быстрый топот ножек и она уже оказалась около Мабуэ, который мягко погладил её по тёмной голове, похвалив. Теперь, когда кровь впитывалась в ткань, Реико наконец смогла разогнуться и вопросительно взглянуть на Мадару. — Кажется, ты им понравилась, — флегматично заявил мужчина, становясь в свою излюбленную позу. — Приятно. Как её зовут? — Нао. — Нужно будет её отблагодарить. Что у вас детям дарят? — Оружие.       Реико смешно сморщилась, Мадара продолжил совершенно серьёзно: — Что-то крупное в её возрасте ещё рано, танто или саи — самое то. — А почему ну… Не знаю, не куклы, например? — Ты в таком возрасте в кукол играла? — Вообще-то, уже нет. Но чуть раньше мне очень нравилось!       Мужчина улыбнулся, Реико попыталась улыбнулась в ответ, но из-за платка не было видно, только глаза прищурила, да и голову всё ещё не отпускало это странное покалывание. — А как ты понял про технику?       Мадара дёрнул плечом, но объяснил: — Когда я входил в портал, было ощущение, что меня тянет куда-то. Перед тем, как ты использовала технику, я поменял позу, а потом мне захотелось в неё вернуться. — А почему не сработало? — Потому что я начал сопротивляться, — ухмыльнулся он. Реико фыркнула, поздно поняв, что делать это в её положении не следует — кровь хлынула лишь сильнее. — А, если бы ты не сопротивлялся? Я бы смогла и тебя… Ну… Как это сказать? Вернуть обратно? — Вряд ли. — Это почему? — Чакрой не доросла. — Но я же смогла тебя телепортировать! — Потому что я позволил.       Аргумент вышел железным. Мадара продолжил: — Тяжело не сопротивляться, когда чувствуешь воздействие твоей чакры. — Давай завтра ещё раз попробуем? И ты попытаешься. — Завтра? — снова ухмыльнулся мужчина. — Что, запал иссяк? — Голова как-то болит и кровь не останавливается. Вообще-то, она у меня никогда вот так просто не текла. Пойдём найдём Хину, она залечит.       Мадара глянул на невесту в немом согласии и двинулся в сторону входа в дом. Чтобы попасть на поляну, где будет проводиться свадьба, нужно было вернуться обратно и выйти через другой выход. — До свидания, Мадара-сама! До свидания, Реико-сама! — прокричали им дети, заставив принцессу тепло улыбнуться и помахать в ответ. Может, не всё будет так плохо и она сможет добиться уважения и у взрослых Учих? Лучше, конечно, попытаться это сделать не с помощью взрыва и смешного падения, но пока имеем, что имеем.       Вышли на улицу, где Реико наконец смогла осознать масштаб её скорого испытания: люди суетились, будто муравьи. Несколько мужчин таскали древесину, ими руководил кто-то со стороны, ото всюду слышались разговоры, биение молотков и распил досок. Конечно, пока что эта полянка не была похожа на место для празднества: повсюду валялись какие-то мешки, стояли вёдра и инструменты, но работа кипела, будто масло в сковороде, а значит совсем скоро всё будет выглядеть совсем иначе. Вдалеке, среди всего разнообразия присутствующих здесь людей, показались нужные фигуры: Хина, как и всегда в обществе мужчин, стояла смирно и покорно, чуть опустив голову, Изуна в задумчивости тёр подбородок, что-то говоря. Реико расслышала, когда они с Мадарой подошли поближе: — И чем? Гербами или цветами? — Чем угодно, господин, но гербы лучше повесить над столом жениха и невесты.       Изуна уткнулся в лист, который всё это время держал в руке, сверился с чертежом и указал в нужную сторону: — Примерно… Там. Деревья так себе.       Хина тоже взглянула, чуть склонила голову к плечу: — Если немного сдвинуть стол… — Тогда нужно подвигать все. Придётся мастерить столбы.       Он замолчал, как только увидел Мадару и Реико, что шли на встречу так медленно, словно прогуливаясь. Всё бы ничего, только вот одеты они были в тренировочные кимоно, а принцесса держала у лица какую-то окровавленную тряпку. — Реико-сама! — тут же испугалась Хина и кинулась к подруге. — Что случилось? — Кровь не останавливается, — пожаловалась девушка. — Можешь помочь?       Хина отвела её руку от уже порядком грязного лица и тут же принялась за лечение. — Чем вы занимались? — спросил подошедший Изуна. — А на что похоже? — спросил Мадара. Брат коротко пожал плечами, оглядывая невесту. — Выглядит, будто ты её избил. — Мы тренировались. — Я так и сказал.       