Нюанс

Αω — Ну что, малец, принимай поздравления! — с этими словами Ава вышла на строительную площадку в конце рабочего дня и направилась прямиком к Уиллу. За неделю он немного попривык к нагрузкам. Но ключевым словом в данном утверждении являлось «немного». Пот стекал с него градом. Мышцы продолжали гудеть. Спину от усталости ломило просто адски. Но сбавлять обороты Гровенор себе позволить не мог. Только не на глазах у Оливера! Дело принципа! Правда, сегодня очень не к месту все еще напоминал о себе недавно пережитый гон, побуждавший Гровенора нет-нет да поглядывать на омегу. Уилл без задней мысли предполагал, что гон пройдет так же, как проходил всегда: альфа запрется в своей съемной квартире, будучи в полуневменяемом состоянии, от души парочку раз вздрочнет, после чего очухается и остаток дня в флере невнятного, но не сильно напрягающего физического возбуждения проваляется у телевизора, смотря какой-нибудь дрянной фильм, запихивая в себя отсыревший попкорн и упиваясь мыслями о своем беспробудном одиночестве. Но что-то пошло не так. Видимо, он слегка переусердствовал с фантазиями. Или выбрал не лучшую кандидатуру для оных. Короче… парочкой раз не ограничилось, и штормило Гровенора до глубокой ночи. Полуневменяемое состояние никак не желало спадать, путая мысли и не давая отвлечься на что-то, помимо самоудовлетворения. Настолько сильно трахаться Уилл не хотел, кажется, еще ни разу в жизни. Возможно, таким образом сказывалось отсутствие секса в последнее время. Когда ты большую часть сознательной жизни главный Казанова Лондона, неожиданное воздержание может принести непредсказуемый побочный эффект. Вот только… Это ведь не первый гон, который Уилл проводил в период осознанного отказа от сомнительных связей и в полном одиночестве. С чего вдруг его так переклинило именно сейчас? Гровенор невольно взглянул на правую перебинтованную руку. За потемневшими от пыли бинтами прятались, Господи Иисусе, мозоли. Мозоли! Уиллу и в голову не приходило, что такое возможно. Да, сам виноват, следовало позаботиться о наличии достаточного количества смазки в квартире. Но опять же… Он не рассчитывал, что его так перемкнет! И ладно бы мозоли появились только на руке… А я-то думал, что более жалким в своих глазах стать уже не смогу. Зря. Нет предела совершенству, Уилли! Всегда можно пасть еще ниже! — Поздравления в честь чего? — растерялся Гровенор, разгибая спину и невольно большую часть своего внимания тут же перекидывая на вспыхнувшие неприятные ощущения в районе паха. Каждый шаг неуместно напоминал Уиллу о бурной ночи в соло, будто подчеркивая ущербность его положения. — В честь завершения твоей первой рабочей недели, естественно! — провозгласила Ава, потрясая над головой белым конвертом. — И, соответственно, в честь первой зарплаты! О! Ого! Уже? Ничего себе! Уилл, не скрывая детского восторга от того, что впервые в жизни получает деньги за свою работу (Работу!!! С ума сойти!), выхватил конверт из рук Авы и тут же в него заглянул. Невероятный восторг сменился недоумением. И это… всё? Может, Олдридж решила надо мной подшутить? Уиллу хватило ума быстро сообразить, что никакой шуткой и не пахло. К счастью, он не успел поделиться своими истинными чувствами насчет содержимого конверта. Он же прекрасно понимал, что работяги на стройке далеко не богачи и что работа такого сорта всегда оплачивалась низко в сравнении с прилагаемыми усилиями. И все же… Настолько мало? Гровенор невольно перевел взгляд на ковыряющегося в коробке Олли. Купер на эту зарплату жил уже долгое время и, к тому же, подчеркивал, что здесь платят внушительно больше, чем на его предыдущих местах работы. Но как же он все это время выживал? Как выживали остальные работники? И сколько Уильяму придется пахать на стройке, чтобы закрыть внушительный долг, который с каждым днем еще и рос? Лет триста? — Спасибо! — произнес Уилл с искренней благодарностью, постаравшись заглушить в себе ноты ужасающего разочарования. Боже, да он больше денег тратил за один поход в ресторан. Раньше. Праздные денечки бесполезного сжигания денег и жизни давно прошли. — Знаю-знаю, сумма не впечатляет. Но это пока. По окончании испытательного срока она вырастет, — рассмеялась Ава, от зорких глаз которой разочарование утаить не удалось. Уилл еле сдержался, чтобы не спросить, насколько она вырастет? Процентов на десять? Двадцать? Боже, да хоть на все сто, этого все равно ужасающе мало! — Это мотивирует! — тем не менее, выдохнул Уилл. В конце концов, даже если сумма небольшая, это же лучше, чем если бы не было и ее, верно? Ава ободряюще подмигнула Гровенору, а затем захлопала в ладоши, привлекая к себе внимание всей бригады: — Отлично потрудились, мальцы. Рабочий день на сегодня завершен! Работники в унисон выдохнули и поплелись к раздевалке. Олли оказался в числе последних. Сегодня он вел себя странно. Гровенора не покидало ощущение, будто Купер пытается его избегать, что проделать было весьма сложно (читай «невозможно»), учитывая, что почти все задания они выполняли общими силами. Но на привычную болтовню Уилла Олли реагировал вяло и, что важнее, старательно избегал зрительного контакта. Гровенор успел что-то натворить и даже не заметил этого? Да нет. Вряд ли… Единственный грешок, который за ним числился, остался в его комнате после гона. Никто о нем не знал. Если только Олли не телепат. Купер, ты же не телепат?! Олли на мысленный посыл Уилла никак не отреагировал. Можно выдохнуть. — Эй, Олли, как насчет внепланового похода в бар? — предложил Уилл, поравнявшись с омегой. Купер, слегка нахмурившись, впервые за весь день посмотрел Гровенору в глаза. — С чего это вдруг? — Как это с чего? — удивился Уилл. — Надо обмыть мою первую зарплату! Зарплату, которую я получил благодаря тому, что ты устроил меня сюда и всю эту неделю помогал освоиться! Выходит, это и твоя заслуга в том числе! К тому же Уиллу