Проклятое наследие

      В комнате ненадолго воцарилось молчание. Дейна снова поёжилась — не то от страха, не то от холода, всё равно скапливающийся через старые стены особняка рядом с двумя братьями-вампирами.       — Подумать только, — зашептал Зейн, — за почти семь вампирских лет, из которых пять — в качестве Сангвинар, приближённого Первородных, я убил десятки, сотни невинных людей. Но именно убийство родного младшего брата сломило меня. Внутренний мир перевернулся — не знаю, в которой раз. Я почувствовал… усталость. И через усталость пытался всё исправить.       — Я знаю, — также тихо сказал Дэн. — Благодаря тебе мне удалось сбежать и скрыться от взора Повелителей.       Зейн позволил себе улыбнуться.       — Это не моя заслуга. Произошло то, что не предсказывали даже всемогущие Первородные вампиры.       — Господин Зейн, — вмешалась в разговор Дейна, заметно обеспокоенная чем-то. — То, что случилось с Дэном, последствия обращения в Сангвинар…       — Они есть у всех обращённых. У меня, например, обелились волосы, но Дэн стал первым случаем… нечто, похожим на вампирскую болезнь. Знаешь, что случается с вампиром, долго не пьющим кровь? Он не только звереет от голода, но и теряет силу, не умирает, но застывает, подобно обесточенному. Труп. Так же Дэн не мог долго существовать без крови, но без крови Первородных. Иначе в нём пробуждалась хищная натура, тщательно скрываемая.       — Мы стали связаны сильнее, чем от братских уз, — невесело улыбнулся Дэн. — Во избежание лишних проблем от Первородных, всё это время я питался кровью своего родного брата… как оказалось, дело не только в твоей самопожертвовании. Просто Первородных нет в нашем мире. Неужели нашёлся хищник покрупнее?       Зейн не ответил, наблюдая за набухшими венами на шее сестры, ощущая её тревогу и непонимание. Воистину, Дейну захватила история Первородных вампиров, она невольно прерывала рассказ, чтобы узнать больше деталей. Но, смотря в серо-зелёные глаза сводной сестры, он думал не о том, как бы утолить любопытство девушки, не выдавая всех секретов… Зейн жаждал претворить свой план мести Первородным в жизнь.       И, вспоминая о сгоревшем в пламени списке с именами, Зейна не покидало чувство торжества.       «Ты отнял у меня всё, Адриан. Будь уверен, я поступлю с тобой также, когда придёт время».