Брошенный

      Гулять с новоиспеченным знакомым, который даже ещё не соизволил представиться, было весело? Исаги не понимал своих чувств. Они просто гуляли вместе по парку и обсуждали первые попавшиеся темы. Хотя по ним и не скажешь, но оказалось они имеют много общего. Йоичи очень удивило, когда он в процессе разговора узнал, что его знакомый, который всё ещё не назвал своего имени, увлекается футболом. После этого диалог пошел ещё более складно. Изначально Исаги согласился на его предложение лишь потому что не хотел оставаться в школе, да и идти в пустой дом, который сразу навлекает переживания прошедших дней, не хотелось. Сидя на лавочке в своих размышлениях Исаги только сейчас заметил, что вокруг мертвая тишина. Он повернул голову в сторону его нового «друга?» и заметил, что тот сидел и просто смотрел на его лицо. Темноволосый решил все же спросить, — И всё же, я так и не узнал твоего имени. — В ответ на это послышался звонкий смех его собеседника, Исаги насупился, чем очень стал похож на недовольного воробушка, что вызвало ещё больший смех со стороны. — Прости, прости, просто я думал ты знаешь как меня зовут, а тут такой абсурдный вопрос. — Исаги недоуменно уставился на него, — и откуда я по твоему должен это знать? — Все простолюдины знают моё прекрасное имя. Естественно, я думал, что и такой странный шут как ты будешь его знать. Видимо ошибся. — Все потому что я не простолюдин и тем более не шут. — Йоичи уже особо и не удивлялся странным замашкам его собеседника, ведь наблюдал их уже пару часов и даже привык к странной манере поведения знакомого, — Ты так и не ответил на мой вопрос, — темноволосый надулся. В этот момент светловолосый встал с лавочки и Исаги в недоумении посмотрел на него. Немец же в это время встал прямо перед Йоичи и, протянув тыльную сторону ладони к нему, начал, — позволь представиться. Я, великий король, Михаэль Кайзер, разрешаю поцеловать мою прекрасную руку. — Темноволосый, даже уже зная замашки своего собеседника, удивился. Но всё же решил подыграть, — это такая честь для меня ваше величество. — И в этот момент схватил руку Кайзера за предплечье и, улыбнувшись, поцеловал кисть немца. После этого он поднял взгляд на нового знакомого и увидено его удивило. На щеках Михаэля расплылся румянец и заметив, что японец на него смотрит он тут же отвернул голову. После пробубнил под нос, — я же это не всерьез говорил. — Но слова дошли до Исаги и он, решив, продолжить этот театр абсурда сказал, — а я уж думал, что мой король серьезен в своих намерениях, но увы… — Темноволосый добавил ещё печальный вздох в конце и мысленно похвалил свою актерскую игру. — Ты ещё и издеваешься надо мной, какие злые японцы пошли. — Пробурчал недовольно Кайзер, но в глазах его были видны смешинки.