требовалось загладить перед Олли вину за то, о чем тот даже не подозревал. Знаешь, Купер, твой святой лик нехило помог мне в этот гон! От всей души благодарю! Нет, Гровенор подобное обычно не практиковал. В смысле, не вклинивал в свои фантазии знакомых людей. Это было как-то… неловко. Уж лучше выбрать какую-нибудь телезвезду или супермодель. В череде их фанатов Уилл бы оказался одним из миллиона и прекрасно затерялся в толпе. Но Купер нарисовался перед глазами сам собой. Может, потому что он был весьма необычным омегой. Может, потому что всю неделю маячил (и благоухал) перед носом Уилла. А может, потому что он оказался первым омегой, с которым Гровенор успел поболтать обо всем на свете, как если бы знакомы они были уже много лет. Все перечисленное буквально вопило о том, что Олли не подходит на роль фантазийного сексуального партнера. Крылось в этом нечто… непростительно стыдное. Но в гон Уилл плохо контролировал свои мысли. А теперь… Теперь именно ему следовало бы избегать взгляда Олли, а не наоборот! — Я знаю отличный паб неподалеку, — заверил Уилл сомневающегося Купера. — Омега-паб? — уточнил Олли, мрачным выражением лица подчеркивая, что такая идея ему не по душе. — Нет. Самый обычный, — заверил его Уилл. — Любишь футбол? Сегодня же встречаются Ливерпуль и Шеффилд Юнайтед! Почему бы нам не посмотреть игру за пинтой холодного пива? Купер с задумчивым видом пожевал нижнюю губу. — Завтра рабочий день, — заметил он с сомнением. — Я в курсе, Олли. Но мы же не идем упиваться до свинского состояния! — отмахнулся Уилл. На такой аттракцион у него бы попросту не хватило денег. — Пара кружек и по домам! Я угощаю! — произнес он волшебную фразу. Олли тут же расслабился. Видимо, с деньгами у него было по-прежнему туго, а то, что предложение Гровенора изначально предполагало оплату счета со стороны альфы, для Купера оказалось не очевидным. «Странно, — подумал Уилл. — Если альфа инициатор встречи, то обычно он платит за омегу за исключением тех случаев, когда омега заплатить за себя желает сам». Это правило относилось и к дружеским посиделкам в том числе. Если же инициатором выступал омега, то счет делили пополам. Но обычно альфа предлагал оплатить его полностью. И отказывали омеги редко. Ну… по крайней мере, так это было заведено в окружении Гровенора. Вслед за этой мыслью Уилл напомнил себе, что Олли слегка отличался от других омег, и потому подобная практика могла обойти его стороной. Что ж, Купер, пора бы привыкать ловить бонусы от того, что ты омега! А, нет, погоди… Я же нищий. Олли, подожди привыкать! Отмена! Пока у меня на это нет средств! Но они будут… Рано или поздно. Наверное. В раздевалке, как обычно, воняло альфами так, что у Уилла выступили на глазах слезы. Кажется, самым тяжелым в его работе оставалась необходимость каждое утро и каждый вечер ощущать столь сомнительные ароматы. Хорошо, что среди всего этого мрака вони пробивался лучик света в виде Олли, который всегда пах просто прекрасно. Так что если у Гровенора проявлялись рвотные позывы, он незаметно от омеги втягивал немного его запаха, чтобы ослабить обонятельную пытку. Пусть наличие Олли в раздевалке в некоторой степени Уильяма и спасало, но напрягало куда больше. Один омега среди толпы потных бет и альф. Это вообще нормально? Разве Куперу не следует выделить отдельную раздевалку? Уилл даже думал спросить об этом Олдридж, но так и не решился. Вдруг Олли воспримет его инициативность негативно? К тому же… Сослуживцы на Купера по большей части никакого внимания не обращали, даже когда тот раздевался до трусов. (Скорее, они от него даже шарахались). У кого и было рыльце в пушку, так это у Уилла. Он поражался сдержанности остальных альф, потому что сам ею похвастать не мог. Он правда старался не смотреть. Правда! Но… — Хватит пялиться, — послышалось равнодушное со стороны Оливера. — Дыру в моей пояснице прожжешь. — И-извини, — запнувшись, выдавил из себя Уилл, смущенно отворачиваясь. Черт. Все это слишком непривычно. Обычно это на Гровенора омеги взирали, как коршуны на свежее мясо. Они висли у него на шее, а он шептал им на их красивые ушки какую-нибудь похабщину, заставляя их краснеть и кокетливо отворачиваться. А потом омеги сменяли друг друга в постели бесконечным калейдоскопом секса без обязательств, хотя Уилл прекрасно знал, что большинство случайных партнеров на самом деле надеялись на что-то большее. Но большее не наступало, и в какой-то момент это надоело даже самому Гровенору. Как же так вышло, что сейчас он чувствовал себя на месте всех этих омег? Если не хуже? Не иначе, Уильяма настигла карма! К моменту, когда Уилл и Олли вышли на улицу, солнце уже подплыло к горизонту. Ржавые всполохи лучей, пробивающихся сквозь спаявшие небо свинцовые тучи, указывали на скорый закат. Паб, в который Гровенор пригласил Олли, располагался в паре кварталов от места их работы. Раньше Уильям там считался завсегдатаем, но теперь заглядывал туда все реже. Не потому что у него не хватало на подобные заведения денег (хотя и эта проблема имелась), а из-за неприятных, сверлящих виски воспоминаний, которые хранили в себе стены этого места. Черт знает, почему именно туда Уиллу стукнуло в голову повести Олли. В пабе, как обычно, стоял страшный гвалт. По телевизорам, размещенным над барной стойкой и по периметру помещения, уже началась трансляция игры между Ливерпулем и Шеффилд Юнайтед. Фанаты Ливерпуля в красных футболках заняли почти всю барную стойку и нервничали уже к началу игры, щедро сыпля ругательствами. Уилл провел Олли к небольшому закутку, являвшемуся окончанием барной стойки. Здесь толпы фанатов не обнаружилось хотя бы потому, что с этой стороны телеэкраны просматривались плохо. — Какие люди! — звонкий женский возглас заставил Уилла невольно улыбнуться. Жгучая брюнетка и барменша данного заведения выдала одному из парней в красной футболке три пинты пива и направилась