the beauty i see

      — Иди сюда, — говорит Сонхун, притягивая Рики ближе, так что младший буквально наваливается на него.       — Мне не обязательно быть так близко, чтобы ты мог обработать мою руку! — Рики яростно краснеет.       — Ну, я могу хорошо всё видеть только так, — Сонхун отвечает с озорной ноткой в голосе, которую Рики мог бы и не заметить, если бы не знал старшего так хорошо.       В этой позе Рики прекрасно осознает, как близко они находятся, его колени прижимаются к мускулистым бедрам Сонхуна. Он слишком хорошо ощущает то, что между их бедрами совсем небольшое расстояние. Это та же самая поза, в которой они оказались, когда поцеловались в первый раз, когда старший усадил его на свои бедра. Рики хочется этого снова, и он чувствует, как его член дергается при этой мысли. Он мысленно корит себя за то, что так легко возбуждается от собственных мыслей.       Вообще-то, им предстоит серьезный разговор, а младший возбуждается от мысли о своем хёне.       — Мне жаль, — начинает он после нескольких минут молчания, накладывая повязку на руку Рики.       — Прости меня, Рики-я. Я вёл себя как мудак, — извиняется Сонхун.       — Мягко говоря, — хихикает Рики.       Сонхун слегка усмехается в ответ, а затем снова хмурит брови: — Да, ты прав. Но я вел себя ужасно по отношению к тебе. Я поцеловал тебя в тренировочном зале той ночью, потому что хотел этого. Я поцеловал тебя, Рики, потому что желал этого. Я был так неправ, обвиняя тебя в этом, а затем избегая.       Сердце младшего бешено колотится в груди, после услышанного. Сонхун признался, что хотел поцеловать его в тот день. Рики не сдержался, и переместился на колени старшего, становясь ещё ближе к нему. Он хотел внимать каждому его слову.       — У меня были свои причины, но я всё равно обидел тебя и причинил тебе боль, так что обещаю, что это не оправдание моего поступка. Я боялся, Рики-я. Я боялся зайти дальше в наших отношениях, потому что ты такой потрясающий, — признается старший.              — Ты один из самых талантливых людей, которых я когда-либо встречал и, уверен, ещё встречу. За те годы, что ты работаешь в индустрии, ты уже так многого добился, и я говорю не только о том, что ты айдол. Я имею в виду как танцор и певец в целом. Тебе всего восемнадцать, и у тебя столько всего впереди, и я знаю, что ты добьешься ещё большего.       — Я боялся, что если я скажу тебе о своих чувствах, то буду удерживать тебя от достижения того, чего ты хочешь. Я никогда не хотел быть человеком, который попытается удержать тебя от карьерных высот, потому что… Я люблю тебя, Рики. Я так сильно тебя люблю и не хочу мешать тебе в том, чего ты хочешь добиться, — признается Сонхун.       Я люблю тебя.       Эти три слова проникают в мозг Рики и навечно поселяются там. Сонхун любит его, и он наконец-то рассказал ему о своих чувствах и всё объяснил. Японец чувствует облегчение от того, что они наконец-то поговорили и разобрались с этим.       Он знает, что ещё многое нужно обсудить, но поскольку это Сонхун, Рики хочет его простить. Он действительно неравнодушен к своему хёну и, безусловно, так было всегда. Конечно, Рики не собирается прощать его в эту же секунду, но, по крайней мере, начало положено.       — Ты такой идиот, Сонхун, и я ещё не знаю, простил ли я тебя, и даже несмотря на всё это… Почему ты накричал на меня раньше? Ты так запутал меня, ты вел себя так мило и заботливо в ситуации с тем тупым новичком, а потом сказал всю эту хрень обо мне и Сону? Что с тобой не так? — возмущается Рики.       — Рики, я знаю. Я знаю, что я — идиот. Я поцеловал тебя снова, потому что я всё ещё хотел это сделать, но я был так растерян и зол на себя. А потом с Сону и новичком… Я просто ревновал. Я ревновал, видя, что Сону липнет и прижимается к тебе так, как я привык это делать. Я ужасно разозлился, видя, как этот новичок флиртует с тобой. Я просто позволил этим чувствам взять верх над собой, и я так зол на себя, потому что действительно не хотел причинять тебе боль, но сделал это. Мне так жаль, Рики-я, — старший снова извиняется, желая загладить свою вину перед Рики.       — Хён, мне нравится то, чем мы занимаемся, я люблю свою карьеру и я благодарен за всё, чего я достиг за эти годы, и, конечно, я хочу большего, — говорит Рики, и Сонхун заметно расстраивается.       — Но… — Рики продолжает, — Неважно, что будет в будущем, после Энхайпен, после всего остального, всё это не будет иметь значения, если ты не рядом со мной.       Сонхун сразу же поднимает голову, в его глазах так явно читается облегчение. Он ждет, что же ещё скажет Рики.       — Когда всё закончится, в конце концов, слава, поклонники — это не самое главное. Главное, что рядом со мной есть те, кого я люблю, что хёны всё ещё рядом, даже после Энхайпен, любой другой возможности или выступления в будущем. И самое главное, что у меня есть ты, я бы предпочел тебя любому самому заманчивому карьерному предложению. Я люблю тебя, Сонхун-хён, правда люблю, — искренне признается Рики, придвигаясь ещё ближе к старшему и заглядывая ему в глаза.       Сонхун наконец-то понимает, что Рики всегда был на шаг впереди. Он такой умный в эмоциональном плане, даже если он никогда не умел прямо говорить о своих чувствах. Младший почти всегда мог понять его. А слыша, что он любит его и хочет, чтобы он навсегда остался в его жизни, Сонхун чувствует себя самым счастливым дураком на свете.       — А что касается Сону? Ты такой тупица, мы с Сону-хёном просто друзья, не более того, — легкомысленно говорит Рики, — Я люблю тебя, и люблю уже очень давно. Возможно, я ещё не простил тебя, но я знаю, что прощу.       — Спасибо, Рики-я, и я обещаю тебе, что буду исправлять ситуацию каждый день, пока ты не простишь меня. Я люблю тебя и не хочу причинить тебе такую боль снова, — Сонхун говорит искренне, перемещая свои руки на бедра младшего.       — Я тоже люблю тебя, Сонхун.       Они сидят в тишине некоторое время, просто смотря друг на друга, пока глаза Сонхуна не опускаются на губы Рики, и он действительно чувствует желание закончить то, что начал ранее. Только теперь он осознает их положение и не может не думать о том, чтобы «съесть» Рики прямо здесь и сейчас. От этой мысли в его животе завязывается узел.       — Я так хочу поцеловать тебя прямо сейчас, — медленно произносит Сонхун, крепче сжимая бедра Рики.       — Тогда сделай это. Не будь трусом и не убегай в этот раз, просто поцелуй меня, — отвечает Рики, зная, что его слова подтолкнут старшего к действиям. Бывший спортсмен любит когда ему бросают вызов, а ещё больше — побеждать.       На этот раз поцелуй начинается уверенно, он прижимается к губам Рики и скользит рукой вверх, обхватывая талию младшего. Сонхун притягивает макнэ ещё ближе к себе так, что их тела вплотную соприкасаются друг с другом. Его свободная рука сжимает бедро Рики, пока их губы встречаются в страстном, но быстром и, наполненном таким желанием поцелуе. В этот поцелуй они вкладывают свои чувства и то, как сильно они хотят друг друга.       Рики окольцовывает шею Сонхуна и тянет его рукой за волосы, вызывая у старшего стон. От столь приятного звука член Рики дергается в шортах и он чувствует, как его эрекция увеличивается. Старший, кажется, воспринимает это почти как вызов, и просовывает руку ему в шорты. Он больно сжимает своими пальцами паховую область Рики. Теплое ощущение от пальцев Пака заставляет Нишимуру простонать в поцелуй, позволяя их языкам проникнуть внутрь.       Они оба борются за доминирование, но Сонхун побеждает, прижимаясь ещё ближе к телу Рики, если это вообще возможно. Он проходится языком по теплым и влажным стенкам рта, исследуя каждый миллиметр. От таких действий японец просто плавится в его руках и сдается, давая старшему шанс делать с ним всё, что захочет.       — Ты такой негодник, — Сонхун бормочет, отстраняясь, только для того, чтобы поцеловать Рики в челюсть и медленно спуститься дорожкой поцелуев вниз по шее.       — Тебе всегда нравится давить на меня, чтобы получить то, что ты хочешь. Это довольно распутно с твоей стороны, не так ли, Рики? — Сонхун ухмыляется. Он смотрит на него так соблазнительно.       Рики хнычет от этих слов, и наклоняет голову, давая старшему ещё больше доступа к своей шее. Сонхун кусает и посасывает кожу, заставляя жар в теле Рики распаляться с каждым действием всё больше. От манипуляций старшего и его унизительных слов, в его животе образуется тугой узел, а член становится болезненно твердым.       