Hidden Messages

Утро пятницы было, мягко говоря, хаотичным. Всем было хорошо известно, что вторая часть задания должна была состояться во время Основы Героики в тот день. Утром они первым делом узнали от Киришимы, который вчера вечером услышал от Тетсутетсу, что вчера у класса В уже была вторая часть. По общему мнению, во второй раз они справились лучше, но это было труднее. Очевидно, подсказки были сложнее, и их учитель собирался меньше пропускать. Естественно, это подвергло класс в панику. Изуку вошел на кухню в пятницу утром, планируя приготовить себе обычный завтрак, но, увидев безумие, в котором находились его одноклассники, решил, что оно того не стоит. Он развернулся и ушел из кухни, не желая иметь дело с творившимся там хаосом. Вернувшись в свою комнату, чтобы закончить приготовления, он решил пойти в класс пораньше. Он прошел мимо кухни, никто не обратил на него особого внимания, но, когда он был уже почти за дверью, чтобы покинуть общежитие, Кацуки закричал с кухни. – Куда, по-твоему, ты идешь, Деку? Весь остальной шум прекратился, ожидая увидеть, что произойдет. Изуку в замешательстве обернулся. – В класс? – Без завтрака? Изуку вытащил из сумки яблоко, которое положил накануне. – У меня есть яблоко. – Он не собирался его есть, но, может быть, это убедит Бакуго отпустить его. Ему действительно не хотелось сейчас торчать среди своих запаниковавших одноклассников. – Яблоко? Действительно? Тащи свою задницу сюда. Изуку неохотно направился на кухню только для того, чтобы Кацуки сунул ему миску с рисом и яйцом и толкнул на стул. – Ешь.  – проворчал блондин ему, схватив вторую тарелку с тем же самым. Они сидели и ели в тишине, пока все их одноклассники смотрели на них. – Что это было, Каччан? – Изуку не мог не спросить тихо, пока они ели. – Если ты собираешься стать героем номер два, ты не можешь пропустить гребаный завтрак. – тоже тихо ответил Кацуки. Они оба прекрасно понимали, что их одноклассники смотрят на них. – Номер два? Каччан, я буду номером один! – Ты не станешь даже им, если пропустишь завтрак, идиот. – После этого они быстро закончили есть, и Мидория направился к двери, чтобы пойти в класс. – Эй, ботаник, подожди секунду, я пойду с тобой. – на их языке сказал Кацуки, прежде чем побежать в свою комнату, чтобы закончить приготовления. Изуку начал медленно обуваться. Он не хотел привлекать внимание к тому факту, что ждет блондина, все их одноклассники все еще смотрели, но он действительно хотел пойти на урок с Каууки. К счастью, парень был быстр, к тому времени, когда Изуку закончил надевать обувь, он вернулся вниз и уже был в одном ботинке. Через секунду они уже шли в класс, а их одноклассники все еще смотрели на них, пока они уходили. Иида только что закончил готовить завтрак, когда Бакуго закричал через всю комнату на Мидорию. Обычно он делал выговор своему взрывному однокласснику за крик, но ему было любопытно, чем все это обернется. В отличие от большинства взаимодействий между ними, Бакуго на самом деле не выглядел сумасшедшим. Остальная часть их взаимодействия лишила всех дара речи. Неуправляемых хаос мгновенно прекратился, когда Бакуго заставил Мидорию позавтракать. Не просто завтрак, а завтрак, который приготовил Бакуго, хотя тот никогда не делится своей едой. Иида был ошеломлен, как и большая часть класса. К его удивлению, странное утро на этом не закончилось, Мидория медленно двинулся, чтобы обуться, но Бакуго сбежал вниз, чтобы уйти с ним. Будучи старостой класса, Иида чувствовал, что обязан следить за тем, чтобы его одноклассники говорили потише, но он даже не пытался заглушить восклицания, которые раздались, как только за парой закрылась дверь. – Это действительно только что произошло? – Я точно проснулся? Это не сон? – В какую альтернативную вселенную я попал!? – Эй! – Иида, наконец, заговорил, перекрикивая шум, чтобы привлечь всеобщее внимание. – Я знаю, что то, что только что произошло, очень необычно, но это не наше дело, мы должны потратить время на подготовку к сегодняшнему заданию, а не на предположения. Слова Ииды возымели желаемый эффект, но энергия в комнате не вернулась к прежней. Что-то во всем этом общении успокоило всех. Возможно, то, что их самый агрессивный