к разместившимся на высоких табуретах Гровенору и Куперу. Рваный топ, короткие черные шорты с высокой талией, колготки в крупную сетку и тяжелые ботинки с металлическими носами подчеркнули эффектность молодой альфы. — Привет, Кристи, — улыбнулся Уилл, несмотря на наплыв неприятных воспоминаний. — Привет, тёзка, — подмигнула она. — Чего желаете, мальчики? — Кристи уперлась ладонями в барную стойку и приподнялась на руках, даря обоим клыкастую улыбку. — Две пинты вашего… Светлое или темное? — уточнил Уильям у Олли. — Темное, — выбрал Купер. — Две пинты темного, — закончил заказ Уилл. — И стандартные закуски, — добавил он, почувствовав, как в животе тихо заурчало. Олли наверняка тоже не отказался бы от хорошего перекуса. Ну ты, Гровенор, и дурак. Сперва, следовало заглянуть куда-нибудь на ужин! — Почему она назвала тебя тёзкой? — тихо поинтересовался Олли, лишь девушка отошла к пивным кранам. — Потому что мое второе имя Кристиан. Уильям Кристиан Гровенор, — ответил Уилл с улыбкой. — Звучит красиво, — оценил Олли. — Мне нравится, что почти у всех аристократов двойное имя. У меня только одно. И то скучное. — С каких это пор «Оливер» стало скучным именем? — рассмеялся Уилл. — Скажи это Оливеру Нассену! Знаешь, кто это? Нет? Британский композитор и дирижер. Мы с родителями однажды ходили на выступление оркестра, которым он руководил. Я не любитель классической музыки, но не могу не признать — был тогда весьма впечатлен. Так что выкинь из головы подобные мысли. Имя красивое и отлично тебе подходит! — О, вот как… — пробубнил себе под нос Купер, и Гровенор осознал, что тот, как и прежде, старается смотреть куда угодно, только не на Уилла. — Э-э-э… Слушай, мне, может, кажется, или ты… — Две пинты! — Кристи с грохотом поставила кружки пива перед парнями и только теперь перевела взгляд на Олли. Сперва она наморщила нос, принюхавшись. Затем, будто не поверив своим ощущениям, наклонилась ближе к Олли и сделала еще один вдох. — Как интересно… — протянула она, не скрывая удивления. — Какой тонкий аромат для альфы! — Кристи, ты вообще-то замужем, — буркнул Уилл, прекрасно понимая, что его хорошая знакомая просто шутит, но все равно ощущая легкий укол… чего? Ревности? Правильно, Уильям… Почему бы не усложнить себе жизнь еще больше, втрескавшись в коллегу по работе. Это же откроет тебе массу перспектив для переживания новой порции страданий! Кристи в ответ на замечание Гровенора сверкнула клыкастой улыбкой. Олли, что не удивительно, не стал ее поправлять. Наверное, ему жутко осточертела тема вторичного пола, и он старался ее игнорировать. — Эдгар скучный! Пора с ним разводиться, — заявила она, уперев руки в бока. Эдгар как раз в этот самый момент зашел за барную стойку и страдальчески вздохнул, наверное, про себя задаваясь вопросом, закончится ли когда-нибудь эта игра или нет. — Эдгар, — повернулась брюнетка к мужу. — Разведемся? — Нет, — фыркнул парень. — Ну нет так нет, — пожала Кристи острыми плечами, при этом отвешивая мужу-бете хлесткий шлепок по заднице. Кто-то из посетителей паба, заметив это, улюлюкнул. Эдгар же одарил свою жену-альфу хмурым взглядом. На его шее красовалось два свежих укуса, оставленных альфьими клыками. Кристи любила в порыве чувств пускать их в ход. — Народу тьма. Долго еще собираешься прохлаждаться? — уточнил он мрачно. — Видели? — указала Кристи острым черным ногтем на мужа. — Заставляет меня работать в баре. — Да. В твоем, на минуточку, баре, — фыркнул Эдгар и, смирившись с неизбежным, поплелся сам разливать пиво новым желающим. — Я все равно люблю тебя, детка! — кинула ему в спину брюнетка. — Ой, да ну тебя, — пробубнил Эдгар, уже взявшийся собирать заказы. — Он такой секси, когда злится, — поделилась Кристи шепотом, наклонившись поближе к Уиллу и Олли. — Ну а вы чего? Решили устроить чисто альфий междусобойчик? — с хитрой улыбкой протянула она, при этом надавив языком на левую щеку с внутренней стороны. Не обязательно быть гением, чтобы понять, что намекала она на минет. Кристи постоянно отвешивала похабные шуточки по поводу альф. Это было чем-то вроде ее маленького фетиша. Куда более распространенные пары альфа-омега или альфа-бета ее не интересовали. Но только она видела парочку альф (не обязательно любовников) и тут же бралась их шипперить. Как-то Гровенор привел в паб Хью, так Кристи выдала им годовой запас пошлых намеков, от которых неподготовленный Монтгомери впал в ступор. — Она правда решила, что мы пара?! — Нет. — Но Кристи же сказала… — Хью, она так шутит. Не обращай внимания. Уилл к приколам Кристи давно привык, но именно сейчас к ним морально не подготовился. Оттого пиво, глоток которого он так некстати сделал, от слов барменши застряло у него в горле. Гровенор подавился и закашлялся, судорожно хватая губами воздух. Прежде чем вести сюда Олли, следовало предупредить его о подобном развитии сюжета. Но Уилл, как обычно, забылся. У него никак не укладывалась в голове информация о том, что окружающие по большей части воспринимали Оливера иначе, чем Гровенор. Как другие альфы могли не замечать, что Купер — омега, оставалось для Уилла загадкой. (То, что он сам сперва принял Олли за альфу, Гровенор благополучно забыл). После попытки избавиться от попавшего не в то горло пива, Гровенор невольно рассмеялся. Обычно они с Кристи находились на одной волне и безостановочно пошлили, заставляя Эдгара без передышки закатывать глаза. И пусть сейчас ситуация оказалась нетипичной, Уилла все равно пробило на смех. — Мы коллеги, — куда спокойнее Уилла на неудачную шутку Кристи отреагировал Олли. — Фи… Как неинтересно, — протянула брюнетка, но во взгляде ее прочиталось озорство. Всем своим видом она как бы говорила: «То, что вы коллеги, совсем не означает, что вы не проведете вместе следующий гон». Да-да, Кристи. Только в твоих влажных мечтах. Но лишь девушка переварила смысл слова «коллеги», выражение