The Land of Rest

Прошла вечность. Иани посмотрел в зеркало и с удивлением увидел белые волосы, длинное, стройное тело, золотые глаза, серебряные веснушки. — Эалдор? — спросил он. Великий положил руку на плечо Иани. — Да, дорогой? — Почему мое отражение кажется мне странным? — Ты все еще забываешь, — сказал мягко и серьезно Эалдор. — Такие вещи со временем проходят. — Что забываешь? — спросил Иани, чувствуя ладонь, лежащую на его плече. — Забываешь ту боль, которая привела тебя сюда, — сказал Эалдор. — Помнишь истории, которые мы рассказываем всем малышам, о мире, полном боли? — Да, — пробормотал Иани. — Ты спас нас из этого мира. — Да. Странность, которую ты чувствуешь, осталась из за того места. — Рука Эальдора сжала плечо Иани... Время пошло на убыль. ...и Иани, забыв о своих заботах, пошел за Эалдором по длинным, освещенным солнцем залам, по темным, земляным туннелям, пока они не пришли в Библиотеку. Это было самое любимое место Иани во всей Реальности. Другим больше нравились искрящиеся горячие источники, успокаивающие боль, или поля, по которым можно было бегать годами, не уставая, но для Иани погружение в глубины сокровенных знаний было чем-то большим, о чем он даже не мог мечтать. (В последнее время его сны были странными. Соломенноволосый и вороноволосый мужчины, мшистоволосая женщина, взывающие к кому-то в далекой-далекой дали.) — У нас есть для тебя новая книга, Иани, — сказал Эалдор. Иани завибрировал на месте, чувствуя себя совсем юным рядом с Великим. Так многому предстояло научиться, а Эалдор узнал очень многое из этого. Эалдор рассмеялся. — Ты так стремишься к знаниям, маленький Иани. Мы еще сделаем из тебя Великого. Иани замер. — Я... что? — спросил он, слова сыпались неуклюже кучей, он надеялся, что вкус его неловкости не будет слишком тяжелым на языке Эалдора. — Неужели ты думал, что человек не может вырасти до величия? — укорил Эалдор, в словах которого витала нежность. — Ты уже так вырос, дорогой Иани. Мы так гордимся тобой. Иани сиял лунно-серебристым светом, сияя от счастья. — Пойдем, почитаем, Иани, — сказал Эалдор, проходя в Библиотеку. Иани последовал за ним, его сияние освещало его шаги. Эалдор остановился у высокого книжного шкафа в глубине, провел длинными пальцами по корешкам, осторожно взял с полки золотую книгу и протянул ее Иани. Иани с благоговением взял книгу, сразу же погрузившись в нее. Он чувствовал эмоции, с которыми была написана книга - любовь, мудрость, уязвимую боль. Это была книга с глубиной, более глубокой, чем большинство других. Тогда он сел и начал читать. Эальдор взъерошил ему волосы и ушел; Иани едва заметил это. Книга была о том, как открыться посланиям вселенной - тема достаточно простая, но написана она была так, что это было мастерское понимание взаимоотношений человека со вселенной, со звездами. Закройте глаза и сосредоточьтесь на глубочайших стремлениях своего сердца, гласил текст. Не концентрируйтесь на тривиальном, а сосредоточьтесь на том, что вызывает у вас внутреннюю боль. Предложите эти желания Вселенной и послушайте, что она скажет в ответ. Иани закрыл глаза и возжелал. Он жаждал мудрости, силы цели, многих вещей. Ни одна из этих вещей не казалась ему тривиальной, но чего-то не хватало. Чего-то важного. Он жаждал, чтобы Эалдор вернулся, чтобы обнял его, чтобы утешил присутствием Великого. Но это не обязательно должен быть Эалдор, понял он. Ему было бы не менее приятно проводить время с самыми маленькими, бегая по полям или играя в прятки в лесах. Он жаждал общения, он жаждал семьи, и эта боль отозвалась во вселенной, а затем вернулась в виде видения. — Он пропал всего два дня назад, — говорил соломенноволосый мужчина из его сна. — Должна же быть еще надежда. Человек был одет в странную одежду, пеструю, ярких цветов, сделанную из какого-то чуждого материала, не из Реальности окружающего мира. Иани моргнул, ошеломленный, и сосредоточился на окружающей его обстановке. Позади него волны разбивались о берег моря. Значит, они были в Уухане. До Библиотеки не больше дня ходьбы. Вороноволосый мужчина хмыкнул, кутаясь в ткань. — Время в этом месте течет по-другому. Мы здесь уже почти сутки, а мой телефон показывает, что прошла одна минута. Это место имеет другую логику, не такую, как мы привыкли. Мидория и остальные могли быть заперты здесь уже много лет. Зеленоволосая женщина подавила всхлип, и Иани почувствовал прилив слез. Он не знал почему, но желание общения, семьи было почти непреодолимым по своей силе. Он хотел сопостовления, а звезды принесли ему три. Некоторое время он плакал от