Охота Легавой

      Ничем не примечательный двор с детской площадкой, окруженный многоэтажками, берёг вечерний покой. Все работяги уже дома и даже не думают выглядывать в окна. Но двор всё равно кажется безопасным местом.       Вдоль припаркованных машин трусцой бежала крупная, облезлая дворняга. Она замерла у чёрного внедорожника и, наскоро обнюхав колесо, задрала заднюю лапу и кинулась прочь поскуливая. Из темноты растущего подле подъезда пышного куста вышел доберман. Кожаный ошейник с металлическими заклепками обхватил его шею плотнее, когда он потянул носом в след чужой собаке. — Гера, нет, — спокойно сказала Легавая, собрав длинный поводок в кольца. — Везде бардак. Ещё только бродячих псов не хватало.       Гера фыркнула и, оглянувшись на хозяйку, потрусила рядом. Вечерняя прогулка подходила к концу.       Во двор, ярко сияя фарами, вкатилась машина намного дороже, что были у местных. От внимания Легавой это не укрылось. Она расстегнула куртку и отстегнула Геру от поводка, шёпотом отдав команду «рядом».       Машина подъехала ближе. Из переднего сиденья вылез здоровяк и, поглаживая бороду, вразвалочку подошёл к Легавой почти вплотную. Гера тихо зарычала. Легавая молча вскинула голову, чтобы глядеть в лицо незнакомца. — Мой босс хочет с тобой поболтать, — сказал он, посмотрев куда-то в направлении крыши. — Кто твой босс? — спокойно спросила Легавая, сжав кулаки. С каким бы удовольствием она заставила этого выскочку слизывать грязь с асфальта. — Иди к нему, — со вздохом ответил посыльный и кивнул в сторону машины. Он развернулся и пошёл к ней, ожидая, что Легавая тут же помчится его обгонять. Но она лишь зевнула, прикрыв рукой рот, и встряхнулась. — В общем, если ему что-то нужно, пусть явится в отделение и напишет заявление. Либо… — «катится в ад», — подумала Легавая, и вслух сказала, — Наймёт частного сыщика. — Ты, кажется, не поняла, — развернувшись, грозно нахмурился посыльный. — Босс ждёт тебя в машине. — Твой босс.       Здоровяк вытащил из-за пазухи крупнокалиберный пистолет и недвусмысленно снял предохранитель. Легавая только вздохнула, покачав головой. Гера ощерилась и припала к земле. Стоило ему поднять пистолет в сторону Легавой, и наглец может попрощаться с рукой. — Одно неверное движение, и никто не посмотрит, что ты инвалид. Будешь вылизывать унитазы на зоне до конца жизни. — Ты пожалеешь, сука… — сквозь зубы выдавил здоровяк, покосившись на добермана. Легавая только плечами пожала и скрестила руки на груди, наблюдая, как посыльный вернулся в машину. Водитель, едва видимый за стеклом, выкрутил руль, и машина укатила со двора. — Лохи какие-то, — сказала Легавая Гере и потрепала ту по шее, отчего собака немного расслабилась и завиляла хвостом. — Пойдем домой. Чую, отдыха нам будет мало.       Легавая на своём внедорожнике уверенно рассекала и в потоке машин, и по бездорожью, но в промышленном квартале немного растерялась, о чём в своей манере дала знать сидящему рядом Джеймсу. — Где эти ублюдки заныкались?! — Да ладно тебе. Мы же не на штурм притона едем, а всего лишь в небольшую фирму, — Джеймс зевнул и передёрнул плечами. — Вон здание с чёрной крышей, похоже на то. — Хоть бы какие-то вывески организовали.       Легавая припарковалась рядом с другими автомобилями. Никаких знаков парковки не было видно.       Они словно попали в первый отсек лабиринта. Высокие стены склада нависали над двором. Из щелей в асфальте торчала сухая трава. Пара ворон со скрежетом шагали по крыше. — А неплохо зарабатывают на рекламках, — присвистнул Джеймс, пялясь на спорткар чёрного цвета, припаркованный рядом. Он выделялся среди других машин, как арабский скакун в табуне пони. — Это начальника, — Легавая осмотрелась, скривившись. — Ладно. Пошли внутрь. Стоим тут, как бродяги какие-то. — Не. Мы эти, странствующие монахи, несущие свет в этот мир мрака и тьмы. — Мрак и тьма — это одно и тоже, идиот, — сквозь зубы выдавила Легавая и, не дождавшись Джеймса, распахнула входную дверь, в нетерпении желая пролить свет на это проклятое дело.       Легавая с первого взгляда оценила обстановку. Они попали в небольшую комнату, заставленную высокими рабочими столами и непонятного вида машинами, о предназначении которых можно было лишь догадываться. Рядом с одной из машин стоял со стопкой бумаги и пялился на вошедших ничем не примечательного вида мужик в потрёпанной одежде. Он прищурил глаз на Джеймса и крикнул в сторону открытой двери слева. — Арина, тут пришли!       