одноклассник заставил своего соперника позавтракать, напомнило им, что сегодня просто еще один обычный день, и к нему нужно относиться соответствующе. Однако, более чем вероятно, что они просто молча размышляли над взаимодействием. В любом случае, Иида был счастлив закончить свой завтрак в тишине. Тенья пришел на урок в свое обычное время. Обычно он был там первым, но был взволнован, что на этот раз у него была компания. Но, к его удивлению, Бакуго и Мидории там не было. Смирившись с тем, что перед уроками он будет проводить время в одиночестве, как обычно по утрам, Иида достал свою переделанную азбуку Морзе для изучения. Он и Тодороки решили снова использовать азбуку Морзе, за исключением того, что каждая буква сдвигалась на две. Это означало, что код для "А" на самом деле был кодом для "В" в общепринятой азбуке Морзе и так далее. Они оба пытались запомнить ее, но на всякий случай у них были шпаргалки. Не желая терять время, Иида начал заниматься. Выйдя из общежития Изуку и Кацуки, направились в класс, но утро было настолько прекрасным, что они решили обойти кампус. Времени у них было более чем достаточно. Пока они шли, Изуку решил начать диалог. – Я понимаю, ты хотел, чтобы я позавтракал, но почему ты придал этому такое большое значение? Все наши одноклассники смотрели. – Вот поэтому я и придал этому большое значение. Эти ублюдки все в таком большом стрессе из-за этого проклятого задания. Эта штука с шарадами сработала как отвлечение, так почему бы не отвлечь их еще немного. – Кацуки смотрел в землю все время, пока говорил. Изуку почувствовал странное чувство в груди, когда понял, что взрывной блондин просто проявляет заботу по-своему. – Ты публично заставил меня позавтракать, чтобы снять стресс с наших одноклассников? Вау, ты действительно заботишься обо всех нас. – Ни хрена! Но если ты кому-нибудь расскажешь, я, не колеблясь, взорву твою голову. – Кацуки толкнул Изуку плечом. – Да, да, не волнуйся, я никому не расскажу, что ты тайный слабак. – пошутил он в ответ. Кацуки только рассмеялся и толкнул Мидорию сильнее, чем раньше. Зеленоволосый споткнулся и упал на траву. Он сел и драматично надулся на блондина. – Это было подло. – Да. Потому что я не гребаный слабак. – сказал Кацуки, хотя и протянул руку, чтобы помочь Изуку подняться. Тот схватил друга за руку, но вместо того, чтобы подняться, он повалил Бакуго на землю. Он расхохотался, увидев обиженное выражение лица Кацуки. Блондин изо всех сил пытался сохранить сердитое выражение, но в конце концов смех победил и его. Не в силах сдержаться, они оба смеялись, пока не закончилось дыхание, катаясь по земле рядом друг с другом. Через несколько минут смеха, Изуку посмотрел на часы и понял, сколько времени они потратили впустую. Он быстро вскочил с земли, испуганно озираясь и на автомате протягивая руку другу. – О нет, нам пора идти. Уроки скоро начнутся! – Вот дерьмо! – Кацуки тоже встал и, не дожидаясь, побежал вперед. – Наперегонки, ботаник! Оба бросились в классную комнату, запыхавшись, прибыв туда в рекордные сроки. У них была еще пара минут до начала урока, но они были слишком заняты, пытаясь отдышаться, чтобы говорить с кем-нибудь. Вместо этого они занялись подготовкой к новому учебному дню, проигнорировав взгляды всех своих одноклассников, которые они чувствовали на себе. – Ребят, вы серьезно ушли из общежития рано утром, чтобы пойти подраться? – Каминари заговорил с того места, где он сидел за столом. Кацуки и Изуку в замешательстве переглянулись. После секундного взгляда друг на друга они разразились смехом. У них были пятна от травы на штанах, листья и трава в волосах. Казалось, что они катались по траве, что они и делали, но для любого их одноклассника, очевидным ответом было то, что они дрались. В конце концов, по общему, пусть ошибочному, мнению они ненавидели друг друга. Им так и не удалось ответить Каминари, потому что, как только они перестали смеяться, начался урок. К счастью, вскоре после начала занятий все перестали пялиться на них. В любом случае сегодня были более важные вещи, о которых нужно было беспокоиться. Остаток дня был напряженным, но в остальном до обеда все было вполне нормально. Как только начался обед, все подошли