радости. Затем, шатаясь, он поднялся на ноги, сунул книгу в карман своей белой робы и отправился в Уухану. Время от времени он сворачивался клубочком в укромных уголках лесных корней, чтобы почитать. Ему не нужно было отдыхать, но книга настолько захватывала его, что он не мог оторваться от нее больше чем на час или два за раз. Дрейфуя к Уухане, он размышлял о расположении галактик, о глубинах мягкой тьмы между звездами. — Бывает ли вам одиноко? — спросил он у звезд на закате, отпивая из глубоких луж звездного света. — Нет, дорогой, — ответили они. — Мы есть друг у друга. — Я иду искать своих новых спутников, — сказал он им, укладываясь на мягкие мхи лесной подстилки. Звездный свет струился вокруг него густым потоком, с привкусом печали. — Мы знаем. — Почему вы грустите? — спросил он, приподнявшись в замешательстве. — Твои спутники захотят увести тебя отсюда. Мы не знаем, горевать ли нам о твоей потере. — Но как я могу оставить вас? — спросил Иани, обнимая себя обеими руками. — Я слишком сильно люблю вас. — Мы тоже любим тебя, Иани. Позволь нам немного посидеть с тобой вместе. Иани тихо напевал, мысли об одиночестве были полностью смыты глубоким присутствием звезд, прижимавших его к себе, как мать прижимает к себе новорожденного ребенка. — Спасибо, что любите меня, — сонно подумал он и провалился в сон. Дневной свет. Проснувшись в травяном убежище, он вежливо попросил землю отпустить его; она сделала это неохотно. — Спасибо, — сказал он, садясь. Земля напевала нежную колыбельную. Оставайся с нами, Иани, - пропела она. Оставайся и спи вечным сном. — Я вернусь, — пообещал Иани. Но я должен найти своих новых спутников. И он отправился в путь, читая свою книгу и лишь частично следя за дорогой, и так он чуть не врезался в Эалдора. Пискнув, он остановился. — Привет! — обрадовано сказал он и бросился в распростертые объятия Эалдора, удовлетворенно хмыкнув, когда Эалдор обнял его. Эалдор вздохнул, его грудь провалилась внутрь, а затем снова выпятилась. — Иани, ты путешествуешь? — Я видел видение о трех новых спутниках, – объяснил Иани. — Я отправляюсь на встречу с ними. — Дорогой, они хотят увести тебя в мир боли. Иани покачал головой. — Я видел, что они будут моими спутниками, они не... они не будут... — Я пришел предупредить тебя, — сказал Эалдор. — Ты можешь провозгласить их своими спутниками, но если ты не справишься, они заберут тебя в свой мир. — Как мне их забрать? — с готовностью спросила Иани. Аура Эалдора имела привкус печали. — Ты всегда рискуешь, малыш Иани. Есть три испытания. Если они пройдут все три, ты останешься с ними. Если они провалят хотя бы одно, они останутся с тобой. — Расскажи мне об испытаниях, — попросил Иани, выгибаясь в объятиях Эалдора. — Дорогой, у тебя много товарищей среди здешних малышей. Разве ты не хочешь быть с ними? — Я люблю других малышей, как и тебя, — простодушно ответил Иани. — Но я люблю и своих новых товарищей. Я не могу бросить их так же, как не могу бросить других малышей. — Мы можем потерять тебя из-за твоего сердца, — пробормотал Эалдор. — Оно всегда было слишком большим для их мира. Они не заслуживают тебя, Иани. — Я люблю их, — настаивал Иани. — Я люблю своих новых спутников, и я приведу их с собой домой. Расскажи мне об испытаниях. На макушку Иани упала капля влаги. Она имела вкус ноющей печали. — Ты можешь подойти к своим спутникам, будучи маленьким, но я не могу. Они поставили защиту от таких вещей. Это значит, что я не смогу помочь тебе, когда ты найдешь их, так что слушай внимательно, дорогой Иани. У тебя будет следующие задание. Иани шел по длинным дорогам, прислушиваясь к следам своих новых спутников. Это был предупреждающий шепот дороги, который оповещал его о незнакомцах, обидчиках, старших, с нотками беспокойства, осторожности, настороженности. Именно эта нотка осторожности заставила его скользнуть вглубь большого старого куста слева от него, как раз когда голоса обогнули угол. Он выглянул наружу, приглушив свое свечение почти до нуля, и наблюдал за приближением трех своих спутников. —...