Золотой ретривер

Зайдя домой в пол четвертого утра, я пыталась как можно тише снимать кроссовки. Алкоголь успел немного выветриться из организма, однако, выпив не одну бутылку сидра с Олей, ожидая возвращение парней, я чувствовала, как тошнота накрывает с головой. Декстер подбежал ко мне, обнюхивая одежду. Понимая, что пёс своим лаем, который он обязательно издаст, может разбудить папу, который скорее всего думал, что я уже сплю в кровати, присела на корточки, гладя питомца. — Декс, только тише, обещаю купить косточку. — Тихо проскулив, ретривер потерся о мою ладонь. Прошлепав в комнату, наглухо закрывая дверь, я скинула с себя влажную одежду и упала на кровать, ловя самолёты. В состоянии пьяной развалюхи, я не особо думала, когда открывала диалог с Хенкиным.

Не злись. 3:46. Прочитано

Я не ожидала, что ответ придет быстро, но парень написал буквально через минуту. Я не злюсь. 3:47. Прочитано

По твоему игнору это понятно. 3:47. Прочитано

Написав следующее сообщение в догонку, я закусила щеку изнутри, ожидая ответа.

Оля все рассказала. Ты не перестал мне нравится после этого. 3:48. Прочитано

Не знал, что я тебе нравлюсь. 3:50. Прочитано

Не переводи тему. И вообще-то это очевидно, Хенкин. 3:51. Прочитано

О таком лучше говорить на трезвую, Исаева. 3:53. Прочитано

Я не настолько пьяная. 3:54. Прочитано

Ага, особенно было видно, как ты чуть не упала в клумбу. 3:55. Прочитано

Мимолётное помутнение рассудка. 3:57. Прочитано

Зайти за тобой завтра? 3:58. Прочитано

Только если ты вернёшь улыбку. 4:00. Прочитано

Ухмыльнувшись своему сообщению и лёгкому флирту, я опустила голову на подушку, закрывая глаза. Чтобы не ответил Хенк, я буду довольна. Общаться с ним было самым приятным, что я испытывала за свои 17 лет. Могу даже захватить отсутствие игнора. 4:03. Прочитано Открыто засмеявшись, я быстро напечатала ответ и укуталась в одеяло, погружаясь в сон. Похмелье, которое накрыло меня с утра, было убийственным. Голова так сильно болела, что я не могла встать с кровати. Написав Боре, чтобы не ждал меня, я упала обратно на подушку. Уверена, папа поймет моё состояние и один прогул не станет для меня большой проблемой. Услышав как дверь в мою комнату хлопнула, я закрылась одеялом с головой. — Паап, ну один разочек. Это всего лишь школа. — Мой голос звучал глухо из под одеяла. — Кто бы сомневался, что ты скажешь именно это. — Резко открыв глаза, я поднялась и села на кровати, глядя на мать. Сука, только не ты. Мои отношения с матерью были из ряда вон выходящие. Но далеко не в хорошем смысле. Мы много ссорились, она постоянно предъявляла ко мне свои завышенные требования и мечтала, чтобы я добилась того, что не смогла она. Давление было такое, что в один момент я просто, не выдержав, схватилась за лезвие. Конечно это был не выход. И я понимала, что это слишком лёгкий способ бороться со своими мыслями и переживаниями, но это было единственным, что я могла себе позволить. Когда папа сказал, что уходит от этой тиранши, я ни на секунду не сомневалась, что уйду с ним. Мне было плевать куда, на сколько и как вообще мы будем существовать, но было так приятно понимать, что влияние матери больше не будет распространяться на меня. И вот она стоит передо мной, глядя как на последний кусок дерьма. Может я все ещё сплю? И это очередной кошмар? — Инга, ты не поняла? Вставай, живо! — Я медленно и судорожно моргала, спуская ноги на пол. — Ты что здесь делаешь? — Голос звучал хрипло и грубо. — Вот как ты встречаешься мать? Неблагодарная девчонка. — Мама прошлась по комнате, оглядывая все с пренебрежением и скептицизмом. Её взгляд буквально выражал все её негодование. Она работала помощницей врача, потому что в свое время была не настолько умной, чтобы пройти на врача и всю мою жизнь я была уверена, что желание пойти в мед вызвано самой мной. Но как оказалось, я хотела быть журналистом. Папа одобрял и поддерживал меня, пока мама орала и хлестала скрученным полотенцем. В глубине души моя показанная дерзость в отношении неё ничто в сравнении со страхом, который я испытываю. Папа, вошедший в комнату, смотрел на меня с сочувствием и понимаем. Я же подняла на него взгляд, пытаясь понять зачем он позволил этой сумасшедшей вломиться в наш дом опять. — Инга, я все тебе объясню, пойдем. — Ну конечно, поняньчись с ней ещё больше. Может она не только пить начнет, но колоться! — Сжав кулаки, я не обернулась на нее, никак не отреагировав. Я опять стерпела. Как обычно мой страх победил агрессию. Папа сравнивал меня с ежом. Я была такой же колючей и сжималась в клубок, когда кто-то пытался приблизиться ко мне. Вот только в отношении моей матери, я была маленьким напуганным зверьком, которого она при желании может утопить. — Ты серьезно с ней согласен? — Я влетела в кухню, наблюдая как папа закрывает дверь. — Инга, пожалуйста, просто сделай то, что она говорит. Иди в школу. — Округлив глаза, я не могла поверить в то, что слышу. — Зачем?! — Мой голос сорвался на повышенный тон, чем-то схожий с криком. — Зачем ты ей потакаешь? Вздохнув, папа почесал затылок и поднял руку, призывая меня успокоиться. — Ежонок, она заберёт тебя, если мы покажем, что я не справлюсь. А потом отсудит права на тебя. Сердце начало замедляться, и я будто впадала в транс. Мой голос звучал как-то иначе, будто погружённый в воду. А может это я погрузилась в нее?.. — Мне скоро восемнадцать, она не имеет право. — До восемнадцати тебе ещё полгода и она, Катя, не оступится, пока не заставит тебя поступить в мед. Я осела на табуретку, накрывая ладонью запястье. Оказаться один на один с матерью — это смерть для меня. Я действительно вскроюсь, если она ещё раз возьмётся за полотенце и шнур от плойки. Дыхание начало учащаться, грудь резко вздымалась, а в глазах темнело. Я надавила ногтями на ещё не зажившие раны, раздирая их снова в кровь. Боль немного отравляла, и я могла скрыть свое помешательство и панический страх. — Мне пора в школу. — Мой голос звучал механически и безжизненно. Поднявшись, я не попрощалась с отцом и тем более проигнорировала мать, которая стояла в дверях и смотрела на меня с полным безразличием. Ей было плевать как именно я себя чувствую и как мне вообще живётся. Все, что было дня нее важно — оценки, репутация, красивая внешность и ёбаная картинка. Вот только я не подходила под эти стандарты. "Испорченная" — вот как она меня называла. Я ведь была её вещью, а не дочерью. Я шла по улице, совершенно точно зная, что в школу я не пойду. Слез не было, было опустошение и желание поскорее отвлечься. И я знала только одно место, где смогу сделать то, что отрезвит мой ум.