к своим партнерам, чтобы немного потренироваться. Изуку направился в столовую, рассчитывая пообедать в одиночестве, когда к нему подошел Кацуки, молча начиная идти рядом с ним. – Каччан? – переключился на их язык Мидория. – Что? – моментально ответил блондин. – Ты идешь обедать со мной? – Нет, просто мой гребаный темп идеально совпал с твоим после того, как я догнал тебя. Тц, очевидно, я иду с тобой обедать. – Хорошо, да, правильно, э… Почему? – Почему, черт возьми, нет? – они добрались до столовой и встали в очередь за едой, все время оставаясь рядом друг с другом, но, казалось, вообще не взаимодействуя. – Потому что все думают, что мы едва терпим друг друга. Я имею в виду, что сегодня утром мы вернулись покрытые травой, и их первой мыслью было, что мы дрались. Если бы это был кто-то другой, они бы подумали, что произошло что-то другое. – Что, ботаник? – М? – Ты сказал, что, если бы мы были кем-то другими, они бы подумали, что мы сделали что-то другое. Что, по их мнению, мы бы делали? – Они бы подумали… – Изуку покраснел. – Что мы катаемся по земле. Да. Это всё. Это единственное, что может быть… – Кацуки начал посмеиваться, давая понять это Изуку. – Ты дразнил меня! Каччааан, это подло! – Мидория толкнул блондина плечом, прежде чем вспомнить, что они были окружены людьми. Изуку был слишком смущен, чтобы сказать что-то еще. Они молча взяли еду и сели за стол. Через некоторое время Кацуки снова начал молчаливую беседу, но теперь о предстоящем задании. Поскольку они оба были вовлечены в разговор, обед быстро закончился. Урок перед Основами Героики прошел быстро, и слишком скоро пришло время для задания. Айзава вошел в класс, сразу же подошел к доске и начал писать. Когда он закончил, отступил назад и позволил классу прочитать. – Что вы заметили в ком-то в этой комнате? Как вы все, наверно, знаете, сегодня мы будем выполнять вторую часть задания по скрытому общению. Вместо того, чтобы получать отдельные подсказки, эта подсказка одна для всех. Некоторым из вас она должна показаться знакомой. Она похожа на ту, что была одной из вариантов, в прошлый раз. – Айзава посмотрел на каждого ученика. – Я хочу прояснить, что, хотя ваша подсказка одинакова, ваше сообщение не может быть таким же, как у кого-либо еще. Если я посчитаю, что ваше сообщение слишком похоже на чужое, я предположу, что один из вас узнал сообщение другого и решил использовать его как свое собственное. Ни один из вас не получит очков за сообщение. Многие студенты обеспокоено переглянулись. – Лучший способ избежать этого – убедиться, что вы выбрали достаточно сложное сообщение, чтобы его не использовал кто-то другой. – Айзава продолжил. – Как и в прошлый раз, у вас есть время до конца урока, чтобы передать партнеру свое сообщение. В конце урока я дам тест, который будет заполнен так же, как и на прошлой неделе. В отличие от прошлого раза я буду более строгим. Если я увижу или услышу что-нибудь необычное, я сообщу об этом классу. В этот момент вам решать, хотите ли вы продолжать то, что вы делали, однако вы можете быть уверены, что внимание комнаты будет приковано к вам. Как только Айзава начал говорить, Изуку услышал почти беззвучный щелчок. Не задумываясь, он начал обращать внимание на то, что собирался сказать его друг. – Хорошо, ботаник, мы соревнуемся так же, как и в прошлый раз? Изуку ухмыльнулся. – Конечно, я должен защитить свою победу с прошлого раза. – Большой шанс, Деку, что на этот раз я выиграю. Айзава продолжал говорить, перейдя к самой лекции, и оба мальчика делали заметки, но они также были очень сосредоточены на своих одноклассниках, чтобы обдумать собственное сообщение и понять сообщения других людей. Вскоре Изуку начал слышать постукивание. Он сразу понял, что это азбука Морзе, и записал то, что услышал, когда понял, кто простукивает. Не трудно было понять, что это был Тодороки. Как только Тодороки перестал стучать, Изуку посмотрел на то, что он написал, но это не имело никакого смысла. Прежде чем он смог расшифровать его, он услышал, как Иида начал стучать. Он записал и то, что простукивал Иида, но кто-то другой начал стучать в тот же момент. – Эй, я пытаюсь понять сообщения Ииды и Тодороки, но кто-то тоже стучит. Ты