попроси о помощи, — говорил соломенноволосый. — Ничто в этом месте не причинило нам вреда. — Пока что, — ответил вороноволосый, его голос был полон подозрения. — Сотриголова, — сказала мшистоволосая, обращаясь к вороньему волосу. — Скажи мне правду. Сможем ли мы найти моего сына в этой земле, или он потерян навсегда? Ее голос оборвался на последнем слове, от ее ауры исходил такой привкус отчаяния и горя, что Иани икнул от сочувствия. Тут же его укрытие было рассекречено, вороньи волосы (Сотриголова?) обмотал ленты из металла и ткани вокруг тела Иани. Иани вежливо попросил ленты уйти. Они так и сделали, соскользнув с него, когда Сотриголова сузил светящиеся глаза. — Будь помягче, Стерка, — сказал соломенноволосый, подойдя к вороноволосому. — Простите. Вы не видели здесь зеленоволосого ребенка? — Здесь много малышей, — ответил Иани, позволяя своему свечению вновь вспыхнуть. — Но у всех снежные волосы. Будете ли вы моими спутниками? Что-то в этих словах огорчило его спутников. Глаза Вороноволосого сузились, аура плавала на грани чего-то грандиозного, а лицо Соломеноволосого опустилось. Руки Зеленоволосой поднялись ко рту. — Твои веснушки, — прошептала она. — Изуку. Иани сделал один маленький шаг назад, желая быть ближе к своим новым товарищам, но не в силах справиться с мучительной скорбью-надеждой, исходящей от зеленоволосой. Великие были правы: старшие приносили с собой боль, и трудно было стоять в ее присутствии. Соломенноволосый издал удушливый звук, а тело вороневолосового замерло. Иани смело шагнул вперед, пытаясь справиться сразу с тремя аурами боли. — Я – Иани, — сказал он, понимая, что невежливо проситься в спутники, не зная друг друга. — Как вас зовут? Почему-то это только усилило ауры. Иани, задыхаясь от поглощающей боли, бежал, моля землю о скорости. Она дала ему ее, и с радостью. — Стой! — крикнул соломенноволосый, отчаяние пронзило Иани до самого сердца. Иани остановился, повернулся и увидел, что соломенноволосый протягивает к нему длинную руку. — Не уходи, — кричал соломенноволосый, голос его срывался. — Не уходи, Из.. Иани. Иани сделал осторожный шаг назад, к троим, и... надежда. Эти трое излучали такую отчаянную надежду, что отвернуться было невозможно. Он крался к ним, осторожно ступая шаг за шагом. Если он будет делать это достаточно медленно, то, по его мнению, сможет справиться с аурами. Так же медленно приближался соломенноволосый. Они встретились на небольшой поляне среди деревьев, солнечный свет струйками падал на них двоих. Все так же медленно, соломенноволосый опустился на колени и взял Иани за руки. — Иани. Ты вернешься с нами? Иани почти отпрянул назад - почти. Он не хотел пугать своего нового спутника. — Пойдем со мной, — сказал он вместо этого. — Это место свободно от боли вашего мира. Это земля отдыха. Он проскользнул сквозь защиту ауры человека и глубоко погрузился в душу, полную таких ноющих ран, что Иани заплакал от сочувствия. — Ты пережил много боли, — сказал он. — А ведь когда-то ты был маленьким. Пойдем со мной и исцелимся. Лицо Соломенноволосого напряглось и его аура запульсировала от горя. — Хватит, — сказала зеленоволосая и выпустила три золотых, ослепительных слова. Иани обмяк под тяжестью "одинокий маленький Деку, пишущий в своей тетрадке", - насмехался знакомый голос... ...его учителя средней школы. — Мне жаль, Мидория, но вы просто не можете с вашими данным надеяться профессионально конкурировать с кем-то вроде Бакуго, потому что... ... Мечтать не вредно, но нужно учитывать реальность.... И так далее, и так далее, целая жизнь печали. Он цеплялся за соломенноволосого под их натиском. Вкус его отчаяния и их надежды смешался, головокружительно сильный, так что его чуть не стошнило. — Изуку, — выдохнул соломенноволосый, выдохнул Всемогущий. — Ты вернешься с нами? — Нет, — прохрипел Иани, и все его спутники замерли. — Нет. Зачем мне возвращаться в этот мир боли? —Нет, — прошептал соломенноволосый, его отчаяние горчило на языке Иани. — Нет, Изуку, мальчик мой... — Меня зовут Иани! — закричал он, страдающий и сломленный. —Не называй меня Изуку! — Ничего не вышло, — сказал Всемогущий, потяжелев от горя. — Нет, — сказал Айзава, боль сквозила в его голосе. — Получилось. Он просто не хочет возвращаться. В агонии воспоминаний Иани цеплялся за свою задачу, за цель своего прихода. — Я вернусь с вами, — сказал он. — Если вы выполните три задания. Если вы не справитесь, то останитесь здесь, со мной. Он закрыл глаза. Сколько раз он мечтал оказаться где угодно, только не там, где он был? И вот он здесь, в безопасности и счастье, а эти люди осмеливаются пытаться отнять его у него. Он почувствовал вкус собственной ярости. Она была мимолетной - Иани не был склонен к гневу, - но ее интенсивность потрясала. — Это мой дом, — сказал он, голос дрожал от всего этого. — У меня нет желания идти в вашу страну боли. Я хочу, чтобы вы остались здесь, со мной. Теперь ему меньше хотелось присутствия своих спутников, но он сказал Эалдору, что вернётся домой с ними и намеревался сдержать свое слово. — Каковы условия испытаний? — спросил вороноволосый.