October&April

***

      Дни до отъезда сплетались в клубки бесконечных мелких бытовых дел, одно из которых цепляло за собой другое, давая возможность занять ими свое время полностью, отвлекая от глубокого погружения в тягостные мысли. И всё равно в процессе оформления всех необходимых документов, общения с бюрократическими инстанциями, разбора завалов из старых вещей в своих шкафах и спешной докупки самых необходимых новых, Питера ни на минуту не отпускала сосущая тоска осознания, что всё подходит к концу.       Тони, к которому он несколько раз залетал по его приглашениям, мог сколько угодно приободрять его, рассказывая, как здорово Питеру будет в университете и что он обязательно будет его там навещать во время своих визитов в город, но Пит прекрасно осознавал, что всё изменится. Что они неизбежно отдалятся, что общих тем станет меньше, что в их редкие встречи в воздухе будет висеть эта неизбежная легкая неловкость, которая всегда возникает между людьми, которых что-то связывало в прошлом, но не теперь. Даже острое физическое влечение, контролировать которое до этого приходилось ценой беспрерывных усилий, будто отступило, освобождая место болезненной горечи будущей разлуки.       Он не покупал билеты заранее, еще точно не решив, как именно будет добираться до Бостона — уехать на поезде или автобусе можно было в любой момент. Но сейчас, бездумно листая страницы сайта-агрегатора авиабилетов, Питер заметил мигающее красным объявление, предлагающее улететь следующим утром за символические деньги.       Почему бы и нет.       Сил жить в постоянном ожидании неизбежного уже не оставалось, собрать вещи — дело получаса, а заселиться в кампус можно было достаточно быстро, в крайнем случае — провести пару ночей в каком-нибудь недорогом мотеле.       В два клика Пит оплатил свой билет и задумчиво посмотрел на телефон. Он почти не проявлял инициативы в том, что касалось их со Старком встреч, понимая, что логичнее подстраиваться под Тони, у которого на плечах по-прежнему лежала работа, беременная Пеппер и координация остатков команды Мстителей. Но даже при этом Старк, как и обещал, никогда не пропадал дольше, чем на несколько дней, и, даже если они не виделись, то поддерживали контакт по переписке.       Но сегодня ситуация вынуждала Питера действовать самому, поэтому он открыл мессенджер и спросил, может ли зайти вечером ненадолго. Ответ пришел меньше, чем через минуту.              Конечно, Паучок, какие вопросы. Буду в мастерской.       Парень отложил телефон на стол и скатился с кровати, доставая из-под нее красный пластиковый чемодан, который, не удержавшись, купил себе специально для переезда.       

      ***

      Он и сам точно не понимал, почему поехал в башню своим ходом, в точности повторяя тот маршрут, которым попал туда самостоятельно в одну из их первых встреч — на метро и пешком. Возможно, чтобы почувствовать некую циклическую завершённость и попробовать отпустить этот период своей жизни, оставляя его в прошлом.       Должно же быть проще, думал он. Не может быть так больно отпускать то, чего у тебя, по сути, никогда не было, то, что тебе никогда не принадлежало, то, на что у тебя нет никаких прав.       Мысль о том, чтобы признаться в своих чувствах в надежде на облегчение, была его постоянно спутницей, но рука об руку с ней шёл и весь комплект последствий — ещё более неловкие, чем они и так будут, встречи, сочувственный взгляд, изо всех сил замаскированный под доброжелательный и понимающий, подчеркнуто не изменившееся внимание, как бы говорящее «ничего страшного, парень, мы пройдём через это вместе, такое случается, не стоит чувствовать себя неловко». Нет, слишком унизительно, лучше перетерпеть.       Один вечер — и всё.       В огромном холле всё так же пахло едва уловимыми нотами дорогих интерьерных парфюмов, на стенах всё так же висел — теперь Питер знал это наверняка — жуткий Поллок, с высоких потолков всё так же сияли огромные люстры. Интересно, мелькнуло в голове у Питера, как поддерживается их кристальная чистота? Маленькие дроны летают вокруг и натирают хрусталики маленькими губками, или по старинке мексиканские дородные женщины залезают, пошатываясь, на стремянках вверх и делают все вручную?       