Сонхун находит особенно чувствительное место и в этот момент он также толкает бедра Рики вниз на свои, держа его за задницу. Японец издает самый порнографический стон, чувствуя эрекцию старшего рядом со своей. Он может сосредоточиться только на том, как ему хорошо, но этого недостаточно. Ему нужно больше.       — Х-хён… — заикаясь, произносит Рики, пока старший, оставляет засосы на его шее.       Сонхун останавливает свои действия и поднимает голову, чтобы посмотреть младшему в глаза.       — Чего ты хочешь, малыш?       Рики решает, что да, он будет маленьким засранцем. Обычно он не такой, но с Сонхуном перед ним всегда открывается такая возможность.       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, но если ты не хочешь, я уверен, что тот новичок, будет более чем готов. Да и Сону, скорее всего, тоже будет очень рад, — ухмыляется Рики, с удовольствием наблюдая, как темнеют глаза Сонхуна с каждым его словом.       Сонхун издаёт то, что можно описать только как низкий рык, прежде чем сплюнуть на свою руку и засунуть её в шорты Рики, высвобождая член младшего из плена. Он не может удержаться от того, чтобы рассмотреть его внимательнее: ни большой, но и не маленький, но всё же приличной длины и толщины, набухшая и покрасневшая головка, которая истекает естественной смазкой. Она течет по всей длине, практически сверкая в руке Сонхуна.       Рики громко скулит от того, что Сонхун наконец-то прикасается к нему так, как он этого желал в своих фантазиях. Подросток не может удержаться от того, чтобы не двинуться бедрами в руку старшего.       — Такая маленькая шлюшка, Рики-ши. Я уверен, что ты можешь пойти и попросить их, но как ты думаешь, любой из них доставит тебе такое же удовольствие, как я? — Сонхун рычит, мастурбируя член Рики в умеренном темпе, и его слюна, и количество вытекающей смазки младшего делают скольжение более плавным.       — Слюна даже не понадобилась бы, потому что ты течешь, как девчонка, — Сонхун говорит медленно, слова только заводят Рики ещё больше. Удовольствие накрывает его с новой силой и он подается вперед, целуя и кусая шею Сонхуна, оставляя все следы, какие только может.       — Х-хён! — Рики практически кричит, когда старший ускоряется.       — Это не мое имя, принцесса, с тобой, такой мокрой ты можешь быть и девочкой, ты уже кричишь как девчонка. Моя сладкая маленькая развратная принцесса. Ты должна называть меня оппа, — умиляется Пак. Его голос такой глубокий и страстный, что у Рики сводит живот от возбуждения. Он никогда не думал, что ему это понравится, но ради Сонхуна он готов на всё.       Рики будет шлюхой для Сонхуна и только для него.       — Боже, ты, блядь, хуже всех, — возмущается Рики, когда Сонхун проводит рукой от основания по всей длине, а его большой палец периодически играет с головкой. От таких манипуляций и возбуждения, член младшего выделяет всё больше естественной смазки.       — Если я хуже всех, я могу легко остановиться прямо сейчас и позволить тебе кончить самому, — Сонхун приподнимает бровь, останавливая свои движения.       — Н-нет, блядь, ты не остановишься, — скулит Рики, снова толкаясь в руку старшего.       — Тогда будь для меня хорошей маленькой принцессой и произнеси моё имя Рики-я, — ухмыляется он.       Рики очень, очень хочет, чтобы Сонхун дал ему кончить. Тугой узел в его животе слишком сильно затянулся, и он безумно возбужден.       — О-оппа…       — Что-что? Я не расслышал, — теперь Сонхун просто издевается над подростком.       — Оппа, пожалуйста! Дай мне кончить, — умоляет Рики, понимая, что говорит как самая настоящая шлюха, но в данный момент ему просто всё равно. Он так сильно хочет Сонхуна, и ему просто необходимо, чтобы тот довёл его до разрядки.       — Ну, раз ты так хорошо просишь, — наконец сдается старший. Ему не хочется слишком сильно мучить Рики (он прибережет это на случай, когда они останутся наедине, может быть прижмет его к кровати и из раза в раз будет почти доводить его до оргазма, пока тот не начнет плакать и умолять, чтобы он позволил ему кончить), и он действительно хочет услышать больше сексуальных, порнографических стонов, которые срываются с губ Рики.       Сонхун снова начинает водить рукой по члену, увеличивая темп, что вызывает у подростка пронзительные визги, стоны и хныканье, при каждом из которых член старшего дергается и становится ещё тверже.       