Карамельный сироп

Тяжёлое дыхание срывается с губ Итэра, а перед ним стоит ещё одна тарелка. Ещё одна чёртова тарелка, находящееся на которой уж точно не в лезет в его и без того ставший округлым, плотным и болезненно наполненным живот. — Архонты, Альбедо, я больше не могу,— уложив обе ладошки на самый верх тугого, чуть покрасневшего животика тянет юноша, что, кажется, ещё немного и задохнётся от того, как сильно его желудок давит на диафрагму. — Итэр, насколько я могу оценить, в тебя вполне себе ещё немного поместится. А мне правда нужна твоя помощь в дегустации, так как мне сложно точно и качественно определить вкус того, что я готовлю,— алхимик не врёт, практически: ощущение вкуса, а даётся ему вполне себе удачно (хотя, конечно, он не может сказать, что имеет классические вкусовые предпочтения, а, следовательно, может быть необъективен), но не идеально. — Но я ведь попробовал уже так много…— еле двигает губами юноша, довольно выдыхая, когда руки блондина аккуратным движением оказываются поверх его рук, а после начинают аккуратно массировать краснеющую кожу. На губах мондштадтца блистает аккуратная, умиротворённая улыбка, а после изящная, но слегка мягковатая (в сравнении с её же силуэтом несколько месяцев назад, а не в абсолюте) рука цепляет кусочек только испечённого пирога и подносит, сначала, к собственным губам дабы показать юноше, что ест не он один, а после, подцепив ещё один, подносит к губам Путешественника, что покорно размыкает их, съедая очередной кусок. — Мне кажется, тут маловато сахара…— в довершение всего, словно находясь на грани пищевой комы, еле тянет Итэр, тяжело выдыхая, откидываясь на спинку стула и прикрывая глаза. — Боюсь, что если я стану добавлять больше сахара мне придётся обеспокоиться о твоём и о своём здоровье и весе, Итэр,— и это правда, особенно учитывая что Альбедо набрал, хоть и максимум пару килограмм, с момента, когда начал готовить для Путешественника, а тот и вовсе, как казалось, рос, как на дрожжах, и не ввысь, а в ширину.