Мадара ответил ему обычной усмешкой. — Перенапряглась с техникой.       Хина, стоящая к ним спиной, выразительно округлила глаза и злобно свела брови, очевидно, не собираясь расспрашивать Реико прямо здесь. Не только расспрашивать, конечно, но и давать справедливую и профилактическую взбучку. Госпоже оставалось лишь невинно захлопать глазами. — И как? — как-то издевательски улыбнулся Изуна. — Получилось, Реико-сан?       Но у девушки было слишком хорошее настроение, чтобы обращать внимание на сарказм в его голосе. Она смогла остановить время! Ну, не время, конечно, а предмет во времени, ну и что? Это ведь всё равно здорово! И почему она ничего не слышала об этой технике? И почему их с Рэйденом ей не обучали? Ладно Реико, но Рэйден бы точно рассказал ей, сотвори он подобное, всё-таки в тот момент между ними ещё не было той пропасти, что была сейчас. А вдруг она была и тогда? Вдруг, ему тоже приказали не рассказывать ей об этом? Реико чуть было не дёрнула головой, желая отогнать гнусные мысли, но вовремя опомнилась. — Получилось, Изуна-сан, — довольно ответила она. — А у тебя как дела? — вдруг спросил Мадара. — Как двигается работа? — Сносно. Мы с оннагоси Реико-сан нарисовали примерный чертёж расположения столов, — принялся объяснять Изуна. — Примерно здесь, — он указал на правую часть поляны. — Будут сидеть Раито. Тут Таро-сан и Таруми-сан, ближе к вашему столу, а дальше по статусу. А здесь, — он указал налево. — Мы. Вон там будет стол старейшин и так далее. Думаем, как всё украсить, следует скорее заказать нужные ткани, времени не так много. — Успеем, — флегматично пожал плечами старший Учиха, за что младший наградил его недовольным взглядом. Где-то недалеко послышались глухие удары молотков. — А это что? — спросила Реико, удивлённо поводив глазами, но источник шума найти не смогла — он был чуть позади. — Реставрируют домик для первой брачной ночи.       Реико совсем не кстати обрадовалась тому, что всё её лицо испачкано в крови — не видно его красноты. — Кроме того, — продолжил отчитываться Изуна. — Я уже передал списки блюд нашим кухаркам. Кое-что придётся докупить, но не критично.       Мадара как-то тяжело выдохнул, за что младший брат звучно хлопнул его по плечу. — Веселее, брат, бери пример со старейшин. — А они что? — Устраивают праздник перед женитьбой. Цитируя Мичайо-сан: «Да выпадет у меня второй глаз от такой удачи!», — говорил Изуна совершенно безэмоционально, оттого Реико весьма позабавила эта картина. — А Хизэо-сан очень переживает за будущих наследников. — За своих бы переживал, — фыркнул Мадара, при этом выглядя как-то больно сурово. Реико навострила ушки и скосила глаза на жениха, который, будто прочитав её мысли, уже смотрел в ответ с хитрой улыбочкой. — Подслушиваешь? — Немного, — честно ответила она. — Мне тут жить, нужно знать, что происходит внутри клана.       Недовольно фыркнул Изуна: — Хизэо-сан ответит на ваше любопытство куда подробнее, чем мы. — Не шути так, — серьёзно одёрнул его Мадара. — Этой только повод дай — пойдёт же и спросит. — Хизэо-сан будет в шоке, — припечатал младший. — Как бы не слёг, как в прошлом году, — закончил за него старший. Теперь недовольство захватило уже Реико, в то время, как Хина как раз закончила лечение и обернулась к мужчинам, тут же склонившись в поклоне. — Вам ещё нужна моя помощь, Изуна-сама? Я должна помочь госпоже.       Мужчины уставились на принцессу совершенно по-разному: Изуна смотрел на неё со смесью брезгливости и скуки, а Мадара, напротив, улыбался. — Продолжим завтра. На сегодня пока всё. — После бани — ко мне в кабинет, — сказал старший Учиха, обращаясь к Реико. Та кивнула, схватила под руку свою дорогую подругу и Хина, чувствуя, что чакры у госпожи совсем не осталось, незамедлительно скрыла их в зелёном свечении. — Хина, я смогла остановить время! — сходу выпалила принцесса. — Чего? — Вернее, не время, — девушка увлечённо заходила по комнате, на ходу рассказывая подруге обо всех своих переживаниях: — Я остановила