Даже в помутнении рассудка Рики понимает, что эрекция Сонхуна упирается в переднюю часть его серых шорт. Он подносит неповрежденную руку ко рту и сплевывает на неё, а затем направляет её в штаны Сонхуна и вытаскивает член наружу. Глаза японца лезут на лоб от удивления.       Член старшего длинный и очень толстый. В голове сразу мелькает мысль о том, как хорошо бы почувствовать его внутри себя, и что член Сонхуна, скорее всего, полностью перестроит его внутренности или горло. Но ему чертовски нравится эта мысль.       — Ты такой большой, оппа, — младший говорит почти с благоговением, размазывая слюну и естественную смазку по всей длине, начиная дрочить старшему. Сонхун громко стонет, его хватка вокруг члена Рики становится крепче, заставляя младшего стонать всё громче.       — Я уверен, что большой член оппы будет так хорошо чувствовать себя в твоей крошечной дырочке, я не могу дождаться, чтобы трахнуть тебя. Я буду трахать тебя, пока у тебя из глаз не полетят искры, заставлю тебя кричать ещё больше, — бормочет Пак, пока японец доставляет ему небывалое удовольствие. Он определенно не сможет вернуться к своей собственной руке после этого, особенно учитывая то, что Рики полностью принадлежит ему.       Мысль о том, что он может быть внутри японца, только ещё больше распаляет в нем огонь возбуждения. Сонхун никогда не был так близко к достижению оргазма, особенно так быстро. Он уверен, что Рики тоже, если учесть, как он извивается, громко хнычет и стонет у него на коленях.       — О-очень х-хочу. Хочу, чтобы ты трахнул меня так, что я не смогу ходить на следующий день, — бездумно бормочет Рики, находясь в эйфории от удовольствия, доставляемого Сонхуном. Он чувствует себя таким ужасно возбужденным, хотя старший даже не внутри него.       Пак ускоряет темп, поглаживая чувствительную головку члена, и тихо стонет, когда младший продолжает дрочить и ему. Они оба полностью потерялись в ощущениях, и младший почти кричит, когда Сонхун быстрее двигает рукой. Внутри него начинают зарождаться признаки приближающегося оргазма.       — Х-хён! Блядь, я сейчас кончу, кончу, — Рики скулит и бездумно лепечет, извиваясь на коленях старшего. От удовольствия он запрокидывает голову назад, впиваясь ногтями в грудь Сонхуна, и ни он, ни старший не замечают, в какой момент пальцы младшего проскальзывают под его рубашку.       — Нет, пока ты не скажешь как меня зовут, Рики. Скажи как меня зовут, и тогда ты сможешь кончать, сколько захочешь, принцесса, — зловеще ухмыляется Сонхун, целенаправленно убирая руку с члена Рики.       — Н-нет, не делай этого, позволь мне кончить, пожалуйста, — Рики умоляет, но хотя он и упрям, Пак намного хуже. Он не сдастся, пока младший не скажет ему то, что он хочет услышать.       — Оппа, пожалуйста, дай мне кончить. Пожалуйста, просто дай мне кончить, — умоляет младший, по его щекам катятся слезы. Сонхун чувствует, как пульсирует его член, когда Рики так отчаянно умоляет его просто от того, что он не дает ему кончить.       — Хороший мальчик.       Сонхун удовлетворен его ответом и снова обхватывает член младшего рукой, начиная двигать ей ещё быстрее. Рики всё это время продолжает водить рукой по члену старшего, и тот понимает, что японец ни на секунду не прекращал свои действия.       Всего через несколько секунд Рики кончает. Он кончает сильно, с громким криком, который, должно быть, эхом разнёсся по общежитию. Белая жидкость брызгает из его пульсирующего члена, пачкая его и Сонхуна. Его рука крепко обхватывает член старшего, давление и теснота ещё больше возбуждают, и старший толкается в руку младшего, раз, два, три раза — и с громким стоном кончает прямо в руку подростка.       Рики утыкается лицом в грудь Сонхуна, полностью изнеможенный от столь сильного оргазма, затем поднимает руку и целенаправленно смотрит на старшего, слизывая сперму, невинно улыбаясь ему.       Сонхун чувствует, как его член дергается, от вида такого Рики, прежде чем он подтягивает его к себе для поцелуя. Он проникает в рот младшего языком, пробуя себя на вкус на языке подростка. Он стонет от мысли о том, что ощущает собственный вкус на языке Рики.       — Не думал, что ты ведешь себя как милая маленькая шлюшка, Рики, — Сонхун ухмыляется, отстраняясь от младшего.       