***

      Оставшаяся прогулка пролетела довольно быстро и парни и не заметили, как наступил вечер. Перед расставанием немец выпросил номер Йоичи, который, шутя, отказывался продолжать общение с, как он сказал, «заносчивым королем». Всё же выклянчив заветный номер Кайзер поскакал по своим делам, а Исаги побрел в сторону дома. Вдруг в груди неприятно сжалось, предчувствие как будто твердило, что вот-вот произойдет что-то плохое, но темноволосый упорно его игнорировал. Зайдя в квартиру японец заметил стоящие у порога две пары обуви. Одна точно принадлежала Экберту, а вторая, женская, была ему незнакома, но он не обратил на это никакого внимания. Все душевные терзания как будто сразу улетучились и он радостно побрел вглубь квартиры. Уже заходя на кухню в нос ударил неприятный запах непонятного происхождения. Войдя в комнату он заметил пустую бутылку какого-то спиртного напитка и сразу понял в чем дело. Обреченно вздохнув он побрел в спальню, где перед его глазами предстала неоднозначная картина. На кровати лежали две фигуры, что вызвало у Исаги подозрения. Он прошел в комнату и включил свет, фигуры стали различимы и Йоичи стало мерзко. На кровати совершенно голые лежали Экберт и девушка, если не девочка, ведь ей от силы можно было дать лет 18. Видимо включенный свет все же помешал спящему Экберту и он начал открывать глаза, темноволосый в этот момент пребывал в шоке и просто стоял столбом. Окончательно проснувшись мужчина перевел на него затуманенный взгляд и начал кричать, — Как ты, отродье, смеешь приходить в мой дом?! У тебя совершенно нет совести, это из-за тебя Томоко скоро сдохнет! — В этот момент Экберт подорвался с кровати вместе с полупустой бутылкой в правой руке побрел к Исаги. Японец в этот момент будто очнулся от транса и гневно выпалил, — В том, что она больна никто не виноват! А вот то, что ты вместо того чтобы искать деньги на её лечение трахаешься с малолетками делает тебя виновным. — В этот же момент старший схватил Йоичи за горло левой рукой и прижал к стене, — с чего это я виноват отродье? Это все твоя вина! Как только ты появился в нашей жизни всё пошло под откос! Ты дьявол во плоти, только и делаешь, что навлекаешь на всех беды. Сначала твои родители, а теперь ты перешел на мою семью, я тебе этого не позволю, — в этот же момент он замахнулся правой рукой, в которой находилась бутылка спиртного, и ударил темноволосого по голове. Исаги даже не успел хоть как-то закрыться и в итоге просто провалился во тьму.

***

      Пробуждение было не из приятных. Голова раскалывалась и наконец распахнув глаза Йоичи понял, что он все ещё находится в спальне. Оглядевшись он никого не заметил и попытался подняться, но головная боль видимо думала иначе и решила усугубить его страдания. Через силу он поднялся и побрел на кухню, чтобы выпить хоть какое-нибудь обезболивающее. Зайдя на кухню он разочарованно вздохнул, прямо за столом сидел Экберт. Все ещё пьяный, но он был в сознании. С его стороны послышался хриплый голос, — а я уже надеялся, что ты не проснешься, но раз так: то прибери за собой уже наконец, а то лужа со стеклом мешала мне спокойно попасть в спальню. — Исаги его слова выводили из себя, как он мог говорить что-то такое. Это ведь был человек которому он доверял, любил, а он так легко предал его с Томоко. Даже зная какая реакция может последовать на его слова японец выпалил, — а не пойти бы тебе к черту? Ты сам меня ударил и не извинился, а теперь просишь ещё и убрать за тобой, пошел ты. — Йоичи уже развернулся, чтобы уйти, как резко его потянула на себя крепкая мужская рука и со всей силы ударила под дых. — Ты мне ещё будешь тут свои правила диктовать щенок, это мой дом и раз уж ты, отродье, в нем живешь то будешь делать то, что я хочу. — И он просто ушел. Исаги в тот же момент сжался в клубок, чтобы хоть как-то облегчить боль и начал глотать подступающие слезы. Чем он все это заслужил?       Ещё какое-то время он продолжал лежать на полу, но время не резиновое и ему уже надо было выходить. Приведя себя более менее в порядок он вышел из квартиры. Он уткнулся как обычно в телефон и не заметил впереди стоящего. Упасть ему не дала чужая рука, — я уже начинаю сомневаться, что ты это делаешь не нарочно, признай, что ты так привлекал моё внимание. — Уже по голосу темноволосый понял, что это Кайзер, но все же удивился, что он тут забыл, ведь расходились они в разные стороны. Посмотрев на его лицо он увидел обеспокоенный взгляд, стоп, ему показалось? — Что ты здесь забыл? Ты точно не мой сталкер? А то уж очень похоже выходит, вечно знаешь, где я нахожусь. — Никакого сталкинга! Только пробитие по базе данных, — раздался бодрый ответ. Йоичи даже не удивится, если это окажется правдой. — Ну ладно, что ещё интересного тебе сказали в этой базе данных? — С напускным подозрением спросил Исаги. — Ооо, много чего интересного. — Загадочно улыбаясь сказал Кайзер. — Колись уже, клоун недоделанный. — Сказал темноволосый посмеиваясь. — Ну, например, что так называемый Исаги Йоичи является уж очень красивым японцем. — Загадочно проговорил Михаэль. В этот же момент Исаги стукнул немца и улыбаясь изрек, — Дурак, я это, итак, знаю. — И это ты мне говоришь, что моя самооценка на небесах, сам то не лучше. — Я просто умею здраво оценивать свои силы и внешние данные. —Конечно-конечно, господин, охотно вам верю.