ее лица мгновенно изменилось: — Погодите… Коллеги? Выходит, ты нашел работу? — уставилась Кристи на Уилла. — Ты? Работу? Работу, где прям… работают? Такую работу? Наш Уильям Гровенор работяга, работающий работу? Парень, который не может с первой попытки попасть в писсуар? — Боже, да сколько раз можно мне это припоминать! Это произошло лишь единожды, и я был страшно пьян! — проворчал Уилл. — Оправдания, — фыркнула Кристи. — Так что за работа? Там хорошо платят? У тебя получится закрыть твой космический дол… — Кристи, — выдохнул Уилл, прерывая девушку. Ох, ну почему у нее такой длинный язык? Благо Олли хватило такта не задавать неудобные вопросы. Он лишь кинул на Гровенора выразительный взгляд, после которого предпочел обратить свое внимание на пиво. — Что-о-о-о ж… — неловко протянула девушка. — Раз Эдгар взялся разливать пиво, как насчет того, чтобы сходить со мной на перекур? — предложила она в первую очередь Уиллу, но для вида глянув и на Олли. — Не курю. Вы идите, а я здесь пока посижу, — сообщил Купер, однозначно поняв, что Кристи хотелось поговорить с Уиллом наедине. Потому что если бы он не понял, мысль бы сформулировал иначе, ведь он ни разу не видел курящим и Гровенора. — Мы быстро, — пообещал Уилл, поднимаясь со своего места. Они с Кристи прошли к черному входу паба. Барменша настежь распахнула тяжелую железную дверь, не намеренная выходить на улицу и не особо заботясь о том, что запах сигарет из-за этого решения потянет в помещение. Зато с этого места открывался отличный обзор на весь паб. И, в первую очередь, на Олли. — Как ты, малыш? — протянула Кристи, резко ставшая серьезнее. Уилл тяжело вздохнул и с благодарностью выудил из ее пачки сигарету, на которые Гровенору в последнее время денег не хватало. Кристи прикурила и протянула зажигалку другу. Уилл ответил на ее вопрос после первой затяжки: — Нормально. Правда, меня уже несколько раз встречали весьма одиозные личности и грозились продать на органы или в секс-рабство, — пробормотал он со смешком. — Как думаешь, что лучше? Я пока не уверен… — Не шути на такую тему, Уилл, потому что это совсем не смешно… — Кристи устало потерла глаза. — Поверь, я бы помогла, если бы имела такую возможность, но… Ты знаешь, в какой мы с Эдгаром жопе. — Знаю, — кивнул Уилл. Дело в том, что Кристи была подругой… бывшей подругой той самой беты, из-за которой у Уилла теперь имелись крупные проблемы с деньгами. Перед тем, как раствориться в воздухе, девчонка успела кинуть не только Гровенора, но и еще несколько человек, в списке которых значилась и Кристи. Подруге бета заявила, что Уилл плохо с ней обращается, и попросила денег в долг, чтобы сбежать. «Ты же знаешь этих богатых недоносков! Он меня точно отыщет! Мне следует на время уехать из города!» Кристи хоть и была знакома с Гровенором и считала его хорошим парнем, все же предпочла поверить подруге и отдала ей все свои сбережения, уверенная, что спасает ее. Кроме того, та обещала в кратчайшие сроки все вернуть. Лишь через пару дней, когда взмыленный Уилл в поисках любви всей жизни вбежал в паб Кристи (в тот самый паб, в котором и познакомился с обворожительной, но коварной бетой), девушка узнала правду. Впрочем, поверила она Уиллу далеко не сразу. Но когда «кратчайшие сроки» прошли, а подруга так и не объявилась, Кристи невольно вспомнила предостережения несчастного Гровенора, никаким местом не тянувшего на злодея. Из-за неожиданно образовавшейся бреши в семейном бюджете Эдгару пришлось взять кредит. Паб в тот момент и без подобных плевков судьбы переживал не лучшие времена на фоне очередной эпидемии альфьего гриппа, а бесчестность подруги и вовсе чуть их не разорила. Даже сейчас положение Кристи и Эдгара оставалось весьма неустойчивым. Но они медленно поднимались с колен. В отличие от Уилла, который до недавнего времени предпочитал клянчить деньги у Ларса или Хью и сидеть в этом пабе, чтобы поныть единственному человеку, который знал о его беде и понимал его лучше, чем кто-либо. Кристи. — Так что за работа? — альфа предпочла переключиться на другую тему разговора. Какой толк говорить о плохом? Пустым сотрясением воздуха проблемы еще никогда не решались. — Стройка, — хмыкнул Уилл. — Да ты шутишь. — Нисколько. — Нет, правда? Ты устроился на стройку? Ты? Золотой мальчик и главный донор спермы Лондона?! — Ты же знаешь, что статус золотого мальчика я давно просрал, да и донором… быть больше не стремлюсь. — Мда… нехило она тебя поломала, да? — протянула Кристи, имея в виду бывшую подругу. Уилл лишь пожал плечами. Он не знал, что ответить. Такие вещи признавать не хотелось. Но да. Поломала. Да что поломала… растерла в порошок. — Ну а он? — Кристи кивнула в сторону Олли. — Как он и сказал, мы коллеги. И только. — Ты бы не привел в мой паб просто коллегу, — возразила девушка, пуская в воздух колечко из дыма. — Ты лишь раз наведывался сюда с компанией. Тогда это был близкий друг, с которым ты хотел поделиться своей проблемой, чего сделать так и не смог. Сейчас же я чувствую что-то другое. Между тобой и этим парнем дружбой и не пахнет. Да. Пахло тонким ароматом омеги, от которого Уилл с каждым днем дурел все больше. Неужели больше никто не замечает этого запаха? А ещё наверняка пахло альфой, которому потихоньку рвало крышу от его спутника-омеги. — Это потому что мы почти не знакомы. Олли помог мне найти работу. Помог, хотя мог бы отказать. Когда Уилл давал Куперу свой номер, он не рассчитывал ровным счетом ни на что. От глаз Гровенора не укрылось ни недоумение Купера, ни легкое раздражение с его стороны. Олли не хотел ему помогать. Олли ему не доверял. Ведь первое впечатление Гровенор произвел не ахти какое. И все же Купер сделал то, что от него требовалось. Не кинул Уилла в игнор, не наврал ему с три короба про то, что работы нет. Олли ему помог, хотя причин для этого у него не было. Учитывая, что Уиллу кроме Ларса и Хью помогать