История болезни?

Ассистент не получал никакой радости или удовлетворения от нахождения в Снежной, а в лаборатории Фатуи и подавно. Всё вокруг приелось и вызывало усталую агрессию. Еда была пресной и после принятия пищи появлялось нежелание жить. "Я искренне не понимаю, как можно настолько сильно испортить грибы..." - - задавался вопросом Тигнари, протолкнув в себя последнюю ложку. Ко всему прочему, вместе с неприятно выглядящими блюдами, ему выдавали неизвестные пилюли, которые представляли из себя витамины и не принимать их было нельзя. Ассистент спустя пару приёмов этих лекарств четко понял, что в его пичкают психотропными веществами, и, спустя пару скандалов, приносить их перестали. Вдруг парень осознал, что Дотторе так ничего ему и не рассказал о состоянии здоровья больного. Ученый лишь заваливал его грудой заданий и бумажной волокитой и уходил. С того дня они не разговаривали, и бывший дозорный испытывал смесь из злобы и разочарования. Парень стоял перед злополучным изолятором и наблюдал за очередными жертвами, молча ведя записи. Вдруг в дверь кто-то постучался, и ассистент вяло ответил: - Входите... - Добрый вечер, Тигнари, - поздоровался Доктор, войдя внутрь. - Как проходит моё исследование? - Пациенты жалуются на чесотку и скручивающую боль, - сухо ответил парень и стал стучать ручкой по стеклу, указывая так на каждого. - Один из испытуемых испытал эпилептический припадок, ещё вот эти двое потеряли сознание. - Понятно, очень интересно, - Предвестник уже стоял позади Тигнари и буквально дышал ему в спину. - Справляетесь? Не устали за последнее время? - Это не относится к теме исследования. - Вы ошибаетесь, мой дорогой ассистент: ваше состояние напрямую влияет на работоспособность. Поэтому не пытайтесь в моих глазах выглядеть лучше, чем это есть на самом деле. - ... - Я положу на ваш стол документы. Разберите их и сделайте краткую сводку. Тигнари краем уха услышал отдаляющиеся шаги, шлепок бумаг об столешницу и грохот закрывшейся двери. Спустя несколько минут пришло несколько санитаров, которые забрали с собой всех жертв эксперимента в неизвестном направлении. Ассистент не сопротивлялся и просто наблюдал. Когда всё утихло, он сел за документы и приступил к их сортировке и тщательному анализу. Для него всё это казалось макулатурой и мешаниной из букв и знаков: он находил какие-то ключевые слова или символы и по ним рассортировывал все репорты. Но, присмотревшись внимательнее, парень осознал, что нашел... Кое-что. Молодой ученый стал судорожно перебирать страницы своими дрожащими пальцами, глаза бегали туда-сюда и как будто сканировали строчку за строчкой. Этот почерк, этот язык, эти термины - всё это внезапно стало для него ясным как день. Таким образом, Тигнари сделал вывод, что за всё время, что находился в подвальной лаборатории, ему удалось более-менее подучить местный тейватский. Когда ассистент закончил с прочтением, то в голове будто бы прояснилось. Наконец-то, Тигнари узнал всю правду о болезни Сайно: простыми словами, во время задания генерала Махаматру ранили ядом животного из Натлана, которое по действию напоминает укусы гончих разрыва, которые оказывают на организм эффект разложения. Правда, эффект сказывается на организме значительно хуже, из-за чего лечение должно быть оказано соответствующее. Тело раненого разлагается изнутри и без должного лечения или длительного игнорирования симптомов, происходит летальный исход. В этот момент ассистент осознал, насколько сильно знания Академии уступают технологиям Снежной. Однако, судя по тексту, это был далеко не конец истории болезни, потому что последняя страница обрывалась на полуслове. В любом случае, его немного утешило, что ему стала известна истинная первопричина заболевания. "Действительно было странно наблюдать, что от пары царапин Сайно так резко стал увядать прямо на глазах," - он уже хотел было подготовить слова благодарности в адрес Предвестника, но в дверь постучались. Это был Дотторе. Поверх его повседневной одежды был накинут чистый и выглаженный халат, пока форма Тигнари оставляла желать лучшего: она вся была в пятнах, дырках, потертостях. Если ассистент выглядел как каторжник, то Предвестник Фатуи приходил на работу как на светскую вечеринку. Чувство благодарности смешалось с непониманием. Парень окинул взглядом Доктора и хотел что-либо сказать, но слова никак не подбирались. Низкий и вкрадчивый голос прервал тишину: - Тигнари, вы уже закончили со своей работой? В этот раз я решил проявить милосердие и оставить вас наедине с собой. - Да, Доктор, - потупил взор подчинённый и протянул стопку. - Хм, это не должно было попасть сюда... - задумчиво произнес Предвестник, обнаружив историю болезни. - ... - Прочел, не так ли? Пытливый ум настоящего учёного воистину никогда и ничем не