Рики хихикает на это, упираясь руками в грудь старшего: — Только для тебя, Сонхун-хён, или лучше сказать… оппа.       — Слышать, как ты называешь меня так, чертовски возбуждает. Мне сразу же хочется взять тебя прямо здесь и сейчас, — говорит Сонхун, его голос становится глубже и он соблазнительно смотрит на Рики.       — Разве ты не сказал, что собираешься трахнуть меня? — спрашивает Рики.       — Но ты уже такой громкий, малыш. Думаю, я хочу услышать тебя, когда буду внутри тебя, когда остальных не будет в общежитии. Я хочу, чтобы эти милые маленькие звуки были только для моих ушей, — ухмыляется Сонхун.       Рики смущается от этих слов, но потом краснеет ещё сильнее от осознания, что остальные, должно быть, слышали их.       — О боже! Хёны, должно быть, слышали нас. Они же отымеют нас во всех смыслах! — фыркает Рики.       — Я сделал бы это сам, детка, но не сегодня. Ты уже выглядишь слишком уставшим. — Сонхун усмехается.       — Ты самый худший, я тебя ненавижу, — Рики хнычет, ударяя Сонхуна в грудь.       — Это не то, что ты говорил раньше, — отвечает старший.       Он поднимает Рики с кровати и поспешно выходит из комнаты. Он идет вместе с ним по коридору в ванную, так, чтобы их никто не заметил. В конце концов, они неплохо так испачкались, после своих «интересных» занятий.

***

      Сонхун включает кран и теплая вода наполняет ванну. Он знает, что Рики обожает принимать ванну, но у него редко выпадает такая возможность из-за их суматошного графика. Принять душ всегда намного проще. Пак, однако, собирается побаловать младшего как можно лучше. Рики заслуживает этого в любом случае. Он заслуживает всего самого лучшего.       Они оба раздеваются, и Сонхун бросает одежду в корзину для белья, а затем поднимает Рики в ванну, перед этим немного полюбовавшись его телом. Японец садится между ног старшего и прислоняется к его широкой груди, после чего кладет голову ему на плечо. Он немного играет с пузырьками, сладкие запахи лаванды и ванили наполняют его нос и заставляют полностью расслабиться. Нишимура действительно в скором времени может привыкнуть к этому, чувствовать теплую кожу Сонхуна на своей и разделять такую близость со старшим.       Это похоже на настоящую любовь.       Рики хочет, чтобы это вошло для них в привычку, не каждый день, но когда у них будет свободное время и возможность. Он хочет, чтобы когда-нибудь у них с Сонхуном был свой дом и огромная ванна с ароматическими свечами. Тогда, они смогут вот так прижиматься телами к друг другу и просто наслаждаться временем, проведенным вместе. Сонхун — действительно всё, что ему нужно. Он не знает, как старший может думать иначе.       — О чем ты думаешь, любовь моя? — спрашивает Сонхун, слегка поглаживая рукой талию Рики.       — О нас, — честно отвечает младший, — Я думаю о том, что мне хотелось, чтобы у нас была своя квартира с огромной ванной, в которой мы могли бы поставить свечи и принимать ванну вместе, когда сможем, только мы вдвоем.       — Я только за, но ты думаешь, что в ней должны быть гидромассажеры? Может быть, как в джакузи? — спрашивает он, и сердце Рики пропускает удар от этого предложения.       — Да, я думаю нам стоит остановится на джакузи, — соглашается Рики.              — Я не хочу огромный дом, просто хорошее место, может быть, три спальни и две ванные комнаты? Хорошая гостиная и столовая для того, чтобы наши любимые друзья могли приходить в гости, и просто огромная ванная комната. Чтобы в ней была большая ванная и душ, в который легко бы поместились два человека, — размышляет Сонхун.       Рики может себе это представить, это звучит как его самая заветная мечта. Он улыбается, кладя одну свою руку поверх руки Сонхуна.       — Да, и большой двор для домашних животных. Я определенно хочу собаку и кошку тоже, я люблю кошек.              — Звучит идеально, — соглашается Сонхун, и так оно и есть, когда он с Рики, всё идеально.       — Я люблю тебя, Нишимура Рики, — говорит он, как будто это последний раз в его жизни. Это далеко не так, но он хочет, чтобы Рики всегда знал об этом.       — Я тоже люблю тебя, Пак Сонхун, — сердце Рики трепещет, и он ещё больше прижимается к своему любимому.       Я люблю тебя.       Эти слова висят в воздухе между ними, ощущаемые каждой фиброй их души.       Они любят друг друга, и это прекрасно.