Из двери тут же вышла молодая девушка. По виду совершенно не походившая ни на офисный планктон, ни на рабочую лошадку. Волосы собраны в хвост, на лице минимум макияжа. Одета в новые толстовку, джинсы и рабочие ботинки.       При виде гостей она чуть нахмурилась и замедлила шаг. — Добрый день, мы из полиции, — представился Джеймс, лучезарно улыбнувшись. Арина нахмурилась ещё сильнее и перевела взгляд на Легавую. — Можем ли поговорить с главным? — спросила Легавая и тут же метнула взгляд на рабочего. Он метнулся за машины и зашуршал там бумагами. — Конечно. Я провожу вас к нему в кабинет, — осторожно ответила Арина и кивнула в сторону другой двери.       Легавая пошла за ней. Джеймс тащился следом, оглядываясь.       Их провели по двум большим залам, где за столами работали люди разных возрастов. Все они несмотря на спешку отрывались от работы и глазели на пришедших. Джеймс им мило улыбался, а Легавая, опустив подбородок, следовала за Ариной.       В кабинете начальника их встретил жуткий бардак. Даже для Легавой это было через чур. Всюду и, даже на полу, валялись бумаги, купоны на продукты, рекламные листки и талоны. У двери, на плетеной из металлических прутьев подставке, в громадном горшке торчал давно увядший фикус рядом, а с ним несколько окурков.       Из-за стола поднялся непримечательного вида мужчина в чёрном костюме без галстука и замер, натолкнувшись взглядом на хмурое лицо Легавой. — Чем могу помочь? — голос дрогнул, но он крепко держал себя в руках.       Легавая представилась и кратко объяснила суть дела, по которому они пришли. Начальник, узнав, что они не из налоговой и пришли даже не за ним, сразу расслабился и, не пытаясь скрывать своей радости, превратился в радушного хозяина. — Какое горе. Я плохо знал парня, но он был новичком. Вы можете поговорить со всеми работниками в моём кабинете. Здесь хорошая звукоизоляция. Арина, пожалуйста, скажи работникам…       У Легавой пискнул телефон. Она достала его из кармана и, глянув на экран, прикусила внутреннюю сторону щеки.       Джеймс с тревогой взглянул на помрачневшую Герду и тут же с восхищением посмотрел на Арину. Та с совершенно безразличным выражением на лице прошла мимо него, торопясь выполнить поручение босса. — Отлично. Тогда займись этим, а мне нужно ехать, — сказала Легавая и, кивнув начальнику, вышла из кабинета.       Джеймс криво улыбнулся и вздохнул. Начальник понимающе взглянул на оперативника и сказал: — Вам следует порадоваться, что она не ваша жена.       Джеймс бросил на него мрачный взгляд и выпрямился: — С вами, господин Блум, я желаю поговорить позже.       Легавая рывком распахнула дверь своего внедорожника и села, не пристегнувшись. Круто вывернув руль, она вылетела со двора, едва разминувшись с грузовиком. Только благодаря опыту и везению она по дороге не устроила аварии, а близкое знакомство с дорожной полиции помогло не получить штраф.       Когда она остановилась у входа в главный городской парк, её встретила мать. Садясь в машину, она пристегнулась и оглянулась назад, словно ища пассажиров. — Здравствуй, Герда. — Привет, мама. — Гони во Фрейи, мы и так опаздываем.       Герда втянула голову в плечи и стиснула челюсти, но не удержалась и ответила: — Можно подумать, кто-то там рискнёт тебя не подождать. — Конечно нет, — Бринхилд чуть улыбнулась и добавила, подняв палец украшенный золотым перстнем вверх, — Но у меня репутация пунктуального человека, а это дорогого стоит. Человек без репутации — никто в обществе. — Я знаю. Ты всегда это говоришь. — И буду говорить, пока ты, наконец, не возьмёшь на вооружение эту мудрость. Обгоняй этого придурка! — Впереди ещё двое мотоциклистов. Я не буду участвовать в их убийстве! — Кстати, насчёт убийств. Думаю, стоит поговорить и насчёт них. Ты не видишь серию? Всех убили после их общения с проститутками. — Я рассматривала эту версию. Но, мне кажется, это просто случайное совпадение. У убитых было много врагов. Этот предпоследний явно из бандитов. Ко мне пытался обратиться его босс. — А я вижу здесь серию! — непреклонно заявила Бринхилд и, подняв вверх указательный палец, перстень блеснул в луче солнца, добавила, — Просто согласись. Совпадений слишком много, а убийств в последнее время слишком мало. На твоё счастье. Пока ты будешь бегать с кучей подозреваемых, маньяк продолжит убивать. — Или, пока я буду гоняться за неведомым маньяком, куча преступников уйдут от наказания или так заметут следы, что не подкопаешься. — Их всех убили куском арматуры! Почему заказняк не огнестрелом отработать? И оружие в воду? — Угу. У нас полно строек, странно было бы не использовать такой удобный инструмент! — щёки Герды покрылись красными пятнами, как и её матери. Обе разгорячились, и ни одна не считала верным мнение другой.       