Из размышлений о методах борьбы с пылью Питера вывело знакомое лицо, внезапно образовавшееся перед ним возле лифтов на личные этажи башни.       — О… эм… мисс Поттс, здравствуйте.       Вирджиния, вышедшая из лифта, стояла прямо напротив него, глядя чуть свысока — каблукам она не изменила даже на своем внушительном сроке. Удивительным образом беременность не изменила ее ни капли, если не считать аккуратного живота, не бросающегося в глаза из-за темной одежды удачного покроя.       — Здравствуйте, мистер Паркер. Рада вас видеть, — улыбка, затрагивающая только нижнюю половину ее лица, оставляя глаза совершенно выключенными из процесса, пустила холодную волну по спине мальчишки.              Питер судорожно прикусил нижнюю губу, не зная, что будет уместно сказать.       — Вы… э… прекрасно выглядите.       — Спасибо, — неизменная улыбка уже проморозила Паркера до глубинных слоев эпидермиса. — Вы к мистеру Старку, вероятно?       — Я, я да, — почти без запинки выговорил парень. — Зашел вот… попрощаться.       — Ах да, вы же уезжаете. Я слышала, вопрос с финансированием вашего образования разрешился вполне благополучно? — шпилька была очевидна — за обучение Паркера формально платила SI в виде долгосрочного беспроцентного кредита, но формулировка договора подразумевала, что у Питера есть возможность никогда его не выплачивать.       Верно почувствовав, что вступать в объяснения и уверения, что он непременно вернет мистеру Старку всё до последнего цента, нет никакого смысла, Питер лишь коротко кивнул и вежливо улыбнулся, чуть оборачиваясь в сторону лифта, в надежде избежать дальнейшего разговора.       Поттс не без удовольствия ковырнула бы своими острыми коготками Паркера еще пару раз, но решила сдержаться — во-первых, была по-прежнему заинтересована в их со Старком соглашении, а во-вторых — если парень, судя по его убитому виду, и впрямь пришел попрощаться, то не стоит выводить его из равновесия. Пусть уже прощается и проваливает в свой Бостон кружить головы местным возрастным мужикам.       А, впрочем, стоит подстраховаться…       — Ну что ж, всего доброго, мистер Паркер. Уверена, вам понравится в МТИ.       — Я тоже, мисс Поттс, спасибо. Всего доброго, — Питер шмыгнул в открывшийся лифт и проводил взглядом высокую стройную фигуру, уверенно шагающую к выходу.       Чутье покалывало кончики пальцев, но Питер был слишком взволнован грядущей встречей с Тони, чтобы обратить на это внимание.       Без опаски наткнуться на мисс Поттс Пит преодолел путь до мастерской и помахал рукой Пятнице, приветливо распахнувшей все двери на его пути. Неожиданная встреча с Вирджинией сбила его с мыслей, поэтому он улыбнулся встретившему его Старку куда беззаботнее, чем ожидалось, просто радуясь встрече. Этим родным темным глазам, прячущим в глубине искорки смеха, этой уверенной крепкой фигуре, в каждом движении которой чувствовалась скрытая сила, этому глубокому бархатистому голосу, который можно было слушать бесконечно, как шум моря или звуки костра.       Сделавший пару шагов ему навстречу Тони допил на ходу два глотка кофе из большой термокружки и махнул рукой, подзывая к себе.       — Привет, Паучара, ты должен это увидеть, иди скорее, — отставив кружку, Тони убедился в том, что все внимание Питера направлено на него, замер в красивой позе, приосанившись, и слегка стукнул пальцами по небольшой емкости на груди, которую Пит сразу не заметил. Наниты разбегались по черному поддоспешнику невероятно эффектной металлической волной, обгоняя друг друга и переливаясь в свете яркого летнего заката. Докатившись до голеней, предплечий и шеи, сияющий поток замедлился и остановился.       — Вау! Потрясающе! Сколько уже? — восторженно воскликнул Питер.       — 83%, и процесс идёт неплохо. Есть вероятность, что уже в течение месяца получится полная версия.       При упоминании о сроках Пит вернулся в реальность, а улыбка медленно сползла с его лица. Он прошёл к дивану, чуть отворачиваясь от Старка, и сбросил рюкзак на гладкое кожаное покрытие.       Тот уловил изменения в настроении своего компаньона моментально. С некоторых пор Тони уже по походке Паучка мог сказать — радуется ли тот, грустит, задумался о чём-то или сердится на кого-то. И сейчас его фигура явно говорила Старку о вселенской печали, обрушившейся на плечи мальчишки.       — Что случилось, ребёнок?       Если бы такая возможность была, Пит непременно перевёл бы тему, а этот разговор перенёс на другое время — слишком уязвимым и переполненным своей болью он себя ощущал. Но другого времени не было, а, значит, оставалось только взять себя в руки и прощаться. Переборов вспышку, острыми иглами впившуюся в переносицу, Пит потер это место пальцами, разгоняя непрошенных гостей, и скользнув взглядом по такой привычной обстановке мастерской, посмотрел чуть выше головы мужчины, стоящего перед ним.       — Купил билеты, завтра утром улетаю, — выпалил он, проглатывая окончания слов. — Зашёл попрощаться.       Брови Тони дёрнулись, а расслабленно-довольное выражение лица скатывалось с него параллельно с нано-покрытием. Из блестящего металлической твердостью его тело снова стало глубоко чёрным — ткань поддоспешника обладала удивительной способностью практически не отражать свет, только поглощая его и делая своего обладателя похожим на локальную чёрную дыру — будто из реальности вырезали кусок в форме идеального мужчины, оставив на его месте только темный провал.       Уголки его губ опустились вниз, а на лбу пролегли сумрачные складки.       — Уже, да?.. Погоди, но до начала официального учебного года ещё больше двух недель, зачем так рано?       Питер пожал плечами.       — Попались удачные билеты. Представляешь, можно улететь в Бостон всего за 30 баксов — даже дешевле, чем на том автобусе.       — Серьезно, карапуз, из экономии?.. А можно я тебе подарю билет в бизнес-класс на другую дату, и ты пока останешься? Мы же… — Тони слегка растерялся. Он ждал этого момента уже давно, но все равно оказался к нему не готов. Не может всё так закончиться, не может Питер одним прекрасным утром просто сесть в чертов самолёт внутренних авиалиний и исчезнуть из его жизни.       — Мы же, помнишь, хотели съездить на Кони-Айленд, проверить, действительно ли туда приплывают дельфины по ночам? Поехали завтра? И вообще, слушай, зачем тебе эта морока с коммерческими перевозчиками? Я отвезу тебя на джете в любой момент. Даже дам порулить, м?       Тони остановил мечущийся по всем поверхностям взгляд на Питере, который сидел на подлокотнике дивана, зажав ладони под мышками. Конечно, ему хотелось на Кони-Айленд с Тони. Смотреть на дельфинов — кстати, Пит не верил, что они там будут, есть корн-доги и любоваться украдкой на красивый волевой профиль. Но у него просто уже не было сил наблюдать, как счастье утекает между его пальцев, насколько бы сильно он их ни сжимал. Тает с каждой секундой. Отдаляется, растворяется в наступающем на пятки будущем. Он больше не мог, он был готов разжать пальцы, опустить руки и уйти прочь, не пытаясь высмотреть в колеблющейся вечерней дымке следы своих растаявших надежд.       — Я… не стоит, Тони. Какая разница — неделей позже, неделей раньше. Все равно уезжать, — голос прозвучал удивительно для своего обладателя спокойно. — Я вот здесь это… костюм принёс…       Тони оскорбленно уставился на мальчишку.       — Подарки не возвращают, Пит.       — Нет-нет, не думай об этом так. Просто в Бостон я его пока брать не буду — из кампуса не полетаешь, да и привлекать внимание не хочется. А оставлять в квартире у Мэй опасаюсь — дорогая игрушка-то. Вот и подумал — пусть у тебя хранится пока, а?       У Тони мелко задрожали руки, когда он, наконец, осознал, что да, это конец. Его мальчик улетает на нелепо небольшое расстояние, которое, тем не менее, проложит черту между ними, а ему, Старку, останется бесформенная красно-синяя тряпка, которая всегда будет напоминать о тех месяцах недолгого счастья, которое так неожиданно пришло в его жизнь, осветило её своим ярким светом, показав, как могло бы быть, а потом скрылось за горизонтом без надежд на новый рассвет. Дыхание перехватило, как от короткого и мощного удара в солнечное сплетение — таким однажды наградил его Роджерс, и Тони навсегда запомнил эту беспомощность — неспособность вдохнуть, тупую боль и темнеющую перед глазами картинку.       Ухватив мелкими глотками немного воздуха, Старк, отвернувшись, начал раскладывать отвертки в отдельные слоты коробки, хотя обычно просто кидал их туда всем скопом.       — Ну хорошо, хочешь завтра — давай завтра. Но на джете, м? Я тебе покажу, где там что, я знаю все местные кофейни, между прочим. Там же сплошные хипстеры и зеленые, поэтому еще нужно постараться, чтобы найти место, где тебе сделают капучино на нормальном молоке, а не соевом дерьме, — в отличие от Питера, Тони готов был цепляться до последнего. Ещё. Ещё немного. Ещё хотя бы один день. — С удовольствием взгляну снова на кампус, опять же.       Вранье, ты бы не хотел видеть этот кампус больше никогда в жизни.       Пит издал какой-то сдавленный всхлип и вскочил.              — Боже, Тони, хватит, перестань, я не могу больше!..       Тони резко обернулся и увидел обхватившего себя за плечи Питера, смотревшего на него с такой помесью отчаяния, обиды и еще чего-то нового, что сердце, едва успокоившееся раньше, снова замерло.       — Это… это пытка какая-то, мне и так тяжело, а ты её только растягиваешь, я, я, я… Я пойду, — резкая волна паники подступила к горлу и заставила мальчишку метнуться в сторону двери.       — Питер! Стой! — в родном голосе сквозил настоящий испуг, поэтому Пит, успевший обогнуть диван, замер на месте. Он не хотел заставлять Тони того переживать или чувствовать себя без вины виноватым. Поэтому он не мог молча сбежать. Не теперь, когда уже сорвался.       Питер сглотнул, судорожно вдохнул, и медленно обернулся, начиная тихо говорить.       — Ты… ты никогда не спрашивал, почему я обманул тебя тогда. Про поступление.       Тони опешил. Они действительно никогда не поднимали эту тему, хотя маленький червячок ковырял Старка все эти месяцы — Питер соврал ему про отказ из МТИ открытым текстом, и они никогда не обсуждали причин.       — Я не хотел уезжать, Тони. Не хотел уезжать от тебя уже тогда. Я был готов даже соврать ради этого, впервые в жизни. И сейчас… когда всё стало еще… когда… — влага все-таки собралась в капли и скатилась по напряженному лицу со стиснутыми зубами. — … Когда я люблю тебя.       Тонкие пальцы вцепились в спинку дивана так, что кожаная обивка жалобно скрипнула, и этот звук окончательно что-то подломил в мальчишке — по его лицу пробежала болезненная судорога и он прижал кулаки к глазам, не переставая тихо говорить.       — Прости, Тони, прости, я все испортил, я знаю, — через всхлипы удавалось разобрать не все слова, но замерший на месте Старк понимал всё до последнего звука. — Ты дорожил мной как другом, и теперь это потеряешь, потому что ничего не может быть как раньше, потому что я люблю тебя, я все испортил, но я ничего не могу с собой поделать, Тони, как ни пытался, я просто так сильно тебя люблю, что… — Питер замолчал с очередным всхлипом так же внезапно, как начал, потому что его голову обхватили широкие ладони, а ко лбу прижались теплые сухие губы, покрывая его короткими поцелуями.       — Тише, малыш, тише, хороший мой, пожалуйста, Питер, — голос Старка немного подрагивал, выдавая глубокое волнение. Раньше чужие слёзы вызывали в Тони только смесь неловкости и лёгкого раздражения, но от вида всхлипающего Паучка, судорожно мнущего края толстовки, его сердце до краев заполнило желание защитить мальчишку от любых огорчений, закрыть его собой, дать всё, что в его силах, лишь бы он был счастлив.       Нашептывая успокаивающие нежности и прислушиваясь к затихающим одиночным всхлипам, Тони, продолжая удерживать руками юное лицо, опускался поцелуями от лба к влажным глазам, стёр большими пальцами остатки слёз со скул, осторожно чмокнул в нос и замер, прижавшись лбом ко лбу, остановив свои губы в сантиметре от приоткрытых то ли в удивлении, то ли в ожидании губ Питера. Тот, понимая, что сейчас произойдёт, и боясь верить этому, с опаской переместил руки со своей одежды на талию Тони и чуть сжал, давая понять этим, что он здесь, в моменте, что он готов и хочет этого больше всего на свете.       — Мистер Старк, экстренная ситуация первого порядка, — голос Пятницы звучал почти извиняющимся.       Пит вскинул на стоящего к нему вплотную Тони глаза, которые за секунду до этого успел прикрыть. Тот всё так же пристально смотрел на него, будто смысл прозвучавших слов не успел дойти до его сознания. Не отрывая взгляда от Питера, а ладоней — от его лица, он негромко переспросил:       — Какого рода экстренная ситуация?       — Мисс Поттс находится в первом отделении госпиталя святого Антония.       