***

      Последующие недели проходили достаточно однотипно. Утром Кайзер встречал Исаги печальным взглядом, но замечая, что японец видит сразу менялся в лице и натягивая улыбку на лицо заводил какой-то разговор пока они шли до школы. После он отсиживал уроки, и снова встречался с немцем и они шли гулять по всем возможным местам. Йоичи, честно говоря, поражало насколько они в некоторых моментах похожи с Михаэлем, но это только упрощало их общение. С Кайзером было так легко, даже его королевские замашки не отталкивали, а только забавляли. После прогулок они всегда шли и играли вместе в футбол. Сначала Исаги даже боялся, что их агрессивная настроенность друг против друга может повлиять на их дружбу, но он сильно в этом ошибался, ведь это делало её только крепче. Расходились с светловолосым только у подъезда Йоичи, немец всегда настойчиво говорил, что он не против пройтись потом один до дома и ему не сложно, Исаги только пожимал плечами, мол, если хочешь то пускай будет так. Попрощавшись темноволосый шел домой, где его всегда ждал бухущий в хлам Экберт. День был радостными, если он мог избежать побоев, но такое удовольствие бывало редко. При чем ублюдок несмотря на затуманенный алкоголем разум, всегда бил в закрытые одеждой места, хоть за это ему спасибо.       И так проходил практически каждый день, исключая те, когда он наведывался в больницу к тете, которая совсем не соображала. Было больно смотреть на нее в таком виде, но Исаги понимал, что ничего не может поделать, даже не может найти денег, ведь на работу его нигде не брали.       Прошло три месяца со знакомства Исаги с Кайзером, как второй решил впервые пригласить его к себе в гости. Михаэль уже выцепил Йоичи из толпы школьников и повел за собой. Они неспешно шли к дому немца, как у Исаги в голове нагрянул вопрос и он решил задать его, — я тут только сейчас подумал, а твои родители будут не против, что я так просто приду к тебе? — после этого вопроса Кайзер переменился в лице. Японец недоуменно глянул на него, неужели он сказал что-то не так? Светловолосый все же начал, — я думаю, что они даже не узнают, что ты приходил. — Заметив вопросительный взгляд Исаги он продолжил вздохнув, — они не живут со мной в одном доме. Присылают деньги каждый месяц и могут иногда спросить про оценки из своей «аристократичной» вежливости. А так им абсолютно плевать, есть у них сын или нет. Тем более деньги, что они мне отсылают для них копейки. — Йоичи опустил взгляд, зря он спросил это. Михаэль увидев это сказал, — не парься, мне уже вообще пофиг. Было бы хуже если бы они просто меня бросили, а так хоть деньги есть и на том спасибо. — Темноволосый слышал горечь в его голосе, но все же решил промолчать и сменить тему.       Они хорошо проводили вечер веселясь, смотря фильмы и просто болтая. Вот уже лежа в комнате Кайзера немец думал как начать сложный для их обоих разговор. Решившись он начал, — Йоичи? — названый бросил на него вопросительный взгляд, светловолосый убедившись, что его слушают продолжил, — я хотел поговорить насчет твоей тети. Я знаю, что это тяжело для тебя, но я думаю, что могу предложить тебе помощь. — Йоичи смотрел на него грустными глазами, но ничего не говорил. Видя это Кайзер выпалил, — я могу оплатить ей все лечение. — Японец смотрел на него удивленными глазами, — не думаю, что стоит. Мы с тобой знакомы не так долго, я не хочу пользоваться твоей добротой. Да и полное лечение невероятно дорогое, — проговорив это у Исаги в глазах начали собираться слезы. Немец увидев это обхватил обеими руками лицо японца и смотря прямо в глаза сказал, — Дурень ты, плевать сколько мы знакомы, ты стал мне очень близким другом и если мне позволяют финансы, то почему бы и не помочь. — Говоря это он вытирал выступавшие слезы японца большими пальцами рук. Услышав, что сказал Кайзер, Исаги накинулся на него с объятиями и все ещё лив слезы вымолвил, — на самом деле, было бы просто замечательно, если бы ты помог, но мне так неловко от того, что ты мне безвозмездно помогаешь, я так не могу. — Тогда давай ты будешь должен мне одно желание? — с улыбкой проговорил Михаэль. — Хорошо, но точно все нормально? — Глупенький, как ты можешь такое спрашивать, когда тебе говорят, что ты должен будешь выполнить любое желание какого-то человека? — Я тебе доверяю, ты уж точно не скажешь мне пойти убиться, значит всё нормально, — счастливо проговорил Исаги и из-за тяжелого дня и переизбытка эмоций провалился в сон.

