Башня Слоновой Кости

      Лондон сильно отличался от того, каким его запомнил Гарри Поттер. Особенно его магловская часть в которой и находилась квартира. За долгую жизнь Гарри видел как изменялся район за районом, но в памяти остался тот вариант, который он посещал чаще всего. Вариант, где рамки магического и немагического размылись, драже с любым вкусом продаются в обычных магазинах, а шоколадные лягушки забавно прыгают в конфетных автоматах на потеху детворе. Места для аппарации в Лондонском метро, и совместные патрули авроров и полицейских. Разумеется, и министерство стало единым, где управление магического законодательства было просто ещё одним подразделением, а Башня Слоновой Кости стала учреждением, которое в магловском мире можно было сравнить с университетами. Разница была только в том, что обучаться в Башне мог любой, а вступить только тот, кто принесёт соответствующую клятву.       — В чём дело, Гарри? - заметив неуверенность ребёнка, только по внешнему виду, поинтересовалась декан Гриффиндора.       — Пытаюсь привыкнуть к старому Лондону, - не стал скрывать он.       — Но это как раз новые магловские районы, - поправила мальчика женщина. Она сняла свою остроконечную шляпу, оставшись в строгом платье с зелёными элементами, которое часто носила в Хогвартсе. Сновавшие туда сюда люди иногда бросали заинтересованные взгляды, но не позволяли себе откровенно глазеть.       — Не для меня, - улыбнулся Гарри. Было в этой улыбке, что-то грустное. Ностальгия, скорбь, разочарование и ещё, что-то, чего Минерва не смогла понять.       Войдя в фое вестибюля, где обычно находился консьерж, МакГонагалл огляделась в поиске знакомого лица. Дом хоть и был многоквартирным, но явно относился к богатому старому стилю Британии.       — Миссис Норрингтон, давно вас не было видно, - поздоровался мужчина, выйдя из задней комнаты.       — Здравствуйте, Альрик, - кивнула доброжелательно женщина, - десять лет прошло. Как ваше здоровье?       — Я старик, мадам, - рассмеялся мужчина. Одет он был в официальном стиле. Седые короткие волосы, пышные усы. В руке была трость, служившая скорее аксессуаром, чем средством передвижения. В левом глазу был монокль. Добавить цилиндр, и перед вами был бы состоятельный человек британии конца девятнадцатого века.       — Меня кто-нибудь искал? - вернув улыбку спросила МакГонагалл.       — Боюсь. что нет, - покачал он головой, - простите, если смешиваюсь не в своё дело, но кажется никто не проявлял интереса к вашей судьбе эти десять лет.       — Это нормально, - кивнула с улыбкой женщина, - я бы хотела взять ключ. Я не планировала посещать квартиру в этот свой приезд в Лондон, но обстоятельства вынуждают.       Оглядев женщину, Альрик присмотрелся к мальчику рядом с ней, и глаза его блеснули интересом. Однако, стоило ему дойти до шрама на лбу, как рука его немного задрожала, выпустив трость.       — Что-то не так? - поинтересовался Гарри, ответив своим собственным пристальным взглядом.       — Нет, - поспешно, с явными признаками нервности в голосе ответил мужчина, - просто вы напомнили мне кое-кого.       Такой ответ не убедил парня, и он продолжил пристально всматриваться в мужчину, от чего тот начал слегка пятиться, словно видел в глазах мальчишки обещание жестокой расправы.       — Хм, - задумался Гарри, - Альрик, не так ли? Ваше лицо тоже кажется мне смутно знакомым, но где я мог... - мальчик начал поглаживать подбородок, но остановился, словно только сейчас заметив, что у него нет бороды. Ещё раз скосив глаза на старика, он подумал ещё немного и наконец вспомнил, - Альрик Розье. Если память не подводит меня, - продолжил Гарри видя как глаза старика расширяются от ужаса, а губы затряслись в мольбе не продолжать. МакГонагалл же выглядела не менее удивлённой, чем сам Альрик.       — Прошу, не надо, я не имею к этому никакого отношения, прошу... - замямлил мужчина.       — Мис... Гарри? - взглянула на мальчика Минерва.       — Этого человека вы не найдёте в на фамильном гобелене семьи Розье, - пояснил Гарри, - но стоит сказать, что он младший брат Винды Розье, если это имя о чём-то вам говорит.       — Я ... я ничего не делал, прошу не надо! - взмолился старик, едва не падая на колени.       — Что вы хотите этим сказать? - игнорируя вопли старика, спросила МакГонагалл. Это откровение стало для неё сюрпризом.       — Он практически сквиб, - объяснил Гарри, - если быть точным, его магическая энергия находится на уровне, который позволяет ему поддерживать жизнь. Я не думаю, что он проживёт больше пары лет, - покачав головой он добавил, - его кровью и магией питались, именно поэтому он не упомянут в семейных записях. Во время первого прихода к власти, Тёмный Лорд пытался воспроизвести ритуал, обрывки которого обнаружил, и для информации допрашивал его, но память старика слишком сильно повреждена. Геллерт, как и Альбус, не любит складывать все свои секреты в одно место.       — Нет, прошу... прошу, я ничего не делал! - продолжал мямлить старик.       — Успокойтесь, Альрик, - ободряюще сказал Гарри, подойдя к старику. Взяв его руку, он заставил того посмотреть ему в глаза, - я не собираюсь ни о чём вас спрашивать. Я знаю, что вы не делали ничего плохого, успокойтесь.       — Я ничего не говорил... я не знал, не сказал... - бессвязно шептал мужчина, из его глаз начали течь слёзы.       — Скажите, Альрик, кто из Отдела Тайн спрятал вас здесь? - вежливо поинтересовался Гарри.       — Я не знаю, - закачал головой мужичок. Глаза его слегка прояснились, но это было воздействием Поттера, а его собранностью, - он только представился Хранителем, но имени не называл. Я не знаю кто он на самом деле.       — Хранитель, что же, это многое объясняет, - кивнул своим мыслям юноша, - Альрик, ваш рассудок сильно повреждён. Я помогаю вам мыслить здраво, но шокирующие встречи не принесут вам пользы. Вы понимаете меня?       — Да, мистер Поттер, понимаю, - кивнул мужчина. Ясность его рассудка достигла пика.       — Ваше магического ядро очень чувствительно, вместе с тем, оно слишком повреждено. Вам осталось не так много лет, и этот срок сократится ещё сильнее, если вы продолжите в том же духе. Всё, что я могу вам предложить, это обливейт. Вы не вспомните о нашей встрече и продержитесь немного дольше. Однако, прежде чем поступать так, я хочу, чтобы вы сами согласились. Пытаться сделать это насильно, учитывая вашу нестабильность ядра и чувствительность будет опасно. Вы понимаете меня?       — Да, - тяжело кивнул старик, - они пытали меня... вы ещё молоды, вам не понять, что значит кричать в агонии под круциатусом Тёмного Лорда...       — Напротив, - покачал головой Гарри, - я один из немногих, кто это знает. Мне довелось испытать все три непростительных от его руки.       — Вы?       Этот вопрос прозвучал сразу от двоих людей, но в случае Минервы, она понимала, что это не место для подробностей. Впрочем, что она ясно понимала, так это то, что обливейт придётся делать ей. Поттер младший сейчас явно был не в том физическом и магическом состоянии, чтобы сотворить такое точное заклинание.       — Да, Альрик, - кивнул Гарри, - но перед этим. Вы точно не помните подробности ритуала? - увидев испуг на лице, Гарри поспешно продолжил, - меня не интересует ритуал, мне важно знать хранится ли он в вашей памяти.       — Я... я мало что помню, - признался наконец мужчина, - но если вы мне поможете, то я смогу вспомнить... мне так кажется.       — В этом нет необходимости, - покачал головой мальчик, - вы должны знать, что это знание защищено специальными чарами памяти. Они сводили вас с ума все эти годы. Если обливейт затронет вашу память о ритуале, то вы выиграете год или два.       — Вы уверена, что... - старик колебался, слова давались ему с трудом, - уверены, что не хотите знать?       — У меня нет родственников, которых можно было бы использовать подобным образом, тем более у меня нет желания пользоваться этим методом. Есть куда более простые и гуманные возможности, - рассмеялся мальчик.       — Вот как... - прошептал Альрик, - мистер Поттер, семья Розье практически уничтожена. Сначала Грин-де-Вальд, потом Тёмный Лорд. Вскоре от неё ничего не останется. Я добровольно даюю вам свою кровь. За ту спокойную старость, что вы мне подарили, я готов передать вам то немногое, что всё ещё хранится в родовом замке нашей семьи...       — Я полагаю, что речь идёт о старом замке во Франции? - уточнил Поттер. Получив кивок, он пояснил, - крови Певереллов более чем достаточно, чтобы войти в ваше родовое имение.       — Пе...певерелл? - в голосе старика было глубочайшее уважение граничащее с почитанием.       — Не обольщайтесь, - покачал головой Гарри, - в Тёмном Лорде этой крови не меньше, чем во мне. Мы оба происходим из древней линии Певереллов.       — Вот как, - кивнул старик с какой-то обречённостью.       — Минерва, не могли бы вы, - отойдя от старика попросил Гарри.       С кивком, женщина подошла, лёгким движением руки достав палочку. Несколько лёгких взмахов, и на лице старика показалось замешательство. Ему требовалось несколько секунд, чтобы понять почему он сидит на полу. Гарри с женщиной к тому моменту уже скрылись в лифте. Было решено, что простой алохоморы будет более чем достаточно для открытия магловского замка.       Квартира, как и боялась волшебница, встретила её слоем пыли, несколькими письмами на полу, отправленными более пяти лет назад и касавшимися оплаты коммунальных услуг. Тем не менее, мебель, некоторая одежда и набор спального белья был на месте.       — Располагайтесь, Гарри, - указав в сторону гостиной, произнесла Минерва.       — Одну минуту, - улыбнулся Гарри. Надкусив кончик указательного пальца, он вывел какой-то кровавый узор на ладони, - Лорд Певерелл ищет свободного домовика, готового принести родовую вассальную клятву!       — Вы уверены? - спросила МакГонагалл, понимая, что домовик станет новой нагрузкой для мальчика.       — Реджи готов присягнуть роду Певерелл, мой лорд! - писклявый голос с хлопком появился прямо перед мальчиком. Со стороны они не сильно отличались ростом, что выглядело забавно.       — Какого ты поколения? - заинтересовался Поттер.       — Реджи является молодым эльфом из поколения Хогвартской общины, молодой Лорд, - поклонился эльф, - но Реджи не нашлось места в Хогвартсе, поэтому он не имеет хозяина.       — Дамблдор отказал тебе? - удивился Поттер.       — Да, молодой Лорд, - Реджи сказал великому чародею, что хочет быть личным эльфом кого-то из работников замка, но чародей отказал, сказав, что все эльфы подчиняются Директору Хогвартса.       — Что в твоём понимании личный эльф? - задал следующий вопрос Гарри.       — Я буду выполнять приказания только своего хозяина и его избранницы. Даже отпрыски господина не в праве требовать чего-то от Реджи!       — Значит ли это, что ты ставишь себя выше наследников рода? - со смехом спросил Гарри.       — Да, молодой Лорд, Реджи ставит себя выше наследников своего господина, потому что Реджи добровольно отдаст свою жизнь и магию во имя господина не требуя приказа и не провоцируя клятву!       — И что же ты сделаешь, если я передам тебя другому человеку? Скажем... наследнику своего рода? - продолжил спрашивать парень.       — Реджи откажется от всех таин прошлого господина. Он не станет хранить ни верности, ни соблюдать старых повелений, рассказав новому мастеру всё, что тот пожелает узнать. И даже если новый хозяин пожелает убить старого мастера, Реджи поможет ему в этом.       — Ты осмелишься напасть на мага? - удивился Гарри, - осмелишься убить волшебника? Осмелишься атаковать меня? - улыбнулся Поттер, наполнив своё тело энергией своей души.       — Реджи приветствует Основателя! Реджи не посмеет напасть на основателя, молодой Лорд! - упав на землю, молодой эльф глубоко склонился, не позволяя себе поднять головы.        — Реджи, я готов взять тебя на службу, но ты должен знать, что я не сделаю тебя личным эльфом.       — Реджи просит прощения за свою дерзость, молодой Лорд, Реджи почтёт за честь стать слугой Основателя. Реджи не потребует иных привилегий. Реджи просто не хотел служить рядовому волшебнику, сер! Служить роду Основателя уже привилегия.       — Ты ведь знаешь, что клятва основателю отличается. Твои предки поклялись Основателям Хогвартса, и каждый эльф вашей общины должен быть принят на службу в замок. И только если его не примут, он может освободиться и найти другого хозяина.       — Реджи знает, Реджи принесёт клятву покорности жизни, молодой Лорд! - начал раскланиваться эльф.       — Тебе придётся служить двум Основателям, - покачал головой Гарри, - поэтому ты не сможешь жертвовать жизнью.       — Может ли Реджи спросить?       — Второй Основатель является моей супругой по клятве и перед магией, - тут же пояснил Гарри, - но наши отношения на данный момент далеки от идеальных.       — Реджи из Хогвартских казематов, своей магией и жизнь клянётся, что кровь его и магия вечно будут служить семье Основателя! Клянётся, что исполнит любой приказ, если он не несёт вреда его хозяину! Клянётся, что не опозорит род и не позволит врагам рода быть пойманным живым! Если Домой Эльф Реджи нарушит любую из своих клятв, пусть магия его и потомков вернётся к главе рода, кости обратятся магической пылью, а кровь вольётся в алтарь!       Прихожая сотряслась от беззвучного грома, знаменуя, что клятва была услышана и принята. Впрочем, ответной клятвы со стороны Гарри не последовало. Причиной тому был его статус Основателя. Любые клятвы, которые он мог бы принести не несли силы, так как магические законы уже не могли сковать его, а значит и покарать за нарушение не могли. Для домового эльфа это было сродни рабству. Рабству ещё более ужасному, чем то, в котором они обычно прибывали, ведь Хозяин совершенно не давал никаких обещаний. Он мог сделать со своим рабом всё, что пожелает, даже лишив подпитки от рода, и магия никак не покарала бы его. Но риски были оправданы тем, что мана, которую эльф получил бы от такого хозяина была в разы лучше любой другой. Именно по этой причине, давным-давно эльфы и присягнули Хогвартской четвёрке.       — Реджи, будь так добр, прибери эту квартиру. У тебя пока нет подчинённых эльфов, а мне нужно поговорить с мадам МакГонагалл. Хотелось бы, чтобы не пришлось прерываться на чихания из-за пыли.       — Реджи всё понимает, хозяин, - поклонился эльф, - Реджи чувствует силу хозяина и всё понимает. Хозяин может не волноваться, недостойный Реджи всё исполнит, - ещё раз поклонившись, эльф растворился с характерным хлопком.       — Он не выглядел надёжным, - прокомментировала поведение домовика волшебница.       — Он был честен, - парировал Гарри, - при выборе домовика, честность ценнее умелости. У него будет время научиться. Он честно признался, что предал бы меня, если бы я передал его другому члену семьи. Это значит, что он предъявляет высокие требования и ожидания к своему хозяину, но отвечает ему искренностью. Это гораздо лучше, чем однажды обнаружить, что домовик подсыпал яд в пищу, потому что ему приказал один из членов семьи...       — Реджи будет предан хозяину до конца жизни, - тут же послышался ответ. Домовик появился подле Гарри с низким поклоном, - молодой хозяин может пройти в гостинную. Реджи всё прибрал, хозяин.       — Спасибо, Реджи, - поблагодарил Гарри, - теперь, отправляйся и отыщи мою супругу. ты должен чувствовать связь с ней через узы. Постарайся не шокировать её родителей, они не привыкли к тому, что домовики шастают по их дому. Дождись пока Гермиона останется одна и объясни ей ситуацию. И не обращай внимания на её попытки тебя освободить. Пока я жив, только одежда от меня будет расторжением клятвы. А от неё можешь принимать любые предметы гардероба. Я даже настаиваю на том, чтобы она занялась твоей одеждой.       — Реджи понимает. Реджи будет с гордостью носить герб семьи хозяина, - снова поклонился эльф и исчез.       — Может быть мы наконец поговорим, Гарри? - пройдя в собственную гостиную первой, спросила МакГонагалл.       — Разумеется, - кивнул Поттер, пройдя следом. Он занял место на диване, напротив женщины. Каким бы внушительным он не пытался казаться, но мягкий диван был слишком большим для него, а мальчик проваливался на подушках, что не располагало к серьёзности.       — Итак, - собравшись с мыслями, храбростью и мужеством, начала волшебница, - верно ли моё предположение, что вы и ваша супруга из будущего?       — Верно, - кивнул Гарри.       — Могу ли я узнать девичью фа...       — Грейнджер, вы уже могли слышать это во время нашей... стычки.       — Я не уверена, что в тот момент вообще могла здраво оценивать происходящее, - вымученно ответила профессор, - значит Гермиона Грейнджер. Кажется я уже видела это имя, - задумчиво добавила женщина.       — Ей будет одиннадцать в сентябре. Скорее всего вы знаете её имя по этой причине. И, как я понимаю, именно вам довелось бы отправляться к ней домой, дабы объяснить, что Хогвартс ожидаёт её с распростёртыми объятиями.       — Звучит логично, - кивнула Минерва, - тогда следующий вопрос. Я понимаю всю опасность игр со временем, но не могу не спросить. О каком периоде времени мы говорим? Если у вас дошло до брака, не значит ли это, что мы говорим об отрезке времени превышающем десять лет?       — И это тоже верно, - согласился Гарри, - я не могу быть уверен. В какой-то момент времени стало сложно отслеживать смену годов по сезонам, а календарём никто уже не пользовался. Хм, думаю, что не слишком ошибусь, если скажу, что это был две тысячи четыреста семидесятый. Плюс минус лет сорок, - пожал он плечами.       — Я, разумеется верю в ваши исключительные способности, которым была свидетелем, Мистер Поттер, - привстала от шока МакГонагалл, - но вам не кажется, что это число...       — Если мне не изменяет память, то Дамблдору сейчас должно быть около ста восьми лет? И он вполне способен прожить ещё около тридцати. Я нигде не ошибаюсь?       — Да, но даже так это даже не близко к вашим цифрам. Разве что вы повторили рецепт Философского Камня, - предположила Минерва.       — Уверяю вас нет, - покачал головой Поттер, - всё несколько проще и в то же время сложнее. скажите, Минерва, считаете ли вы, что Альбус Дамблдор, сильнейший маг современности ровня Основателям Хогвартса? - спросил в лоб Гарри.       — При всё моём уважении, нет, не считаю. Основатели были на совершенно другом уровне, - ответила МакГонагалл.       — Вы верно подметили, - кивнул Поттер, - на ином уровне. Видите ли Минерва, Основатели действительно были на другом жизненном уровне.       — Что вы пытаетесь этим сказать? - напряглась женщина.       — То, что я сейчас вам изложу можно подтвердить, если провести кое-какие экспедиции, потратить время на исследование и найти обрывки некоторых записей. Однако, - мальчик сел поудобнее, - я надеюсь, что вы поверите мне на слово. Магическая система нашего мира не так проста, как нам могло бы показаться. На планете одновременно существуют магические и обычные виды одних и тех же существ. Пауки, змеи, ящерицы... список можно продолжать долго. Доказано так же, что маги живут дольше по сравнению с маглами. Причиной тому магическая энергия внутри наших тел. Так же, - продолжил мальчик, заметив, что замдиректора внимательно слушает, - известно, что уровень силы разных детей разнится, и в зависимости от практики, у разных людей сила заклинаний различается.       — Это так, - согласилась женщина. В том, что говорил Поттер не было ничего нового... пока.       — Таким образом, можно сказать, что любой молодой волшебник, получивший свою первую палочку, становится Адептом школы волшебства. Пройдя свой путь, выпустившись из Хогвартса или другой магической школы, он владеет определённым набором заклинаний, которые будет дальше использовать. Но если каких-то больших успехов добиться ему не удалось, то он станет серой мышью в мире магии. Таких в Британии большинство. К примеру та же Долорес Амбридж, - неопределённо мазнув рукой подметил Гарри, - каких бы успехов в министерстве она не добилась, но вам, как пользователь магии, она не ровня.       — К чему вы клоните?       — Она всё ещё Адепт, - просто ответил Поттер, - вы же, напротив, - он улыбнулся, - способны не только выполнять все заклинания невербально, но и можете похвастаться некоторым владением беспалочковой магией. пусть и на бытовом уровне. Что-то не слишком сложное.       — Допустим, - согласилась Минерва.       — Вас уже можно отнести к уровню Мага. Ваше ядро достаточно развито, чтобы творить магию в отрыве от палочки. Теперь же, - он сделал паузу нагнетая, - обратимся к таким гигантам, как Альбус Дамблдор или Тёмный Лорд. Геллерт Грин-де-Вальд или Хранитель из Отдела Тайн. Эти люди не просто способны на беспалочковое волшебство. Эти люди способны к совмещению. Альбус вполне может держать Протего не уступающий вашему левой рукой, одновременно с этим занимаясь невербальной трансфигурацией местности, да ещё и аппарацию применить между делом.       — Я тоже могу использовать два заклинания одновременно. Но вы правы, что мой диапазон в выборе и скорости будет значительно уступать директору.       — Я не знал, - признался Гарри с некоторым удивлением, - я был уверен в профессоре Флитвике, но... Впрочем, не так важно. Я пытаюсь сказать, что уровень Дамблдора, это уже уровень, который принято называть Архимагом. Учитывая то, что вы сказали, вас так же можно отнести к начальному уровню этой ступени.       — Мне лестно, но это просто практика, Гарри. Вам ли не знать этого? За половину века практики, волшебник способен достичь такого уровня, - Минерва была немного сбита с толку.       — Нет, минерва, не способен, - усмехнулся Гарри, - сейчас я объясню. Начальные способности мага определяются частотой его магических выбросов в детском возрасте. Чем чаще и сильнее ваши выбросы, тем больше истощается ваше ядро. В такие моменты, молодой волшебник или волшебница пытаются как можно скорее пополнит энергию, тем самым притягивают и поглощают её из вне. Позже, когда вы получаете свою первую палочку, всё становится ужасно сложным. вы пытаетесь приучить своё тело пользоваться внешним накопителем вместо собственного. Вы буквально переучиваетесь. Тем, у кого хороший контроль от рождения легче, другим нужна практика.       — Но беспалочковая магия невероятно утомительна, затратна и сложна, - МакГонагалл уже понимала куда ведёт Поттер, но не могла не отметить эту сложность.       — Вот мы и пришли с вами к тому, с чего я начал. Магические звери. Магические существа всегда поглощают энергию из мира. Так они растут, развиваются и прогрессируют. Дракон дракону рознь, как и саламандра. Артефакторы создают палочки из частей магических зверей потому что эти части могут поглощать и хранить магическую силу. Изобретение палочек было прорывом, но не было панацеей. Увы, лучшее враг хорошего. При быстром использовании заклинаний, палочка истощается и начинает тянуть силу из владельца. Вот поэтому мы начинаем уставать. Вот поэтому те, кто практикуются больше, становятся сильнее. Магическое ядро, истощаясь палочкой, начинает неистово поглощать энергию и расширяться. Добавьте к этому контроль и понимание, и вы придёте к осознанию, что палочка лишь вспомогательный инструмент имеющий запас энергии. Взмах палочкой это своеобразный ключ активатор, чтобы запустить паттерн. Если вы внимательно посмотрите на движения Дамблдора во время дуэлей, то поймёте, что палочка в его руках только указывает на точку заклинания, а не производит его. Таким образом, он управляет своей энергией, оставляя запас из палочки для экстренных ситуаций. Альбус искусный алхимик. Он не мог не заметить, что свойства крови дракона очень похожи на свойства палочки, а имея Феникса в качестве фамильяра, всё становится понятно. Кроме того, все, кто изначально проживают в насыщенных магией местах быстро прогрессируют. Именно поэтому Хогвартс стоит на пересечении Лей-линий.       — Если принять за истину то что вы говорите, - задумчиво произнесла волшебница, - то логично предположить, что развитие магического ядра и контроль над ним увеличивают срок продолжительности жизни. Учитывая названные вами цифры, я делаю вывод, что "Архимаг" это не последний доступный уровень. Однако, в вашей дуэли с... супругой, - поджав губы произнесла она, - вы назвали себя именно Архимагом.       —Это всего лишь звание в иерархии организации, - рассмеялся мальчик, - нас было семеро. Архимаг, Мудрец, Друид, Чародей, Ведьма, Колдунья и Провидица. Мы взяли эти титулы достигнув уровня Альбуса.       — Я так понимаю, что вы были Архимагом, ваша супруга Мудрецом. Более того, был упомянут Невилл и Луна. Я могу предположить, что Невиллом был мистер Лонгботтом. Но должна признаться, что мне не приходит никто с именем Луна. Впрочем, если ваши ряды пополнялись в течении продолжительного периода времени, то возможно, они ещё не родились? Хотя, помнится мне, что вы упоминали некую Дафну, но это имя слишком распространено.       — В этом нет тайны, - снова улыбнулся Гарри, - я не могу рассказать всего, но могу перечислить имена. Кто есть кто, вы должны будете угадать сами. Кроме меня с Гермионой и Невиллом, в нашу семёрку входили Полумна Лавгуд, Джордж Уизли, Джинни Уизли, Дафна Гринграсс.       — Это несколько... - МакГонагалл аж растерялась, - неожиданно.       — Особенно учитывая мою помолвку с Джиневрой? - прищурился Гарри.       — Я не удивлена, что вы знаете, - пожала плечами Минерва.       — А стоило бы. Многоуважаемый Директор забыл мне об этом сообщить, как впрочем и Миссис Уизли, - усмехнулся Гарри. - Повезло ещё, что после того как мы разнесли Гринготтс, они не смогли найти пергамент, - пожал он плечами со смешком.       — Смею предположить, - поперхнулась женщина, - что у вас была на то причина. Хотя не верится, что семь волшебников...       — Нам было по семнадцать, - отверг предположение Гарри, - и нас было трое. Я, Рон Уизли и Гермиона.       — С вашими силами... - несколько сконфужено исправилась Минерва.       — Мы всё ещё были адептами. Возможно Магами на начальной стадии. Но я точно помню, что это был наш шестой курс.       — О Мерлин... - на волшебницу без смеха взглянуть было нельзя.       — Я не могу рассказать о причинах, но поверьте, она была. Возвращаясь к теме. Вы правы, рост "уровня" увеличивает продолжительность жизни, но этого всё равно мало. Да и ядро не может вмещать беспредельные объёмы.       — Дайте мне минуту, - покачала головой женщина, - для вас всё это обыденно, но я только что узнала, что сын моей лучшей ученицы разнёс магический банк в семнадцать лет. Не знаю, как я позволила вам это сделать в вашем будущем, но мне должно было быть ужасно стыдно перед Лили...       — Зато, я уверен, что мародёры бы оценили такую шалость. Они даже на седьмом курсе не могли похвастаться такими заслугами, - утешил профессора Гарри.       — Не мне вам это говорить, Мистер Поттер, - устало произнесла Минерва, - но боюсь, что вы правы. Ваш отец и... - она не стала продолжать.       — И Сириус были бы довольны, - закончил за неё Гарри, - не беспокойтесь. Не он предатель, а одна неблагодарная крыса!       — Гарри, я не знаю о чём ты говоришь, но хранителем тайны был...       — Петтигрю! Хранителем был Петтигрю, - покачал головой Поттер, - они сменили его в последний момент, надеясь, что пожиратели будут гоняться за ним, а "Хвост" спрячется в какой-нибудь дыре. Они ещё не знали, что Питер принял метку, так что они отдали свой Фиделиус в руки предателя.       — Это точно? - подскочила МакГонагалл. Почему-то ей было легче поверить в версию о предателе Питере, чем о Сириусе.       — Да, - кивнул Гарри, - если я смогу уладить проблемы с Гермионой, то достану ублюдка уже в сентябре на первом курсе.       — Зачем ждать целый год? - разгневалась женщина.       — Я не могу слишком сильно менять историю, - покачал головой Гарри, - я вернулся не из-за этого. Есть вещи гораздо более важные. Это всё ещё может вызывать у меня ярость, но точно не является достаточной причиной поставить будущее под угрозу. Причина моего возвращения связана именно с тем, о чём я начал говорить, - пояснил парень.       — Излагайте. - холодный голос преподавателя показывал, что она готова выслушать, что по мнению мальчика может быть хуже, чем невиновный человек отданный на потеху дементоров.       — Магия не бесконечна. Волшебники пополняют её, забирая запас из мира. Разумеется, мир, как и любое живое существо может её возместить естественным путём. Но, как и человек потерявший слишком много крови, мир умрёт, если забрать слишком большое её количество. Будущее откуда мы пришли, это мир лишившийся практически всей магии. Маги потребляли её гораздо быстрее, чем мир восстанавливался.       — Это не имеет смысла, - отвергла заявление декан, - будь это так, то магия давно бы уже кончилась.       — Не совсем, - спокойно ответил Гарри, - в организме человека есть красный костный мозг, который вырабатывает кровь в случае её потери. У мира тоже есть этот механизм. Когда человек теряет слишком много и не способен сам восполнить потерю, маглы делают переливание. В волшебном мие используют кроветворное. Когда мир не способен восполнить потерю магии, ему тоже нужно это самое кроветворное.       — И вы знаете как его изготовить? Поэтому вернулись, чтобы подготовить всё заранее? - предположила МакГонагалл.       — Увы нет, - ответил Гарри, - я могу только сделать переливание, профессор. Для этого нужны добровольцы. Но даже если я убью всех магов живущих сейчас, перелью их энергию миру, то этого будет мало. Потеря уже критична, и сейчас мы вступили в эпоху растраты.       — Тогда, каков ваш путь? - серьёзно спросила женщина.       — Мой путь лежит за пределы того, чего смогли добиться сильнейшие этого времени. Когда ядро мага достигает предела, маг либо умрёт, либо переформирует свою энергию. Вся семёрка достигла того момента, когда наши ядра были не способны больше поглощать энергию, а сами мы находились на грани смерти из-за переизбытка. Тогда и открывается новый путь. Путь достижения уровня Основателя. Хогвартская четвёрка называлась Основателями не из-за школы, а из-за их уровня, профессор. Когда магическая энергия загустеет и станет жидкой маной в теле мага, он взойдёт на уровень основателя. В этот момент даже душа претерпит изменения. Если тело будет уничтожено, душа сможет существовать в отрыве довольно продолжительное время. Сможет творить магию на уровне Адепта не пользуясь палочкой. В сущности, волшебник достигший уровня Основателя, это и есть палочка. Не нужно словесных формул, движений контроля над энергией. Основатель это уже не совсем человек. Это магическое существо. Все, так называемые, чистокровные это рода, которые берут своё начало от основателей. Кровь основателя несёт в себе жидкую магию. Потенциал таких людей выше, но всё ещё требует усилий и развития. Убеждение, что маглорождённые крадут магию, а чистокровные сильнее остальных истины. К сожалению, смысл и истина стоящая за этими высказываниями потерялась в веках оставив только надменность и высокомерие. Основным преимуществом Основателя является то, что он сам вырабатывает ману. Ничтожно малое её количество, но если такой волшебник будет использован в качестве генерирующего устройства, то он будет воспроизводить энергию до своей смерти. Основатель может прожить очень долго, я тому доказательство. Таким образом, даже отправив душу во времени, я всё ещё Основатель, как и Гермиона.       — Значит... - Минерва тряхнула головой, чтобы собраться с мыслями, - та ваша беспалочковая магия, это не ваш магический резерв? Это сила вашей... кхм... души?       — Десятилетнее не тренированное тело не может полностью использовать эту силу. Более того, это тело не является телом основателя. Душа оказывает эффект, и тело постепенно перейдёт в нужную фазу, но мне придётся некоторое время ограничивать себя уровнем Мага. Возможно, если мне повезёт, и всё сложится удачно, я смогу вернуться к уровню продвинутого Архимага к концу первого курса или началу второго. Впрочем, если бы я смог потратить первый год в Хогвартсе только на тренировки, не тратя время на уроки и домашние задания, то достиг бы своей цели к Февралю.       — Боюсь, что это будет слишком подозрительно, - покачала головой МакГонагалл. И это было ещё мягко сказано.       — Я просто ответил на вопрос, - пожал плечами Гарри, - в любом случае, даже если бы мы с Гермионой были бы полноценным Основателями, то срок нашей жизни ограничен шестистами годами или чуть больше этого. Без постоянного развития нет долголетия. Мы бы могли красть чужие тела или существовать, как паразиты в других существах, но это не наш путь. Так или иначе, нас двоих не достаточно, чтобы поддержать мир, да и наше восстановление будет забирать практически всё. что мы можем дать.       — Тогда что вы придумали? - не поняла Минерва, - или вы вернулись, чтобы выиграть время на придумывание?       — Что-то вроде того, - кивнул Гарри, - я полагаю, что с ростом уровня, растёт и собственная выработка энергии.       — Другими словами, - осознала МакГонагалл, - вы хотите поднять как можно больше уровней, чтобы стать живой батарейкой и начать возмещать энергию миру?       — Именно так, - согласился с предположением Гарри, - и думаю, что так это и работало в древности. Сильнейшие делились энергией с миром, позволяя ему оправиться. Просто в какой-то момент те, кто знал правду ушли, а новое поколение не сформировало достаточную способность к передаче энергии, чтобы занять место ушедших. Мы не знаем ёмкость мира, возможно истощение началось тысячи лет назад, а может совсем недавно.       — В вас не слишком много уверенности, - заметила Макгонагалл.       — Вы правы, - пожал плечами Гарри, - но мы не потеряем слишком много. Где-то через полторы сотни лет, метеорит разобьёт Луну. Это сведёт с ума климатическую систему мира. Собьётся график приливов и отливов. Начнутся катаклизмы. Некоторые виды начнут вымирать. Продовольствия станет не хватать. Но раньше этого, примерно в две тысячи одиннадцатом маглы обнаружат мир магии.       — Обнаружат? - с удивлением повторила дека.       — Да. Уже сейчас маглы ведут разработки аппаратов способных находится в космосе. В скором времени они выведут на орбиту аппараты, которые, как наши фотокамеры будут снимать поверхность планеты из космоса. Маглоотталкивающие чары ничем не смогут помочь против фотографий. Уже сейчас магловская наука смогла создавать движущиеся картины. Как наши фотографии, которые могут двигаться в произвольном порядке. у маглов всё несколько иначе. Их движения ограничены лишь тем, что попало на плёнку. Иными словами, они снимают не определённый момент во времени, а ведут продолжительную съемку, а потом просматривают это, как мы смотрим воспоминания в омуте памяти. Когда такие аппараты появятся на орбите, способные отправлять то, что они видят маглам в реальном времени или с задержкой в несколько секунд, все передвижения волшебников станут видимы. Это произойдёт не только в Британии, но по всему миру. Магам придётся вернуться на свет Божий, а маглы вспомнят все легенды и предания. До новой инквизиции, разумеется, не дойдёт, но придётся учиться сосуществовать заново.       — Значит... Альбус был прав. Маглы не стоят на месте.       — О чём вы? - не понял теперь уже Гарри.       — Когда Альбус объяснял мне свой поступок, он сказал, что оставляя тебя в мире маглов, он хотел дать тебе выбор в каком из миров ты будешь жить после Хогвартса. Он сказал, что маглы не стоят на месте, а волшебники могут только заимствовать их изобретения, адаптируя под себя.       — Это на удивление интересная причина, - хохотнул Гарри.       — Была и другая? - зная Альбуса столько лет, Минерва не была удивлена.       — Была, - кивнул Поттер, - но я не могу сказать. Возможно мы вернёмся к этому разговору в конце первого курса.       — Если я запомню эту нашу беседу, - многозначительно заявила волшебница.       — Значит, мы перешли к самому интересному, - улыбнулся Гарри. Он медленно поднялся, ожидая. что вот сейчас на него наставят палочку, но этого не случилось.       — Я считаю, что есть два возможных варианта, - начала МакГонагалл, - обливейт, - она показала один палец, - или Непреложный Обет, - она показала второй.       — Я буду откровенен, Минерва, - веселье пропало с ица Гарри, - я заинтересован в вашей палочке, заинтересован в вашей помощи, заинтересован в вас, в конце концов. - заметив приподнятую бровь, Гарри пощитал своим долгом пояснить последнюю часть, - я имею ввиду, что заинтересован в вас, как в человеке, к которому я мог бы обратиться в Хогвартсе. Если, как я подозреваю. вы окажетесь моим деканом, и у вас были планы по опекунству, Альбус не будет слишком подозрителен к нашим встречам. При всём уважении к его гению, я не готов корректировать свои планы в соответствии с его видением общего блага.       — До какой степени ваши взгляды могут разниться? - решила попытать счастье Минерва.       — В какой-то момент... - взвешивая слова начал Гарри, - он может попросить меня о жертве, которую я не смогу себе позволить в этот раз, - произнёс Поттер стальным голосом.       — Жертва, которую вы не можете позволить себе принести в этот раз? - задумчиво повторила декан Гриффиндора, - жертва, которую вы принесли однажды, но не можете себе позволить вновь? - в голову не лезло ничего толкового. Что в мире могло быть такого, чего человек не мог бы сделать... чего волшебник не смог бы сделать... Волшебник, который в свои семнадцать лет успешно вломился в гоблинский банк и смог уцелеть и сохранить свою жизнь... Сохранить жизнь?       — Мистер Поттер, - очень серьёзно спросила МакГонагалл, - ранее вы сказали, что испытали на себе все три непростительных из под руки Тёмного Лорда. Однако, из того, что мне известно, против вас не применялись заклятия Империус и Круциатус. Во всяком случае, не к вашему детскому телу.       — Это так, - кивнул Гарри.       — Ответьте мне честно, Мистер Поттер, - в глазах Макгонагалл загоралось пламя гнева и решимости, - сколько убивающих проклятий вы пережили в своей жизни?       — Речь идёт о всех или только тех, которые попали? - с ледяным спокойствием спросил Поттер.       — Сколько из них в вас попало? - наконец спросила женщина.       — Всего два, - последовал сухой ответ, - оба были выпущены из одной и той же палочки, одним и тем же волшебником. Оба я принял добровольно и не защищаясь, - чётко ответил Гарри.       — Диктуйте формулировку, мистер Поттер. Считайте, что у вас появилась верная палочка и союзник, - решимость буквально пылала в глазах женщины, а гнев на Дамблдора застилал глаза. Она не была глупой женщиной, и если бы она не поняла, что имел ввиду человек перед ней, то ей самое место в Мунго в отделении для душевно больных.       — Не принимайте поспешных решений, Минерва, - наставительным и предостерегающим тоном напомнил Поттер, - я догадываюсь к каким выводам вы пришли. Более того, я был тем, кто подтолкнул вас к ним, но у того поступка были свои причины. Он не был обусловлен идеологией, глупостью или... - Поттер осёкся. Со стороны Дамблдора это было понятно и обоснованно, но вот его собственные чувства в тот момент вряд ли можно было назвать разумными или не подкреплёнными Дамблдоровской идеологией.       — Но он попросил вас об этом? - нажала МакГонагалл.       —Я мог отказаться, - пожал плечами Поттер, - но не отказался. Так было нужно... ради...       — Я угадаю, - всплеснула руками женщина, - всеобщего блага. Вам не кажется, мистер Поттер, что для человека так яро не желающего сталкиваться с Дамблдором в диалоге, вы слишком похожи на него и его собственный путь?       — Мы не похожи, - покачал головой Гарри, - своё семнадцатилетие я встретил не в светской беседе о господстве волшебников над маглами, а под залпы авад, в небе над Англией, сражаясь с этими идеями, профессор Макгонагалл.       — Вы так и не простили ему ту ошибку, - осенило наконец женщину, - он был юн, на руках была сестра с ... - женщина глубоко вздохнула.       — И я был юн, профессор, а на руках у меня были ... Вместо поздравительного вина оборотное, вместо салютов - авады, а вместо спящих опьяневших друзей - изуродованные трупы друзей и соратников. Я не виню его в том, что случилось... случится. Я не ненавижу его за его решения. Он был полководцем на войне, которую нужно было выиграть. Но я не прощу ему, то, что он описывает, как юношескую ошибку. Не прощу, что узнал я об этом из публикации Риты Скитер, а не из его уст, не прощу ему чувство, когда всё, во что ты верил, на кого равнялся, разрушается одной маленькой ошибкой. Если быть объективным, то у меня даже шанса не было совершить нечто подобное. За это я безмерно благодарен ему. Но не заблуждайтесь, профессор. Мои обиды к нему никоим образом не влияют на мои с ним взаимоотношения. В них будет меньше восхищения и слепой преданности, но больше понимания причин и целей. Конечный итог это не изменит. Изменится путь достижения... если повезёт. В конце концов, - усмехнулся иронически Гарри, - Дамблдор никогда не требовал от меня ничего из того, чего не сделал сам.       — И тем не менее, - стояла на своём МакГонагалл, - я не изменю своего решения. Я с вами, Гарри. Вы должны это знать, если конечно... - она задумалась, - видимо вы не слишком высокого обо мне мнения. Кажется доводы Альбуса оказались сильнее...       — Прошлое в прошлом, - пожал плечами мальчик, - я не могу привередничать. Если вы готовы мне помочь, то я не собираюсь ограничивать вас сверх меры. Всё, что мне нужно, это сохранность нашего разговора в тайне.       — За это не переживайте, - поспешно кивнула женщина.       — Я бы не был так уверен, - вновь усмехнулся Гарри, - ещё одно моё отличие от Дамблдора в том, что я не пользуюсь поверхностной легилименцией при каждом удобном случае.       — Я знаю, что Альбус искусен в этом, но...       — И он, и Северус. Это вошло в привычку. Более того, Дамблдор не может рисковать, поэтому предпочитает быть уверенным. А чтобы время от времени проверять своих сотрудников, в свои сладости и чаи он добавляет разные интересные добавки. Вы никогда не замечали, что слишком разговорчивы и открыты в его кабинете?       — Боюсь, что здесь вы не правы, Гарри, - жёстко ответила профессор.       — Значит это началось с моего первого курса, не удивительно, когда у тебя Квирелл уехал нормальным, а вернулся с Тёмным Лордом на затылке, - хохотнул мальчик.       — Что простите? - ужаснулась декан. О том, что Тёмный Лорд не умер намекал сам Альбус в ту ночь десять лет назад, и рассказ Гарри только подтвердил это. То, что он вернётся, стало так же очевидно. Но в Хогвартсе, на затылке преподавателя ЗоТИ? Не перебор ли?       —Не беспокойтесь. Ничего страшного не случится, - отмахнулся Поттер, - но надо придумать как защитить вас от зондирования так, чтобы этого не заметили. Как только они поймут, что есть информация до которой не дотянуться...       — Тогда... - МакГонагалл поёжилась, - модифицированные чары памяти. Альбус не станет насильно копаться в моей голове, а без этого он не заметит изменений. И нужна фраза активатор, чтобы вы могли пробудить мою память, когда это нужно и вновь спрятать после.       — Сейчас бы Луну с её ментальными чарами, - крякнул Гарри невесело, - или Трелони с её семейными зельями.       — Сивиллу? - широко раскрыла глаза Минерва.       — А вы думали, что она просто так ведёт себя, как дура и всё время Херес хлестает?       — Эм... Гарри... - такое оскорбление преподавателя из уст мальчика, пусть в такой ситуации...       — Она весьма талантливая волшебница, - пожал плечами Гарри, - правда в своё время я этого не понимал и, как и все, считал её тронутой умом. Каюсь.       — Если у Сивиллы есть нужные снадобья, то...       — Нет, она ничего не поймёт. Нужно поймать её, когда она в своём уме. Такие моменты бывали только когда она навещала Лавгудов под оборотным. Но думаю, что она уже была у них в этом году. Ещё, если случится, что-то неординарное. Тогда она на время приходит в себя. Пророчество к примеру или внезапная угроза жизни, - задумчиво протянул Поттер.       — Её пророчества...       — Я не о тех, что кто-то будет умирать в течении года, но так и не умрёт. Она настоящая провидица. С этим даром, даже если она всерьёз раскинет кожуру от тыквы вместо карт, что-нибудь да увидит. Это не настоящие пророчества, а скорее наводящие подсказки. Пророчества изрекаются иначе. И на моей памяти она изрекла всего два. Одно мне, одно Луне. Ещё одно Дамблдору. Но, - рассмеялся Гарри, - учитывая как смешно она искала работу и укрытия в Хогвартсе, думаю, что одно было изречено для себя любимой.       — Я не стану спрашивать подробности, но если я нападу на неё в школе, то возможно...       — Разве что Авадой запустите, - покачал головой парень, - нет. В школе она в полной безопасности, а из замка её Дамблдор не выпустит. Она слишком важна. Кстати, когда вы должны вернуться в Хогвартс? Или, если иначе, то когда у вас ближайшая встреча с Дамблдором?       — Завтра утром, - скривилась волшебница, понимая суть вопроса.       — Вспомнил! - внезапно обрадовался Поттер, - обратитесь к Андромеде Тонкс. Если я помню правильно, то в семейной библиотеке Блэков есть состав, который позволяет усиливать щиты легилименции. Работает с первого же приёма. От вторжения не защитит, но создаст дымку, как при состоянии паники, когда мысли скачут и можно уловить только общее настроение. Раздражение, гнев, неудовольствие. Что-то в таком роде. А когда Дамблдор заинтересуется причиной, а он заинтересуется, - утверждал Гарри, - скажете, что когда были в Дырявом Котле, кто-то попытался покопаться у вас в голове. вот вы и подстраховались. Там всякий народ шастает, кто конкретно это был Дамблдор узнать не сможет. Главное, чтобы вы там действительно появились пару раз. Лучше всего, если вас приметит Наземникус Флетчер. Если заметит, то считай весь Лютный в курсе, а там и Дамблдор узнает. И разумеется, вам понадобится маховик, - добавил Поттер. МакГонагалл уже устала удивляться как идеям, так и скорости и лёгкости их появления. В какой-то момент она поняла, что это мало чем отличается от того как Дамблдор раздаёт указания. Ну может у Гарри это более жизнерадостно выходит... и забавнее. - И ещё кое-что, - махнув рукой, чтобы использовать "Темпус" Поттер задумался о времени, - вы не могли бы позволить мне заночевать у вас? Вопрос с домашними я решу. Это редкая возможность для меня. Хотелось бы воспользоваться ею.       — Хорошо, - согласилась в итоге женщина, - но не вздумайте проболтаться - улыбнулась она, - я буду завтра во второй половине дня, чтобы вернуть вас домой.       — Лучше к вечеру. Это будет менее подозрительно. Пусть Дамблдор считает, что вы продолжаете присматривать за мной. За пару дней его сигналки ничего не заметят, а мне раздолье.       — Как у вас с финансами? - вспомнив кое-что, осведомилась соратница.       — Кое-какая наличность есть. До сейфа сейчас не добраться, но жить можно, - честно ответил Гарри.       — Я постараюсь, что-нибудь придумать, - приняла к сведению Минерва, - моё жалование особо некуда тратить. Думаю, что его должно хватить хоть на что-то.       — Премного благодарен, - кивнул Гарри, - разумеется, я верну всё взятое взаймы.       — Бросьте, - махнула ладонью МакГонагалл, - считайте платой за то, что уберегли от глупого поступка.       — Глупого поступка? - в недоумении переспросил он.       — Я едва не попыталась вас усыновить, - рассмеялась волшебница. Это был редкий случай, когда Минерва Макгонагалл позволяла себе что-то большее, чем мимолётную улыбку или лёгкую усмешку..       — Пустить мародера в дом, вот уж правда глупость так глупость, - поддержал женщину Поттер.       Ещё раз попрощавшись, декан аппарировала прямо из прихожей. Её ждало много работы и мало сна, как понял Гарри. Сам же он поспешил выбраться в магловский Лондон. Найдя таксофон, он набрал домашний номер тёти Петуньи. Вернона ещё не было дома, потому она разговаривала без опасений. Объяснив, что собирается заночевать в Лондоне, он попросил придумать, что-нибудь для Вернона, однако Петунья оказалась в полной растерянности. В итоге сошлись на том, что Гарри напросился на работу в Лондоне. Ему предстояло сортировать газеты для развозки на точки продаж. Сон и еда оплачивались, и даже удастся заработать пару фунтов сверху, которые он обещает отдать в "семейный" бюджет в благодарность за то, что его, неблагодарного выродка, растили и кормили. В принципе, при слове деньги и уточнении, что Поттер будет впахивать, Вернон не возражал. Скорее даже приговаривал, что деньги с неба не падают, пусть мелкий паршивец узнает каким трудом они зарабатываются и всё такое. На лёгкую оговорку Петуньи, что в таком случае и деньги стоит оставить мальчику. Вернон прочитал ей целую отповедь о том, что деньги развращают, а таким как "этот" их вообще в руки давать нельзя, а то начнётся. В общем, не важно, было бы там пять фунтов или десять шиллингов, Вернон собирался забрать всё. Даже если эта валюта уже не в ходу.       Потратив остаток наличности на небольшой запас продуктов, Поттер проскользнул обратно, стараясь лишний раз не пользоваться светом. Из хорошего, не скованный надзором и сигналками Великого Светлого, он наконец мог обеспечить небольшой комфорт для себя. Затемнив окна таким образом, чтобы они не показывали освещённость комнат с улицы, он разглёгся на диване с самым большим сэндвичем, который смог сделать на скорую руку. В ближайших планах была еда и усиленные тренировки. Где-то краем в сознании проходила мысль о том, как бы уговорить макГонагалл одолжить маховик, чтобы увеличить количество часов на тренировки. Истощать ядро используя боевые чары было не единственным возможным путём. Всегда оставались люмосы, вингардиум левиосы и прочие безобидные чары.       — Гарри Джеймс Поттер!       А ещё можно было... использовать защитные чары... Световой шар влетел в наспех выставленный протего с такой силой, что диван перевернулся.       — Полегче, Гермиона. Это не мои пенаты, а МакГонагалл! - перекатившись к другой стене и продолжая поддерживать щит, прокричал Гарри.       — Мне плевать! Как это понимать! - рявкнула Грейнджер-Поттер указав на ушастое недоразумение, прятавшееся за креслом, - почему я должна вздрагивать в своей ванной из-за появления домовика, который называет меня своей хозяйкой? Тебе нечем заняться и ты решил подурачиться?       — Какие уж тут шутки! - снова приняв на щит пучок света, ответил бедняга, - это мой эльф. А так как мы супруги...       — Дементор тебе супруга! - сразу несколько шаров света чередой врезались в протего, который начал мерцать.       — Ладно-ладно, но ты не будешь отрицать, что мы связали себя супружеским ритуалом? - осторожно начал Гарри.       — Я отказываюсь считать тебя мужем! - не успокаивалась девочка.       — Как хочешь, но... - он показал руку. высунувшись из прохода, - кольцо никуда не делось, как видишь!       — Где я вообще? - слегка успокоившись и осмотревшись по сторонам, успокоилась наконец ведьмочка.       — Я же говорю, Лондонская квартира Маккошки, - развёл руками Поттер, поняв, что выходить безопасно.       — Ты не стёр ей память? - грозя начать новый раунд, упёрла руки в бока Гермиона.       — Она собиралась меня усыновить на первом курсе, ты знала? - как-то удивлённо спросил парень.       — И чего ты от меня ожидаешь? Что я как раньше брошусь тебе на шею с воплем: " О, Гарри, я так за тебя рада!"? - голосом полным иронии процедила Грейнджер.       — Могла бы удивиться. - развёл руками Поттер в разочаровании.       — Это не новость. Она рассказала, когда была на нашей свадьбе, - устало опустившись на вернувшийся на прежнее место диван, ответила Гермиона.       — Почему я не в курсе? - тут же спросил гриффиндорец.       — Ей было стыдно, что она повелась на уговоры Дамблдора. А потом... в общем, он затирал ей, что-то про свободный выбор о жизни среди маглов, которые скоро обгонят возможности магов, - отмахнулась Гермиона.       — Забавно, - улыбнулся Гарри и пояснил на невысказанный вопрос, - он сказал ей нечто похожее в прошлом месяце, когда она шпионила за мной в виде кошки.       — Значит время начало меняться, -кивнула девочка, - беда...       — Слушай, - жизнерадостно начал герой, подсев к девочке на диван, - ты так и не рассказала. Ты должна была появиться в десятый день рождения. Как родители, скучала? - добродушно спросил он.       — Очень... - хмуро произнесла Грейнджер.       — А в чём дело? Почему не весёлая? Неужели, что-то случилось? - подскочив спросил он.       — Ага... - не менее хмуро кивнула девочка, - я переделала твои чары, чтобы компенсировать... а-а, неважно, - махнула она руко в раздражении, - в общем, когда на этой стороне всё сработало, был громкий удар и всё такое.       — И?       — Была ночь, - многозначительно продолжила Гермиона.       — И? - возмущённо спросил Поттер.       — Я же не знала чем они в тот вечер занимались... - извиняющимся тоном промолвила ведьмочка, - в общем... я их напугала этим своим "бум!"       — Так и что? - не понял Гарри.       — Ничего! - рявкнула Грейнджер, - с двадцатого июня, как мать из больницы вернулась, помогаю нянчиться с сестрой... - как-то раздосадованно молвила она.       — С сестрой... - повторил Поттер оторопело. После этого он воспроизвёл весь рассказ с начала и дико заржал, - так во-от чем они занимались в ту ночь... ха-ха-ха... И Ден не успел... ах-ха-хах...       — А можно без подробностей! - пнула парня Гермиона, - и папа бы успел, если бы не отвлёкся... Мордред подери Моргану!       — Не знаю как на счёт Мордреда и Морганы, но... Ау-у! Больно же! - крикнул Поттер получив удар под дых.       — Меньше будешь глупости болтать!       — Ну я тебя поздравляю, - искренне сказал Гарри, - как назвали малышку?       — ...       — Ну не начинай, Гермиона, - укоризненно произнёс Гарри, - я же искренне радуюсь. Она мне как родная будет! - эта реплика из уст десятилетнего ребёнка звучала до ужаса странно, но, что было, то было.       — Лили... - наконец дала ответ Гермиона, - родители долго не могли решить Лилиан или Роуз, в итоге назвали Лили-роуз, но чаще всего зовут Лили.       — Ну что ж, - парень отвернулся на пару мгновений, - очень за тебя рад, Гермиона. Она обычная? - спросил как можно более обыденным тоном.       — Нет, конечно, - возмутилась девочка, - её зачали в момент магического выброса души Основателя. У меня, в отличии от тебя, кусков чужой души в голове не припрятано, так что всё прошло гладко. У неё очень высокий магический фон. Не удивлюсь. если к одиннадцать годам станет по мощи полноценным Магом, - пожала плечами девочка.       — Вот это поворот, - в какой-то прострации выдал Гарри, - Реджи!       — Да, Хозяин, Реджи сделает всё. что прикажет хозяин! - поклонился эльф.       — Раз уж у Гермионы родилась сестра, то поможешь ей по необходимости. Я могу обойтись и сам. Тем более, что основную часть времени буду проводить в доме дяди и тёти. Следи, чтобы с малышкой ничего не случилось. Отвечаешь головой, - погрозил он пальцем домовику.       — Реджи всё сделает, молодой Лорд. Если Реджи сделает, что-то плохо, Реджи отрежет себе руки и прирастит их к заднице, Сэр, - закивал домовик.       — Э? - удивился Поттер, - это где ты нашёл такой метод наказания?       — Услышал, - ещё более хмуро отчеканила Гермиона.       — От кого? - предвкушая историю, уселся поудобнее парень.       — От моей мамы. Она сказала, что так, как мой отец стрижёт газон, то ничего не изменится, если оторвать ему руки и пришить к заднице.       — Реджи, - сдерживая гогот, Поттер обратился к эльфу, - запрещаю наказывать себя подобным образом. Но если кто-то протянет свои пакостные ручки к Лили, чтобы ей навредить, то оторви и пришей к заднице, чтобы знал откуда они у него растут.       — Реджи сейчас всё сделает, - закивал домовик.       — Только родителей и родственников не трогай, - поспешно добавил Гарри зная исполнительность эльфов, - это всё же семья. А вот посторонних обидчиков - дерзай!       — О Мерлин, - растеряно вздохнула девочка. Было видно, что она растеряна, и ей хотелось с кем-то это обсудить.       — Ладно, делить нам с тобой нечего. Пути обратно тоже нет, налажали оба. Давай думать будем, чего дальше делать, - предложил Гарри.       — Я тебя ненавижу, - простонала Гермиона, зло глянув на парня и прижавшись к его плечу.       — Ну ничего, ничего, малышка, - приобняв девочку, успокаивал Гарри, - переживём. Всю жизнь пережили, и это переживём.       Дав волю чувствам, Гермиона наконец не выдержала, и впервые за три сотни лет расплакалась. Когда-то это должно было случиться, и в тайне, она была рада, что сейчас она десятилетний ребёнок, и её не видит никто кроме Гарри.