Герда тяжело вздохнула и попыталась говорить спокойно, чтобы донести свою точку видения ситуации. Она прекрасно знала, что стоит дать матери уцепиться, и ей зачитают лекцию о важности общения в правильном тоне. От поучений у неё просто срывало все предохранители, и дело могло закончиться скандалом. Матери такого удовольствия она не предоставит. — Ну, смотри, первого могли тупо грабануть. Может, наркоман не рассчитал силы. Второй — явно заказняк. Кто-то устроил показательную казнь, и, когда я доберусь до босса этого недоноска, я быстро всё выясню. А третий явно с кем-то сцепился и его поймали в самый удачный момент. — Может, и так, — неожиданно мирно согласилась Бринхилд и спокойно спросила, — А что с последней свидетельницей? — Как и с предпоследней. Ничего не видела и не помнит, — Герда сжала губы, и это заметила мать. — Сказала, что отморозок её не тронул, только перед тем как уйти, погрозил ей пальцем. — Да что же ты молчала?! — рявкнула Бринхилд, отчего Герда сжалась и уставилась на дорогу во все глаза. — А что это даёт? Ну, решил покуражиться. — Точно серийник. Явно зацикленный на теме проституции. Наверняка, религиозный. Похож на Дьякона. Ты тогда мелкая была, а мне пришлось побегать с ним. — Знаю этого, — мрачно проворчала Легавая и направилась на обгон грузовика, — Цеплял шлюх с улицы и потом порол их розгами до смерти. — Читал молитвы и верил, что это очистит их грешные души, — добавила Бринхилд и усмехнулась. — Тогда почти война началась между христианами. Католики чуть из шкуры не выпрыгнули, обвинив православных в паршивой овце, которая смогла проникнуть в святое святых. — И про это знаю. Католиков задолбало, что их все время обвиняют в растлении маленьких мальчиков. — Про это знают все, — отмахнулась Бринхилд и, задумчиво постукивая пальцами по коленям, сказала, — Нужно выяснить во Фрейях, может, кто-то что-то знает об этом деле? — Ну с чего ты взяла, что они что-то знают?! А если и знают, ты думаешь, они сдадут кого-то из своих? Серьёзно?! Они же круче любой мафии! Сектанты гребаные, — Герда слишком поздно спохватилась, и, если бы в этот момент не ехала между двумя грузовыми машинами, один из которых был бензовозом…       Бринхилд бросила взгляд на дочь и глубоко вздохнула то ли сетуя на её глупость, то ли на её несдержанность. — Закрой окно. Дует, — невыразительным тоном попросила Бринхилд. В ответ Герда качнула головой и облокотилась о дверь.       На пропускном пункте при виде лица Бринхилд суровая пограничница браво отдала честь и сверкнула улыбкой. Шлагбаум тут же поднялся. Легавая почувствовала удушливую хватку зависти. Ей о таком и мечтать не стоит. Однажды она приехала с поручением от матери, так её подвергли полной проверке, как любую другую желающую въехать в город. — Хочешь поучаствовать в собрании? — неожиданно прервала молчание Бринхилд. — А смысл? Меня это всё не касается. — Как хочешь, — Бринхилд отстегнула ремень безопасности. Они въехали на главную площадь. Герда остановила машину аккуратно у входа в мэрию. — Позвоню, как закончим, — бросила Бринхилд и вышла из машины. Не успела она закрыть за собой дверь, как из здания мэрии вышла невысокая блондинка в строгом чёрном костюме и, сложив руки в замок, улыбнулась, ожидая степенно поднимающуюся по ступенькам Бринхилд. — Ну вы гляньте, сама выперлась, даже свою куклу не стала отправлять, — проворчала Легавая и чуть не выругалась.       