На лице Питера отразился испуг, а Тони с видимым усилием отпустил его, проведя руками по щекам напоследок.       — Пойдём, — перехватил он мальчишку за руку.       — К-куда?.. — растерянно пробормотал тот.       — Ты же её слышал — госпиталь святого Антония, это в пяти кварталах отсюда. Марка брать нельзя, поедем сами, — все эти объяснения Старк отпускал уже на ходу, утягивая Питера за собой.       Створки лифта, спасибо Пятнице, раскрылись ровно перед ними, а затем без паузы снова захлопнулись.       — Боже, что могло случиться, — тихо бормотал Пит. — Мы же виделись не больше получаса назад, и все было нормально…       Тони подобрался.       — Вы виделись?       — Да, у лифта пересеклись, когда я пришёл. Тони, — поднял на него взволнованные глаза мальчишка, — почему Пятница не сообщила больше ничего?..       — Вот это мы и выясним на месте.       — Мы?.. Ты… хочешь, чтобы я поехал с тобой?       Тони бросил быстрый оценивающий взгляд на табло, свидетельствующее, что они прибудут на парковку в течение ближайших десяти секунд.       — Ты же вроде сказал, что любишь меня, Паучок? А здесь, возможно, намечается потенциально трудная жизненная ситуация, не хочешь побыть рядом?       Питер смотрел на него во все свои огромные глазища.       — Конечно, — он нашёл на ощупь руку Тони рядом со своей и переплел их пальцы, слегка пожимая.       Тони вытянул его из лифта за руку и не отпускал до самой машины, возле которой Пит отцепился сам и пулей юркнул внутрь.       Всю дорогу, которая заняла не более семи минут, они молчали, обдумывая дальнейшие действия. Бросив автомобиль на дороге прямо перед входом, мужчины поспешно прошли внутрь просторного светлого помещения с невысоким потолком и рядами кресел для ожидающих приема.       — Подождёшь меня здесь? — повернулся Старк к спутнику, замедляясь возле них. — Процентов на девяносто я уверен, что всё в порядке, но лучше проверю один.       — Конечно, Тони, иди.       — И ты будешь здесь?       — Я буду здесь, — успокаивающим жестом Питер положил ладони ему на грудь. — Иди скорее.       Качнувшись вперёд, Тони оставил быстрый поцелуй над его бровью и скрылся в коридорах госпиталя. Пит опустил взгляд на руку, куда мужчина успел сунуть ключи от машины, погладив пальцами его ладонь.       Пеппер нашлась в акушерско-гинекологическом отделении, сидящей на кровати в отдельной палате и со скептическим видом ковыряющей желе в пластиковой мисочке.       — Пепс, что случилось? — Тони быстро, но спокойно подошёл ближе, внимательно осматривая лицо женщины и выдающийся под больничной простыней живот.       — Споткнулась, когда каблук попал в решетку водостока. В ста метрах от входа сюда, поэтому не стала настаивать на башне.       Они помолчали ещё немного. Тони обвёл взглядом белые стены с репродукциями Ван Гога и плакатами с розовощёкими младенцами, рассказывающими о пользе грудного вскармливания. В большом темном окне отражалась палата с двумя чужими друг другу людьми.       — Ты упала? Реальная угроза была? Прошу тебя, Пеппер, не говори, что ты подвергла нашего ребёнка опасности только ради того, чтобы наше прощание с Питером не затянулось.       Женщина фыркнула.       — Правда считаешь, что я на такое способна? Споткнулась и упала на руки, — она повернула оцарапанные ладони к нему в качестве доказательства. — Живот даже не задело, сюда привезли для перестраховки. Я же не виновата, что ты настроил свой ИИ так, чтобы он информировал о любом инциденте, связанном с лечебными учреждениями, как об экстренных.       — Тебе… что-то нужно? Я могу что-то сделать?       — Да, — сжала она губы в тонкую линию. — Объясни мне, Тони, почему ты любишь его? Это нелепо, смешно и глупо. Это не в твоём духе. Ты можешь это объяснить?       — Могу, — медленно покачав головой, подтвердил Старк. — Но не тебе, извини. Пиши, если что-то понадобится, Пеппер. И, ради всего святого, не носи больше каблуки до родов.       Спустившись вниз и окинув взглядом пустынный холл, Тони обнаружил знакомый силуэт с кудрявой макушкой в дальнем углу, за искусственным фикусом. Заметив вошедшего, Питер порывисто поднялся навстречу, но, прочитав по лицу Старка ответ на главный вопрос, с облегчением рухнул обратно в кресло. Тони сел рядом и с выдохом откинулся на спинку, обтянутую бордовой искусственной кожей.       — Всё же хорошо, да? — на всякий случай уточнил Паркер.       — Да.       — Тогда?.. — Питер смешался.       — Тогда поехали обратно, малыш.       Пит коротко кивнул, пряча блеснувшие глаза, и собираясь вставать.       — Только задержись ещё на секунду, — остановил его низкий голос. Парень послушно отпустил ручки кресла и повернулся к Тони.        Тот смотрел на него с такой нежностью, объектом которой Питер ещё ни разу не бывал.       — Пит, ты… самый удивительный. Умный. Честный. Смелый. Красивый, — после едва заметной паузы выговорил Тони с некоторым усилием. — А твои милые ушки так забавно шевелятся, когда ты жуёшь, что я могу наблюдать за этим бесконечно.       Питер, уже успевший нагреться до вулканических температур и едва не воспламениться, вскинулся на него взглядом праведного возмущения. С широкой улыбкой Тони выставил вперёд ладони, изображая этим жестом и свои извинения, и то, что он совершенно не собирается отказываться от сказанного.       — Я просто пытаюсь сказать в очень неоригинальных выражениях, что по этим, и по тысячам других причин я люблю тебя, Питер Паркер, и я не думаю, что это когда-то изменится.        Питер, который уже давно забыл, что дышать человеку вообще-то нужно постоянно и равномерно, взволнованно смотрел ему в глаза, посекундно прикусывая нижнюю губу. За то время, что он провёл здесь один, Пит успел покрутить в памяти детали их разговора добрую сотню раз.       Да, Тони держал его в своих руках нежно и крепко, целовал его лицо, но было ли это продиктовано только желанием успокоить человека, срывающегося в истерику, или значило нечто большее?..       Да, он собирался поцеловать его по-настоящему перед тем, как Пятница разрушила момент. Или не собирался, а это только очередная фантазия, в которой Питер заблудился?..       Да, он взял его с собой в госпиталь, но взял ли он его как близкого человека или как непредсказуемого мальчишку, который может выкинуть неизвестно что, если оставить его без присмотра?..        После очередного раунда битвы с самим собой в маленькой игре «отдели желаемое от действительного» он просто сдался и, отключив голову, ждал Тони, чтобы тот сам прояснил ситуацию. И теперь, когда Тони прояснял ситуацию настолько четко и прямолинейно, Питера внезапно накрыло ощущение абсолютной нереальности происходящего. В памяти всплыл прочитанный когда-то лайфхак — если вы хотите очнуться от сна, то посмотрите там на свои руки. Паркер медленно перевёл взгляд с лица Старка на свои кисти, лежащие на коленях.       Все на месте. Слегка ободранный заусенец на большом пальце, маленькая родинка у основания мизинца, знакомое переплетение голубоватых вен. Тони… любит его?.. В его голове это снова прозвучало так нереально, что для верности Пит ущипнул себя сразу за оба колена.       Внимательно наблюдающий за его действиями Старк усмехнулся.       — Ладно, пойдём, членистоногое, хватит щипать свои тощие лапки.       Пит вскочил и потрусил за уверенно идущим к дверям мужчиной, обшаривая на ходу карманы.       — Вот, ключи. Машину я переставил на парковку за углом. У меня, правда, наличных не было, но там охранник, когда номер увидел, сказал, что можем при выезде заплатить.       Тони остановился так резко, что Пит почти врезался в его плечо.       — А у меня тоже наличных нет, я же в этом вот, — Тони обвёл себя руками, демонстрируя поддоспешник, не подразумевающий лишних карманов, бумажников и прочего.       Пит несколько секунд озадаченно хлопал глазами, прежде чем Старк рассмеялся и, закинув руку на плечо, повлёк парня дальше.       — Не переживай, новичок, уверен, мы что-нибудь придумаем.       

***

      — Господи, мне до сих пор неловко перед тем парнем. Как твой автограф на его журнале учета компенсирует недополученную прибыль, а? — Питер чуть утомлённо откинулся на стенку лифта, везущего их наверх.       — Тогда предлагаю тебе завтра туда сходить и торжественно вручить ему те пятнадцать баксов, что мы задолжали.       — А вот знаешь, так и сделаю, — с вызовом посмотрел Питер на мужчину.       — Значит… ты не улетишь завтра, да? — Тони прикусил губу в ожидании ответа, но в этот момент лифт с тихим звоном остановился и выпустил их на полуосвещенном этаже.        — Не улечу, — тихо пообещал Питер, пока они шли к мастерской.