***

      Проснувшись на следующий день Исаги не сразу понял, где он находится, но заметив сопящего Кайзера под боком, воспоминания сразу всплыли в голове. Растормошить спящего оказалось не так просто, но у Йоичи все же вышло и немец уже разлепил свои глаза и поднялся. В голове промелькнула мысль, что Михаэль выглядит очень мило по утрам, но темноволосый тут же отбросил её посчитав какой-то неправильной, так о друзьях не думают. Собравшись они вместе направились в школу. Оба пребывали в хорошем расположении духа, не успев ещё наговориться друг с другом, не заметили, как пришли в школу. Уроки пролетели быстро для обоих и снова встретившись они пошли гулять по парку обсуждая, что нового у них произошло за пару часов разлуки.       Подступал уже вечер и Кайзер, проведя Исаги, направился к себе. Йоичи ещё какое-то время стоял во дворе, на душе было не спокойно. Но холод поздней осени все же заставил его пройти в дом.       Открывая дверь дурное предчувствие его не оставляло, но он отбросив тревожные мысли прошел в квартиру. На удивление Экберт встретил его с порога, такого ещё никогда не случалось. Паника начала подступать стоило Исаги заметить его взгляд дикого животного. — И чего это ты вчера в дом не явился щенок? — грубо произнес мужской голос. — Тебе то какая разница, все равно ты бы привел опять кого-нибудь и мешал мне всю ночь спать, тебе ведь так даже лучше было. — Ты мне не говори, что лучше для меня дьявольское отродье. За то, что ты вечно меня не слушаешь я преподам тебе урок, — и в этот же момент схватил Исаги за волосы и потащил в направлении спальни. Йоичи брыкался как мог, пытался вырваться, но ничего не выходило. Было чертовски страшно, ведь он понимал, что именно с ним хотят сделать.       Пройдя в спальню Экберт грубо кинул его на кровать и проговорил, — только попробуй рыпаться — будет только хуже, если будешь хорошим мальчиком я возможно буду нежен, — говорил он это с мерзкой похабной улыбкой на лице, Исаги стало тошно. С него начали стягивать футболку, в голове он пытался придумать, что делать, но ничего на ум не приходило. В это же время мужчина уже стянул с него футболку и любовался на подтянутое юношеское тело, — знал бы, что ты скрываешь под этим широкими футболками давно бы уже так развлекался. — После сказанного он резко накинулся на губы подростка и решив углубить поцелуй укусил его за нижнюю губу, рот Исаги непроизвольно распахнулся и добившись желаемого Экберт просунул внутрь язык. Это вызвало у Йоичи тошноту, так мерзко ему не было никогда в жизни, собрав все силы в кулак он ударил нависавшего над ним в пах, но это не принесло желаемого результата и только разозлило мужчину, — ну все мразь, раз не хочешь по-хорошему, то будет тебе по-плохому, — в этот же момент он впился зубами в шею Исаги и попутно начал стягивать с него штаны. Темноволосый в это время судорожно бегал глазами по комнате пытаясь придумать как ему поступить. Внезапно глаза наткнулись на любимую вазу Томоко, что стояла на тумбочке возле кровати на расстоянии вытянутой руки. В это время мужчина потянулся к другой тумбочке с противоположной