У машины с её стороны стояли двое. Даже не увидев лиц, Легавая определила, что в синем облегающем платье стояла упомянутая «кукла» Астрид, которая ни много ни мало была второй главенствующей девой Фрей. А рядом с ней с кобурой на ремне стояла заклятая соперница — Гунхильда. Руки, скорее лапы, она держала за спиной. Хотя Гунхильда и возглавляла местную службу безопасности, всё равно оставалась обычной воякой. — Привет, — сказала Легавая, выходя из машины. И сразу пожалела об этом. Рядом с этими дылдами она чувствовала себя карлицей. Особенно по сравнению с Гунхильдой. Та была под два метра, широкие плечи пловчихи обтягивала чёрная футболка. Джинсовые шорты до колен не скрывали мускулистые ноги. — Давно не виделись, Герда, — тихо сказала Гунхильда, и Легавая задрала голову, чтобы взглянуть ей в глаза, о чём тут же пожалела. Старая знакомая сильно похудела, высокие скулы обтягивала посеревшая кожа. Равнодушный взгляд тёмно-синих глаз вызывал ощущения нахождения под прицелом. Легавая нервно усмехнулась и посмотрела на Астрид.       Та улыбалась, склонив голову вбок. Чёрные волосы, заплетённые в косы, сходящие за спину, придавали ей вид одновременно и воинственный, и официальный. Взгляд больших голубых глаз наполнен дружелюбием. Легавая слышала о ней кое-что. Наверняка тех, кто мешал, она кончала с такой же улыбкой. — Рада встретиться с тобой вновь, Герда, — сказала Астрид и мельком глянула на дверь мэрии. — Надеюсь успеть поболтать с тобой после совещания. — Хорошо. До встречи, Астрид.       Дева чуть склонила голову и поспешила в мэрию. Легавая обернулась ей вслед, всей душой мечтая отправиться с ней, чтобы не оставаться наедине с тем, во что превратилась Гунхильда. — Чем хочешь заняться, пока ждёшь свою маму? — всё таким же глухим голосом спросила Гунхильда. Легавая передёрнула плечами и огляделась. Здесь солнце ярко светило, но, несмотря на это, ей было холодно. — Кхм, слышала об убийствах в Хугорме? — Там вечно какая-то возня, — Гунхильда отвернулась, глядя на идущую по площади девушку с чёрной овчаркой на поводке. — Ну, это дело я расследую. Фишка в том, что это уже больше похоже на серию. — Потеряет контроль, и ты его поймаешь. — Тебе легко говорить! Не с тебя спрашивают за каждый труп! — Легавая стиснула кулаки, испепелив взглядом собеседницу. Та уже не казалась ожившим мертвецом. Просто пассивная, уставшая от жизни женщина. — Расскажи побольше, о чём речь, — вздохнув Гунхильда, продолжила, — Пробью по своим каналам, может, что узнаю. — С чего тебе в это лезть, — окрысилась Легавая, — Своих дел нет? — Моё дело в порядке, — ответила Гунхильда и широко улыбнулась. — Как она? Поправляется? — с живым интересом спросила Легавая. — Ага. Пока в больнице. Говорят, психика сильно пострадала. Но она поправится. Если понадобится, я её обеспечу лучшими специалистками. — Это хорошо. За тех ублюдков не беспокойся. Я о них позаботилась, — Легавая жёстко усмехнулась — Оба уже хлебнули дерьма прямо с унитаза и теперь обслуживают всех сокамерников. — Классно ты сработала, — Гунхильда хохотнула и пригладила волосы, заплетённые в косу, доходившую ей до пояса. — Я скажу ей, как будет можно. Хотя это будет проще, чем объяснить ей наличие у нас этого пса. — Гунхильда кивнула в сторону девушки с овчаркой. — Ого. Я думала, ты его чисто ради пары случек забрала. — Не без этого. Уже скоро три суки щенится. Надо признать, он хорош. Думаю, даже в операциях не растеряется. — Насчёт операций… У меня есть пара идей по следствию, но не хватает информации. — Мне тоже, — многозначительно сказала Гунхильда. — Пошли отсюда. Например, вон на ту скамейку. Эти тренировки меня убивают.       Уже с удобством расположившись на скамейке у края площади, Легавая подробно изложила всё, что имела на то время. Гунхильда, услышав, кого убивают, пренебрежительно хмыкнула, но промолчала. — Как-то так. — На живца ловили? — Это опасно. Оставили на крайний случай.       Глава внутренней безопасности Фрей крепко задумалась. Легавая заметила изменение в её лице и тут же спросила: — У тебя появилась идея! Дьявол! Выкладывай. — Это плохая идея, — Гунхильда покачала головой и наклонилась, чтобы поправить шнурок в кроссовке. — Давай я тебе отпишусь, когда что-то узнаю или придумаю.       Легавая выдохнула и подпёрла подбородок кулаком. Гунхильда плотнее зашнуровала кроссовки и с облегчением откинулась на спинку скамейки.       По площади проходили женщины иногда в компаниях кошек или собак. Две были с маленькими девочками. Легавая задумалась о деле, прикидывая все возможные варианты. А их было много.