Затмение

Смотреть и не видеть. Долго-долго. Годами. В этом Дилюк преуспел. Боль. Кости ужасно ломит, болит рука, а голова вновь раскалывается, словно он выпил всю Долю Ангелов прошлым вечером. Альберих слегка приоткрыл заспанные глаза. В комнате царил полумрак; стоящая прошлым вечером на прикроватной тумбочке свеча окончательно догорела, превратившись в груду воска. Сквозь небольшую щель в плотно задвинутых шторах едва пробивался луч утреннего солнца. Кейя откровенно плохо помнит вчерашний вечер, и резко пришедшее осознание того, что он оказался на винокурне, не поспособствовало пробуждению воспоминаний. Оглядев всю комнату, Альберих замер — на большом бархатном кресле с золотой отделкой мирно посапывал Рагнвиндр. Его лицо выглядело донельзя уставшим: сведенные к переносице брови, фиолетовые синяки под глазами и сжатые в нитку пухлые губы. Кейя боялся вздохнуть; боялся нарушить ту идиллию, что возникла без согласия второго. Кажется, он даже перестал дышать. Паника медленно подкрадывалась, сдавливая железными тисками грудную клетку. Нужно уходить. Откинув мягкое одеяло, что дарило ощущение защищенности, Альберих заметил перевязанную руку. Бинты на ней были наложены донельзя аккуратно, а внизу повязки даже виднелся маленький бантик. К счастью, это была правая рука, а значит, Дилюк все еще не знает. Животный страх окутал и без того помутненное сознание, когда в голове стали мелькать картинки возможных исходов. Видимо постарались Архонты, иначе Кейя лежал бы в кровати связанным. Томный вздох облегчения показался слишком громким в умиротворяющей тишине комнаты. Опустив босые ноги на деревянный пол, по телу тотчас пробежала толпа мурашек. Ступая аккуратно, медленно, чтобы, не дай архонт, не разбудить хозяина дома, Кейя медленно крался к двери. Аккуратно, без лишних движений, Альберих приоткрыл ее и проскользнул в образовавшийся небольшой проход. Теперь можно было действовать быстрее. Спустившись на первый этаж в гостиную, он также тихо надел ботинки, что бесхозно валялись рядом с камином, и выбежал из особняка. На улице слышен шелест оставшейся листвы, и лицо приятно ласкает легкий утренний ветерок. В воздухе витает запах подступающих холодов. Кейя совсем не вписывается в эту картину. Он чувствует себя здесь лишним, мешающим и таким неправильным. Последнее время Альберих, глядя на других людей, начинает видеть эту четкую грань между собой и ними. Люди теплые, добрые, и их улыбки греющие и искренние, а Кейя словно глыба льда посреди пустыни в Сумеру. Непонятно откуда появившаяся и совершенно бесполезная. Кажется, его ориентир, компас, давно сломался, и теперь ведет его сквозь терни, но совсем не к звездам, а к сырой от постоянных дождей земле. Иногда, в самые неприятные периоды его жизни, он начинает верить, что без него, мир станет чуточку лучше (мертвым, он станет чуточку лучше). Горло пересохло, и до ужаса хочется пить. А Кейе еще идти и идти. Хотя он и прошел уже более половины пути до города, сейчас, он был измотан не меньше вчерашнего. Северный ветер трепал сальные, перепачкавшиеся в земле волосы, а не до конца высохшая одежда совсем не грела. Дом — милый дом. Кейя резко захлопывает дверь и пытается отдышаться. За углом, совсем рядом с местом его жительства Альберих заметил Лизу, мило воркующую с действующим магистром. Видимо, девушки только вышли из домов и собирались идти на работу. Ничего опасного это не предвещало, однако увидь они Кейю вновь, в еще более удручающем состоянии чем прежде, работы он лишился бы, как минимум на ближайший год наверняка. Воздух в квартире затхлый, удушающий, поэтому первое, что сделал Альберих — это открыл все окна на распашку. Дышать стало чуточку легче. Следующее желание Кейи было горячее эспрессо. Его потряхивало; то ли от холода, то ли от пережитого. Поставив турку на плиту и размолов зерна, по кухне стал быстро разносится приятный аромат свежесваренного кофе. Альберих аккуратно перелил содержимое турки в кружку и опустив ее на стол, уселся на деревянном стуле, скрестив ноги в позе лотоса. Горький напиток приятно обжигал горло. Часть оказалась на и без того грязной рубашке, ведь руки Кейи дрожали, как у бывалого наркомана, во время ломки. Маленькие часы, что располагались на столешнице, показывали без тридцати девятого. Следовало вновь привести себя в порядок и выдвигаться на работу. Грязная одежда полетела в корзину, возможно позже он отнесет ее в прачечную (нет). В этот раз следовало подобрать что-то, что точно скроет его худобу. Белая майка, поверх привычная водолазка, поверх свитер