стороны кровати и уже достав из шуфлядки смазку начал закрывать её. Йоичи понял, что сейчас идеальный момент и протянув руку к вазе схватил её и когда мужчина повернулся к нему, ударил его со всей силы этой вазой. Мужчина начал падать на простыни, которые уже начали покрываться алым цветом. Исаги буквально за несколько секунд напялил стянувшие с него вещи и вылетел из комнаты попутно прихватив телефон. Он быстро набрал номер скорой, назвал адрес и быстро надев верхнюю одежду вылетел на улицу.       Только сейчас, бредя по пустынным ночным улицам, темноволосый понял, что по щекам идут слезы. Шею неприятно саднило, что напоминало о произошедших событиях. Он продолжал брести в известном только ему направлении и уже через минут 15 стоял у известного ему дома. Нажав на звонок он не ожидал, что хозяин так быстро откроет поэтому не успел даже морально подготовиться.       Кайзер увидев в глазок Йоичи удивился, но сразу же открыл дверь. Перед его глазами предстала душераздирающая картина. Японец выглядел совсем плохо, глаза опухли от еще идущих слез, растрепанный вид, неаккуратно надетая одежда. Глаза светловолосого зацепились за свежий синяк на шее, ужасные мысли всплыли в голове. — Йоичи, что-то случилось? — с беспокойством спросил Михаэль. Он хотел сделать шаг в его сторону, но заметив, что собеседник отшатнулся, остался стоять на месте. — Все хорошо, Йоичи, я тебя не буду трогать, если ты этого не хочешь. Проходи, — он отошел в сторону давая Исаги зайти в дом. Замкнув дверь они прошли в гостиную, где японец сел на диван. Немец все же спросил, — ты пока не хочешь со мной говорить? — в ответ он увидел только пустой взгляд, а после утвердительный кивок, — хорошо, тогда ты можешь расположиться в гостевой спальне, а я пойду к себе. — Он уже хотел было уйти, как его схватили за руку, — не уходи, пожалуйста, побудь со мной. — Немец сел рядом с Исаги и тот тут же его обнял уткнувшись в плечо. Они сидели так несколько минут, прежде чем темноволосый решил заговорить, — мне было так страшно, он никогда со мной такого не делал, раньше только бил. Я не ожидал, что такое случится. Но когда я только зашел в квартиру и увидел его ждущего меня, сразу понял, что что-то не так, а потом он потащил меня в спальню, — Йоичи начал рыдать ещё сильнее не в силах продолжать говорить. — Тебе не стоит продолжать, я все понял. Теперь все хорошо и тебя никто не тронет. — Кайзер положил голову Исаги к себе на колени и стал перебирать его волосы. Японец начал потихоньку успокаиваться. Михаэль спросил, — прости, что опять начинаю, но кто это сделал? — Муж моей тети, после того как ей поставили диагноз он начал пить и всё сразу пошло по накатной. — Почему ты ничего не рассказывал? — А смысл? Я не хотел тебя нагружать, ты, итак, очень сильно мне помогаешь, а тут я с ещё большими проблемами. — Ты можешь обращаться ко мне с любыми проблемами, я хоть все решу, мне это не составит труда. Пообещай, что будешь делиться со мной своими проблемами. — Обещаю и спасибо, после диалога с тобой мне стало легче. — Это отлично, а теперь засыпай, сегодня был тяжелый день.