априори никто не стремился, поступок Купера, для кого-то может и незначительный, на Гровенора произвел впечатление. — Ты меня не проведешь. Я вижу, что есть что-то еще, — отрезала Кристи. — Признавайся, решил попытать удачу с альфой? Всецело тебя поддержу. Вот только… Извини, что лезу не в свое дело, но судя по тому, как от него за милю разит омегой, еще час назад он кого-то хорошенько отымел. И этот кто-то – не ты. Уверен, что готов влезать в очередные травматичные взаимоотношения? — Все не так, — покачал Уилл головой. — От него пахнет омегой, потому что он и есть… ну… Он и есть омега. На лице Кристи четко прочиталось недоверие. — Прикалываешься? — Я серьезен. — Он? Омега? — Да. — Ты вообще видел его бицуху?! — с неприкрытым восхищением выдохнула Кристи, после чего напрягла свой бицепс, на самом деле не отличавшийся выдающимися размерами. Барменша любила утонченность, которую ей придавал первичный женский пол, и вопреки повсеместной моде не желала ее скрадывать развитой мускулатурой. — У него переизбыток альфа-тестостерона. — Я это уже поняла. И, по-моему, этого тестостерона в нем больше, чем у большинства альф, — заметила она с завистью. — Черт. Даже как-то жутковато, — протянула она, прокусывая левым клыком фильтр сигареты. — Нет в этом ничего жуткого! — мгновенно ощетинился Уилл. — Он поприятнее большинства омег! И бет! И альф! И вообще! — выдал он с чувством. — Ого, как рьяно ты защищаешь просто коллегу, — ехидно протянула Кристи с хитрой ухмылкой, и Уилл понял, что в очередной раз повелся на провокацию. — Разве что из трусов не выпрыгиваешь в попытке его защитить. Успокойся. Жутковато — это же не значит, что не секси. — Ты замужем! — Что не запрещает мне в своих фантазиях представлять, как ты его берешь. — Говорю же, ты все неверно поняла! — в отчаянии воскликнул Гровенор, чувствуя, как тело обдает жаром. — Он, правда, здорово мне помог. И работу нашел, и азам меня научил, и… в конце концов, выслушал! — А ты в ответ втюрился в него, — хихикнула Кристи, не спрашивая, а утверждая, будто этот факт уже доказали британские ученые. — Нет, не втюрился, — упрямо настаивал Уилл. — Я очень ему благодарен. Бла-го-да-рен! — повторил он по слогам, пытаясь достучаться до подруги. — Надеюсь, ты осведомлена о значении данного слова? Что же касается большего… Слушай, мы знакомы неделю. — И что с того? — пожала Кристи плечами. — С каких это пор тебя волнуют такие величины, как время? — хохотнула она. — С Грейс вы сошлись буквально за пару дней! — Тш-ш-ш! — встрепенулся Уилл. — Мы же пообещали не называть ее имени! — Гровенор невольно поморщился. Кристи поморщилась вслед за ним. Они оба настолько привыкли нарекать ее не иначе как лживой сукой, что имя бывшей подруги и девушки теперь звучало неестественно и обезличено, будто существовало отдельно от хозяйки. — Да-да. Девушка-имя-которой-нельзя-называть. Она, по-твоему, кто? Воланд-мать её-де-морт? — фыркнула Кристи. — Избегая упоминания о ней, мы лишь усугубляем собственное моральное состояние. Следует признать, что все мы: я, ты, ее родня и знакомые — все, кого она успела нагнуть на бабки, были идиотами, которые повелись на россказни больного человека, готового наплести с три короба, только бы сорвать куш. Следовало раньше озаботиться ее игроманией и что-то сделать. Но каждый из нас предположил (или просто наплевал), что далеко это не зайдет. Сами виноваты, что вовремя не спохватились. Но прошлого не вернуть. Значит, следует оставить его и идти прямиком в будущее, — настоятельно изрекла Кристина. — Вот он… — указала она на Олли, — ничего так будущее. Вполне себе симпатичное. И фигурка точеная. Альфья, конечно. Но точеная же. — Мы незнакомцы. — Нам с Эдгаром потребовалось всего десять часов в неотложке, чтобы понять, что мы безвозвратно влюблены! — не собиралась отставать от него Кристи. Уилл на это болезненно застонал, не желая в тысячный раз слушать безумную историю их воссоединения, в которой Эдгар, убегая от бандитов местного разлива, наткнулся на Кристи, у которой гон начался на пару часов раньше положенного, застав девушку посреди улицы. А к альфам в гон лучше без острой необходимости не подходить. Если ты омега — тебя вполне вероятно трахнут. А если ты не омега — тебя все равно трахнут, но фигурально. Бандитам-бетам тогда хорошо досталось. Эдгару, впрочем, тоже. Ему лишь повезло, что с Кристи сошла первая эмоциональная волна, и она, поняв, что натворила, успела вызвать скорую и ему, и теряющей рассудок себе до того, как вновь погрузилась во мрак гона. — Между мной и Олли ничего нет. Я тебе клянусь. — Но может быть, — не отставала Кристи. — Да с чего ты это взяла? Я что, не могу дружить с омегой? — Ты? Вот конкретно ты, Уилл? Сказать тебе правду? Нет, не можешь, — ответила Кристи категорично. Уилл нахмурился. — Я понимаю, что частенько флиртую с омегами, но все это… Не то, чем кажется, — выдавил он из себя, не зная, как бы вдолбить подруге в голову, что с жизнью, полной беспорядочных половых связей, он покончил в то холодное утро, когда проснулся в постели с двумя незнакомыми омегами и неожиданно для себя осознал, что абсолютно несчастлив. Впервые ли он испытывал эту удушающую тоску? Нет. Такое накатывало и раньше. Гровенору казалось, что очередной секс с еще одним омегой обязательно заполнит эту необъяснимую пустоту. В то утро он убедился, что все это не работает. Он перенасытился. Потерял вкус к жизни. И никакой секс эту проблему бы не решил. А раз так, в чем вообще смысл? В физическом удовольствии? Господи, да оргазм — не такой великий кайф, чтобы посвящать всю свою жизнь ему одному. Уилл незаметно для себя перерос то, чем себя окружил. И понял, насколько он на самом деле одинок и каким пустым местом является. Ни амбиций, ни целей, ни перспектив, ни талантов. Если не считать талантом умение затащить в свою постель очередного незнакомца. Уилл, вполне возможно, впал