можешь понять их стук? – Изуку изо всех сил пытался отделить сообщение Ииды от другого стучавшего. – Да. Пинки на днях оставила свою шпаргалку у меня в комнате. Чертова идиотка, наверно, даже не заметила. Я могу расшифровать сообщения ее и Лягушки. Изуку закончил записывать то, что, по его мнению, было сообщением Ииды, он знал, что несколько слов были искажены другим постукивающим, но он надеялся, что это будет достаточно близко к тому, что он на самом деле передавал, чтобы они могли понять сообщение. Конечно, это не имело бы значения, если бы он не мог расшифровать азбуку Морзе. – Хорошо, сообщение Пинки было таким: «У Мидории никогда раньше не было друзей, он, кажется всегда задается вопросом, хороший ли он друг». – Воу, хорошо... Я имею в виду, что она не ошиблась, но ей не нужно было это говорить. – Мидория записал сообщение кодом в отдельный блокнот, как и в прошлый раз, делая заметки. – Да, черт, она действительно называла тебя. Сообщение Лягушки таково: «Токоями иногда изо всех сил пытается сосредоточиться, хотя у него не получается, потому что Темной Тени становится скучно». - Каминари, пожалуйста, подними глаза. – позвал Айзава, потому чтт Денки полностью повернулся, чтобы посмотреть на Киришиму. – Отлично, я все еще разбираюсь в сообщениях Тодороки и Ииды, ты уже разобрался? – Пока нет, все эти идиоты ведут себя менее идиотски, чем обычно. Похоже, прошлой ночью шарады были действительно просто для развлечения. Все время, пока они общались, Изуку также пытался расшифровать сообщение Тодороки и обратить внимание на лекцию. Он едва смог сдержать смех, когда наконец расшифровал его. Это было так важно для Тодороки, из постоянного сторонника теории заговора, что Изуку почти не нужно было расшифровывать все сообщение, он достаточно часто слышал эту теорию. – Сообщение Тодороки: «Шинсо – ребенок любви мистера Айзавы и мисс Шутки. Он выглядит и ведет себя как мистер Айзава, но у него есть причуда, которая управляет кем-то почти так же, как мисс Шутка может контролировать смех людей». – расшифровка сообщения Тодороки дала Изуку идею для его собственного сообщения, поэтому он записал свое собственное после того, как закончил писать расшифрованное сообщение. Однако он решил пока не говорить Кацуки, потому что у них будет время на это после теста. – Какого хрена? – Катсуки усмехнулся. - Шото любит теории заговора. – Ни хрена себе. Сообщение Очков в том же коде? – Думаю, да. Дай мне секунду, чтобы расшифровать. – Изуку попытался понять сообщение целиком, но его части были настолько искажены, что он не мог разобрать все слова. К счастью, он сделал достаточно, чтобы понять суть. – Я не смог понять слово в слово из-за другого постукивания, но я смогу понять, что сообщение о том, что мы с тобой лучшие друзья и понимаем друг друга. – Черт, один из твоих идиотов догадался. Я не ожидал этого. – Каччан, я ничего не говорю, когда ты называешь своих друзей идиотами, потому что я знаю, что ты не всерьез, но мои друзья не идиоты. Изуку подумывал о том, чтобы поговорить с Кацуки о том, что тот назвал своих друзей идиотами, когда только начал это, но решил ничего не делать, как только понял, как нежно он это говорил. Однако он не был настолько наивен, чтобы думать, что любовь Кацуки к своим друзьям распространяется и на друзей Изуку. – Ты бы предпочел, чтобы я снова называл всех статистами? У тебя свои идиоты, у меня свои. – Тебе физически больно говорить слово «друг»? – Ты мой друг. – Хорошо, и что? Требуется 15 лет, чтобы считаться друзьями? – Изуку четко мог сказать, что этот разговор смущал Кацуки, но он отказался просто так его закончить. – Нет, это... Угх... Они мои идиоты, ты мой друг. – Ты знаешь большинство людей различают слова «друг» и «лучший друг», а не «идиот» и «друг». – Что? – Иида, Тодороки и другие – мои друзья. Ты мой лучший друг. Хотя в последнее время они изо всех сил пытались понять, в чем заключались их отношения вслух, Изуку действительно имел это в виду. У них были свои взлеты и падения, и они обычно вели себя так, будто ненавидели друг друга на публике, но Кацуки – единственный человек, который знает о нем почти все. Он доверяет ему во всем, говорит ему то, что не посмеет рассказать своим