с горлом и легкая коричневая рубашка. Идеально. Узкие обтягивающие штаны, поверх еще одни шире. Возможно у Кейи проблемы, ведь он надевает несколько слоев одежды, только чтобы окружающие не волновались. Возможно это ложь (нет). Следующим пунктом назначения стал небольшой магазинчик торговца из Ли Юэ. Еще давно, во время беззаботной беседы за обедом, Лиза рассказала о чудных товарах, что продаются здесь. Она долго-долго хвасталась новыми яркими тенями перед Джинн, не забыв в конце вручить коллеге такие же, одарив свойственной ей улыбкой. Зайдя в маленькое помещение, в нос тут же ударил стойкий запах благовоний. Все было насквозь пропитано ими. Приятная девушка лет двадцати, услышав тихий звон колокольчиков, висевших над входной дверью, мило улыбнулась посетителю. Невыразительное лицо и серое платье с небольшими пятнами говорили о скудном материальном положении, однако работница не выглядела грустной, напротив, в ее глазах читалось лишь легкая сонность и радость новому дню зябкой осени. Альберих неловко кивнул, и принялся рассматривать полки с товарами. Маленькие склянки заполняли собой все пространство и на каждой было по крошечной этикетке с названием товара. Некоторые вытянутые, низкие, с узким и широким горлом. Глаза разбегались в поисках необходимого. Ему было до чертиков неудобно спрашивать у продавца, однако осознав, что не сможет самостоятельно найти нужный, Кейя неловко спросил: — Здравствуйте, миледи — приторная улыбка окрасила его лицо, будто всегда была там. — я бы хотел приобрести у вас крем, который поможет скрыть небольшие недостатки моей идеальной внешности. Кейя в привычной манере ухмыльнулся и облокотился на стойку. Прищурив глаза, словно лис, он впился взглядом в девушку. Последняя, немного растерявшись, лишь робко отвернулась к шкафу, стоявшему за ней, и принялась искать нужную склянку. Спустя пару минут она протянула ему небольшую баночку с бежевым кремом и еще одну, но более плоскую. — Это должно помочь, сначала нанесите этот крем, а затем припудрите. Она жестом показала движение маленькой тряпочки по лицу. — Благодарю. Кейя поставил на стол небольшой мешочек моры, в котором было явно больше, чем требовалось, и быстрым шагом ретировался из лавки. Не хватало, чтобы кто-нибудь из сослуживцев заметил его. «Теряешь хватку» — доносится тихим голоском. Время пролетело незаметно, поэтому теперь прийдется «приводить себя в порядок» прямиком на рабочем месте. Быстро поздоровавшись с рыцарями, Кейя, оглядываясь по сторонам, словно похититель сокровищ, аккуратно прошмыгнул в небольшую уборную, находившуюся в соседней двери от его кабинета. Захлопнув деревянную дверь, Альберих несколько раз провернул маленький ключ в замочной скважине. На всякий случай дернув ручку, и окончательно убедившись, что дверь заперта, Кейя наконец почувствовал себя в относительной безопасности. Единственная лампочка, подвешенная высоко над потолком мерзко моргала, раздражая глаз. Ему было ужасно стыдно. Стыдно за то, что теперь, большая часть его жизни, так презираемая Дилюком, ложь. Стыдно, что он ничего не может с этим поделать. Воспоминания четырехлетней давности принялись медленно выползать из затворов памяти. Разве та правда оказалась лучше лжи? Неприятное чувство обволакивало изнутри, давя на ребра. Лучше молчать. Молчать, пока душа не вывернется наизнанку. Молчать, закрывая лицо подушкой. Молчать, позабыв о себе. Кейя не хочет, чтобы от него отвернулись совершенно все. Если они узнают, так и случится — Альберих искренне в это верит. Он ужасно боится вновь остаться один. Тоненький голос бесенка никак не умолкал: — Ты ведь лжешь им, верно ? Лжец! Хи-хи. Ты лжец! Стены маленькой комнаты будто стали еще ближе. Кейе начало казаться, будто они хотят раздавить его — приплюснуть, будто букашку, или долго и мучительно давить, упиваясь треском ломающихся костей, в ожидании последнего вздоха жертвы. Нужно поскорее закончить то, зачем он сюда пришел. Театр одного актера продолжается. Интересно, долго ли выдержит актер ? Достав из кармана склянки, Кейя повторил действия, которые показала ему продавщица. Похлопав обоими руками по щекам, на них выступил здоровый румянец. Кейя выглядел хорошо. Он был почти похож на прежнего. Едва Альберих открыл дверь уборной, как тотчас врезался в знаменитую библиотекаршу Мондштадта. Лиза перевела взгляд на капитана и ехидно хихикнула. — А вот и наш сладкий капитан кавалерии явился на рабочее место. Ведьмочка явно была в хорошем настроении. Что ему поспособствовало, Кейя понял лишь через несколько секунд. — У