бы в депрессию или превратился бы в одного из тех богачей-затворников, которые резко и без объяснений переезжали в усадьбу посреди леса, если бы не… Грейс. Она стала экскурсоводом Уилла в ту часть человеческих взаимоотношений, которые раньше Гровенор осознанно избегал, считая романтические или, и того хуже, семейные узы лишней ответственностью. С Грейс все сложилось само собой, словно Уилл на самом деле в глубине души всегда жаждал именно этого. И было круто. Правда. Очень. А потом Грейс кинула пол-Лондона на деньги, слила прессе фотки Уилла и растворилась в воздухе. Вот так закончились первые и последние серьезные отношения Уильяма Гровенора. Вселенная будто над ним насмехалась или намекала на то, что глубокие взаимоотношения не для него. А поверхностные ему жутко приелись. Выходило, что никакие отношения ему не грозили. Работай на стройке, выплачивай долг, а в гон фантазируй, чувствуя себя подростком, переживающим пубертат. Таково предназначение никчемного стерильного альфы. — Знаю, после предыдущего неудачного опыта подпускать к себе кого-то страшно, — вздохнула Крис, делая последнюю затяжку. — Но смотри не пожалей о своем бездействии. И не опоздай. Ведь… Если рядом с ним не захочешь быть ты, найдется кто-то другой, — кивнула она в сторону барной стойки. Олли продолжал мерно потягивать пиво. Но теперь он сидел там не в полном одиночестве. На соседнем стуле расположился молодой мужчина. Постарше Уилла и явно с куда большим жизненным опытом за плечами, нежели имел при себе Гровенор. …Твою мать… Что, блядь, за важный хер? Отойди от него!.. Ωα «Джонс делает перевод направо. Салах — передача в штрафную!» — распространялся по пабу низкий голос спортивного корреспондента, обозревавшего игру в реальном времени. Фанаты Ливерпуля разочарованно застонали. Олли сделал очередной глоток пива. Вкусное. Он не относился к большим любителям футбола, но за неимением альтернатив краем глаза следил за игрой. Так как паб захватили фанаты Ливерпуля, Олли взялся болеть за эту команду вместе с остальными. То, что Уилл решил сходить покурить со своей подругой, его самую малость уязвило. Чуть-чуть. Гровенор привел его сюда чтобы что? Оставив Купера у барной стойки, раствориться в тумане? Очень мило, ничего не скажешь. «Олли, это ведь не свидание. Расслабься!» — попробовал Купер себя одернуть, но легкая обида не уходила. Дабы не продолжать накручивать себя, Оливер постарался сосредоточиться на игре. Фанаты Ливерпуля то ликовали, сопровождая это глушащими все другие звуки воплями, то разочарованно вздыхали, сопровождая это глушащими все другие звуки воплями. В общем, они вопили по любому поводу. А без повода вопили еще громче. Купера это нисколько не раздражало. Наоборот, наблюдая за компанией в красных футболках, он заряжался их воинственным настроением и чувствовал себя частью общего эмоционального кутежа. А Куперу очень нравилось быть частью… чего-либо. В груди его тут же разливался уют, вызванный ощущением сопричастности к происходящему. Олли не заметил, как и сам начал реагировать на те или иные удары по мячу не хуже футбольных завсегдатаев. — Да куда же ты бьешь! — вспылил он, когда один из игроков отправил мяч в штрафную зону. — Ничего, сейчас отыграются, — раздалось уверенное справа. Олли перевел взгляд на неожиданного собеседника. Альфа лет тридцати-тридцати пяти разместился на соседнем барном табурете скорее всего за неимением свободных мест поближе к экрану. — Угу, — отозвался Олли, не очень-то жалующий неожиданных собеседников. Впрочем, в этот раз у него хотя бы имелся иммунитет в виде Уилла. Так уж вышло, что Олли, страдавший от одиночества и втайне ото всех мечтавший о типичной семье с крепким браком и ребятишками (которые ему могли только сниться), в прошлом очень легко заинтересовывался альфами. Собственно, если альфа каким-то чудом замечал его или проявлял хотя бы секундное внимание, Купер тут же глупо и по-детски в него влюблялся. А если альфа при этом был еще и старше… Впрочем, все влюбленности Купера были исключительно старше. Первая — менеджер ресторана, в котором Купер подрабатывал еще будучи совсем юным. Олли таскался за ним хвостом не меньше полугода, прежде чем альфа снизошёл и переспал с ним. Позже выяснилось, что это было ни больше ни меньше, как одолжение. «Я понимаю, что ты омега. Но выглядишь ты… Короче, ты не в моем вкусе». Второй альфа полгода не ломался. Зато блядуном оказался страшным. И когда Олли, все еще мечтавший о крепких и долгих взаимоотношениях (желательно на всю жизнь со смертью в один день) застал его с другой, альфа заявил, что поступок его логичен. «Бля, вдолби себе в голову, что я люблю омег. Омег, которые не только пахнут и текут, как омеги. Но и выглядят, мать твою, как омеги! А я в постели с тобой чувствую себя одним из тех альф-извратов, которые любят поёбывать себе подобных!» Олли, и так слегка (не слегка) загонявшийся из-за не вписывающегося в стандарты красоты внешнего вида, с головой окунулся в пучину самоненависти. Какое-то время, только вдумайтесь, он и правда верил, что ответственен за произошедшее, и ужасно из-за этого мучился. Потому он пообещал себе, что больше никогда ни с кем и ни при каких обстоятельствах встречаться не станет. Но следующий альфа не заставил себя ждать. Статный, высокий, опытный… Олли тихо пускал на него слюни несколько месяцев, прежде чем решился познакомиться. Что ж… При всей своей статности и опытности альфа оказался не без закидонов. И его легкий ответный шаг в сторону Купера обуславливался далеко не положительными чертами Оливера. В начале их общения альфа как-то бросил, будто крепость телосложения Купера — это даже хорошо. Олли позже посчастливилось узнать, почему тот заострил на этом такое внимание. Альфа оказался садистом. Единичного секса с ним более чем хватило для оценки масштаба проблемы и для формирования уверенности в том, что от этого