новым друзьям. Но самое главное, он знает, что никогда не сможет ничего испортить с Кацуки. Каждый день он беспокоится, что сделает что-то, что заставит остальных его друзей бросить его, но ему никогда не приходится беспокоиться об уходе блондина и услышав, как Кацуки различает других своих друзей и его самого, он подумал, что, возможно, тот на самом деле чувствует то же самое. К сожалению, Кацуки не успел ответить, потому что Каминари внезапно хлопнул ладонями по столу и начал кашлять как сумасшедший. Пока весь класс смотрел на него, Изуку воспользовался случаем, чтобы осмотреться. Он заметил, что Сэро и Киришима отвлеклись, чтобы обменяться заметками. – Я не вижу записей, но Киришима и Сэро обменялись записками, когда Каминари начал кашлять. – Проклятье… – Шинсо, есть ли причина, по которой твои руки так двигаются? – Айзава прервал свою лекцию, чтобы окликнуть мальчика. – Нет причин! – Шинсо весело ответил, не останавливая движений. Пока весь класс смотрел, Кода тоже начал шевелить руками. – Вау, Кода и Шинсо на этот раз используют американский язык жестов. – Ты знаешь его?! – Ага… - Изуку не понял, почему Кацуки удивился. Они уже говорили про его языковую фазу. – Какого хрена? Сначала испанский, потом американский язык жестов. Сколько языков ты, блядь, знаешь? – Э… Шесть? Японский, английский, испанский, французский, а так же японский и американские жестовые – Какого хрена?! – Кацуки даже не стал скрывать, что качает головой. – И каковы же их сообщения? – Послание Шинсо таково: «Каминари привлекает к себе внимание, чтобы скрыть, что он на самом деле расстроен тем, как его причуда влияет на его мозг. Когда никто не смотрит, он показывает свое разочарование». Послание Коды… Эээ… «Сэро на самом деле ненавидит, когда его называют Ленточное Лицо, потому что он не уверен в себе из-за того, что он такой простой. Он корчит лицо всякий раз, когда Бакуго называет его так, но ничего не говорит, потому что не уверен в своем положении в их группе друзей». – Черт, какого хрена твои идиоты знают моих идиотов лучше меня. Какого хрена! Как я это пропустил? – Изуку притворился, что не заметил, как это задело блондина. – Каччан, они оба хорошо скрывают это. Особенно от тебя. – Что ты имеешь в виду под "особенно от тебя"? Обычно я чертовски наблюдателен… – Я это знаю и они это знают. Они скрывают это именно от тебя, а не от остального класса. – Подожди. Ты знал? – Нет, но теперь, когда я об этом думаю, в этом есть смысл. – он не обращал особого внимания на друзей Кацуки. Но, оглядываясь назад, Сэро всегда слегка вздрагивал, когда Бакуго называл его Ленточным Лицом. Мидория всегда думал, что это могло быть как-то связано с громкостью блондина, но, подумав об этом, остальные его друзья такие же громкие, и он никогда не видел, чтобы Сэро вздрагивал от них. Кроме того, взгляд на Каминари с этой точки зрения действительно многое объяснял... – Черт! Какого хрена!? Прежде чем они смогли обсудить что-либо еще, Киришима устроил грандиозное шоу, подняв карандаш и «случайно» ударившись своей закаленной головой о стол. Изуку огляделся и увидел, что Аояма и Каминари обмениваются записками, однако Изуку был слишком далеко, чтобы увидеть, о чем они говорили. Пока это происходило, Темная Тень вылетела из Токоями к Сато, чтобы обменяться записками и вернуться к хозяину. Их метод передачи, возможно, сработал хорошо и был быстрым, но Темная Тень не обратила особого внимания на то, как она держит заметки, случайно держа их так, что было видно написанное. К сожалению, это было так быстро, что Изуку не мог ничего разобрать. – Сообщение Токоями как-то связано с Киришимой и тьмой. – Конечно, черт возьми. Как обычно. – Да, я тоже видел записку Сато, но толком не смог ее прочитать. Его почерк был беспорядочным, но я думаю, что он говорил что-то об Урараке и начале года. – Черт! Ну... Мы можем хотя бы частично получить от них баллы. Лекция продолжалась, но больше ничего не происходило. Через несколько минут Изуку решил взять дело в свои руки. – Каччан, я сделаю тоже самое, что и в прошлый раз. Оглянись вокруг и посмотри, сможешь ли ты прочитать чьи-нибудь записи. – Это чертовски подозрительно. Кроме того, как твое чихание поможет мне лучше