меня как раз появилось два должника, которые взяли книги и пропали на месяц. Капитан уже прекрасно понимал, к чему ведет Лиза, и отказывать в такой мелкой просьбе он ей не собирался. — Конечно, я займусь этим, все равно Джинн вряд ли даст мне поручения поважнее чем это. Альберих скорчил забавную гримасу негодования, явно преувеличивая масштаб трагедии. Ведьмочка лишь хихикнула, и бросив краткое: — Спасибо сладкий, не забудь зайти в кабинет дорогого магистра! — ретировалась, не позабыв сунуть в руки слегка растерявшемуся капитану маленький листочек со списком должников. На ярко-фиолетовой шляпе остались непонятные бежевые пятна. Магистра на своем привычном месте не оказалось, поэтому усевшись в мягкое кресло за рабочим столом и подложив ладони под голову, Кейя принялся рассматривать стеллажи с книгами, в попытках скоротать время. Джинн не заставила себя долго ждать. Хрупкая девушка влетела в комнату с увесистой стопкой макулатуры в руках, и сбросив все на стол, наконец заметила непрошенного гостя. — О Кейя, ты как раз вовремя. Магистр на секунду застыла, будто не веря своим глазам, и искренняя улыбка расползлась по уставшему лицу. — Кейя, ты отлично выглядишь, ты прям посвежел! Восторг пропитывал буквально каждое слово девушки. На секунду Альбериху даже показалось, что в уголках глаз подруги выступили маленькие капельки слез. Блять. — Ну что ты, Джинн! Ты сумела смутить главного холостяка города! —Заливистый смех разнесся по кабинету. — Просто вчера хорошенько так объелся в «Хорошем охотнике», да лег спать пораньше. Кейя не верит сам себе, но искренне счастлив, что ему верят другие. Так приевшееся с годами чувство вины лишь усилилось. — Я правда рада, что все наладилось, но помни, если что, ты всегда можешь обращаться ко мне за помощью. — Магистр на секунду стала серьезной, но поняв свою оплошность, тут же расслабила лицо. Видимо, все вправду х о р о ш о. Хорошо не было уже давно. Альберих неохотно встал с насиженного места и перекинувшись еще парой слов с подругой, покинул кабинет, а вскоре и здание ордена. Первой в списке была Донна. Юная девушка, что могла сутками болтать о прекрасном полуночном герое. Альберих слегка недолюбливал ее, ведь даже в разговоре с ним, который скорее можно описать, как простой обмен любезностями, данная особа не забывала упомянуть о «великом защитнике» и «главном холостяке Мондштадта». Однако сейчас, не имея особого выбора, Кейя медленно шел в сторону цветочной лавки. Общаться, а тем более просить о чем-то Донну совершенно не хотелось. Голова начала неприятно кружиться, как только Альберих почувствовал цветочный аромат. На небольшой скамейке рядом с «Шепотом цветов» сидела должница. Немного сутулившись, она внимательно вчитывалась в строки очередного «дешевого» романа, сюжет которого наверняка был основан на страстной любви прекрасного рыцаря и простушки. Подойдя к девушке ближе, Альберих негромко кашлянул. — О, капитан Кейя, какими судьбами ? Донна наконец нехотя оторвала взгляд от полюбившейся книги, и теперь с легким укором смотрела прямиком в глаза Альбериха. — Я от Лизы, ты забыла сдать книгу «Принц полукровка». — Ох, не может быть, как же я могла запамятовать! Глаза девушки расширились, я взгляд нервно забегал по сторонам. — Я сейчас же ее принесу! Кейя лишь услышал звонкий цокот каблуков и громко захлопывающуюся дверь в лавку. *** — Отлично, остался лишь Чарльз. Кейя был несказанно рад, ведь цветочный магазинчик находится совсем неподалеку от «Доли Ангелов», где и работал всеми известный бармен. Его потряхивало. Внезапно нахлынувшая усталость обрушилась на него, словно гром среди ясного неба. Ноги сами несли к таверне, ведь это единственный, кроме дома путь, который он мог пройти хоть с закрытыми глазами. На голову капнуло что-то мокрое. А затем еще, и еще. Черт, начинается ливень. Кейя побежал (насколько в его состоянии это возможно). Спустя пару минут искомое заведение оказалась прямо перед ним. Быстро распахнув входную дверь, благополучно проигнорировав вывеску «мы сегодня закрыты» с маленькой припиской — «до пятнадцати часов» Кейя залетел внутрь. В просторном помещении стояла мертвая тишина. Таверна была совершенно пуста. Альберих неуклюже присел за барную стойку в пытках отдышаться. Волосы, как и одежда, неприятно липли к телу, причиняя ощутимый дискомфорт. Он промок насквозь. Нужно было подождать Чарльза, ведь дорогой «братец» не мог оставить открытую таверну без присмотра. Из подсобки послышались приближающиеся шаги. Густая охапка алых волос показалась из дверного проема.