альфы следует бежать, куда глаза глядят. Сразу после того, как зарастет перелом ноги, заработанный во время «бурной» ночки. Несмотря на разномастный набор неудачных отношений, Купер влюблялся из раза в раз. Каждая попытка построить отношения оказывалась хуже предыдущей. И безрезультатной. Точнее, результат имелся, но сплошь негативный. Что бесило Олли в этой ситуации больше остального, так это то, что он сам каждый раз выступал инициатором. Сам выбирал их. Сам старался понравиться. Сам вляпывался в очередное дерьмо, от которого потом улепетывал, сверкая пятками. Альфа, что теперь сидел рядом, однозначно был во вкусе Олли, и омега очень легко проследил гипотетический сценарий своих дальнейших реакций и действий, окажись он в пабе один. Он бы точно взялся флиртовать, точно потащил бы этого типа в постель, а затем, стопроцентно, пожалел бы об этом. Хорошо, что здесь Гровенор. Он в некотором роде действовал на Олли отрезвляюще. По крайней мере, у Купера имелась установка, что домой он сегодня вернется один. — Жаль, что Жоэль Матип получил травму колена. С ним бы игра шла пободрее, — кинул новую фразу альфа, не отрывая взгляда от плохо просматриваемых экранов. — Да… — пробубнил Олли. — Наверное. Если честно, я не большой знаток, — признался он, решив, что данное откровение отвадит от него нежеланного собеседника. — Господи, спасибо! — воскликнул альфа со смехом. — Я, если честно, тоже. Но сегодня вечер футбола, и я уже не надеялся найти человека, готового говорить о чем-то кроме него! Вообще-то Олли не горел желанием говорить и на отвлеченные темы в том числе. Что этому типу от него надо? — Извини за, возможно, излишнюю прямолинейность, но… Ты же омега? Обонятельные рецепторы не морочат мне голову? — произнес альфа, чуть сощурившись. Ах, вот оно что… — Да, омега, — спокойно подтвердил Олли, ожидая, что уж после такого откровения собеседник однозначно сольется. Бывало, к Куперу с этим идиотским вопросом подходили на улице или в метро. Ничего необычного. Услышав ответ, люди обычно глупо хлопали глазами и поспешно отходили от него подальше. Впрочем, новый собеседник не сдвинулся с места. — У тебя необычная внешность… — Да уж, я в курсе, — буркнул Олли, в один присест допивая пиво. — О, позволь тебя угостить, — тут же предложил альфа. — У него уже есть тот, кто его здесь угощает, — послышалось неожиданно резкое по другую сторону от Оливера. Уилл, плюхнувшись по левую руку от Купера, уставился своими желтыми волчьими глазами на альфу, вальяжно разместившегося справа от Олли. О нет, я что, попал в третьесортный ситком, в котором за сердечко одного невзрачного омеги дерется несколько бессовестно успешных альф-красавчиков? Ха-ха. Какое убожество. — Так ты здесь не один… — протянул альфа с легко читающимся разочарованием. — Прошу прощения. Не почувствовал от него альфьих феромонов, — а это уже была лживая острая шпилька в сторону Гровенора. — Чего ты сейчас сказал? — прорычал Уилл, очень убедительно играя роль уязвленного альфы. Олли на это лишь тихо прыснул. Так вот в чем дело! Как раз-таки в запахе Уилла, которого якобы на Олли не имелось. Купер начинал медленно понимать, что сейчас происходило. Охота. Он с таким уже сталкивался. Пока Оливер жил один, ни единый альфа не обращал на него внимания. Но лишь он каким-то чудом добивался расположения одного альфы, к нему начинали тянуться и другие. Нет, дело крылось вовсе не в том, что Купер неожиданно становился желаннее или привлекательнее. В игру вступал самый обычный спортивный интерес. Если от омеги начинало пахнуть альфой, но не настолько, чтобы феромоны указывали на крепкую связь, в отдельных индивидах просыпался азарт. Им казалось интересным переманить омегу в свою постель. Хотя зачастую не доходило даже до секса. Главное — отбить омегу у другого альфы. Как трофей при охоте. А лишь цель достигалась, интерес мгновенно затухал. Сам Олли трофеем не становился ни разу, но не единожды наблюдал сцены, при которых такую участь разделяли другие омеги. На данный момент Олли ни с кем не встречался, но он слишком много времени проводил в компании Гровенора. Естественно, что феромоны Уилла чуть-чуть, но к нему прилипли. И именно они побудили незнакомца подойти к Олли. Неожиданный всплеск раздражения со стороны Уилла так же был более чем объясним. Даже если они с Оливером не встречались, это еще не значило, что к Куперу мог кто-то подкатить на глазах у Уилла. Тут уже начинала играть убогая альфья гордость. Олли же, как обычно, оставался в наихудшем положении, зажатый между двумя пассивно-агрессивными альфами, каждому из которых на самом деле было на него глубоко насрать. К счастью, незнакомец оказался не из упрямых или глупых. Поняв намек, он скоротечно ретировался. Кристи же, вернувшись за барную стойку, без лишних напоминаний налила Куперу новую пинту пива. — Почему ты сразу не сказал ему, что пришел не один? — возмутился Уилл. — Зачем? — удивился Купер. — Вдруг, между нами проскочила бы искра. — Ч… что? — Гровенор так смешно изобразил досаду, что Оливер еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Сейчас на поведение Уилла очень уж сильно влияли природные инстинкты. И Олли сомневался, что сам Гровенор это осознавал. — Ну а что? Думаешь, что я, обладая такими внешними данными, не хочу отношений с альфой? — Н-нет, я так не думаю. — Тогда с чего бы мне отбривать альфу, еще толком с ним не познакомившись? — А как же… — Уилл резко замолк и поморщился. Конечно же, он собирался сказать: «А как же я?». Хо-хо, мальчик мой, инстинкты играют с тобой злую шутку. Давай-ка очухивайся. — Он тебе понравился? — чуть подумав, еле выдавил из себя Гровенор. — Сложно сказать. Мы ведь толком не поговорили. Ты пришел раньше, — хмыкнул Олли, с удовольствием замечая, как на лице Уилла отображается гамма противоречивых эмоций. — Если хочешь, могу… э-э-э… могу позвать его обратно к нам, — буркнул