видеть? – Никто понятия не имеет, как мы передаем друг другу наши сообщения, поэтому, когда я сделаю тоже самое, что и в прошлый раз, они будут следить за каждым моим шагом. Я заметил это, когда Киришима устроил ту сцену. Все были настолько сосредоточены на том, чтобы наблюдать за ним, что даже не подумали спрятать то, что было на их столе. Если мы не будем очевидны в том, что мы что-то ищем, мы вероятно, могли бы понять сообщения многих людей. – Это при условии, что они просто оставят свои записи на столе. Я знаю, что называю их идиотами, но они не настолько глупы. – Я бы не назвал это глупостью, им нужно держать сообщение под рукой, чтобы они могли написать его в тесте, как только получат его. Никто не будет тратить время на заучивание сообщений. Изуку, не дожидаясь ответа друга, встал и направился к салфеткам. Как он и ожидал, весь класс следил за ним, как ястребы. Айзава даже перестал читать лекцию, чтобы посмотреть на него. Как только он добрался до салфеток, он начал чихать. Примерно через минуту после начала, он, наконец, остановился и не торопясь пошел к мусорке. Пока он шел, он смог хорошо рассмотреть заметки Хагакурэ и Оджиро друг другу, а также частично увидеть записку Каминари на столе Аоямы. Вернувшись на свое место, он записал сообщения, прежде чем смог бы их забыть. – Сообщение Лен... Сэро: «Мидория совсем не беспокоится о задании. Он ни разу не начал бормотать». У Дерьмоволосго это что-то о песне, застрявшей в голове Ушей. Уши о том, как Одежда много ерзает. По-видимому, никто не замечает, потому что она невидима, но при этом она достаточно громкая, чтобы Уши услышала… – Одежда? – Да, чертова невидимая идиотка. Все, что ты можешь видеть, это ее чертову одежду. – Хорошо. Это все кого ты вычислил? – Нет. Сообщение Восьмирукого как-то связано с тем, что Пинки учится, "говоря". И сообщение Искорки о том, что Хвосту неудобно. – Отлично, я понял сообщения Хагакурэ и Оджиро, а также часть сообщения Каминари… – Осталось десять минут урока, как и в прошлый раз, заполните тест и напишите все сообщения на обороте. – Айзава раздавал тесты. Как и в прошлый раз, Изуку и Кацуки быстро заполнили переднюю часть теста, а затем перешли на заднюю. – Черт, ни один из нас не придумал сообщения! – У меня есть одно. «Мистер Айзава – приемный отец Шинсо. Этим утром Шинсо переусердствовал со своей причудой на тренировке, и у него болит голова, Айзава беспокоится о нем больше, чем о любом из нас. Шинсо также упомянул, что он был усыновлен и кажется ближе к Сущему Мику и мистеру Айзаве, чем обычный ученик.» – Ты уверен, что хочешь, чтобы это было твоим сообщением после прошлого раза? – Да, я почти уверен, что это правда, и я думаю, что мы с Шинсо довольно хорошие друзья, поэтому я не думаю, что он будет возражать если я узнаю об этом. Кроме того, это единственное, что я могу придумать, чтобы кого-то разоблачить. Окей, быстрее, что ты хочешь написать? Кацуки быстро огляделся. Почти сразу его взгляд остановился на Киришиме. – Рейд, совершенный несколько недель назад, заставил Киришиму тосковать по дому. Он постоянно смотрит в окно, возясь с браслетом, который ему подарили мамы. Спасенная девочка напоминает ему его младшую сестру. У Изуку не было времени среагировать на это, но он не мог не волноваться о Эйджиро. Этот рейд затронул их всех, но он не понимал, что Киришима был затронут настолько, чтобы Бакуго упомянул об этом. Покачав головой, он снова сосредоточился и начал писать. После того, как они быстро записали оба своих сообщения, Изуку просмотрел составленный им список всех сообщений их одноклассников. Как и раньше, Мидория переводил каждое сообщение и диктовал Кацуки, чтобы они оба могли записать их в тесте. Изуку просмотрел сообщения, прежде чем сдать работу, и заметил пару вещей. Им удалось разгадать хотя бы часть сообщения почти каждого человека в их классе. Почему-то они не получили сообщения только Урараки и Яойорозу. Он также заметил, что за ним наблюдало довольно много людей, и он не был уверен, что думать об этом. Когда он повернулся, он быстро подсчитал, сколько вычислил. – Каччан, я снова выиграл! – Изуку ухмыльнулся. – Ни за что, дерьмовый Деку! – Да! Я вычислил 9, а ты вычислил только 7! – Черт!