предмет во времени! И заставила его вернуться в прошлое! — Чего? — Та техника, которую я украла у мамы! Мы с Мадарой попробовали её, потом взлетел боккэн и я сложила печати, а потом он замер прямо в воздухе, а Мадара мне сказал добавить чакры, я добавила, а потом боккэн начал возвращаться по траектории, ну, знаешь, как он летел, только обратно, представляешь?! — Ты точно переутомилась, а не ударилась головой? — скептически уточнила подруга, насильно останавливая Реико от хождения по комнате, трепетно коснулась лба: — Летающие боккэны, техники. Всё хорошо? — Хина, послушай, — девушка стремительно вырвалась и со счастливой улыбкой пересказала служанке всё, что случилось с ней на тренировке. — Никогда не слышала о подобной технике, — задумчиво ответила Хина. — Но лучше тебе её не использовать. — Это почему? — Это потому, что кровь носом у тебя шла один раз за жизнь и то в детстве, когда ты решила пробить головой дверь! — Не я решила, а меня не заметили! — Какая разница? Сама подумай: ты даже не человека остановила, а всего лишь летящую деревяшку, а уже такая реакция, да у тебя чакра на нуле! Техника бесполезная. — А если я буду её тренировать? — Не знаю. Лучше поговори с мамой, спроси. — Нет уж, мы вчера достаточно наговорились, — уверенно отрезала Реико, наконец сев на кровать. Она ощущала недостаток чакры, дикую усталость и болезненную пульсацию в голове, но не смотря на это всё равно чувствовала небывалый прилив сил и окрылённость своим маленьким успехом. Казалось, что она способна допрыгнуть до луны или свернуть горы, но только после небольшой передышки. — Если узнает, что я ещё и технику выкрала… Даже не знаю… — Ничего она тебе не сделает, судя по вашему вчерашнему разговору, — Хина опустилась рядом. — А вот знает она точно побольше твоего, в этом мы уже убедились. — Не сделала, — задумчиво согласилась Реико. — Потому что в её кабинете я почти ничего не нашла. Там была только базовая информация, ничего секретного. Только эта техника. Но почему мама не стала прятать и её? Странное название, странные печати… — Так, может, и оставила потому что ей давно никто не пользуется? — предположила Хина. — Она же правда бесполезная. — Тогда почему мне о ней ничего неизвестно? — Можно подумать, тебе кто-то должен отчитываться, — вдруг фыркнула служанка, тут же, однако, смягчившись. — Извини. Просто с тобой редко занимались, в отличие от Рэйдена. — Редко, — кивает принцесса, делая вид, что её не задели слова подруги. — Но про порталы мне рассказали всё, даже про те, которыми мы уже давно не пользуемся. А про это — ни слова. — Может, стоит спросить у Рэйдена? Он не Таруми-сама. Заодно помиритесь.       Реико не хотела обращаться к брату, прекрасно помня их последнюю встречу и то, как он напугал её. Не как предатель или тот же Мадара, конечно, но в разы обиднее, чем они вместе. Она поспешила поскорее оставить эту тему, думать о Рэйдене ей совсем не хотелось, у неё и без того хватало забот. — Может быть потом.       Немного помолчали, Хина прекрасно понимала её намёки и перевела тему: — Спрашивала у Мадары по поводу Сенджу? — Пока нет, не было подходящего момента, — Реико выдохнула, стараясь перевести и эту тему тоже: — А у тебя как? Этот Изуна мне не нравится, он ничего плохого не сделал? — Нет, что ты, он очень вежливый. Ни о чём таком не спрашивал, нарисовали эскиз расположения столов и украшений, он завтра пообещал рассказать о гостях, а потом Касуми-сан поможет со списком рассадки. — Списком рассадки? — Конечно, нельзя же важных гостей как попало посадить, нужно всё продумать: кто с кем общается — за один стол, кто кого недолюбливает — тех подальше.       Реико вдруг улыбнулась, но из-за окровавленного лица улыбка получилась какой-то страшной. — Я смотрю тебе это всё нравится. — Не знаю пока, в клане я с таким только немного помогала. Пока что всё очень интересно, да и тебе узнать о других Учихах будет очень кстати. Пойдём я тебя умою, у тебя же ещё занятия. — Ага, Касуми обещала подробнее рассказать о конфликтах между кланами, а потом, — Реико вспорхнула с кровати и вновь в нетерпении заходила по комнате. — Баня!