сломить, коллега. - А что насчет..? - Остались завершающие штрихи, мой дорогой ассистент. Продолжай в том же духе, и результат вас не разочарует, - уверяюще заявил Дотторе, не спеша покидая помещение лаборатории. - И вы не разочаруйте меня. *** Всё, что оставалось делать Тигнари - ориентироваться на звуки. Его уши дергались от каждого колебания, шага, шороха. Он понял, что его вывели из исследовательской комнаты и ведут по коридорам. Ему было непонятно, зачем его глаза были завязаны, однако он отчетливо слышал, как Дотторе идёт подле него. За всё время нахождения он выучил его походку, и по цоканью обувь определить, что это именно Предвестник. Парень стал ощущать, как его голова идёт кругом от какофонии, воспринимаемой его чувствительным слухом. Сколько им ещё идти? Куда именно его ведут? В сердце закрадывались самые страшные подозрения: он станет новым подопытным кроликом в удушающих руках Дотторе. Тигнари стало тревожно, сердце колотилось и было готово разорваться в любую секунду, дыхание участилось, руки стало потряхивать, а облезлый хвост прижался к телу. Внезапно он ощутил, как его плеча коснулась чья-то рука. "Давай немного постоим, мой дорогой ассистент," - предложил учёный. - "Думаю, вам стоит перевести дух, прежде чем я провожу вас в место, куда мы направляемся." Этот голос Тигнари узнает из тысячи, и именно сейчас его психика предательски успокаивалась от слов человека, что держал его взаперти в отвратительных условиях, что кормил обещаниями о воссоединении с другом, что принуждал работать за десятерых и совершать аморальные эксперименты. Его показная забота лишь вызывала досаду, разжигала огонь презрения, но в этой ситуации всё было иначе: мандраж понемногу начал спадать, дыхание и пульс стабилизировались, и ассистент на руках показал, что готов идти дальше. Темп шагов возобновился, и Тигнари послушно шел туда, куда его ведут. Пройдя примерно несколько десятков метров, кто-то остановил Тигнари и попросил ждать. Парень услышал, как открывается огромная и тяжелая железная дверь. Легким толчком его подтолкнули вперед, и он продолжил свой шаг, реагируя на голос Дотторе. На просьбу остановиться, ассистент ровно встал и ожидал, что же его ждёт. Чьи-то пальцы небрежно сняли с него повязку, болезненно задевая волосы, от чего бывший дозорный недовольно цыкнул и зажмурился. Когда кусок ткани был снят, он ещё какое-то время привыкал к свету, параллельно слышав, как все сопровождающие удаляются из просторного помещения, сопровождая это гулким эхом чьих-то передвижений. Спустя минуту Тигнари уже привык к могильному освещению, которое обычно бывает в заброшенных больницах и моргах. В голове возникли неприятные воспоминания из прошлого, и реакция тела не заставила себя долго ждать: хвост нервно зашевелился. Где-то чуть поодаль от него стоял Доктор и будто бы ждал, когда ассистент начнет говорить. - Где мы сейчас? - непонимающе спросил Тигнари. - Мы находимся в одном из отделений моей лаборатории. Простите, что пришлось идти так долго из-за неисправностей некоторых пролётов, но думаю, что ваш путь того стоил. - Что вы хотите сказать этим, Доктор? - Возвращаю тебе твоего друга, - пафосно воскликнул предвестник. После этих слов из темноты появился силуэт Сайно: голова, руки, туловище, тело... Что-то не так было с телом. Тигнари сначала обрадовался, но потом внимательно стал вглядываться, в чем же было дело. Почему его друг странно двигается? - Тело Сайно необычайно крепкое и сильное, но яд распространился слишком глубоко. Пострадали не только внутренние органы, но и некоторые его конечности и отделы мозга. Мной были предприняты попытки восстановить клетки тела после апоптоза, но, в его случае, попытки были безуспешны. С твоего позволения, я решил иначе разрешить эту ситуацию и улучшил его тело. Как и обещал, я поставил Сайно на ноги. Слова Дотторе звучали как будто Тигнари был под водой: где-то фоном он слышал обрывки фраз, но всё его внимание было приковано к своему товарищу. Ассистента пробирали дрожь и холодный пот, а губы дрожали. Перед ним был уже совсем не Сайно... Некто другой... Взгляд Тигнари фокусировался на струпьях, сочащейся сукровице, запекшейся крови, небрежных соединениях плоти и чего-то мягкого вперемешку металлом. В глазах этого нечто отражалась лишь пустота. Сквозь толщу воды парень услышал, как Предвестник о чем-то просит Сайно, и тот начинает двигаться. Движения дерганые, оборванные. Казалось, что эта конструкция вот-вот развалится у них на глазах. Нет, парень не хотел, чтобы это подходило к нему. Он хотел, чтобы всё было совсем иначе Тело приблизилось к Тигнари и открыло рот, но вместо слов потекла тёмная и вязкая жидкость. Всё кончено. Это конец. Тигнари рухнул на колени, и его лицо замерло в немом крике. На фоне слышались редкие хлопки в ладоши.