он, явно желая чего угодно, только не реализации собственного предложения. Ого! Что-то новенькое. Подобный поступок равносилен выбрасыванию альфьей гордости в помойку. Что ж… Плюсик в карму Уилла, который даже при наплыве инстинктов не терял крупицы разума и человечности. Хотя выглядел Гровенор при этом как избалованный ребёнок, которого вынуждали отдать его рождественский подарок несчастной сиротке. — Не надо. Не сильно-то и хотелось, — бросил Олли, делая новый глоток пива. На самом деле он ни с кем знакомиться не планировал, но сама ситуация, как и поведение Уилла, позабавили Купера. В такие моменты он представлял себя типичным омегой-сердцеедом, к которому альфы проявляли интерес с завидным постоянством. Оливер знал, что это всего лишь магия инстинктов, не подкрепленная истинными эмоциями. И все же… ощущать себя желанным даже по столь идиотской причине было чуточку приятно. А тут еще и уютный паб, до смешного недовольное лицо Гровенора и потрясное пиво… Все эти факторы заставили Оливера признать, что вечер удался! …главное держать себя в руках, Олли. Еще бокальчик, и по домам… Αω Парой пинт, как изначально планировал Гровенор, ограничиться не получилось. Несмотря на не очень порадовавший Уилла инцидент в начале вечера, он все равно вскоре проникся общей атмосферой шумного паба, взялся живо следить за игрой и периодически перебрасываться с Олли комментариями на ее счет. К середине игры они настолько втянулись, что уже голосили во все горло. К концу же, когда Ливерпуль победил со счетом два-ноль, вместе с остальным пабом они праздновали победу, которая в любое другое время Уилла бы не тронула. Купер радовался не меньше, с удовольствием заражаясь всеобщим ликованием. И Гровенор, наблюдая за слегка опьяневшим счастливым Олли, поймал себя на мысли, что сегодня этот паб привычной тоски не вызывает. Все было ровно так же, как и до знакомства с Грейс! Правда, счастье Уилла длилось недолго. Некоторые футбольные фанаты (преимущественно пьяные альфы) начали очень уж подозрительно коситься на подвыпившего и в связи с этим ставшего куда более ароматным Олли. Не так явно, как до того лупил свои глазенки тот козел, что попробовал нагло подкатить к Куперу. Но Гровенора это все равно напрягло. На лицах почуявших омегу альф отражалось не то недоумение, не то подозрение, которое, залитое алкоголем, начинало стремительно расти и распространяться по пабу. Пришлось как можно скорее ретироваться. Убедив Оливера в том, что ему пора бы прекращать пить, Гровенор вывел омегу из паба, не совсем понимая, сыграло ли с ним злую шутку воображение, или альфы действительно что-то унюхали. В любом случае, лучше перестраховаться. — Давай я вызову тебе такси, — предложил Уилл, замечая, что Олли пьянее, чем казался в пабе. Стоять в вертикальном положении омега, конечно, мог, но с явным трудом. — Сдурел? — пробормотал Купер, отмахиваясь от Гровенора. — Хоть представляешь, сколько сейчас будет стоить поездка от этого паба до моего дома? Нет уж… Я на метро. — Я оплачу! — с готовностью добавил Уилл. — Нет. Достаточно и пива, — уперся Олли. — Я слегка перебрал, так что заодно проветрюсь и протрезвею, — Купер вяло махнул Уиллу рукой в знак прощания и на автопилоте поковылял к ближайшей станции метрополитена. Уилл немного помялся. Он уже было собирался двинуться в сторону дома, но тревога, возникшая в пабе, не оставила его. Лишь возросла. И подстегнутое беспокойством воображение Гровенора пошло дальше, рисуя страшные картинки того, что с Оливером случится, лишь он окажется один. Вдруг его попытаются обокрасть малолетние бандиты? Или за ним увяжется какой-нибудь извращенец? Или мало ли что еще может случиться с пьяным омегой посреди Лондона в темное время суток?! И Гровенор побежал за Олли. Рыцарские замашки Уилла Купер не оценил. Весь путь до метро они провели в споре. Оливер уверял, что и сам о себе может позаботиться. Уилл в ответ сей факт не опровергал, но настаивал, что вдвоем явно безопаснее. — Так тебе потом домой все равно возвращаться в одиночку, — заметил Олли. — Да, но… …Но я же не омега. Уилл еле сдержался, чтобы не сказать это вслух. А если бы сказал, Купер, наверное, прописал бы ему хорошенький подзатыльник. Гровенор прекрасно понимал, что Олли не дурак и свое положение понимает. Но слабость Купера крылась в том, что он считал, будто вероятность развития одного из тех негативных сценариев, что вертелись у Уилла в голове, крайне мала. А «мала» в данном случае воспринималось не иначе как «невозможно». Гровенор же ощущал опасность не так эфемерно. Спустились в метро они вдвоем. И, несмотря на ставшие громче увещевания Олли, в поезд они так же зашли вместе. И вместе, в конце концов, добрались до дома Купера. Ничем не примечательное здание, явно разменявшее не первый десяток и имевшее проблемы с водопроводом, произвело на Уильяма угнетающее впечатление. Парни поднялись на третий этаж, где каждая вторая лампочка не горела принципиально. Дверь Олли, отличимая от остальных лишь номером, показалась пронзительно тоскливой. Старая и обшарпанная. Как и весь дом. Не то чтобы Уилл мог похвастать своим жилищем. Тоже тот еще клоповник. Но Гровенор-то в нем проживал всего ничего, а Олли… он так жил всегда? — Что ж… Спасибо, что проводил, хотя, как ты сам убедился, делать это было совсем не обязательно, — пробормотал Олли, выбрасывая в атмосферу смесь пивного перегара и феромонов. Любопытное сочетание. — Да, но… мне так будет спокойнее, — выдохнул Уилл. — До завтра, — кинул Оливер, после чего зашел в квартиру и захлопнул дверь прямо перед носом Уильяма. Гровенор невольно вздрогнул. Так. Что это за странное чувство разочарования вспыхнуло в нем только что и моментально заполонило все его мысли? Так, словно бы он… Словно… Хох… Словно он на что-то рассчитывал? Господи, он и правда? О, Боже… О, черт! …И все же Кристи права. Я абсолютно не умею дружить с омегами…