***

      Прошел месяц, Исаги все это время жил у Кайзера. Сначала это очень смущало Йоичи, ведь он в который раз пользуется добротой своего друга, но Михаэль заверил его, что ему только в радость. Томоко провели успешную операцию и она идет на выздоровление, врачи говорят, что она может отправиться домой уже на следующей неделе. Эта новость одновременно радовала и нет. Исаги однозначно придется вернуться домой, когда Томоко выпишут, а возвращаться в дом, где живет дикое животное совершенно не хотелось.       Неделя пролетела незаметно и вот уже сегодня темноволосый пойдет за тетей, а после вместе с ней отправится в общий дом. Исаги старался об этом пока не думать и пытался отвлечься разговором с Кайзером. Но вот время уже подходит и ему надо выходить. Михаэль проходит с ним до входной двери и говорит, — ты не против, если я сейчас использую свое желание? — Исаги недоуменно посмотрел на него, но все же неуверенно кивнул.       И тут немец совершил то, что Йоичи от него не ожидал. Он наклонился и мягко впился в его губы, аккуратно сминая их, будто боясь, что его оттолкнут, но ему, пусть и неуверенно, но ответили. Этот поцелуй у Исаги вызывал совершенно иные чувства, нежели поцелуй с Экбертом. От второго его тошнило и хотелось только промыть рот с мылом, да забыть как страшный сон. А вот с Михаэлем все иначе, этот поцелуй был сладким, «может потому что Кайзер ел пирог на завтрак?», и приятным. Когда дышать стало тяжело немец отстранился и взглянул на своего раскрасневшегося друга любуясь прекрасной картиной. Тишина затянулась, она не была неловкой, но Кайзер прервал её, решив, напомнить Исаги, — я конечно понимаю насколько я неотразим, но не пора бы тебе пойти к тете? — В этот момент Йоичи опомнился, чмокнул, удивившегося его действию, Михаэля в щечку и счастливо улыбаюсь убежал. Кайзер с такой же счастливой улыбкой смотрел ему вслед.

***

      Уже идя с тетей домой Исаги боялся, что может натворить Экберт, ведь тете он ничего не рассказывал. Но по её взгляду было видно, что она догадывается, видимо такие его пристрастия для нее не новы.       Йоичи и Томоко вошли в квартиру и замкнув её начали разуваться. Пройдя только пару шагов нос японца уловил странный запах. Дойдя до спальни он в ужасе смотрел на дверь, которая горела, как и вся комната внутри. Он побежал обратно к тете и увидел её лежащей на полу у входной двери. Подбежав к ней и прощупав пульс он понял, что пока с ней все хорошо. Решив открыть входную дверь он начал пытаться повернуть ключ, но его заклинило. Исаги кинуло в холодный пот. Огонь подступал все ближе, воздуха было все меньше. Уже теряя сознания он сожалел только о том, что не попрощался с Михаэлем.

***

      Пробуждение было не из приятных, где-то слева что-то пищало давя на мозг и чей-то голос усугублял итак ужасное положение. Все же разлепив глаза Исаги увидел белый потолок, переведя взгляд влево он понял, что пищащая штука это аппарат ИВЛ. Он в ужасе уставился на врача, который стоял и просто что-то записывал в своем блокноте с безразличным видом, хриплым голосом японец спросил, — Что случилось с моими родными? — задав вопрос он понял, что не помнит как выглядят лица этих родных, но не предал этому никакого значения. Зря.       Со стороны раздался сухой безразличный голос, — они оба мертвы, вам очень повезло, что вы живы, — после этих слов Исаги не слушал, ведь в этом не было смысла, его жизнь кончена…